Душа на химическом уровне.

Попов оповестил о том, что добрался до дома в Питере и Антон сразу же побежал открывать подарок. Всё как договаривались. Шастун пообещал позвонить Арсению после открытия сюрприза и отбросил телефон куда-то в диван. На самом деле, коробочка хоть и не была большой, но была достаточно тяжёлой. Когда Антон пытался её трясти - никакого звука не было. Он снял крышку и перед его глазами были... Яблоки и апельсины? Нет, это была целая картина из фруктов, где в самом центре лежало зелёное яблоко и самый яркий апельсин, остальное смотрелось на три тона тусклее. А ещё божественно пахло, будто яблоня и апельсиновое дерево скрестились. «— В общем, Тош, ты яблоко, а он апельсин, с которым в натюрморте сочетаются только красные яблоки, а ты зелёное. Моё дело предупредить.—» « — Он тоже их любит, но другие. Арсюш, ты апельсин, у которого уже есть жизнь, устоявшиеся, а он зелёное яблоко, временно стоящее рядом.— »Арс действительно удивительный, этот подарок был ироничным и очень гениальным и конечно же, безумно милый, а подпись "по-моему картина ничего такая вышла. " Грела сердце. Тоша счастливый и слегка смущённый набрал Арсения по фейс тайму, тот сразу же взял трубку, но был в ванной. — Я предполагаю, что ты открыл подарок… — Вокруг Попова плавала пена, она была даже у него на голове, это смотрелось забавно и по своему мило, а единственная часть тела, которая открыта у Арсения была левая ключица. Шаст невольно засмотрелся. Но пока эмоции были свежие, решил всё-таки сказать по поводу подарка. — Арс, это потрясно! — Не громкий смешок обоих парней, — Как ты вообще до этого додумался? Нет, не отвечай! Вот только я теперь походу перейду на фруктовое питание... — — Ничего страшного, я читал, для менталки полезно. — Скептический взгляд Антона. — Серьёзно? — — Не-а. Я сейчас оденусь и включу камеру. — Тоха даже немного расстроился. Парочка проболтала ещё пару часов без остановки. Арсений провёл Шастуну рум тур по своей квартире, она была большой, светлой и с красивым видом на парковую зону и набережную вдали. Конечно Шаст про себя задался вопросом "Откуда?", но спросить не рискнул, ведь Антон конечно знал, что Попов химик специализирующейся на создание вакцин и возможно это хорошо оплачивается, но на такую квартиру ведь работать и работать! На следующий день парни постоянно были на связи, но без звонков, а переписками, у Антона был рабочий день, но сегодня он составлял статистику и отчёты по работе Лизы(а она его), а не, как обычно, голова взрывалась. К Арсению же пришла дочь маминой подруги, как к репетитору химии, девочка была безнадёжна и брюнет ели сдерживался, чтобы не психануть и не высказать ей какая она тупая. День был сплошным ужасом и для Арсения и для Антона. Но поздно вечером к Шасту пришёл Макар с пивом и милк шейком, так что что-то хорошее в этом всё-таки было, помимо сообщений Арса конечно же. Через час проведённый с Илюхиным, Антону звонит Оксана. — Привет, Антош, как ты? — — Всё нормально, что-то хотела? Ты как? — На самом деле сейчас Шастуна девушка отрывала от просмотра «Назови меня своим именем» с погружённым в фильм гет Макаром. — Хотела. Слушай, а поехали в Питер? — Все же понимают шок Шаста в тот момент? Его действительно не описать, физическое состояние напоминало состояние шатена в момент отлёта Попова. Конечно же он ответил: — Поехали, — — Отлично! — Воскликнула Суркова, — Тогда будет весело, я, ты и Арсений… — Закончился разговор, тем что Оксана куда-то спешит и тем, что Тоша сам скажет своему парню. Не знает когда, не знает как, но едет к Арсу, не успев соскучиться… Хотя нет, соскучившись, но неожиданно. Парень вернулся к другу, который был красный как помидор. — Что я пропустил? — Антон вздохнул и улёгся на огромный бицепс друга. — Эллео засунул член в персик...Блять. — Макар прикрыл глаза рукой. — Что за пидортня. — — А я к Попову в Питер скоро поеду... — — А мы с Ирой встречаться начали. — Поделились информацией и дальше наблюдали за тем, что происходит на экране. В этот момент в Питере. — Арсюша, мальчик мой, сделай своему повелителю приятно. — Мужчина лежал на кровати и ожидал действий от брюнета. — Сею минуту, папочка… — У Попова слёзы в уголках глаз копятся, но он терпит, приближается ближе к лежащему мужчине и не торопясь стаскивает трусы. — Хороший мой... продолжай... зайчик... Я так тебя люблю. — — И я вас, очень. — Попов обещал себе, что это последний раз. Этого больше не повторится.