Французское кино

Когда Кэролайн открыла глаза, Клаус стоял в стороне, теребя в руке ключи от машины и напевая что-то себе под нос. Девушка попробовала встать, но у нее не получилось – вербена все еще не вышла из организма. - Клаус, - с раздражением прошептала она и присела, опираясь на ствол широкого дерева. Они находились на берегу узкой реки. Вода была прозрачной, как слеза, а маленькие рыбки то и дело скользили по дну, словно играя друг с другом в салки. - Проснулась, милая? – присаживаясь на корточки рядом с возлюбленной, спросил Клаус. Он осторожно подцепил двумя пальцами прядь ее волос и убрал за ухо. - Ты снова все портишь, почему? - Эй, - голос его был мягким, почти пушистым. – Я просто соскучился, Кэролайн. Ты не можешь осуждать меня за это. - Отвези меня обратно!! - Отвезу. Если ты выполнишь мое условие. Вампирша закатила глаза. Ну, еще бы. Клаус всегда чего-то хочет. - Я не вернусь в Новый Орлеан. - Я и не прошу. Просто… Проведи со мной этот день. Голубые глаза сверкнули плещущимся внутри ядом. - Все кончено, Клаус! Сколько раз еще мне это повторить?! - Столько, сколько потребуется, чтобы я поверил, - гибрид взял блондинку за руку и нежно коснулся губами тонких пальцев. Кэролайн всеми силами пыталась сдержаться и не застонать. Не заскулить о том, как ей не хватает этих губ. – Послушай. Я не прошу ничего. Я просто хочу побыть с тобой. Один день. Если ты пойдешь мне навстречу, к закату ты уже будешь в Мистик Фоллс. Я обещаю. - Ты никогда не выполняешь своих обещаний! Никогда! - Теперь все иначе. С тех пор, как ты ушла… Его голос потух, вместе с опустившимся в землю взглядом, и Кэролайн выдохнула: - Хорошо. Чем ты хочешь заняться? Азарт мелькнул в бирюзовых глазах, когда Никлаус извлек из кармана два маленьких предмета – игральные кости. - Нет! – воскликнула Кэролайн, и неприличные картинки всплыли в голове. – «Правда или желание?» Серьезно? - Почему нет? - Я не буду играть в это, Клаус! Только не сейчас – когда могу проспорить свою жизнь! - А раньше тебе нравилось… - Раньше мы были вместе!! Ее крик отозвался эхом в его умоляющем взгляде. - Правило – я не загадываю твое возвращение в Новый Орлеан, а ты… Можешь просить все что хочешь. - Как благородно. - Вот видишь, милая. Я иду тебе навстречу. Кэролайн вздохнула. Поднялась повыше, с раздражением наблюдая за тем, как Клаус устраивается поудобнее напротив нее. Несколько раз моргнула, зажмурилась и взяла протянутые гибридом кости. Лениво потеребила их в одной руке и со злостью бросила на землю. - Восемь, - почти не глядя сосчитал Клаус и сделал свой ход. – У меня десять. Девушка обреченно закатила глаза и услышала привычный, будоражащий нервы вопрос. - Правда или желание? - Правда. - Не сомневался. Кэролайн. Когда ты думаешь обо мне, а ты, несомненно, думаешь, какое воспоминание всплывает первым в твоей голове? Его самоуверенность жгла кожу. Девушка собралась с мыслями. Посмотрела в глаза гибриду, задержалась в них на долю секунды и спокойно произнесла: - День рождения Ребекки. Мы поссорились, и я собралась уходить, уже почти закрыла за собой дверь. Почти набрала вампирскую скорость, чтобы скрыться, но услышала крик. Твой крик. Меня тогда почти наизнанку выкрутило от боли в твоем голосе. Это был первый случай, когда ты выставил себя уязвимым перед элитой Нового Орлеана. Ты признал свою слабость передо мной. Кэролайн затихла, выпутываясь из паутины воспоминаний, и посмотрела на Клауса. Он едва заметно улыбался, покручивая в руках заветные кубики. Молчал. Просто молчал. Переваривал информацию? Это было странно. Его молчание. Возможно, он пытался вспомнить то, о чем давно забыл или узнать себя в этом поступке. В любом случае, Клаус вел себя странно, а Кэролайн, игнорируя его странность, забрала кости и бросила их на землю. - Двенадцать. Я загадываю. Правда или желание? Клаус кивнул, все еще продолжая улыбаться и устроился поудобнее, подгибая под себя ноги. - Правда. - Скольких людей ты убил за то время, как мы расстались? Мужчина закатил глаза. Вопрос на миллион. Врать ей сейчас нет смысла, ведь он сам задал правила игры, поэтому, пришлось отвечать честно: - Я не могу ответить точно на этот вопрос. Кэролайн поджала губы. Осуждающий взгляд прорезал пространство звуковой волной. Ненависть, холод, отвращение? Пожалуй, все вместе. - Бросай. Гибрид послушно сжал кости в кулаке, потеребил пару секунд и плавно опустил на землю. - Теперь двенадцать у меня. - Ты мухлюешь! - А разве в этой игре возможно смухлевать?! Кэролайн прикусила язык. Спорить с ним бесполезно. Это закончится очередным шприцем в шее или… сексом. Девушка размяла шею, стараясь выбросить из головы сцены страстных ночей с Клаусом. Это было бесподобно… Жарко, пронзительно, каждый раз по-новому… Пришлось облизать пересохшие губы, чтобы не выдать себя. Она хотела заговорить, но Клаус… Клаус просто провел рукой по своим волосам, к шее – ничего страшного, критического, просто жест. Просто чертов жест, от которого мурашки побежали по коже, и Кэролайн выдохнула слишком хрипло, выдавая себя с головой: - Желание. Он не пошевелился, просто перевел на нее взгляд, оставаясь в той же позе – сидя на земле, опираясь локтем о коленку. Абсолютно расслаблен, красив, сексуален… - Поцелуй меня. И тут она сорвалась! Вцепилась руками в его плечи, разрывая края футболки, притягивая к себе ближе и ближе… Чтобы почувствовать полностью, чтобы ощутить этот вкус – самый любимый на свете. Миллионы искр пронеслись по телу, разжигая, распаляя, когда Кэролайн, словно оголодавшее животное, кусала и посасывала губы Клауса, переплетала его язык со своим, ощущая эти горячие ладони на своей спине. Он выдыхал ее имя, душой, сердцем… Он жил им, дышал: - Кэролайн. И стало очень пусто, когда она отстранилась. Холодно, одичало. - Могу я тоже загадать желание? - все еще находясь в объятиях гибрида, спросила Кэролайн. Он выдохнул: - Конечно. Сколько угодно. - Клаус. Отпусти Стефана и Кэтрин, прошу тебя… Тишина собрала в небе маленькие облака и превратила их в огромную серую тучу. Так внезапно. Капли дождя заиграли по воде, когда мужчина встал и помог Кэролайн подняться. Взял ее за руку, повел вдоль берега по тропинке: - Давно я не гулял под дождем. Это было так странно – видеть его романтичную сторону. Нет, Кэролайн и раньше видела Клауса нежным, но сейчас… В промокшей насквозь рубашке и со стекающей по волосам водой – он был просто человеком. Простым, уязвимым, влюбленным. И Кэролайн подыграла ему в этом. Перекинула его руку через свое плечо и обняла за талию. Можно ведь притвориться? Всего на один вечер. - Я исполню твое желание, Кэролайн. Улыбка коснулась ее губ: - Спасибо. - Но ты должна выбрать кого-то одного. Ножом по венам. С возвращением, прежний Клаус! Девушка отстранилась, пятясь назад, ощущая, как ветки царапают спину. Словно бежит от врага. - Постой. - Нет, Клаус! Ты не изменился! И не собирался меняться, все как прежде! – слезы зазвенели в ее словах. Пропитанных ядом. - Кэролайн… - Все что ты говорил, и все твои попытки… ложь! Просто игра! И я – просто часть игры, непроходимая миссия!! Клаус шел за ней, стараясь не спугнуть, и пытаясь вставить хоть слово… - Что я должен сделать? Отдать тебе свой последний козырь? И тогда ты совсем исчезнешь, потому что мне нечем будет на тебя воздействовать! Он схватил ее за талию и прижал к стволу широкого дерева, не позволяя вырваться. Нельзя дать ей уйти, не сейчас. - Не нужно на меня воздействовать! – она кричала ему в губы, уворачиваясь, отбиваясь, не позволяя ему снова поцеловать себя. – Просто позволь мне жить!!! Клаус замер, по его печальному лицу катились капли дождя, но он не обращал на них внимания, все еще смотрел в ее глаза и пытался увидеть остатки прежних чувств. Но нашел только злость. Безграничную, внутривенную… - Назови имя, - прорычал он. Девушка всхлипнула, тяжело дыша, отвела взгляд, а потом снова всмотрелась в глаза, цвета назревающей грозы: - Стефан.