Интермедия
6 января 2022 г., 00:38
— Нам точно это надо? — Боишься, что это очередной мой кова-а-арный план? — Нет. Боюсь, что ты пожалеешь. — Это всё я и предложил, если не забыла. — Кто знает, как ты запоёшь через пару дней. Иногда ты бываешь слишком переменчив. План был прост и опасен. Потому что план принадлежал Мастеру и был направлен на лучшее – на перемирие.
***
Доктор смогла заснуть. В первый раз за эти несколько недель марафона «спасение кого угодно в пределах досягаемости». Но у ТАРДИС, разбудившей её сигналом тревоги, казалось, появились другие мысли насчёт её отдыха. Это было странно, учитывая, что именно капсула настояла на передышке. Обморок на полу около консоли, та, к огромному сожалению Доктор, за сон не считала. Они остановились на первой попавшейся планете, на которой ТАРДИС не обнаружила ни следа обитания живых существ. Но, кажется, биосканерам требовалась внеплановая проверка, потому что в настоящий момент в дверь тихо стучали, и это явно делало живое существо. — Если там опасность ниже уровня С, — прошипела Доктор, натягивая плащ, — то я даже шага за порог не сделаю. Доктор не осталась бы в стороне, окажись там ребёнок, потерявший родителей, но хотелось хоть немного возмутиться, раз уж её разбудили. За дверью же оказался не ребёнок, а раненый Мастер. Хотя какая, в сущности, разница: иногда он мог отлично сойти и за ребёнка. Его костюм, весь грязный и в подпалинах, не вызывал ничего кроме жалости, волосы спутались, кое-где виднелась засохшая кровь, которая вряд ли принадлежала Мастеру – тот был ранен в руку. С измазанных в саже пальцев на пол ТАРДИС капала кровь. Мастер чуть слышно дышал, опираясь о косяк, а Доктор боролась с желанием захлопнуть перед его носом дверь. Впрочем, прищемить пальцы раненому было низко даже для неё, даже если это Мастер. — Если ты не ранен и эта кровь не твоя, то я сама убью тебя. Мастер всё так же, не произнося ни слова, кивнул, принимая условия, и Доктор отошла в сторону. Пускать его дальше консольной комнаты она не собиралась, поэтому, достав запасную аптечку из-под панели, Доктор указала ему на ступени около стены. Мастер послушно сел и бездумно уставился в пустое пространство за спиной Доктор. — Сними пиджак. Порывшись в кармане, Мастер протянул Доктор складной нож. Стараясь не причинять боли, Доктор аккуратно вспарывала и медленно отрывала рукав. Если согласилась оказать помощь, то и размышлять о том, с чьей кровью на руках он пришёл к ней, она будет позже. Рана оказалась ровным и глубоким порезом, тянувшимся от плеча и до локтя. — И как тебя угораздило… Всё время, пока Доктор смывала кровь, Мастер молчал. Он даже не стал издеваться над тем, как она чуть не уронила аптечку, задев ту ногой. От него не было слышно даже смешка. Тихий Мастер пугал, словно он выжидал, когда она разгадает очередную его загадку. — Тебе язык отрезали? Мастер поднял удивлённое лицо, мотнул головой и высунул язык, Доктор поморщилась. И правда ребёнка подобрала. Вскрыв одну стерильную упаковку с иглой и достав нить из другой, Доктор подумала, что могла бы использовать менее варварский способ. А для этого бы пришлось оставить Мастера в консольной одного, пока она искала бы всё необходимое. Но это было бы верхом безрассудства. Сделав несколько стежков, Доктор остановилась: — Может, хоть что-то скажешь? Доктор не двигалась, ждала, и Мастер наконец сдался. — Если я молчу... — Голос был хриплый, шершавый, словно Мастер не говорил уже несколько дней. — Если я буду молчать, то тебе будет проще. — Что? – переспросила Доктор. Мастер открыл рот, сделав глубокий вдох, словно с желанием сказать что-то резкое, но лишь покачал головой. В ТАРДИС снова повисла тишина, даже капсула казалось, замерла – извечного гула слышно не было. — И что ты делаешь? — Сижу. — Это-то я вижу. — Доктор выпустила иглу из пальцев и поднялась с лестницы, на которую села, чтобы было удобнее зашивать. — Но ты пришёл за помощью, а в итоге только и делаешь, что говоришь загадками, если вообще говоришь. — Вот поэтому. — Мастер взял иглу, болтающуюся на нитке из края раны. — Именно поэтому я и молчал. Если я начну говорить, то тебя это будет злить. — Да черт тебя дери! Я злюсь только потому, что ты отвечаешь ребусами на мои простые вопросы. Ты заявился побитый ко мне на порог, но даже простое «здравствуй», я от тебя так и не услышала. — Я вообще пришёл не за помощью, а с предложением. — Иголка вошла в кожу, и Мастер продолжил зашивать сам. — Но уже сомневаюсь, что это хорошая идея. Глаз у Доктор начал дёргаться, в чём-то Мастер всё же был прав: от его витиеватых изъяснений и фраз голова начинала болеть. — Говори. Раз пришёл. Поджав губы, Мастер продолжал размеренно зашивать свою рану, словно и вовсе не чувствовал боль. Ответил лишь, когда закончил. — Как ты отнесёшься к эксперименту, где подопытными будем мы с тобой? — Если ты опять ввязалась в какую-то контрабандистскую чушь, то я… — Нет. — Оборвал её Мастер. — Я только говорю, что никто кроме нас в этом эксперименте не пострадает, ни твои люди, ни кто-либо ещё. Мастер затянул нитку на краю раны тонким, крепким узлом, как и загоревшееся любопытство Доктор. — Продолжай. — Если кратко, то я устал. — Весьма информативно и неожиданно, ведь от тебя так и веет жизнерадостностью! Мастер, на вид, не знавший сна уже несколько недель, шутку не оценил, и Доктор добавила: — Так что ты хотел? — Повторюсь, я устал. — Доктор закатила глаза, но Мастер не обратил внимания и продолжил. — Хочу определённости, хоть в чем-то. Например, в наших с тобой отношениях. Мастер стиснул зубы и дёрнул иголку, пытаясь оторвать нитку, кожа же лишь болезненно натянулась и потекла кровь. — Особенно в них. Голос Мастера дрожал, Доктор часто слышала его таким и всегда думала, что это момент еле сдерживаемой ярости. Но сейчас Мастер плакал. Доктор отвернулась: считать, что причина всему лишь безумие и злость, было проще, чем, наконец, разглядеть в причинах боль. Впрочем, Доктор никогда не могла быть уверена во всём, что касалось Мастера: ни в нём самом, ни в том, что он говорит. Когда-то он уже плакал в её ТАРДИС, и всё закончилось плохо. — Раньше тебя наши отношения мало волновали. Доктор вернула Мастеру нож, и тот перерезал нить. — Ты и правда так думаешь? — в вопросе Мастера слышалась усмешка. Доктор и сама понимала, что как нелепо и по-детски упрямо звучали её слова. Нужно было признать, что ему точно не были безразличны их отношения. Что-то о ярости и боли в сердцах, так он, кажется, говорил? — Я предлагаю пари. — Мастер продолжил, голос больше не дрожал, и теперь можно было лишь догадываться, были ли слезы до этого красивой декорацией или же Мастер просто сумел взять себя в руки. Выбирать, самый правдоподобный вариант Доктор не хотела. — Ты же говорил что-то про эксперимент? — Пари звучит лучше. — Ладно, и в чем же будет состоять твоё пари? — Доктор достала из аптечки бинты и протянула Мастеру. Оторвав половину и сложив в несколько раз, он прижал её к краю раны, другим куском бинта перевязал. — Выдержим ли мы друг друга или нет. — Я тебе сразу могу сказать, что не… —Не перебивай. Запираем ТАРДИС изнутри и пробуем продержаться одни взаперти какое-то время. Если не убьём друг друга или же не уничтожим корабль в процессе, и выйдем отсюда без каких-то претензий, то я отдаю тебе ТАРДИС, и ты можешь делать со мной всё, что захочешь. Можешь запереть в новом Хранилище, отпустить, сдать Джудунам, убить. Всё, на что будет способна твоя фантазия. Доктор слышала, что говорил Мастер, но для неё это не имело никакого смысла. Абсолютно. — Ты серьезно? — Да. — Он ответил без издевки или усмешки. — А какая тебе выгода? — Я увижу тебя. — Мастер вдруг улыбнулся, и эта улыбка Доктор совершенно не понравилась. — Я тебе не верю, но пусть будет так. И что будет, если мы не выдержим друг друга? — Если же в процессе что-то пойдёт не так, — он говорил как по писаному, словно готовил речь заранее. — То я сделаю всё, чтобы ты меня больше никогда не увидела и на Земле я больше никогда не появлюсь. Этим предложением Мастер, словно как когда-то в детстве, брал её на слабо. Бессовестно, с пониманием, что она не сможет отказаться. — А как я могу быть уверена, что ты выполнишь договоренность после всего? Если нам придётся разойтись. Как я могу быть уверена, что ты не пришёл просто убить меня? — Тебе придётся поверить. Тем более, сейчас ты на своей территории, да и можешь проверить меня на наличие оружия. — Исхитрившись, Мастер вывернул здоровой рукой все карманы. Предложение Мастера не было логичным, по крайней мере, сама Доктор логики в нём не видела. — Ну так что? У тебя всё равно сейчас никого нет. — Мастер внимательно смотрел на Доктор и, как ей казалось, ожидал реакции на вопрос. — Я имею в виду твоих спутников. — Да, никого нет. Мастер снова улыбнулся, и на этот раз, Доктор отвернулась – смотреть на улыбающегося так Мастера было выше её сил. Так улыбаются безумцы поднимающиеся на эшафот. — Ты же не хочешь меня просто отвлечь, пока что-то созданное тобой не стирает половину Вселенной или всё человечество? — Зачем мне трогать Землю. — Мастер приподнял в удивлении бровь. — Ты же уже здесь. Доктор пинком отправила аптечку обратно под консоль. Отвечать на явную провокацию она не собиралась.***
План всех дальнейших действий они придумали довольно быстро, точнее, большую его часть озвучил Мастер, продумав всё, опять же, казалось ещё до появления в её ТАРДИС. — Воспользуемся аварийным протоколом, как при обнаружении вируса или заболевания. — Он улыбнулся, довольный получившимся сравнением. — Запечатаем капсулу, никто не войдёт и не выйдет. Даже сама ТАРДИС открыть двери не сможет. Период изоляции для всех капсул был стандартный, в Земном времяисчислении всего пара месяцев. Доктор думала, что выдержит — нужно лишь было вспомнить сколь огромно пространство ТАРДИС. Найти себе занятие на какое-то время должно было быть несложно. Мастер ведь не говорил, что им нужно будет находиться всё время вместе, а значит, его условия не такие уж и не выполнимые. И разве могла она так просто упустить возможность удержать Мастера взаперти, подальше от остального мира? — Хорошо. — У кого будет управление ТАРДИС? Оба понимали, что доступ к консоли – это преимущество, которого не должно было быть ни у кого из них. Ведь иначе эксперимент заранее обречён на провал. — Ни у кого. — А она согласится? — у Мастера в голосе нескрываемое ехидство и недоверие. Словно в ответ на его слова по консольной разнёсся низкий гул – ТАРДИС с самого начала не понравилась затея Мастера, как и само его появление, но теперь она ясно высказала своё недовольство. — Я тоже скучал, дорогуша. — Мастер отсалютовал куда-то в сторону ротора. ТАРДИС же в ответ явно решила себя не сдерживать в выражениях. — Хоть ты не устраивай сцен. — Доктор устало тёрла глаза, сонливость никак не хотела уходить. — Дорогая, я всё уже решила, я принимаю его условия. Отправить сознание ТАРДИС в спящий режим и заблокировать панель управления было единственным выходом, главное, что все остальные системы будут работать без перебоев. — Обещаю тебе, всё будет хорошо. — Для усиления эффекта повторила Доктор, понимая, что убеждала и сама себя. — Чтобы никаких исключений и любимчиков. — Мастер пристально смотрел на нее. — Знаю, она тебя как курица наседка оберегать будет. Требую равноправия. — Будет тебе равноправие. Мы с ТАРДИС всегда играем честно. — Ты же понимаешь, что это не игра? Доктор не ответила: если она назвала бы происходящее иначе, то стало бы страшнее. — Отдохни. — Тихо произнесла Доктор, и нажатием нескольких кнопок на панели отправила сознание ТАРДИС в сон, прежде чем та успела хоть как-то возразить. — Она будет на тебя очень зла, когда проснётся. — С ехидным удовольствием произнёс Мастер. — Знаю. Запустить программу V-87S. Потолок окрасился в красный, раздался омерзительный писк и из динамика на консоли послышался механический голос, перебиваемый шипением помех – сообщение, встроенное в системы ТАРДИС когда-то давно, ещё на Галлифрее. Доктор выкрутила звук динамиков, «затыкая» голос, начавший убеждать их, что принятые меры и карантин необходимы для обеспечения безопасности всего живого во Вселенной. Поспорить бы с этим Доктор не смогла.
