Вернувшаяся в другом теле

Земля. Дом, в котором находится квартира Джеймса. От лица Бонта.

      В почти что кромешной тьме, разрезанной лишь тусклым лучом уличного фонаря, стоял я, сжимая в руке серый льняной мешочек, и глядел на злосчастное окно. Время было позднее, поэтому в нём не было света. Наверняка хозяин той квартиры спокойно спал. Что ж, пришло время проделать задуманное и испортить ему жизнь.       Используя крылья, я подлетел к нужному окну. На мою удачу, оно было открыто, и я без труда проник в спальню. Тихо спустился с подоконника и зажёг небольшой шар света в руке. Глаза забегали по помещению в поисках места, куда можно спрятать подклад. Постель? Нет, могу потревожить человека. Шкаф? Слишком очевидно. Пол? Я опустился на пол и проверил доски. Одна из них слегка выпирала. Подковыряв её ногтем, убрал и открыл небольшое углубление в полу. Идеально. Я на всякий случай проверил содержимое мешочка. Два пера чёрного ворона, лепесток оранжевой лилии, веточки базилика и лаванды, один аметист и один александрит — всё было на месте, спасибо лаборатории школы. Я прошептал: «Ego posuere lobortis, voco aeterna solitudine in domum» — и как можно аккуратнее положил мешочек в углубление, затем вернул доску на место. — Через пару дней должен начать работать, — прошептал самому себе. — Кончились твои сладкие деньки, Джеймс.       Голова повернулась в сторону спящего парня. Рука сама собой сжалась в кулак. Этот человек причинил боль Кэтрин. Он должен ответить сполна. Голос разума, говоривший, что не стоит вмешиваться в жизнь смертных, заглушил гнев. Я подошёл к подоконнику и как бы случайно задел крылом вазу. Та полетела на пол и с грохотом разбилась. Парень тут же открыл глаза и подскочил с кровати. Заметив меня, он закричал и отбежал в угол. — К-к-кто вы? — страх в его голосе приносил наслаждение душе, затуманенной, как мне раньше казалось, иррациональной, неправильной эмоцией злости. Об этом часто говорили мне архангелы и серафимы. Что я не должен поддаваться гневу, потому что так я уподобляюсь демонам. Но что делать, если кто-то заслужил мою ярость? Что делать, если кто-то причинил боль моей родной душе? Прощать и забывать об этом я не собирался. — Твоё проклятие, — вкрадчивым, тихим, но угрожающим голосом произнёс я. — Ч-что вы имеете в виду? Убирайтесь из моего дома! Я сейчас вызову полицию! — рука парня тут же потянулась к телефону, лежавшему на ближайшей тумбочке, но ангельские рефлексы всегда были быстрее людских. Буквально за долю секунды я оказался рядом с Джеймсом и схватил того за горло. Он тут же стал задыхаться. — Полиция никак не поможет тебе уйти от гнева Небес. — Вы… сумасшедший! — прохрипел Джеймс, пытаясь избавиться от моей стальной хватки, но бесполезно. — Просто умею защищать себя и свою девушку. — Причём… тут… я и твоя… девушка? — О, ты имеешь к этому самое что ни на есть прямое отношение. Имя «Кэтрин» тебе ни о чём не говорит? — вопреки своему состоянию парень рассмеялся. — Это та… ревнивая… сука, которая… — он не успел договорить: я приложил его затылком о стену несколько раз. — Не смей. Так. Говорить. О ней, — удары пришлись на каждое отчеканенное слово.       Видя, что парень скоро задохнётся, я отпустил его. Не хватало ещё видеть его в рядах бессмертных. Джеймс тут же стал жадно хватать ртом воздух. Думаешь, я закончил? Ты сильно ошибаешься. Я резко пригвоздил его к полу, не давая сбежать. Стал раз за разом наносить удары кулаками по его лицу до проявившихся гематом и разбитого носа. Напоследок отвесил сильную пощёчину. Джеймс уже не сдерживал слёзы боли. Рука снова переместилась на горло. — Запомни раз и навсегда, Джеймс, — прошипел я, с отвращением выплюнув его имя. — Все твои проступки видны Небесам. Тебе всё припомнят. Ты ответишь за всё. Я лично позабочусь о том, чтобы тебе приготовили самый худший котёл в аду. — К… кто ты? — вновь спросил парень ослабшим голосом. Хищно улыбнувшись и раскрыв крылья для пущего эффекта, я соизволил ответить по-своему: — Рагуил.       Оставив Джеймса лежать на полу и корчиться от боли, я выбрался из квартиры тем же путём, что и зашёл, и спустился на тротуар. Дело сделано. Пора было возвращаться в школу, но мне захотелось немного прогуляться и охладиться. Усмирить остатки гнева. Ноги вели в неизвестном направлении, мимо домов с редкими освещёнными окнами, голых деревьев, напоминавших силуэты каких-то чудовищ, пока не остановились у лавочки в парке. Присел на неё и закрыл глаза. После мести чувствовалась пустота. Сложно сказать, приятная или нет. Говорил Кэтрин не мстить, а сам… Поддался гневу. Впрочем, этот человек заслужил. Или… я был слишком жесток? Нет, поздно сожалеть о содеянном. Такие люди никогда не поймут слов. Он должен был испытать эту боль. Вряд ли это изменит Джеймса, но особый урок он получит. И мы с Кэт перестанем думать о нём…       Размышления прервал странный звук, донёсшийся снизу. Взгляд опустился к ногам. Возле них тёрся небольшой земной зверь. Заметив, что я смотрю на него, он сел на землю и уставился своими коричневыми глазами на меня. Шоколадное треугольное ухо дёрнулось, что вызвало умиление. Я осторожно поднёс руку к забавному зверьку. Тот обнюхал её и упёрся мордочкой. Рука переместилась на голову, начав её гладить. — Ты милый, — произнёс я с улыбкой, не волнуясь, что он не понимает меня. — Всё никак не могу вспомнить, кто ты, — животное издало короткое «мяу». Это помогло вытащить нужное воспоминание из памяти. — А, ты кот. Что же ты здесь делаешь в такой час?       Кот отстранился от моей руки и запрыгнул на лавочку. Улёгся и стал наблюдать. Я продолжил гладить его. Послышалось довольное мурчание. — Никогда не встречал подобных тебе в жизни, но очень хотел бы завести, — улыбка не сходила с лица. — Интересно, а Кэт любит кошек? — задался вопросом вслух. — Она говорила, что у неё когда-то был кот.       Я вновь взглянул на кота, довольно ластившегося под руку, и заметил, что он чем-то похож на Кэтрин. Шёрстка, напоминавшая о её волосах цвета кофе, глубокие коричневые глаза, как её карие. «И такой же милый», — добавил про себя.       В голове внезапно возникла мысль, такая странная и необычная. В какой-то степени сумасшедшая. Я приманил кота, и он быстро переместился на мои колени. Аккуратно взяв его на руки, встал и вызвал водоворот, как учила Кэтрин. Нас тут же затянуло в открывшуюся воронку. Кот недовольно замяукал, прыгнул мне на шею и не слезал с неё до конца «поездки».       Впереди возвышался ещё один многоэтажный дом, немного отличавшийся цветовой гаммой от прошлого. На лавочке у подъезда, к моему удивлению, сидела женщина средних лет, склонив голову. Руки сжимали небольшой платок. Хоть у смертных не было явной энергии, я сразу почувствовал, как ей больно и тоскливо. — Простите, — я подошёл к ней с котом в руках. Она слегка дёрнулась и подняла голову. Я тут же узнал карие глаза и чуть вздёрнутый нос. Мама Кэтрин. Вот так удача. — Я присяду?       Женщина кивнула и подвинулась. Я сел на некоторое расстояние, чтобы не тревожить её. Повисло молчание, прерываемое редкими тяжёлыми вздохами. Я всё ласкал кота. Это успокаивало. — У вас славный котик, — внезапно послышался тихий, охрипший голос. — Он так похож на… — мама Кэтрин всхлипнула. — Почему вы плачете? — безусловно, я знал причину, но хотелось послушать женщину и как-то попробовать поддержать. — Простите, — она стёрла слёзы платком. — Я не думаю, что должна загружать вас этим… — Всё в порядке. Я же сам спросил, — я позволил себе придвинуться ближе и положить свою руку на её. — Я… я давно потеряла сон, — начала рассказывать мама Кэтрин, решившись довериться мне. — С тех пор как моя дочь… покинула этот мир. Я не могу смириться с этим. Каждый день я всё ещё жду, когда она позвонит мне вечером, как делала это всегда, и расскажет о своём дне в университете. Мой муж тоже скучает по ней, поэтому ушёл в работу с головой. А я… каждую ночь выхожу сюда и смотрю на небо и думаю о ней. Вспоминаю её улыбку, блеск её глаз, её голос и не могу… Не могу сдержать слёз, — по щекам вновь потекли солёные дорожки. Сердце сжалось от сочувствия. — Мне очень жаль, что вам пришлось пережить похороны своей дочери, — я крепче сжал руку женщины, выражая искреннюю поддержку. — Я понимаю, как вам больно и что вы не скоро смиритесь с этим. Позвольте прожить это горе столько, сколько вам нужно. А ваша дочь всегда будет в вашем сердце. И хоть я не знаю её, я уверен, что она в лучшем месте.       Мама Кэтрин вновь стёрла слёзы и посмотрела на меня покрасневшими глазами, под которыми пролегли тёмные мешки. Она не преувеличивала, когда говорила, что давно не спит. — Да… я знаю, — произнесла она. — Но всё равно спасибо вам за эти слова, молодой человек. Вы словно ангел, спустившийся с небес в эту ночь, — я улыбнулся краем губ. Женщина не могла представить, насколько была права. — Могу я?.. — она указала на кота. Наверное, хотела его погладить. — Конечно, — миссис Ричардс с опаской поднесла руку к мордочке. Кот обнюхал её и уткнулся головой. Мама Кэтрин почесала его за ухом. — Не хотите взять его к себе? — озвучил я свою идею. — Ох, что вы, это же ваш… — тут же запротестовала она. — На самом деле, я его сегодня нашёл на улице. Так что буду рад, если он найдёт хороший дом. — Я даже не знаю… — Могу узнать ваше имя? — женщина поколебалась, но всё же произнесла: — Матильда. — Матильда, я вижу, как вы тоскуете по дочери. Вам хочется заботиться о ком-то. Так пусть этим будет маленький питомец. К тому же, вы сами сказали, что он похож на неё. Вдруг это часть её души спустилась к вам в виде такого замечательного кота?       Я знал, что схожесть кота с Кэтрин — просто совпадение, но Матильде, ничего не знавшей о загробной жизни, аргумент показался достаточно убедительным. Она аккуратно забрала у меня кота. — Возможно, вы правы. Нам ведь не дано знать, что происходит с нами после смерти. Всё возможно. По крайней мере, в квартире теперь не будет так тихо и пусто в отсутствие мужа, — впервые на её лице проявилась слабая улыбка. Я помог Матильде подняться. — Вам всё же следует пойти и поспать. Вы выглядите очень уставшей. Сделайте себе успокаивающий чай. Вам это пойдёт на пользу. — Не думаю, что у меня получится, но могу попытаться. Может, этот котик окажет убаюкивающий эффект. — Буду надеяться, что вам станет лучше со временем. Я пойду. — Как же зовут вас, молодой человек? — спросила меня мама Кэтрин. Я на миг остановился. — Предпочту остаться просто вашим ангелом. Доброй ночи, — я одарил её улыбкой на прощание и побрёл в сторону, где можно было вызвать водоворот.       Через несколько минут я уже был в школе. Осторожными шагами, чтобы никто не заметил, я прокрался к нашей с Кэтрин комнате. Как можно тише открыл дверь и быстро прошмыгнул внутрь. Развернулся и встретился с непонимающим взглядом Кэтрин.

Несколько минут назад. Комната Кэтрин. От лица Кэтрин.

      Мёртвые тела повсюду. Боевые кличи и крики боли не смолкают ни на минуту. Мимо летают копья, не задевая меня. Рука с мечом легко парирует все атаки противников. Внезапно один из светлых силуэтов оказывается сзади и с силой дёргает крыло. Спину тут же пронзает острая и невыносимая боль. Из горла вырывается оглушающий крик. — Ты не заслуживаешь его, чудовище!       Чудовище? Нет, я… я не чудовище! Я никому ничего не сделала!       Меч падает на землю. Ноги подкашиваются, и я опускаюсь на колени. Рука трогает спину. Ладонь вся в крови. Почему меня считают чудовищем? Почему?..       Я резко вырвалась из пелены сна и села на кровати. Комната сразу показалась слишком душной. Подошла к окну и распахнула его, впустив свежий ночной воздух. Сердце всё ещё бешено колотилось, норовя выпрыгнуть из груди. Я стала часто дышать, пытаясь оправиться от кошмара. Неосознанно прикоснулась к спине. Оба крыла на месте. «Всё хорошо, это всего лишь сон», — успокаивала себя я. Через десяток вдохов и выдохов я выровняла дыхание и осмотрелась. Моя кровать, как и соседняя, пустовала. А где Бонт? По спине пробежал холодок. Я ринулась в ванную, надеясь, что он там, но та встретила меня темнотой и тишиной. — Бонт? — произнесла я в пустоту, но никто мне не ответил. — Бонт! — позвала громче. Безрезультатно. В животе тут же завязался неприятный узел. Куда же он мог деться в такое время? Захотелось бежать, искать его, но тело будто парализовало. Я не могла сделать и шага.       Внезапно дверь открылась, и в комнату забежал искомый ангел. Страх сразу же рассеялся, но на его место пришло недопонимание. Бонт развернулся, и мы столкнулись взглядами. Он явно не ожидал, что я буду бодрствовать. Парень открыл рот, намереваясь что-то сказать, но был прерван моими спонтанными объятиями. — Где ты был? Я думала, тебя нашли учителя! — с возмущением и тревогой выкрикнула я. — Не пугай так больше. — Прости, что заставил тебя волноваться. Мне нужно было закончить одно дело. — Какое может быть дело поздней ночью? — Бонт не ответил. Я отстранилась и посмотрела прямо в его глаза. — Бо-о-нт? — протянула с недоверием. — Только не злись, — я приподняла брови в изумлении. Почувствовала напряжение во всём теле. Ангел прошёл к нашей кровати и сел на край. Я устроилась на соседней. — И что же тебя вынудило покинуть комнату ночью? — Если вкратце, то я захотел отомстить Джеймсу с помощью магии, но кое-что пошло не по плану, — Бонт снова замолчал, начав заламывать руки. — Тебя поймали? — озвучила я самый худший исход. К счастью, Бонт мотнул головой в знак отрицания. — Я… я поддался гневу и… избил его, — было видно, что его гложет вина за это. Как тогда с архангелом в башне. Пусть Джеймс и заслужил хорошую трёпку, для Бонта насилие было неприемлемо и неправильно. Я положила свои руки на его. — Ты не пострадал? — судьба человека меня не волновала. Важнее был мой ангел. Тот снова мотнул головой. Я облегчённо выдохнула. — На этом всё? Тебя никто не видел? — Надеюсь, что нет. Старался быть как можно незаметнее.       Из горла вырвался нервный смешок. Ночь всё удивительнее и удивительнее. Я понимала, что Бонт может разозлиться, как и всякий бессмертный, но чтобы настолько… — Что ты за магию использовал? Порчу навёл? — усмехнулась я. — Почти. Подклад на вечное одиночество и ненависть со стороны окружающих, — я прикрыла лицо ладонью и тяжело вздохнула. С губ невольно слетело ругательство. — Поразительно. Думаешь, сработает? — Должен.       От серьёзности Бонта я не смогла сдержать смеха. Мне просто не верилось, что тут подобное работает. На Земле такое обычно считалось разводом на деньги, поэтому я всегда скептично относилась к гаданиям, порчам, подкладам и подобному. — У нас таким некоторые одногруппницы баловались. Никогда не верила. — А здесь это всё работает. У людей нет нужных знаний. — В любом случае, — я соединила ладони в негромком хлопке, — Джеймс для нас всех в прошлом. Сейчас есть только мы и наше будущее. Пожалуйста, никогда больше не убегай сам. Если серафим Кроули перестал тебя искать, не значит, что он забыл об этом. Нам нужно быть осторожными. — Даю слово, — Бонт приложил руку к сердцу, как бы скрепляя клятву. — Кстати, а почему ты не спишь? — Снова видения, чтоб их черти побрали, — проговорила я, отведя взгляд в сторону. Всё тело передёрнуло от воспоминаний об ужасе, увиденном сегодня. — Давай спать? Мне скоро на уроки.       Парень кивнул и растянулся на кровати. Я легла рядом, прижавшись ближе, будто боясь, что он опять куда-то уйдёт. Бонт приобнял меня за талию, уткнувшись носом в волосы. — Я твою маму встретил, — внезапно сообщил он в макушку. Сердце тут же резануло болью. — Она очень скучает по тебе, но я подарил ей утешение. — Надеюсь, она оправится со временем. — Я уверен в этом. Засыпай.

***

      Уроки прошли быстро. Я и не заметила, как они закончились. Ноги еле гнулись, пока я шла к ангелу Фенцио. Сегодня предстоит новая встреча с хранителем. Пусть она будет последняя. Хотелось уже подчинить силы и начать заниматься их развитием. В груди бурлили смешанные чувства. Во-первых, решимость. Я была настроена лишь на победу и была уверена, что в этот раз всё получится. Во-вторых, страх. Шанс форс-мажора никогда не равен нулю. Может произойти что угодно.       Ангел Фенцио, как и всегда, был в своём кабинете. На мой приход он обернулся и кивнул в знак приветствия. Тут же встал из-за стола и, как только дверь закрылась, создал портал в давно знакомое место.       На острове погода оставалась неизменной. Лёгкий ветер развевал волосы и качал ветки деревьев. Тучи плыли над головой, но они никогда не разразятся дождём. Я приняла позу лотоса на земле, готовая к погружению в себя. Ангел Фенцио опустился напротив. — Готова? — спросил он, наверное, для своего спокойствия. Я уверенно кивнула. — Тогда приступай. Желаю успеха.       Я глубоко вздохнула и выдохнула. Закрыла глаза и расслабилась. На пару секунд замелькали размытые картинки, но тут же исчезли, открыв взору светлое пространство. На этот раз я помнила, куда идти, и быстро зашагала вперёд. Вскоре показался знакомый шар. Рука вновь потянулась к нему, и это заставило шар преобразиться в фигуру хранителя. — Готова доказать, что достойна иметь такие способности? — в точности как в прошлый раз спросила фигура. — Готова, — встав в боевую стойку, ответила я.       Фигура сразу набросилась на меня, но я успела отскочить. Тогда хранитель попытался нанести удар, но моя рука заблокировала его. Последовала серия атак, и практически ото всех я защитилась. Ухо уловило тихое хмыканье. Фигура отпрыгнула в сторону и воздействовала на пространство. Вокруг будто стали сужаться невидимые стены. Я выставила руки в стороны. Всю энергию направила в ладони и как бы попыталась остановить сужение. С большим усилием я оттолкнула стены и выпрямилась, но тут же мне пришлось увернуться от летевшей в мою сторону стрелы. В руках собрались сферы, которые я метнула в хранителя. Они не достигли его, но задержали выпущенные стрелы. Внезапно фигура исчезла, и через несколько секунд я почувствовала ощутимый толчок в спину. Я упала на колени, но сразу же повернулась и поднялась на ноги. Послала ещё одну сферу в хранителя, но тот лёгким движением руки смёл её. Тогда я запустила несколько сфер в ноги фигуры, и это сработало. На несколько секунд она потеряла равновесие. — Теперь моя очередь играть с пространством! — прокричала я и вскинула руки вверх, вновь направив текущую внутри энергию в них. Перед глазами тут же всплыл образ леса на острове. — Ха!       Светлое ничто преобразилось в тёмный густой лес, в центре которого была поляна. Всё как в реальности. Хранитель поднялся и осмотрел проделанную мной работу. Кивнул чему-то. — Попробуй догони меня! — я моментально улетела в чащу деревьев и спряталась за их кронами. Я услышала, как хранитель побежал за мной и остановился в нескольких метрах от дерева, где укрывалась я. Подгадав нужный момент, я набросилась со спины и повалила фигуру на землю, прижав её всем телом. Неожиданно она сбросила меня, и я еле успела отползти от места, куда вонзилось копьё.       Завязалась долгая битва. То мы сталкивались в дуэли на земле и сражались голыми руками и оружием, то хранитель преследовал мелькавшую меня среди деревьев. Я чувствовала, что скоро не останется сил, но продолжала свою тактику изнурения противника. В конце концов я вернулась на поляну. Присела на колено, пытаясь выровнять дыхание. Следом за мной вышел хранитель с мечом в руках. Он остановился, увидев запыхавшуюся меня. Я тут же поднялась, не желая показывать свою слабость. Но трясущиеся ноги выдавали с головой. Когда фигуре оставался десяток метров до меня, из рук вылетела очередная сфера, которая была отметена. Ноги не удержали тело и подкосились. Я упала на спину попыталась отползти, но хранитель выставил руку, тем самым как-то воздействовав на моё тело. Меня тут же парализовало. Хранитель подошёл ближе и остриём меча поднял лицо, чтобы я взглянула на него. — Теперь я вижу, что ты готова. Так похожа на неё. Такая же упрямая.       Фигура убрала меч и протянула руку. Я с недоверием смотрела на неё, ожидая подвоха. Тогда хранитель сам помог мне подняться. — Разве я не должна тебя убить? — в недоумении спросила я. — Убив меня, ты бы лишилась части себя. И я не могу тебя убить. Только немного запугать. — И что это всё значит? Я справилась? — фигура кивнула. Постепенно лес растворился в воздухе, вновь оставив светлое пространство. На месте хранителя после небольшой вспышки появился шар, который подлетел к вытянутым рукам. Сейчас он не обжигал, а лишь приятно согревал. Ведомая интуицией, я медленно подняла его вверх и воздействовала на него энергией. Шар тут же стал больше и поглотил меня всю, оставив чувство теплоты по телу и яркую вспышку перед глазами.       Открыла глаза я уже на настоящем острове и встретилась с вопросительным взглядом ангела Фенцио. Я осторожно поднялась, чувствуя, как меня наполняют приобретённые силы. — Ангел Фенцио, — произнесла я дрожащим от облегчения голосом. — У меня всё получилось.       На лице учителя тут же расплылась широкая улыбка. Он встал на ноги и подошёл ко мне. Неожиданно пожал руку. — Поздравляю, Кэтрин. Ты смогла. Я очень рад за тебя. Ты, наверное, устала? Иди, отдыхай, — ангел Фенцио тут же создал портал и приглашающим жестом пустил меня пройти первой.

***

      В комнате меня ждал Бонт. Увидев, как я зашла, он сразу же подскочил с кровати ко мне. — Как успехи? — он знал о битве с хранителем и беспокоился. Я показала большой палец вверх. — Всё хорошо, только подустала. Дай мне несколько минут, я схожу в душ и полетим на Землю. — Уверена? — ангел взял меня за руки. — Если устала, давай перенесём… — Нет-нет, я сама очень хочу этого, — прервала я его жестом руки. — С тобой я расслабляюсь и чувствую себя комфортно. Я сейчас вернусь.       Обойдя Бонта, я направилась в ванную комнату и заперлась там. Раздевшись, включила душ и встала под горячие капли. Удовлетворённо замычала, почувствовав тепло и расслабление мышц. Омыв всё тело, вышла из кабинки и привела себя в порядок. Затем вернулась к Бонту. — Теперь я готова. Пойдём?

***

      Мы летели в водовороте в неизвестном для меня направлении. В этот раз выбор места остался за Бонтом, и он не рассказал, куда мы отправимся. Лишь загадочно улыбнулся и повторил мои же слова, сказанные вчера: «Увидишь, когда прибудем». Это ещё больше раззадорило моё любопытство, но я терпеливо ждала. И вот ветер развернул нас ногами к земле. Через несколько секунд мы приземлились на большую площадь, где неспешно прогуливались туристы и фотографировали что-то за моей спиной. Повернувшись, я не поверила своим глазам. — Это же… Эйфелева башня! — от восторга голос был громче, чем следовало, но никто не обратил на это внимания. Наверное, люди к подобному привыкли. — Добро пожаловать в Париж, mon amour, — прошептал Бонт у самого уха. От этого и от французского обращения, слетевшего с его губ, пробежались мурашки по спине, а низ живота отозвался условными бабочками. — Я давно хотел посетить этот город, — он отстранился и стал говорить обычным голосом. — Рад, что с тобой я осуществил это желание, — я развернулась к ангелу и чмокнула его в щёку. — Я тоже мечтала о поездке в Париж. Подойдём ближе?       Я схватила Бонта за руку и повела через Площадь свободы и прав человека, мимо садов Трокадеро с потрясающими фонтанами, по мосту Йена и прямо к башне. Могла бы я подумать, что так скоро увижу главную достопримечательность Парижа вблизи? От её высоты захватывало дух. Хотелось подняться на смотровую площадку и полюбоваться панорамой города, но мысль была тут же отметена, когда я увидела огромную очередь на вход. Безусловно, многие туристы в Париже захотят посмотреть на город с высоты знаменитой башни. — Хочешь подняться туда? — Бонт всегда угадывал мои мысли, но в этот раз я покачала головой. — Там наверняка толпы туристов. Мне достаточно было просто взглянуть на неё. Я знаю место не хуже.       Я мигом вызвала водоворот, который через минуту выбросил нас на смотровой площадке Триумфальной арки. С неё открывался не менее шикарный вид на город и Эйфелеву башню. Машины проносились внизу по дороге через арку. Серые облака нависали над домами в стиле Осман, придавая особый шарм осеннему Парижу. Или уже зимнему? Сложно сказать. Я совершенно перестала ощущать смену времён года, поскольку на Небесах было вечное лето. — Как тебе? — спросила я у Бонта, кивнув в сторону города. — Красиво, — кивнул он. — Но в летнее время, наверное, ещё красивее. — С этим не поспоришь. Повсюду яркая зелень, солнечные лучи, освещающие дома… — я улыбнулась и мечтательно вздохнула, представив такую картину. — Обязательно вернёмся сюда летом.       После посещения Триумфальной арки мы отправились гулять по укромным улочкам и паркам Парижа. Прошлись по району Монмартр, где располагалась довольно известная «Стена любви», заглянули в парк Монсо с его уменьшенными копиями некоторых чудес света и скульптурами известных писателей и композиторов, посидели у фонтана на площади Вогезов и насладились вкуснейшей выпечкой, любезно предоставленной загипнотизированным продавцом из ближайшей пекарни, попутно разговаривая о всём на свете. Бонт рассказывал разные легенды о небесном и адском мире, а я вспоминала случаи из школы и университета. Я вновь ощущала себя живой и самой счастливой на свете. Я знала, что каждый момент с моим ангелом будет такой, но всё равно наслаждалась им по полной и не хотела, чтобы он заканчивался.       Когда солнце на небе сменилось полумесяцем, в окнах зажёгся свет, а Эйфелева башня засияла яркими огнями, мы подошли к мосту Мари. Место было не совсем туристическим, но имелось в нём кое-что особенное. — Знаешь, почему мы здесь? — я слегка повернула голову к парню. — Есть одна легенда, связанная с этим мостом. Говорят, если поцеловаться под ним, то пара будет вместе навсегда. Конечно, это лишь поверье, но красивое, правда?       Вместо ответа Бонт лёгким движением в неком танцевальном па притянул меня к себе, отчего я сделала поворот на 360 градусов и оказалась наклонённой к земле. Поддерживая со спины левой кистью, сжал в правой мою руку. Мы были точно под одной из арок моста. Ангел приблизился к моему лицу, и через секунду наши губы соединились в нежном, чувственном поцелуе. Ухо уловило, как сердце Бонта застучало быстрее. Подушечки пальцев огладили скулы, затем перешли к шее и нащупали пульсирующую венку. Внезапно я почувствовала, как парень вобрал нижнюю губу своими, отчего невольно вцепилась пальцами в его волосы. Колени подкосились, но Бонт удержал меня и помог выпрямиться. Ещё пару минут исследования уст друг друга, и мы отстранились. Сердце до сих пор стучало, как бешеное. Взгляд случайно переместился к глазам. Всё ещё не те родные. Сладостная нега тут же сменилась гнетущей, разрывающей изнутри печалью. — Хотела бы я видеть твоё лицо вместо этого облика, — я вновь положила пальцы на щеку Бонта. — Когда-нибудь так и будет, — он накрыл их своей ладонью. — Только когда? Когда же мы сможем самозабвенно целоваться, не боясь быть обнаруженными? Когда же твоей свободе ничего не будет угрожать? — Я тоже этого жду. — Знаю. Просто… — я рвано вздохнула, внезапно почувствовав влагу в уголках глаз. — Я хочу что-то сделать, поменять, но не знаю как. Меня раздражает, что я не в силах помочь тебе начать жить полноценной жизнью. — С тобой я чувствую себя полноценно, — Бонт обхватил мои предплечья. — В каком облике бы я ни был. И решение обязательно придёт. Рано или поздно.       Я слабо кивнула в ответ. Мне хотелось верить, что когда-нибудь всё разрешится. Может, не так скоро, как того я желала. И уж лучше так, чем через какое-нибудь зеркало, не имея возможности и коснуться. — Уже поздно. Полетели домой?

***

Школа ангелов и демонов. Комната с заброшенным камином. От лица ангела Фенцио.

      Комната встретила привычной тишиной и темнотой, которую разрезала лишь свечка в руках. Я подошёл к камину и опустился на пол. Из кожаной сумки достал несколько склянок разных цветов. В пустой бутылочке смешал всё по пропорциям, описанным в рецепте. Затем вылил получившееся зелье на угли. Те тут же зашипели и задымились. Я выставил руки и проговорил: — Per potestates tenebrarum se, ego vocare te, domina. Responsum mihi.       Камин вспыхнул ярко-оранжевым пламенем. Из груди вырвался тихий облегчённый вздох. Сработало. Я моментально поклонился, выражая глубокое уважение и подчинение. — Я надеюсь, ты с добрыми вестями, — раздался шипящий голос. В россыпи зажжённых углей проявилось лицо. — Конечно, госпожа. Иначе я бы не побеспокоил вас, — я выпрямился и начал рассказывать. — Сегодня Сатану вызвали в цитадель по поводу недавнего нападения демонов на школу. Советники посчитали, что это преступление против рая, а значит, и против самого Шепфа. Они хотят сместить Сатану с поста. Из-за этого он объявил ад автономным от рая и заявил, что в следующий раз придёт уже с армией. Война вот-вот начнётся. — Златокрылые идиоты, — зловеще рассмеялся голос. — Зная Сатану, он не станет медлить. Всё свершится совсем скоро. Все компоненты ритуала на месте? — Да, госпожа. Кубок Крови в кабинете в тайнике, Люцифера и Вики притянет сила дерева, Бонта и Кэтрин я заберу прямо перед началом. — А тело? Ты нашёл его? — Оно в надёжном месте. — Прекрасно. Как только завидишь армию демонов, начни подготовку. К моменту, когда дочь серафима и сын Сатаны будут у древа, всё должно быть на месте. — Понял, госпожа. Благодарю Вас за доверие. — Я вижу, ты и вправду предан мне. Это обязательно окупится. Надеюсь, в следующий раз мы встретимся уже лично.       Огонь напоследок разгорелся сильнее и резко потух, погрузив комнату в непроглядную тьму, которая скоро настигнет всех, кто держался за ложное Равновесие…