Какой же ты ребенок, Перси

На следующий день Перси не мог выбросить из головы его последнюю встречу с Лукой. Он не мог так поступить с ним, все было похоже на страшный сон. Что бы Лука не натворил – Перси не имел права бить его, тем более, он теперь даже не был уверен в том, что Лука изменял ему. Изменял? Формально, они даже вместе не были. «Какого черта. Я во всем виноват. Нужно было поговорить с ним, нормально поговорить. Зачем я все это устроил? Я гребаная истеричка! Я, черт возьми, баба!» Его снова передернуло от осознания того, что он опять сравнил себя с девушкой. «А чего ты ожидал? Ты влюблен в парня!» вопил внутренний голос. Совесть терзала Перси, он долго не мог решиться, но все же пошел в дом к Луке. Весь день Перси прокручивал в своей голове всевозможные предстоящие диалоги. Ни на тренировке, ни на ужине Персей не видел его. Несколько раз за день его посещали мысли, что возможно это плохая идея. Но вот Джексон уже стоит на пороге его домика. Отступать было некуда. - Лука? Ты здесь? – постучав в дверь, спросил Перси. - Перси? – в ответ спросил Лука и поспешно открыл дверь. Лука встал на пороге и взглянул в глаза Перси. Перси снова видел эти грустные глаза, хотя Кастеллан пытался вести себя как обычно. - Ты что-то хотел? – не дождавшись каких-либо слов от другого, сказал Лука. - Можно я войду? На секунду, Перси показалось, что Лука не пустит его, да и пошлет куда подальше, настолько задумчивым он тогда выглядел. Но Лука отошел от прохода, позволяя Перси зайти. Он закрыл дверь и сел на свою кровать. - Тебе нужно приглашение, чтобы сесть? – каким-то слишком безразличным тоном произнес Лука. Перси чуть не пошатнулся от неожиданности такой фразы, но взял себя в руки и стал искать подходящее место, чтобы сесть. В домике Луки было два стула и оба из них были завалены всяким барахлом. - Если бы я знал, что ты придешь, то я бы прибрался. Извини, садись на кровать. – добавил Лука, устало потирая переносицу. Перси сделал несколько шагов вперед и сел на кровать к Луке. Он попытался расположиться как можно дальше от него, но второй занимал слишком много места. Неловкая тишина и Перси решается начать разговор: - Лука, прости меня. Я не знаю, что мне стукнуло в голову. - За что ты извиняешься? - За то, что ударил тебя… - И все? Перси, почему после событий на реке ты стал относиться ко мне так, будто я какое-то чмо с улицы? По какой причине ты стал избегать меня? Я просто не понимаю, ни тебя, ни твоих действий. Перси понял, что если уж он решил просить прощения, то нужно обсудить все их недопонимания и ответил: - Я видел тебя на следующее утро с девушкой. Рано утром, до подъема, вы лежали с ней вместе у дерева,- Джексон уже было хотел рассказать Луке о том, что “изменять нехорошо” но другой его перебил. - Ахах, Перси, ты серьезно? Ты ревнуешь? Черт, Перси, ты ревнуешь меня к девушке? – Лука улыбался так широко, а в его глазах пропала та деланная безразличность и грусть. - Это не смешно. - Она всего лишь моя подруга,- более серьезно ответил Лука. -Друзья так себя не ведут. – перебил Луку Перси. -Может, ты помолчишь и дашь мне сказать? -Извини. – виновато сказал Перси. -Мы почти в одно время пришли в этот лагерь и мы дружим уже много лет. Мы через многое прошли, она мне как сестра и я всегда защищаю ее, как брат. Перси почувствовал себя невероятно глупо, он начал ревновать Луку к кому-то, ни в чем не разобравшись. Действительно, почему он не подумал про то, что это могла быть его подруга? «Потому что ты ревнивая баба» не унимался внутренний голос. - Заткнись, - тихо шикнул Персей самому себе. - Что? – переспросил Кастеллан. - Я не подумал об этом. Лука, прости меня,- выкрутился парень. Кастеллан снова заулыбался и сказал: - Иди ко мне. Возьми меня за руку. Перси поднялся с кровати, Лука сделал то же самое. Они подошли вплотную друг к другу и крепко взялись за руки. Лука уткнулся носом ему в макушку. - Никогда так больше не делай, - промурчал Перси в шею любимого. - Как? - Ну, так. Точнее делай, только мне говори,- попытался объяснится Джексон. - Я вовсе тебя не понял. - Я себя тоже. Лука переплел их пальцы, а потом отстранился. Всего один взгляд Луки в глаза Персея – и у них обоих будто сорвало тормоза. Да что там, будто этих самых тормозов и вовсе не было! Страсть, влечение, недопонимание и в то же время доверие друг друга – главные составляющие коктейля эмоций, что бушевали в обоих парнях. Эмоций, которые бушевали в тот самый момент, когда Лука снимал футболку с Перси, в тот самый момент, когда повалил его на кровать, в тот самый момент, когда навис сверху, целуя ключицы Джексона, плавно поднимаясь и снова целуя его губы. - Я… Я люблю… Перси, я люблю тебя,- запыхаясь в перерывах между поцелуев, сказал Кастеллан прямо в губы Перси, тут же целуя их, как бы закрепляя сказанное. - По сценарию, ты должен говорить это после секса, - пробурчал Джексон в ответ, охотно отвечая на ласки. - К черту сценарий,- выпалил Лука, рывком снимая с себя верхнюю одежду. Перси определенно нравился такой ход событий, он помог парню снять с себя джинсы, а затем и трусы. В конечном итоге, когда они уже были полностью обнаженные, они были абсолютно открыты друг для друга. Также, как и их чувства. Между ними не стояло ничего, никаких недоговорок, никакого непонимания. Все открыто, также, как и взгляду Персея открыто прекрасное тело, каждый мускул, к которому невыносимо хочется прикоснуться. Что брюнет, собственно, и делает. - Ты прекрасен, - только и смог выдохнуть Джексон. Он впервые видит Луку ТАКИМ и он, естественно, не может не восхититься. - Мы,- Лука берет Перси за подбородок, заставляя второго посмотреть ему в глаза, - мы прекрасны. После недолгого поцелуя, Перси улыбается и отвечает: - Эгоист проклятый. - Сам такой, - как бы безразлично отвечает Кастеллан, спускаясь лицом вниз. Когда операция «исцеловать всего Перси Джексона» была выполнена, он таки приступил к делу. - Ты точно готов? – на всякий случай спросил он, перевернув Перси на спину и максимально комфортно устроившись сзади. - Вперед, - сглотнув, ответил Персей. На самом деле ему было страшно. Страшно потому, что прежде он никогда не делал ничего подобного с парнями, страшно потому, что он вообще не имел представления, как оно все пройдет. Нет, он конечно знал что, как и куда, в нашем веке чуть ли не каждый в курсе того, как именно проходят однополые половые акты. Он боялся сделать что-то не так. Но он доверял Луке. Он доверял ему почти также сильно, как и самому себе. Поэтому он мог позволить ему все. В прямом смысле. Абсолютно все. Спустя каких-то пару секунд он почувствовал острую боль в своем заду. Перси уже успел увидеть член Луки, но сейчас он казался в десятки раз больше. «Да мой зад трещит по швам, черт возьми!» подумал Джексон и слегка пискнул, когда Кастеллан попытался войти слегка глубже. - Прости, любимый, прости меня, - Лука произносил эту фразу несколько раз, неугомонно целуя плечи и спину Перси, пытаясь хоть немного утихомирить боль. – Сейчас все пройдет, обещаю, все будет хорошо,- выдохнул он ему на ухо, после чего вошел резко и до конца. «БЛЯТЬ!» мысленно выругался Персей. - Прости, прости, прости…- мимолетные неуклюжие поцелуи в разные части тела, циклично повторяющаяся фраза, боль, уже начинающая утихать. Лука двигался в парне размерено и плавно, ему уже порядком хотелось большего, но он не мог позволить себе причинить боль любимому. Со временем, боль внутри Персея совсем утихла, а ей на замену пришло наслаждение. Перси уже сам двигался бедрами навстречу Луке, чему тот был несказанно рад. Они иногда сбивались с ритма, тихо стонали имена друг друга, выдыхали какие-то нежные слова, руками ласкали друг друга. - Лука, я вот-вот… уже…. Почти,- у Перси перехватило дыхание, когда он почувствовал приближение кульминации. Пара последних мощных толчков и Лука громко выкрикнув имя возлюбленного, излился в него. Обессилено рухнув на тело под собой, Лука просунул руку между кроватью и желанным телом и принялся водить ею по уже готовому кончить, члену Перси. Как и ожидалось, спустя недолгое время, Перси излился в руку Кастеллана, простонав что-то невнятное. - А вот теперь, у меня есть все права сказать, что я люблю тебя, - уткнувшись носом в нос Перси, сказал сын Гермеса. - А еще у тебя есть все права поцеловать меня. Снова,- улыбнулся Перси. Кастеллан сладко поцеловал его, как бы завершая их маленький спектакль, где у каждого своя роль и ни один актер не следует сценарию.