Мистер Саншайн

***

I'm gonna make this last forever Я собираюсь остаться с тобой навсегда, Don't tell me it's impossible Не говори, что это невозможно. 'Cause I love you for infinity Потому что я люблю тебя до бесконечности. I love you for infinity Я люблю тебя до бесконечности.

      То была самая жаркая весна за все пять лет, что Такемичи работала в магазине проката дисков. Жаркое солнце нещадно било в голову, настолько, что пришлось вызывать сотруднице скорую, из-за солнечного удара. Ханагаки в очередной раз протяжно застонала под вентилятором и нетерпеливо смотрела на часы. До конца смены часа два, от силы.       Как же ей хотелось наплевать на всё и бежать домой, ведь в любом случае, никто в такую погоду не сунется к ним в прокат. Хотя…       Надоедливый дверной колокольчик звякнул, возвещая о прибытии клиента. Вошёл мужчина, худющий, как сама смерть, да ещё и весь в чёрном. Такемичи передёрнуло от его пустого взгляда и она предпочла съёжиться и семенящим шагом подойдя к нему, нарочито заинтересованно спросить:       — Господин, вам что-нибудь подсказать? — Такемичи не выдержала бы, если бы он зашёл просто, чтобы спрятаться от жары.       — Мне… Что-нибудь, чтобы расслабиться…       Расслабиться ему бы не помешало. Вроде бы молоденький, не больше тридцати точно, а уже седой бегает. На вид вообще напоминает главу какого-нибудь итальянского преступного синдиката, по типу крёстного отца. В который раз она мысленно покачала головой, не нравятся ей эти отаку.       — У нас есть «Поющие под дождём», это настоящая классика в жанре мюзиклов, есть так же «Бродвейская мелодия»…       Мужчина был всё так же молчалив, по-настоящему заинтересованно слушая её. Его сонный, помутневший взгляд уже не так пугал. Может он какой-нибудь автор романов у которого прошёл дедлайн? Всякое может быть.

***

      Тот мужчина на протяжении двух месяцев заходил в прокат, беря комедии и мелодрамы с мюзиклами. Странным было лишь то, что он приходил только в самые солнечные дни, ближе в полудню. Всегда холодный и весь в чёрном, к тому же не самый улыбчивый человек пугал многих.       — О! Мистер Саншайн! — Такемичи радостно выскочила из-за прилавка и мигом очутилась перед мужчиной, — Как вам «Ноэль»? Хорош, правда же?       — Ми-Мистер, кто?       — Мис-тер Сан-шайн! — гордо повторила девушка. — Это всё потому, что вы приходите только в исключительно солнечные дни. При всем, при этом вы умудряетесь не задерживать диски.       Мужчина тогда удивлённо отвел взгляд и задал волнующий его вопрос:       — Только из-за этого я стал человеком солнечного света?       — Конечно же нет! — Такемичи мягко повела его к стеллажам с приключениями, — Когда вы улыбаетесь, кажется, что день становится ещё ярче, удивительно, сколько в вас харизмы. При первой нашей встрече, я вообще подумала, что вы похожи на главу преступного синдиката, глупости же, правда? — В тот момент когда Такемичи обернулась, мужчина дёрнулся.       — … Да, глупости…       Ханагаки присела на корточки и достала с нижних полок диски с Индианой Джонсом. Не глядя она вложила их в руки «Мистера Саншайн». Она ещё долго что-то искала, а потом вытащила сборник Лары Крофт.       — Вот, эти фильмы очень интересные, если задержите их, не страшно. Я посмотрю прогноз погоды и точно узнаю когда вы придёте.       — Спасибо. — Было в нём что-то, в тот момент, что заставило его улыбнуться. Не так как всегда.

***

      — Кстати, Мистер Саншайн, я ведь до сих пор не знаю кем вы работаете, как вас зовут и вообще, может у вас тринадцать-четырнадцать детей и жена.       Мужчина так и застыл, с диском сада изящных слов в протянутой руке. Со скоростью невидимой человеческому глазу у него в голове прошли сотни тысяч мыслей. Почему-то, в тот момент он вспомнил девочку-лисичку, просмотренную совсем недавно.       — Ох, можете не отвечать, молчание лучше, чем ложь — не считаете?       — Да, Ханагаки-сан.

***

      — В додзе?! Не верю! Вы ведь такой хилый! То есть, — Такемичи пристыжено прикрыла рот.       Мужчина лишь посмеялся.       — Ничего, думаю сейчас в это трудно поверить, но меня назвали «Непобедимый», во времена юности.       — Правда?! — Такемичи повернулась к мужчине спиной, пытаясь достать диск с путешествием на Запад. Она не заметила как потемнел его взгляд.       — Несомненно, а какой ты была в молодости?       — Я? По правде сказать, — Такемичи нервно хихикнула. Она отвела взгляд и почесала пальцем подбородок, — я была мужиковатая, ходила вечно разукрашенная и в пластырях. Никому не было до меня дела. Однажды я так сильно испугалась одной банды, что сбежала из дома и школы, ну не дура ли?       Мужчина смотрел на неё, погружённый в свои мысли. Он не мог представить эту трусливую задницу, плачущую от занозки в пальце, янки. Неудивительно, что она сбежала. Может она даже правильно сделала.       — О, и какая же банда тебя так испугала? — Он дразняще широко улыбнулся.       — Токийская Свастика. Их в то время все боялись, не только я! Спорим, что ты бы тоже зассал с ними встретиться.       Чёрт знал, как она была права в тот момент. Он бы «зассал».

***

      — Ого, у тебя сильно отрасли волосы, может стоит постричь? Я впервые вижу как отрастают седые волосы.       — Правда? — Мужчина провёл по волосам отросшим до самых плеч и удивлённо приподнял брови.       — Давай вместе сходим к парикмахеру!       Меж делом Такемичи сунула в руки мужчины диск Суини Тодда и Эдварда руки-ножницы.

***

      Такемичи положила на полку «Сказки туманной луны после дождя» и «Соседка Яэ-тян». Была уже середина февраля, а Мистер Саншайн исправно заходил в солнечные дни. Она знала, что сегодня именно такой день, поэтому нетерпеливо поглядывала на часы.       Надоедливый дверной колокольчик звякнул, возвещая о приходе посетителя. Ханагаки же, не сомневалась, что это был он. Она соскочила с лесенки и подбежала ко входу.       — Мистер Саншайн! Добро пожаловать!       — Ханагаки-сан. — Он коротко поклонился и протянул ей коробочку, украшенную ленточкой, — Это клубничный торт, я слышал что в сезон, девушки выстраиваются в очереди ради него.       Она смущенно покраснела и нервно хихикнув, поставила торт на стойку. Ей никогда не дарили такого рода подарки. Честно, ей их вообще не дарили. Да и за женщину не считали, потому она и девственница.       — Спасибо… А не хочешь подождать меня с работы, чтобы съесть его вместе?

***

      Такемичи смеялась так сильно, что ползала по полу, пытаясь вернуть ровное дыхание. Она уже не могла дышать и живот нещадно кололо. Она встречалась с Манджиро уже полторы недели, за всё время были исключительно солнечные дни.       — Не знал, что мою женщину так впечатляет чёрный юмор. — Манджиро попытался поднять её, но девушка потянула его на себя.       — Ладно тебе, Мистер Саншайн. Чёрный или нет, там такой дурдом, что смех берёт не могу. Потом, на праздники мы должны пересмотреть «Пережить Рождество»!       Было так легко и приятно, что в их жизнях появился новый человек. Человек с которым можно было заглянуть и в будущее, а не жить гнетущим сегодня. Такемичи впервые в жизни любила. Она поклялась, что если они не расстанутся за месяц, она выскочит за него замуж.

***

      Она всегда знала, когда он к ней приезжает и каким образом. Манджиро всегда пытался делать вид, что ездит на метро, но машина с затонированными окнами, что довозила его до её станции была не слишком скрытна. Он делал вид, что работает в додзе и ничего более, тогда откуда все те деньги и тот испуганный вид, с которым его провожают в торговых центрах?       Такемичи была бы рада и дальше делать вид, будто ничего не знает. Но подозрения копились и она сама и не заметила как перестала ему доверять. Она искала подвох в его действиях и дёргалась от одного касания. Она не была слепой, трусливой, да.       Она каждый раз собирала все странности и несостыковки. Он уходил по ночам, стоило ему позвонить. Звонки — самая большая часть пазла. Он становился торжественно мрачен и выходил на улицу. Манджиро пугал её тем, что мог иногда застыть и смотреть на одну точку, словно отключился.       Она могла бы спросить напрямую, но ответил бы он?       Лучше было спросить — думает она. Тогда бы ей не пришлось стоять и ждать, когда же Майки выйдет из машины. Вместе с ним вышел странный мужчина с длинными волосами и шрамами на лице. Ей было удивительно наплевать на то, что происходило вокруг. Такемичи непрерывно следила за Манджиро.       — Майки. — Констатировала она.       — Майки.       Он только подтвердил. Сано стоял перед ней и досадливо ерошил свои чёрные волосы, а Ханагаки тошнило. На экране он был такой высокомерный и самоуверенный. Значит её первое мнение было вовсе не ошибочным.       — Ты!.. Хотя нет! Это я виновата! Надо же было повестись на твоё романтичное личико, я явно пересмотрела ситкомов! — Она не могла собрать мыслей в кучу, только зло указывая на мужчину пальцем. — Не смей соваться ко мне домой!       — Такеми-ччи! Позволь объяснить!       Она стряхнула руку которая попыталась схватить её и побежала в сторону станции, чтобы поехать домой. Майки не отстал, приказав подчинённому не двигаться. Такемичи была зла на то, что он умолчал, на то, что она была окрылена избавлением от одиночества настолько, что забыла об элементарных вещах.       — Не трогай меня! — Она снова вырвалась из рук Манджиро и попыталась оттолкнуть его.       В тот момент её ничего не интересовало, кроме как уйти от Майки. Настолько, что она не заметила как начала падать, споткнувшись о каблук. Дальше ей оставалось только схватить того, кто был ближе всех и они оба полетели вниз.

***

      Она очнулась сидящей на земле, яркое солнце нещадно било в глаза. Было жарко настолько, что пекло кожу. Но над ней висела тень. Точнее парень.       — И правда, была мужиковата… — Удивлённо выдохнул он.       — О, чёрт! — Она за секунду успела и испугаться и обрадоваться, потом ещё раз испугаться, потом понять, что происходит, — И правда «Непобедимый»!       Нервный смех вырвался из них.