Хочу тебя обнять

Тихое утро и только тик от хождения стрелок настенных часов звучит по квартире. Со временем к нему так привыкаешь, что без него уже и не представить бесшумной ночи и спокойного сна. Но не только это конечно заставляет проснуться. Будильник на телефоне тоже не даёт покоя, мерзким писком наполняя всю комнату. Неужели ничего уже не исправит это утро? – Да заткнись ты уже! На удивление этот возглас звучит вовсе не где-то из-за стены от шумных соседей дебоширов, а прямо здесь, под боком. – Можно потише? Феликс только больше укутался в одеяло, не оставляя снаружи даже макушку. Сон довольно ценная вещь. Но осознаёшь это только тогда, когда работаешь больше трёх суток вовсе без него. – Ох прости, в мои планы не входило тебя будить. Беннетт мог только извиниться и продолжить свои сборы. Он, как обычно, дрых до последнего, так что время его было совсем на исходе. И даже так, он никогда не упустит возможности хоть немного потискать спящего. Бенн приобнял одеяльную гусеницу и ели как откопал в покрывале недовольное сонное личико Хониккера. Тот в свою очередь приоткрыл слипшиеся глаза и недовольно пробурчал. – Дай мне поспать. – Не вредничай. У тебя для этого весь день впереди. Хотя как тут не вредничать, когда тебя будят в законный выходной? Однако поцелуй Беннетта в лоб будто стёр всё недовольство. – Доброе утро) Он улыбнулся, после чего вновь укрыл Феликса и поспешил покинуть комнату. Опоздание было неизбежно, но вот время задержки желательно свести к минимуму. Спустя время входная дверь захлопнулась, а след рабочего и вовсе простыл. Только тёплые объятия и поцелуй остались от него. И хотелось как можно дольше их сохранить. Проведя ещё некоторое время под одеялом, Феликс всё-таки поднял себя из тёплой постели. Несмотря на трудные смены внутренний жаворонок говорил о том, что давно пора встать. Да и после того, как его разбудили, уснуть уже не удавалось. Однако несмотря на довольно "доброе" пробуждение, с самого начала Феликса ждали неприятности. – Мне кажется, или в доме намного холоднее, чем обычно? Конечно ему вполне это могло показаться. В квартире было всегда немного прохладно, но что бы во так. Хониккер накинул на себя одеяло и направился на кухню, дабы поставить разогреваться чайник на плиту. Беннетт не ел с утра, Феликс тоже. Однако кофе могло бы поднять настрой. На обеденном столе лежало объявление от управления: "Уважаемые жители дома ***, в связи с неполадками в отопительной системе мы вынуждены отключить отопление с 9:00 дня ***числа до 6:00 утра следующего числа..." И верно, отключили отопление. Зимой. Опять эти бесконечные ремонты, от неготовности к отопительному сезону. Тут ничего не поделаешь, только и грейся от горячих напитков. Чтобы не тратить попусту время, Феликс решил сразу одеться теплее, и включить обогреватель. Вернувшись в спальню парень обнаружил, что Беннетт опять не положил свои вещи на положенное место. Сколько ему не говори, без толку. Однако среди вещей была толстовка. И вроде, ничего такого. Обычная кофта. Мысли Феликса: "Я думаю он будет не против, если я позаимствую." Довольно странная мысль. Однако это вполне могло бы служить наказанием, за невыполнение такой простой просьбы, как: "убирать свои чёртовы вещи на место". Да, кофта оказалась ему великовата, но даже так в ней было довольно уютно и тепло. В гардеробе Феликса такого рода вещей не хранилось. Обычно он одевался в более строгой манере. Однако теперь Хониккер думал, что несправедливо обходил такие вещи стороной. Прибрав за одно комнату в порядок и вернувшись на кухню он обнаружил кипевший чайник, что было как раз вовремя. *** День тянулся, словно воск, что скатывался от пламени горящей свечи. Вот бы это тепло окружало сейчас квартиру. Но ничего не помогало особо. Ни горячий чай, не обогреватель. Только толстовка в которой по желанию Феликс мог бы укрыться полностью, но растягивать и без того огромную вещь было бы нехорошо. Вообще Феликс довольно часто подмечал их различия с Беннеттом. Уж больно много приходилось сталкиваться в совместной жизни с тем, что у каждого из них своё мнение на почти всё. Если не размышлять об этом слишком много и сказать проще, то "противоположности притягиваются". Но ведь люди это не заряды частиц материи и электричества в пространстве. На них подобного рода законы не действуют. (а как бы было проще, если бы это было так). Сколько не размышляй, факт остаётся фактом. Они вместе, а значит так кому-нибудь это нужно. Может быть даже и им самим. Послышался посторонний звук со стороны входной двери и Хониккер поспешил встретить незваного гостя. Как оказалось это был сам Беннетт. Он пришел намного раньше, чем это предполагал его рабочий день. – Ты вернулся раньше обычного. Что-то произошло? Беннетт только рассмеялся с довольно очевидного вопроса, но поспешил ответить на него. – Произошла авария и нас эвакуировали с последующей отправкой домой. – Я не вижу в этом ничего смешного... Ты в порядке? Феликс всё так же неловко проявлял беспокойство. Пусть он и не привык ярко показывать заботу, но старался как мог. – В полном. Я же и устроил весь этот балаган... Однако только Беннетт хотел продолжить своё повествование, как он заметил его кофту на своём сожителе. – Ты взял мою толстовку? – Твоя? А я думаю почему она мне велика? Просто лежала не на своём месте, вот я и подумал что она ничейная) – Тогда думаю мне придётся снять её с тебя~ Бенн улыбнулся и подошёл ближе, чтобы заковать "вора" в объятия. Он просунул холодные руки прямо под кофту, нащупав там тёплую спину соседа. От такого Феликс вздрогнул и попытался выйти из уязвимого положения. – Мне и так холодно! Я только согрелся! Беннетт! И Хониккер начал бить обидчика везде до куда только мог дотянуться. Однако это ни к чему не привело. С большой неохотой рабочий убрал руки из тёплого места, но всё так же оставил Феликса в своих объятиях. – А дома всё так же холодно. Чайник тёплый? – Не знаю. Хониккер скрестил руки на груди, и незаметно для себя надул щёки от недовольства. Он снова вернулся в состояние немногословности. – Ну и чего надулся как воздушный шарик? Думаешь что станешь от этого больше? – Ты это к чему? Беннетт прижал Феликса к себе ближе и уткнулся носом в коралловые волосы. – Да не обижайся. Я любя. Как после таких слов можно обижаться дальше? Тем более когда тебя окутали в объятия и можно сказать гладят то голове? Вот и Феликс не видел смысла в долгой обиде. Да он и не обижался вовсе. – Ладно, но больше так не делай. – Теперь ты понял каково мне, когда ты греешь свои руки об мою шею – Да, да. Пока ты меня всего обтискал, чайник мог остыть. Я устал его кипятить уже в третий раз. – А? Да? Тогда чего ждём? *** Поужинав(а если быть точнее почаёвничав) и разобравшись с посудой настало время отдыха. – Уж не думал что ты такая домохозяйка, Феликс. Пытался поддеть Беннетт своего сожителя. – С такими шутками ты переедешь спать на диван. – Да ладно тебе, это комплимент. В ответ последовал только осуждающий взгляд, с нотой смирения с тем фактом что: мой партнёр дебил. Но даже этот факт не мешал проникнуться симпатией к этой выразительной улыбке, и непослушным золотистым кудрям. Да и шрамы совсем не портили впечатления. Однако за что Феликс так зацепился в этом до одури простом пареньке? Кажется этот вопрос не оставит в покое Хониккера никогда. Беннетт же воспользовавшись моментом задумчивости Феликса снова приобнял его, при этом оторвав на небольшое расстояние от земли. Это заставило его очнуться, но к тому моменту уже было поздно. Хониккера держали только руки Беннетта, от чего Феликс тут же вцепился руками в плечи напротив, что по сути было бесполезно. – Пусти меня. Ты же знаешь, что я не люблю, когда мои ноги не касаются земли. – И не подумаю. Мне нравится когда ты вот так нервничаешь~ Бенн было попытался поцеловать Феликса, однако он отпрянул своё лицо так далеко, как мог. – Тем более моя толстовка всё ещё на тебе. Так что я делаю всё что хочу. – Твоя логика мне не постижима. – Почему бы тебе не забрать носки? Они вроде тоже везде валяются. Почему именно кофта? Вполне ясно что Беннетт просто издевался и тянул время, но Феликс решил продолжить тянуть его линию. – Это очевидно. Я если их и натяну, то уже как гольфы. – Ну, зато можешь сравнить "размер ноги". – Что ты имеешь в виду…? Однако до Хониккера быстро дошло, что Бенн подразумевал под "размером ноги" и Феликс осуждающе на него посмотрел, после чего рукой отодвинул лицо собеседника как можно дальше от своего. – Озабоченный. – Ты о чём вообще? Феликсу окончательно надоело находиться в долгом телесном контакте и он попытался высвободиться или хотя бы заставить сожителя опустить его на землю. – Хватит с меня объятий, я понял чего ты хочешь добиться. – И вовсе нет. Хотя им обоим уже ясно к чему всё идет. Что бы лишний раз не давить на сожителя Беннетт всё же расцепил свои объятия и позволил Феликсу уйти. Он в свою очередь этим воспользовался и скрылся из виду на кухню. Вообще кухня это излюбленное место обитателей дома. Можно даже сказать "сердце квартиры". Там было всё для удобства. Даже если не считать доступ к холодильнику, там была небольшая полочка с книгами и место для домашней любимицы – Венериной мухоловки. К ней Хониккер как раз и направлялся, чтобы просто немного отдохнуть. Несмотря на то, что почти весь день он провёл дома один, тесный и осознанный контакт с сожителем всё ещё тяжело ему давался. Да, на работе много людей, однако там можно зарыться в свои мысли, не обращая внимание на окружающих. Даже если приходится работать с Беннеттом, то там сохраняются чисто деловые отношения как между коллегами. Но дома всё по другому. В этом случае он вкладывается во взаимоотношения осознано. Это отнимает больно много сил у не очень общительного товарища. Мухоловочка была маленькой отдушиной, с которой он время от времени советовался, не ожидая в ответ ничего. Не всем же можно делиться с Беннеттом. Однако порой достаточно кому-то сказать о проблеме в слух, как решение само придёт в светлую голову. – Зачем вообще Беннетту это нужно? Разве недостаточно того общения, что у нас есть? Если он этого добивается, значит нужно, верно? Я возможно не понимаю того, что смог понять он. Я конечно не отрицаю, что сей процесс приятен, но разве он не занимает слишком много усилий? Сочетание всех условных критериев от которых порой ничего не зависит, а их отсутствие может всё испортить... Почему всё это так сложно? Рассуждал учёный в своей голове, иногда посматривая в сторону хищного растения. Он, как всегда, усложнял всё до нельзя. Его аналитическое сознание всё пыталось добиться ответа на этот вопрос. Быть может решение было на поверхности, но он его совсем не видел? Быть может это просто инстинкт? Беннетта влечёт физическое, в то время как Феликс больше стремится к торжеству ума. Но каждый идеалист знает, что идеал - лишь недостижимая цель, которая движет нас вперёд. А гармония - это равенство не только духовное, но и физическое. От таких раздумий Хониккера пробило на смех. В то время как он в своей голове размывает тирады, Беннетт и вовсе о таком не задумывается. Он такой простой, как пять копеек, от того он наверное и такой привлекательный. Противоположности притягиваются. Вечно холодный Феликс и как всегда тёплый Беннетт. Спокойный и дикий. Ленивый и трудолюбивый. Они будто уравновешивали друг друга. Пока один следил за тем, чтобы учёный не перерабатывал, другой раздавал подзатыльники, что бы рабочий доделывал то, что начинал и делал это качественно. Так можно продолжать до бесконечности. Несмотря на все эти различия они будто дополняли и замещали те недостатки которые у них были. Как бы банально это не звучало они были как Инь и Янь. Зло с добром и добро со злом. Одно и тоже по сути, но по другому. Поток мыслей прервало ощущение чего-то тяжелого на плечах. За раздумьями Хониккер совсем не заметил как к нему подошли сзади и накрыли пледом. – Отопление так и не включили, а ты, как всегда, сидишь с растением у окна. Замёрзнешь. Такой заботы редко когда дождёшься от кого-нибудь. А уж тем более от Беннетта, что о таких мелочах не задумывается. Может "уроки" друг у друга не проходят даром. Бенн хотел покинуть кухню, но его притянули за руку и прижали к себе. Рыжеватая голова упиралась прямо в его грудь, а ручки обхватили тело. – Ты чего? – Ничего. Просто захотел тебя обнять.