Призрак синеглазого мальчика

...не совсем мальчика

И не синеглазого вовсе

Сначала ничего странного она не заметила. Лишь облегчение в глазах прежних жильцов квартиры казалось очень не к месту. Они с таким упоением отдавали ключи трясущимися руками, что Варя поспешила распрощаться с этими слишком эмоциональными людьми. И приступить к одинокой жизни в новенькой квартирке неподалеку от центра Мышкина. Кухня, нуждающаяся в ремонте, тяжелый диван с несмывающимся пятном, холодные полы, широкие подоконники. Но самое главное — спальня с большим письменным столом у стены, и, конечно же, кровать. Она скрипит, давит пружинами в спину, прогинается под весом — дела абсолютно никакого, главное, что она есть. Конечно, молодой семье с грудным ребенком здесь наверняка было тяжеловато, но она все равно не понимает, почему бывшие владельцы сбежали отсюда. Даже свой тяжёлый диван с пятном оставили. И Варя — обычная студентка, порядком уставшая от учебы и постоянной нехватки времени, подсевшая на кофе, — не сразу стала замечать постоянные неполадки в новом доме. — Да чтоб тебя, — прошипела однажды утром она, с досадой осознавая, что лампочку в прихожей нужно срочно поменять. В темноте ориентироваться было невозможно, тусклый свет из окна не помогал, и девушка три раза наткнулась на что-то, смутно напоминающее тумбу. Когда она вообще успела переставить сюда эту тумбу? Варя успела проклясть чёртову мебель до того, как часы стукнули шесть утра. Что же, забывчивость не критична. Все было списано на сильную усталость и невнимательность. Потом случалось все то, что случается в старых ужастиках, где главный герой — это брошенный один на один с призраком наивный, но изобретательный тип, не теряющий надежды. Лампочки лопались, замок на входной двери клинил, книги волшебным образом расставлялись на письменном столе в идеальном порядке по мере прочтения. Варя их не сортировала. Если это и был призрак — он явно любил чистоту и порядок. Варя пропадала в университете, медленно умирала за книгами по психологии и старалась не подавать вида, что кто-то, черт возьми, проветрил комнаты, пока она была на парах. Кто, знать бы. До паники было рано. Варя ложилась около трех часов ночи, а вставала в семь, чтобы успеть хотя бы ко второй паре. Вызывать экзорцистов просто некогда. Она возвращалась в свою не-совсем-пустую квартиру с пластиковым стаканчиком из-под кофе. Выполняла задания, допивая свое горькое спасение, снова забывала выкидывать в мусорное ведро стаканчики, засыпала за столом. У Вари все под контролем, и в ее квартире абсолютно точно нет кого-то, кто мог бы выбросить все использованные стаканы без ее ведома. Да, точно нет. Откуда? Но последней каплей все же были не стаканчики. Она видит его. Призрака синеглазого мальчика. Да и не совсем он мальчик. Скорее — парень. Выше Вари где-то на голову, в обыкновенных джинсах и растянутом свитере (хотя должен быть в длинном белом одеянии — так в интернете писали). И не синеглазый вовсе. Взгляд, конечно, пронзительный и необыкновенный, но холодной синевы в нем не обнаружилось. Лицо, кстати, тоже было абсолютно нормальное — ни смертельной бледности, ни черных пустот вместо рта и глаз, ни страшной ухмылки. Если бы Варя была в состоянии, она точно бы оценила его красоту. Нет, криков о помощи, унизительных визгов и побега от ужасно-не-ужасного монстра-не-монстра не было. Она уже лежала в кровати и... В дверях появился он — призрак. Разглядывать недо-чудище времени не было — Варя швырнула в него подушкой, не целясь, а потом с головой нырнула под одеяло. Сон. Просто сон. Она нервно кусала губы, рвано дышала, но беспокоилась не о сверхъестественном явлении, что хозяйничало в ее доме — в такую чушь она не верила. Галлюцинации. На фоне стресса, недосыпа и много кофе Не пора ли наведаться к психиатру? Так Варя провела остаток ночи — закутавшись в одеяло, тревожась о собственной психике. Утром она долго размышляла над случившимся. В половину седьмого прозвенел будильник. Блаженный сон прервался, и Варя успела подумать, что лучше бы призрак действительно ее сожрал, ведь тогда бы наступил долгожданный покой и вечный сон. Интересно, удастся ли ей выспаться после смерти или она стала бы призраком? Время на глупые мечты истекло. Варе следовало бы начать собираться в институт. Девушка решительно отбросила пуховое одеяло, осмотрелась. Синие — (но они не совсем синие) — глаза не были обнаружены в спальне. Варя распахнула окно, впуская свежий воздух и переоделась. До пар оставалось немного времени, и, честное слово, Варя не планировала провести эти драгоценные часы, сидя взаперти в спальне. (Но это ведь не такая плохая идея). Она старалась держаться уверенно, когда вышла из спальни; продолжала смело двигаться в сторону кухни, стараясь не обращать внимание на снова сгоревшую лампочку. В прихожей было чисто во всех смыслах. То есть, ничего такого, что напоминало бы ужасающего привидения. Да и многочисленные пары кроссовок и ботинок, которые Варя обожала носить, были аккуратно расставлены на полке возле двери. Почему из всех возможных вариантов она получила такого чистоплотного призрака? Уже толком не думая, реально ли все происходящее, Варя зашла в кухню. Кричать, как и в прошлый раз, она не собиралась. Подушки остались в спальне. Ножи лежали слишком далеко. За столом сидел призрак. Варя с недовольством заметила, что это, в общем-то, ее любимое место. Сердце испуганно сжалось, когда этот парень с полупрозрачной кожей взглянул на нее. Скользнул задумчивым взглядом по спутанным волосам, по зажатой в крепкой хватке расческе. Варя была готова к бою, но окно показалось призраку интереснее. То, что он так быстро переключил внимание и не стал нападать – или, например, есть ее – девушка сочла хорошим знаком. Она засеменила к шкафчикам, достала большую кружку. Спиной к таким подозрительным призрачным типам поворачиваться не стоит, думала Варя, но обнажать свой страх не хотела. Отвлекаясь на готовку и заваривание чая, она чувствовала, что ледяное оцепенение уходило. Изредка кидая взгляды через плечо, Варя натыкалась на призрака и понимала – никуда он уходить не собирается. Что же, если у призраков полно времени для переосмысления их загробной жизни, то для Вари все еще существовала перспектива опоздать на пары. — Чай тебе предлагать не стоит, так? Варя не до конца понимала, что происходит. Призраков чаем не задобрить, но попытаться поговорить же можно. Она задалась вопросом, способен ли он вообще разговаривать и понимать человеческую речь. Как оказалось, очень даже понимал: — Не стоит, да и чай я не очень люблю. Пью только кофе, — деловито отозвался призрак. Уже не надеявшаяся на ответ Варя вздрогнула всем телом, поворачиваясь. — Стаканчики из-под которого ты разбрасываешь по моей квартире. Последняя фраза резанула по ушам. Говорил призрак с легкой усмешкой, скорее осуждающей, чем злой. Но возмущаться было не в его праве — Варя покупала эту квартиру без бонуса в виде потусторонних синеглазых мальчиков. — Доброе утро, — нахмурилась она, для большего эффекта покрутила в руках нож для хлеба, — это моя квартира. Откуда ты здесь — вот в чем вопрос. Призрака грозный тон не впечатлил. Стоило Варе на секунду отвлечься на свист чайника— и след простыл этого…мальчика. День выдался тяжелым. Спать хотелось больше всего на свете, горло неприятно першило, но больше всего Варю расстроила дата на календаре. Двадцатое декабря. Конец года приближается. Вместе с сессией и проклятой простудой. Кофе не спас. Хотелось послать все в известное место и, для начала, выспаться. Придя домой, чихая и шмыгая носом, Варя первым делом огляделась — где спрятался ее незваный гость (тот факт, что гостьей являлась именно она, учитывая возможную силу призрака, Варя упрямо отрицала). В прихожей каким-то невероятным образом заработала лампочка. В ванной по полочкам были расставлены гели и шампуни, спальня оказалась заботливо проветрена — самая комфортная обстановка для дома. Варя ненавидела душные помещения с застоявшимся воздухом, но и оставлять окна открытыми на целый день нельзя было, зима же. Призрак обнаружился на кухне: мирно сидел на широком подоконнике, смотрел в окно и выглядел так, будто размышлял — спрыгнуть или не портить соседям с первого этажа клумбы. — Я многое пробовал, — начал неожиданно мальчик, даже не глядя на застывшую в дверях Варю. — Лампочки гасил. Вещи переставлял. Книги двигал. Даже самолично тебе показался, а ты? Что, даже не задумывалась о переезде? — И в мыслях не было, — соврала Варя, и глазом не моргнув. Конечно, думала, в конце концов, это адекватная реакция человека на паранормальную чертовщину. Призрак закатил глаза. — С другой стороны, даже если ты съедешь. — Рассуждал он, барабаня пальцами по стеклу: ни следов, ни шума не последовало. — Через месяц-другой сюда снова завалится какой-нибудь счастливчик, а если снова попадется семья с младенцем? — Призрак, кажется, пришел в ужас от подобной мысли. — Ты, хоть и безрассудная, но не шумная. И священников вызвать не пыталась. — А хотелось. — Не помогли бы. Варю почему-то так и тянуло улыбнуться. — В общем, давай условимся не мешать друг другу и жить так, а дальше посмотрим. — Сам призрачный парень вряд ли был в восторге от такого соседства, а вот Варю такой вариант вполне устраивал. Тем более, он комнаты проветривает и лампочки меняет. — И ты меня не?.. — Хотела спросить Варя, но осеклась, поразмыслив, что если бы призрак мог есть людей, то он бы с ней так и поступил, а не договаривался о совместном разделении квартиры. Кто знает, о чем подумал этот странный тип, но его усмешка говорила сама за себя. — Стаканчик из-под кофе выбросить не забудь, — перевел он тему. А потом раздраженно добавил: — И, ради всего святого, протри уже пыль в доме. Я бы и сам это сделал, но какого черта, если это ты грязь разводишь? — От меня грязи вообще нет! — обозленно возразила девушка. — Ты…как к тебе вообще обращаться? — От тебя только головная боль, — снова закатил глаза призрак. Но на вопрос ответил. — Влад. Зови Владом. Варя сдерживалась из последних сил, чтобы не показать ему язык. Так и тянулось соседство: обзывания, подколки, неприличные жесты, вечное закатывание глаз. Утром перед парами Варя нашла время, чтобы слегка прибраться. Влад наблюдал из-за угла, удовлетворенно хмыкая. Настоящая призрачная хозяюшка, — думала Варя и хихикала. Хорошее настроение испарилось вечером двадцать первого. После института девушка пришла, чувствуя себя расплавленным на солнце мороженым. Руки и ноги мерзли, но внутри все горело огнем. Градусник показывал 37,5. Планы на Новый год пошли прахом. Влад закатывал глаза. — Выпей молоко с медом и прополощи горло, — недовольно бурчал он. — Если температура будет подниматься, следует выпить жаропонижающее. Варя кивала болванчиком, едва ли соображая. Из-за головной боли она различила только молоко и мед, поэтому сразу же отправилась на кухню в поисках нужного. — Эй, ты меня слышишь вообще? Жаропонижающее, спрашиваю, есть? — голос Влада донесся из коридора. После он зашел на кухню, сверкая синими глазами (как оказалось, не совсем синими). Варя мотнула головой. — Какая же неумеха. Даже о себе позаботиться не можешь. — Что, будешь лечить меня? — ядовито спросила "неумеха" и громко чихнула. Ей даже не нужно было поворачиваться, чтобы знать, что Влад закатил глаза. — Не куксись, Колючка. Вот так и завелось у них: Влад и Колючка. Варю призрак все же вылечил. Заставлял соблюдать постельный режим, следил за приемом таблеток, угрожал иногда, если совсем вредничала. Но двадцать третьего числа Варя проснулась с ясной головой и без боли в горле. Приближался Новый год. — И сколько ты торчишь в этой квартире? — Спросила Варя, нарезая овощи для салата. Не то, чтобы Влад стал следить за ее питанием, оно само получилось: стресс ушел, дома девушка бывала чаще, вот и ела теперь разные полезности. Влад убирал налетевшую с улицы пыль на подоконниках. И делал это достаточно ловко для призрака. — Тридцать первого будет три года, — с неожиданной грустью ответил он, не отрываясь от занятия. Варя застыла с ножом в руке, переосмысливая сказанное. Влад умер в Новый год. Больше они об этом не разговаривали. Влад открывался с новой стороны постепенно — по крайней мере, теперь Варя видела в нем большее, чем просто мелькнувшую в углу тень или нечто, передвигающее книги на ее столе. У него было прошлое, были друзья и мечты. Он рассказывал об этом сам, случайно и отрывками. Варя не давила, только задавала безобидные на ее взгляд вопросы и слушала. О том, как Влад купил эту квартиру пять лет назад, он рассказал двадцать шестого декабря. Разговор завелся сам собой — это был один из тех моментов, когда Варя забывала про сущность парня и видела в нем обычного человека. Оказывается, Влад учился в том же университете, что и она сейчас, подрабатывал после пар в кондитерской, где Варя постоянно покупает кофе. Он знал соседку сверху — добрая старушка Людмила Александровна всегда угощала его пирогами. Пару раз Влад упоминал своего старшего брата, но лишь вскользь. Тогда становилось ясно, что тема для него слишком болезненная. Варя не знала, где семья Влада и почему его призрак ютится в крохотной квартире, а не рядом с ними, и живы ли они вообще. Она никогда не осмеливалась задать этот вопрос. Почему ты умер? — иногда спрашивала Варя мысленно, наблюдая за призраком. Как оборвалась твоя жизнь? Каким ты был человеком и почему ушел так рано? — Сколько тебе? — вместо этого поинтересовалась она, пролистывая конспект. Влад бесстыдным образом развалился на ее кровати и рассматривал потолок скучающим взглядом. — Двадцать два было…три года назад. Призрак выглядел беспечным. У Вари внутри что-то разбилось. Предновогодняя суета окружила. Улочки сверкали разноцветными огнями, витрины магазинов украшали игрушками и гирляндами. Варя прогуливалась по магазинам и ломала голову над подарками. Хотелось порадовать подруг, которые обещали приехать на каникулах. Самой Варе придется встретить Новый год в своей квартире, но она сильно не расстраивалась. Не впервой ей отмечать праздники в одиночестве. Тем более, в этот раз она не совсем одна. На календаре в прихожей значилось тридцать первое число. Вечерело. Варя не любила эти хлопоты и уже давно не ждала подарков под елкой. В этом году у них и елки-то не было, лишь гирлянда на окне и упаковка апельсинового сока в холодильнике. Разогревая ужин, Варя размышляла о прошлом. В комнате работал телевизор, Влад переключал каналы, жалуясь на то, что в новогоднюю ночь и посмотреть-то нечего. Три года назад Варя готовилась к экзаменам, гуляла с друзьями и мечтала о предстоящей студенческой жизни. Три года назад она жила в преддверии чего-то нового, что ждет впереди. Три года назад она бродила вечерами по городу, рассматривая прохожих и наслаждаясь закатами. Она могла…встретить Влада. Могла же? Из его рассказов стало ясно, что его семья давно переехала Мышкин. Они могли пересечься на набережной, могли жить в соседних домах, могли, в конце концов, встретиться однажды в магазине. И не заметить друг друга. Случайно столкнуться взглядами, чтобы потом отвернуться. И не видеться три года или больше. — Не помню точно, когда это было, — вдруг начал прокравшийся незаметно Влад. Варя взглянула на него, дав понять, что слушает. — Мы с братом еще в школе учились. В Новый год он потребовал, чтобы я загадал желание. Никому о нем не говорил, но обязательно загадал. — Он улыбнулся, а глаза его сделались мутными. Влад заново переживал все то, что случилось много лет назад. — Я пообещал, что загадаю и обязательно проверю свою удачу. В полночь мы всей семьей вышли на улицу, любоваться салютами, встречать Новый год. Ну, знаешь, традиции. Варя весело фыркнула, когда призрак скорчил рожицу. — Загадал желание? Сбылось? Улыбка на лице Влада растаяла. — Хочу, чтобы в моей жизни случились большие, грандиозные перемены. — Словно наизусть наученный текст, выдал он. — Хочу приключений и свободы. Вот, что я загадал. Гормоны играли. А я, дурак, не знал, что желаний нужно бояться. В груди у Вари образовался тугой ком. Появилось плохое предчувствие. Она повернулась к призраку всем телом, целиком погружаясь в его сбивчивый рассказ. — Перемены случились. По-настоящему грандиозные, — Влад устало провел ладонью по волосам. — Отец погиб в аварии. Не справился с управлением, все дела… Мы с мамой и братом остались одни, и те несколько лет были для нас чертовски сложными, знаешь ли. Когда мне стукнуло восемнадцать, я съехал сразу. Ссора с матерью на кануне моего дня рождения добила окончательно добила. Я поступил ужасно. Неправильно. Варя замерла, догадываясь, что будет дальше, но отчаянно не желая это слушать. Дальше следовала смерть. Его смерть. — Я оборвал связь с семьей. — Голос Влада стал совсем тихим. — Переехал в Мышкин. Поступил. Нашел работу. Жил так три… …Три года, добавила мысленно Варя, тяжело вздыхая. — Умер я так же, как и отец, — усмехнулся призрак. Девушка не видела здесь ничего смешного. — Ну, почти так. Тридцать первого декабря кто-то в пьяном угаре сбил меня на пешеходе. Дальше — ничего не помню. Должен был, наверное, вознестись или в ад попасть? Только вот даже похорон своих не видел. И не знаю до сих пор, присутствовали ли мама и брат. Я бы хотел перед ними, — он нахмурился, не договорив, глядя перед собой. «Извиниться». Варя кожей ощущала сожаление, безмерную грусть и отчаяние — такое холодное и одинокое, что слезы сами собой напрашивались. И она никак не могла понять, чьи это чувства — притихшего в углу кухни призрака или ее собственные. — Загадай сегодня желание, — вдруг твердым голосом попросил Влад. — Только правильно подбери слова. Так, чтобы они против тебя не обратились бы, а то с твоей удачей, Колючка. Я точно знаю, кто-то их исполнит. Варе хотелось рыдать. Новый год они встретили на той же кухне у открытого окна. Небо озарили тысячи салютов, прохожие во весь голос кричали поздравления и счастливо смеялись. Ход запустила первая минута нового года, и Варя, взглянув на улыбающегося Влада, выдохнула. Она смотрела на небо и просила судьбу. «Если ты действительно исполняешь желания, то дай ему второй шанс. Он заслуживает» У Вари из желаний только одно — выспаться, и она прекрасно знает, что сегодня оно тоже исполнится. Ну, а если у нее и вправду была возможность, то Варя уверенна — потратить ее на призрака синеглазого мальчика того стоило. Они простояли перед окном примерно час — перешептываясь, делясь историями и посмеиваясь. У Вари будущее покрыто пеленой тумана, у Влада его и вовсе нет. Они не жаловались. Проснулась Варя с тревожным чувством — тихо. Стрелка часов перевалила за двенадцать дня, из открытого окна лил мягким потоком солнечный свет. Варя подорвалась, смутно понимая — не успеет. Она опоздала конкретно, только вот куда, пока не осознавала. В квартире было не только тихо, но и пусто. На кухне перемыта вся посуда, в прихожей расставлена вся обувь, на письменном столе рассортированы все книги. А Влада не было.

***

—Уже лето, — захныкала Аленка, потягиваясь на кровати, — Скоро сессия. — Готовиться больше надо, — осадила ее Мария, даже не отрываясь от ноутбука. Варя обмахивалась тетрадкой с конспектами, изнывая от жары. Май в этом году выдался сухим и знойным, а в этой маленькой квартирке, куда они с подругами съехались еще в феврале, кондиционер стоял только в одной комнате. Снежке чертовски повезло. — Достаточно просто не спать на парах, — поддержала Машу Варя, прикрывая глаза. Идея съехаться целиком и полностью принадлежала Алене. Варя прекрасно понимала, что для нее выгоднее остаться в своей квартире — это бы сэкономило деньги и время и сохранило личное пространство Вари. Но именно она с большим энтузиазмом согласилась на переезд. Первой. Если раньше одиночество казалось чем-то неотъемлемым, то сейчас Варя его просто не выносила. Жалкие полмесяца в декабре прошлого года сделали свое дело. И стали замечательным новогодним подарком. Варя вздохнула, отгоняя грустные мысли. Призрак синеглазого мальчика предупреждал ее, чтобы она правильно загадала свое желание. А она, кажись, напортачила. — Пойду разомну ноги, — бросила она девочкам, выбегая в коридор. Их обувь валялась у двери в полнейшем беспорядке: кроссовки Аленки лежали вперемешку с босоножками Снежки, кеды Маши вываливались из тумбочки. Варя хмыкнула. Если бы Влад такое увидел, что бы сделал? Скорее всего, пригрозил бы засунуть эту обувь в одно место. Или же без слов так и поступил бы. Варя не уверенна точно, но она скучает. Сильно. На улицах было оживленно: люди спешили, проходили мимо друг друга, едва не сталкивались и что-то недовольно бурчали. Так было всегда. Этой зимой, год назад, три года… Когда Варя вышла из кондитерской со стаканчиком кофе, память от чего-то подкинула ей ее желание. Дословно. «Дай ему второй шанс» «Он заслуживает» Жизнь — штука непонятная. Варе почти что хотелось смеяться. Она готова послать к черту все, потому что через дорогу ее взгляд зацепился за призрака синеглазого мальчика. Не совсем мальчика. Да и не призрака вовсе. И глаза у него точно не синие. Он тоже заметил ее. И посмотрел на нее так, как только ему можно — с показательным закатыванием глаз. Варя не торопилась. Она дождалась зеленого на светофоре, неспеша перешла дорогу. Может, потому что боялась, что это сон и она вот-вот проснется. А может, потому что Влад тоже должен подождать ее, как она ждала его эти долгие месяцы. Кто-то исполняет желания. Они в этом убедились. Кто-то дал им второй шанс. Они его не упустят.