Разве?

      Серёжа в его жизнь врывается совершенно случайно и очень неожиданно. Просто подсаживается в кафе, пятничным вечером, как будто они знакомы уже много лет и расстались всего ничего, пару часов назад. Серёжа весь такой, яркий, светлый, радостный. Он будит что-то, явно уже давно забытое, но ещё живое. Это, наверное, хорошо.       Игорь от чего-то не выгоняет его из-за своего столика. Хотя стоило бы, с большой вероятностью. Ну, в самом деле. Незнакомый парень подсаживается ни с того ни с сего в полупустом помещении, начинает трепаться о чём-то совершенно постороннем, изредка всё же давая собеседнику вставить слово. Насторожиться надо бы, но не получается. Слишком обаятельный, тем более, не поверить столь честным голубым глазам и почти оскорблённому «я сам решил!» Гром не может. После рабочей недели видеть рядом с собой кого-либо не хочется совершенно, но тут... Тут всё очень сложно.       Да и интуиция молчала.       Игорь позволил себе расслабиться.       Пара часов пролетает практически незаметно. Ощущения многолетнего знакомства только усиливается и не сказать, что это неприятно.       Наверное, стоило на этом остановится, но они обмениваются телефонами. И на следующее же утро Игорь получает короткое «с добрым утром» и улыбающийся вовсю смайлик следом. Наверное, нужно было не отвечать. Правда, зачем? Просто же мимолётное знакомство, не более того. Только вопреки логике он набирает ответ.       Наверное, это всё неправильно. Но оно есть так, как есть и ничего никто из них менять не хочет.       Каждые выходные вдвоём, то по музеям, то по выставкам, то просто по Питеру гуляют. Гром не слишком шарит в искусстве, да и вообще не фанат вот этого вот всего, но ради Серёжи честно старается. С ним настолько хорошо, настолько это вообще может быть. Игорь впервые за долгое время позволяет себе расслабиться с кем-то и не думать ни о чём, кроме партнёра. Их просто друг к другу тянет.       Серёжа иногда остаётся ночевать у Игоря, тогда можно просто поваляться в обнимку под какое-нибудь кино. Гром себя никогда к представителям нетрадиционной ориентации не относил, всё было чинно-мирно и как требовалось. Но с Серёжей почему-то было именно вот так и никакого неприятия не было и в помине.       Три месяца счастья пролетают быстро, как будто и не было. После Игорь пропадает в деле Чумного Доктора, Серёжа занимается какими-то своими разработками — Гром не вникал. И всё равно созваниваются, переписываются несколько раз в день, как только появляется возможность.       Тогда, на стройке, Игорю кажется, что этого быть не может. Он и не верит. В конце концов, его Серёжа не один рыжий мужчина в городе. А каких-то других зацепок у него нет. Или он не хочет их видеть, такое ведь тоже бывает. И всё-таки он успевает нанести крестообразный порез на груди, пометить. С этим становится немного проще.       Он ободряюще улыбается Серёже на благотворительном вечере. Знает, что этого, скорее всего не видно. Но чует, что Серёжа видит, ощущает. Всё так и должно быть, наверное. Так — правильно. — Номер 135! — Серёжа улыбается, ждёт. Знает, чей. Игорю действительно повезло.       Гром поднимается на сцену, улыбается, коротко благодарно кивает. Только вот какое-то ощущение неправильности присутствует, что-то не то. Жест. Тот же самый, что и тогда на стройке...       Пистолет Игорь выхватывает почти автоматически, руки подрагивают. Верить, что во всём этом виноват его Серёжа, его светлый, солнечный мальчик, не получается. Только он сам как-то болезненно ухмыляется, во всеуслышание заявляя, что да, это он — Чумной Доктор. Гражданин.       В доказательство предъявляет нанесённое накануне ранение. И явно этим доволен, светится практически.       Игорь понимает, что надо что-то делать. Стрелять. Говорить что-то. Хотя бы что-то надо делать. Сейчас. Не успевает.       Удаётся выдавить только тихое: «Серёж...», перед тем, как отрубиться окончательно от удара в голову.