Пламя свечи

Бруно вскочил с постели, у него не получалось нормально дышать. Казалось, что перекинутая через плечо соль не поможет. Почему такое ощущение, что грядет что-то неминуемое, не несущее ничего хорошего? Обычно у Бруно нет желания лишний раз пророчествовать, но тут он почувствовал, что сидящий в нем клубок страха клокочет именно о чем-то, что таится в будущем. Тихо обувшись, он постарался беззвучно выйти на улицу, не без помощи Каситы. Мороз-не свойственная погода для Энканто, но ночной воздух приятно холодил лицо, успокаивая. Маг достаточно долго брел в глуши, чтобы никого не будить, ведь он не был уверен, что то, что он собирается увидеть-сулит хорошее. Он вышел к реке, которая размеренно текла, образуя дорогу к луне. Очертив круг, Бруно сел в центр и привычно перекинул соль через плечо, начиная подготовку к ритуалу. Молодой человек делал это сотни раз, но никогда не было ощущения, будто что-то принуждает его это сделать, поторапливая. Постепенно песок начал подниматься, образуя купол, и Бруно увидел карусель видений: пожирающий все огонь, солнце, что закатывается за горизонт и забирает с собой последние лучи, семья Мадригаль, стоящая на коленях с лицами, полными отчаяния и страха. Они смотрят вперед, на беловолосую девушку, которая встала перед ними, будто заслоняя от чего-то. Затем видение сменяется,заставляя Бруно распахнуть глаза от удивления и застыть: Мирабель повернута спиной и тянет вперед руку, перед ней-незнакомые люди в карнавальных масках. На секунду ему кажется, что он увидел пляшущий огонек свечи в руках незнакомцев. Затем пророчество прерывается, страх сковывает все тело, не позволяя Бруно пошевелится. В руках он сжимает видение, на котором изображена свеча. *** -Лилит, нас зовет настоятельница!-запыхавшаяся Мариголд вбежала в общую спальню, заставляя Лилит отвлечься от книги. Девушка вложила отрывок из газеты в книжку в качестве закладки, встала, поправляя фартук, который должен был быть белым, и поплелась за подругой. Девушки вошли в кабинет настоятельницы, и в нос ударил запах одеколона. Лилит сразу поняла, что их приют вновь осчастливил своим приездом внук настоятельницы Кристофер, и попыталась подавить в себе волну раздражения. -Мариголд, Лилит.-Настоятельница, статная дама, знавшая себе цену и чувствующая власть, поднялась с кресла и начала ходить от окна к столу-ее привычная манера, будто она хотела этим показать, что это ей в голову пришла идея нагрузить подруг работой, а не Кристофу.-Вы одни из самых старших девочек в этом приюте. А это значит, что на вас куда больше обязанностей, чем на остальных. Сегодня вы помогаете на кухне подготовке к праздничному ужину в честь гостей.-Она посмотрела взглядом,полным теплоты,на юношу.- Делайте все, что вам говорят повара, и тогда сможете успеть на ужин. Ступайте. -Да, настоятельница.-Девушки кивнули и вышли из кабинета. Обе молча шли по коридору, и каждая про себя негодовала. Выходя из главного здания, Лилит по привычке не могла не свернуть к охраннику Альфреду, который читал газету. Безмолвно и тепло поприветствовав друг друга объятиями, они вернулись к своим обязанностям. Героиня догнала подругу, гадая, успокоилась та или нет. -Что сегодня снилось?-спросила Мариголд, делая вид, что на самом деле ей не так интересно. Но руки, сжавшие фартук в нетерпении, выдали ее с головой. -По классике-сначала огонь повсюду, затем девушка с кучерявыми темными волосами в слезах, какие-то люди со схожими чертами, парень со свечой,-обреченно вздохнула Лилит. Ей давно снился один и тот же сон, где она видела людей, наверное, семью. Она долго пыталась во сне разглядеть детали и понять, где эти люди находятся, на каком языке говорят.-Ты знаешь, за несколько лет я всего лишь услышала слово «Энканто», испанскую музыку и увидела танцующих людей. -Мда, негусто. Но знаешь, я думаю, тебе стоит благодарить судьбу, которая послала к тебе такую общительную и умную подругу,-Голди заговорщически улыбнулась и подмигнула. -В чем дело? -Нууу, вчера меня настоятельница послала за новыми учебниками взамен тех, что порвал Мило на прошлой неделе, помнишь?-неторопливо протянула подруга. Лилит сразу почувствовала, что Мариголд что-то накопала, и схватила ее за руку. -Голди, как-то ты не торопишься раскрывать карты. -Я выжидаю драматическую паузу,-Усмехнулась та,-Ну ладно, ладно, отпусти меня только, потом будешь благодарить. Ты мне говорила, что, судя по узорам, вышивке и прочим деталям ты думаешь, что во сне ты видишь Колумбию. Ну я перекопала пару-тройку книжек о Колумбии, и в одной из них, про легенды и мифы, встретила слово «Энканто». -Ну да. В фольклорной книжке,-Скептически посмотрела на подругу Лилит. -Эй, это лучше, чем ничего! Энканто-это поселение. Что-то в груди Лилит затрепетало, ей почудилось, будто она впервые наткнулась на что-то, что связано с ее снами. Но она постаралась это скрыть. Тем временем они уже входили на кухню и начали мыть руки. -Все равно я смогу узнать об этом и проверить информацию, только когда выйду отсюда. -Мало ли что может случиться? Не загадывай наперед. Девушки собрали волосы в косы и надели на голову сеточки. Мариголд постоянно морщилась, что смешило Лилит. Выслушав лекцию с щепоткой ворчания от главного повара, обе, засучив рукава, прошли к печи. Жар от печи распространялся по всей кухне, щеки девушек зарумянились, по шее сбегали капельки пота. Но, со свойственным Лилит усердием, она продолжала упорно лепить пирожки, работая, как конвеер:изюм-тесто, изюм-тесто, изюм-тесто. Это позволяло не обращать лишний раз внимание на ожоги на ладонях и правом предплечье, не вспоминать, что огонь не всегда служит на благо человеку. На кухне резко стало тише,и, подняв голову, Лил увидела, что Кристоф с гордо поднятой головой и важным видом шел по кухне, словно хозяин, проверяющий каждый сантиметр. Его взгляд остановился на запыхавшихся Мариголд и Лилит, и его губы искривились в усмешке. -Что, уже выбрали будущее место работы? Лилит сделала вид, будто счастлива видеть юношу. -О,конечно! Большего счастья и быть не может-работать под руководством такого человека! -Моя дорогая, увы, вынужден отвергнуть твои чувства, статус не позволяет, сама понимаешь. -О нет! Пойду сброшусь от горя и унижения!-Лилит картинно вздохнула. -С первого этажа..-Голди ехидно похихикала. Кристофер тут же напустил на себя оскорбленный вид. Его рука сжалась на рукоятке сковородки. -Ты ходишь по опасной тропинке, служанка.- Последнее слово он выплюнул, словно давясь. -Да, согласна. Это грозит мне выслушиванием плача и жалоб бабушке.-Мариголд подняла подбородок, явно не собираясь уступать. Повара делали вид, будто им все равно на то, что подросток не умеет сдерживать эмоции. Кристофер замахнулся на Мариголд, его лицо исказила ярость. -Нет!-Страх затмил все, вспышка, шум, крики. В печь словно подлили бензина, и она вспыхнула, а дверь от печи отлетела прямо в молодого наследника. Секунду Лилит смотрела на лежащего без сознания Кристофера, он тяжело дышал, на полу красовалось алое пятно. Затем подняла глаза и наткнулась на понимающий и благодарный взгляд Голди. Обе поднялись и помчались вон из кухни. -Черт, черт, черт, это не могла быть я!-Лилит нервно терла руки друг о друга. Девушки бежали к выходу из приюта. В голове быстро зрел план. -Возьми деньги у охранника, Альфред точно не поскупится! Беги и садись на первый поезд, если понадобится, с пересадками. -Подожди, подожди, ты не со мной?-Растерянно спросила Лилит. Ее план явно включал двоих, тем более, что в приюте их ничего хорошего не ждет.-Ты не можешь здесь остаться! Ты же сама понимаешь, что тебя ждет! Да и как я одна буду искать это Энканто? Это же просто безумие! -Послушай, двоих нас куда проще найти. Тем более, в Энканто мне нечего делать, это же не мне снятся непонятные сны. На тебя положил глаз Кристофер, и зол он будет только на тебя. Я же не могу бросить остальных детей,-Девушка порывисто обняла подругу.-Я не знаю, что тебя ждет, и мне очень страшно. Но мне кажется, там твое место. Беги! Послышался шум бегущих взрослых. Наблюдающий за всем Альфред сунул в сумку деньги и надел на девушку свою куртку. Обнял ее и прошептал «Беги!». Он закрыл ворота, как только Лилит выскочила за пределы приюта. Она бежала, бежала и бежала, все было как в тумане. Она не помнила, как изменяла голос, будто курила всю жизнь, как на нее косились и не хотели продавать билет, думая, что она мала. Но уже скоро поезд нес ее дальше и дальше, а перед глазами было лишь пламя.