Take me home

      Ослепительно белый свет давил даже сквозь закрытые веки. У Юнхо неимоверно сильно болела голова, что даже слёзы невольно потекли из уголков глаз, пока из уст раздался удручающий стон.       — Пришёл в себя. Наконец-то. Я думал, что ты тут месяц проваляешься. — Голос высокий и звонкий, что по ушам режет, а желание открыть глаза и вовсе улетучелось насовсем, как в воспоминания врываются события последних минут его сознания. Его избивали огненные, пока другие двое огненных не пришли.       Чон распахивает глаза, в которых застыли слёзы, резко садиться на кровати и готовиться драться, чем очень сильно пугает неизвестного ему парня с чёрным цветом волос.       — Воу, полегче, герой. Что в моих словах тебя так сильно напугало? — Неизвестный даже ладонями помахал вверх-вниз, призывая успокоиться. И Юн ему поверил, делая глубокий вдох, пока юноша подсаживается ближе на краю кровати. Только сейчас, при более спокойной обстановке, танцор смог разглядеть тёмно-синий отблеск на волосах его собеседника.       — Ты… Водный? Где я? Кто ты? Что произошло? Блять, моя голова… — Юн даже за волосы хватается, жмуря глаза.       — Болит? Сейчас исправим, секунду. — Тёмноволосый приложил ладонь к виску Чона, после чего последний почувствовал волну расслабления по всему телу, а головную боль как рукой сняло. — Я Чон Уён, учусь на втором курсе танцевального, скорее всего там же, где и ты. И да, я вода. Ты находишься сейчас в больнице, потому что тебя избила шайка огненных, а мои друзья тебя нашли и спасли. Кстати, один из них сейчас придёт.       — Аа… Сколько времени прошло? — Робко спросил младший, перебивая Уёна. — Я Чон Юнхо, первый курс танцевального.       — Тоже танцевальный? Как совпало. Что за уроды сделали это с тобой?       — Мои одногруппники… Мино и его банда. Я ведь не виноват, что лучше его в танцах. А он…       — Так, Мино, значит. Отлично. — Чёрноволосый улыбнулся хищно, что младшему стало не по себе. — Он получит по заслугам.       — Не нужно, правда, я…       — Хэй, Ённи, приветик, как он? О! Ты проснулся! Как самочувствие? Ничего не болит? — В палату залетает тот самый парень с чёрно-красными волосами, который вчера был в подворотне. Казалось, что вчера. Юнхо даже дёргается сразу весь, опуская взгляд вниз, сжимаясь буквально. — Эй, ты чего? Я не обижу. Мы наоборот помогаем.       — Привет, Санни. — Огненный подходит к Уёну, чмокая того в губы. — Это Юнхо. Проснулся минут пять назад. Юнхо, это Чхве Сан, один из тех, кто тебя спас около недели назад и мой парень. Поверь, этого придурка боятся может только, пожалуй, комар или мотылёк.       — Эй, не говори так! Я на самом деле твой очень злой и страшный парень!       — Ага. Конечно. Боимся всей Кореей.       После этого Сан начал особо громко возмущаться, как и Уён со своим и без того высоким голосом. Смотря на этих двоих, у голубоволосого улыбка на лице расцвела, а страх к огненному постепенно улетучивался. Ровно до того момента, пока Сан в кистях не воссоздал два небольших огненных шара, отчего младший Чон сжался весь, зажмурив глаза. Но в следующую же секунду послышался всплеск воды и звук шипения потухшего огня. Просто Уён облил ладони Чхве водой, продолжая с ним ругаться. Кажется, эти двое всегда ругаются.       — Смотри, придурок! Ты его напугал! Опять! Ты совсем уже что-ли? Все мозги у тебя расплавились от своей силы? Его ёбаные огненные сучары избили, а ты тут огнём направо-налево размахиваешь!       — Уён, успокойся пожалуйста и не ори на меня!       — Сам не ори на меня! Прежде чем мне рот затыкать, научись голов-…       — Ребята! Пожалуйста, не сорьтесь! — Внезапно повысил голос Юнхо, отчего оба ругающихся парня удивлённым взглядом уставились на него.       — Мы разве ссорились?       — Я вот тоже этого не заметил. Юнхо, с чего ты решил, что мы ругаемся? — Оба смотрели на пострадавшего, хлопая глазами.       — Но вы ведь только что… Так орали друг на друга… Я думал, что из-за этого ора все врачи сюда сбегутся.       — Да нет, ругаемся мы иначе.       — Ты Уёна ещё в гневе не видел! Он когда злится, то у него голос понижается сильно, а ещё он говорит с таким холодом, что замёрзнуть можно! А ещё у него кончики ушей всегда краснеют! И ещ-…       — Сан. Хватит. — Строго ответил Чон, заставляя огненного на того посмотреть.       — Вот! О чём я и говорю! Слышал его голос сейчас? И на ушки смотри, они красные!       — Сан!       — Да всё, всё, молчу я. — Надул уточкой губы парень, на что получил смех со стороны голубоволосого.       Ближайший получас они точно ещё ругались, пока Сан не психанул, заткнув своего буйного парня поцелуем. Юн с них только смеялся тихо и умилялся, понимая, насколько они стоят друг друга. Хо даже на секунду представил, каково иметь их в списках своих лучших друзей и невольно стал сочувствовать такому человеку. Они же ходячий хаос на ножках.       — Кстати, надо сказать Минги, что ты очнулся, а то он больше всех переживал.       — Минги…?       — Да, он торчал тут всё время, пока мы не убедили его в том, что оставить меня будет лучшим решением, поскольку я водный. Не переживай, Ги ещё более безобиднее, чем мой Сан. — Ги. Тот самый Ги.       — Ты нас за домашних животных что-ли считаешь? Опаснее, безобиднее, ужас.       — Ну да. Ты котёнок с лисьим взглядом, а Ги жираф или харьёк. Ладно, шучу-шучу, не смотри на меня так. Хм… Будет красной пандой. Всё. Решено. Такой же плюшевый и милый.       — А Юнхо не считается? — Вдруг возмутился Сан, слыша, как голубоволосый тихо посмеивается. Но стоило только огненному это сказать, как улыбка пропала с лица самого младшего из них. Он что… Теперь с ними в команде? Почему он тоже должен считаться? Или эти двое уже его другом считают?       Юн действительно не понимал, почему эти два парня до сих пор не ушли из его палаты, продолжают с ним разговаривать и тратить своё время. Юнхо вообще их не понимал, зачем они ему помогают, ведь он им совершенно никто. Чужой человек. Но вот они тут, забавно ссорятся, смеются и вообще, в принципе, находятся. От этого даже немного тепло на душе стало, пока до ушей вновь не стали доходить громкие возгласы.       — Золотистый ретривер!       — Медвежонок!       — А я говорю, что ретривер! Ты посмотри на его щенячьи глазки! — Сан даже рукой направил в сторону Юнхо, у которого глаза по пять копеек стали.       — Ребят…       — А я говорю, что медвежонок! Он такой же мягкий и плюшевый!       — Сан-хён, Уён-хён…       — Открой глаза, Ённи, он же щенок!       — Да сам ты от-…       — РЕБЯТА!!! Хватит вам, ну что вы. Нашли из-за чего на повышенных тонах разговаривать! — Наконец остановил их младший, обращая на себя внимание. — Если вам так хочется, то можете называть и так, и так. Или я буду единственным золотым медвежонком-ретривером во всём грёбаном маггловском мире!       — Маггловском? Отлично, Гарри, наконец мы определились. — Неожиданно стал разыгрывать сценку Сан, услышав одну из любимых франшиз.       — Оо, нет-нет, не я Поттер, а Уён-хён. А ты Малфой. Потому что они также постоянно ругаются, орут друг на друга, но остаются вместе.       — Но они не были вместе. — Сделал заметку Уён.       — Не! Важно. — Хо специально сделал акцент на первый слог, даже подняв указательный палец вверх. — Для меня они вместе, встречаются, поженились, завели собачку и усыновили кучу детей.       — Наш человек. — Коротко ответил Сан.       — Согласен. — Поддержал его Уён.       — Что…? — Ничего не понял младший Чон, смотря то на одного, то на другого своего хёна.       — Мы говорим, что теперь ты в нашем корабле, Юн. И можно обойтись без уважительной формы общения. — Похлопал по плечу голубоволосого Уён, улыбаясь ярко.       — Добро пожаловать на борт, мелкий. — Также лучезарно улыбнулся Чхве, обнажая свои зубки и показывая ямочки на щеках.       — Вы серьёзно…       — Ну да, вполне. У тебя же не будут против друзья и родные, верно же? Тем более, учитывая то, что с нами будет безопаснее на у-…       — У меня нет никого.       — Что? — Одновременно спросили парни, вводя Юнхо в краску и, совсем капельку, в грусть.       — Друзей нет, как и не было до моего дня рождения. Оно, кстати, двадцать третьего марта было.       — Это неделю назад…       — А семья? — Сан даже Юнхо за руку хвататет, на что получает отрицательное качание головой. — Совсем никого?       — Совсем. Мама пропала ещё четыре года назад, других родственников не знаю, а про друзей я уже сказал. Меня не замечали никогда, до того, как я не проснулся с… Этим. — Танцор указал на свои голубые пряди.       — Ты сожалеешь? — Внезапно холодно спросил Уён, смотря на младшего, что резко на того глаза поднял от испуга. — Что имеешь силу воды. Сожалеешь?       — Если только… Немного. — Взгляд Уёна стал ещё более холоднее, пока Юнхо резко руками в разные стороны не замахал. — Подожди-подожди, не смотри на меня так. Лично по моему мнению, все силы в своей степени превосходны и сильны, но мне очень грустно, что именно к воде относятся так поверхностно и предвзято. Потому что, если так смотреть, то без воды не было бы и самой жизни.       — Ладно. Допустим, я тебе поверил сейчас. — Глубокий вдох следовал сразу же за этой фразой, пока у голубоволосого по пояснице бежали мурашки. — Пошли. Покажу тебе, что значит быть водным!       Сан лишь в стороне тихо хихикал, пока Ён за руку не потащил с больничной кровати Юнхо, который, к слову, оказался на пару десятков сантиметров выше его новых знакомых.       — На кровати ты казался ниже.       — Мне тоже казалось, что мы примерно одного роста… Уён, у нас появилась вторая башня.       — Башня…? Кто является первой?       — Минги. — Хором ответили парни, выводя Чона из палаты. — Сан, выходи пока на улицу и набирай Ги, а я к Сунан загляну с Юнхо.       — Хорошо, Ёни. Будем ждать. — Короткий чмок в щёку и красно-чёрный вылетает из палаты куда-то в сторону, пока Уён идёт в противоположную, с кем-то по пути здороваясь. — Не смотри на меня так, я тут не настолько часто появляюсь. Просто у меня мама тут работала раньше.       — А твоя мама.?       — Огненная. Как и отец.       — Понятно…       — Полиция что говорит по поводу твоей матери? Дело ещё не закрыли?       — Нет. У них вообще никаких зацепок нет. Она словно просто испарилась.       — Совсем ничего? Это странно. — Ненадолго задумывается Уён, хмуря брови. — Ладно, мы к этому разговору ещё вернёмся. А сейчас поднимай своё хорошее настроение, мы идём к очень страшной женщине по имени Сунан.       Дальше всё пошло действительно так, как сказал Уён — страшно. Женщина начала заваливать парней, в частности Юнхо, вопросами, осматривать парня, да и просто наблюдала за ним на случай, если того что-то беспокоит. Ён же в это время стоял немного поотдаль, хихикая с картин, что открывались перед его глазами.       — Ладно. Всё. Верю. — Девушка потрепала Юнхо по волосам, наконец, улыбаясь впервые за весь их разговор. — Подождёшь снаружи? Мне с Уёном нужно кое-что обсудить.       — Конечно, Госпожа Мин. Рад был нашему знакомству. — И поклонился, чем ещё сильнее рассмешил девушку.       — Вот давай только не в такой официальной форме, ладно? Просто Сунан. И можешь обращаться ко мне на «ты».       — Хорошо… Сунан. Надеюсь следующая наша встреча будет при более… Хороших обстоятельствах.       — Пока-пока, Юни~ — Помахала ему ладошкой девушка, следя за тем, как закрывается дверь за парнем. — Оберегай его, ладно? Он не обычный парень. Думаю, ты и сам это понял.       — Ага. Ещё неделю назад, в подворотне. Стоило только его цвет волос увидеть и коснуться кожи.       — Вас ждёт непростая судьба, но я верю, что вместе вы все справитесь.       — Что ты имеешь в виду?       — А, да не важно. Не забивай голову чепухой старухи.       — Су, тебе всего тридцать.       — Ладнушки, удачи вам. Если что понадобиться, ты знаешь где меня искать. — Хлопнула в ладоши девушка, улыбаясь. — Выметайся из моего кабинета, Ённи.       — Ловко съехала с темы, однако. Ладно, не буду больше допрашивать. Пока, Су. — Чон обнял врача на прощание, покидая кабинет и выходя с Юнхо на улицу.       — О! А вот и вы! Я думал, что вы там до завтра проторчите! — Сан тут же подлетел к Уёну, возмущаясь за слишком долгое ожидание.       — Сунан захотела поговорить. Вот Уён-хён и задержался.       — Так. Предупреждаю снова, ещё раз назовёшь меня «хён» и я с тобой разговаривать не буду. — Фыркнул тëмноволосый, на что получил короткий смешок откуда-то со стороны.       — «Уён-хён»? Почему мне от этого так смешно? Ты и Сана так называешь? — Голос был очень знаком, низкий, немного с хрипотцой, владельца которого Юн запомнил очень уж хорошо. Тот самый огненный.       — О, а вот и Ги. Я уж думал снова тебе звонить.       — Ты мне за последние двадцать минут позвонить успел не меньше сорока раз. Я бы просто больше трубку не взял. — Посмеялся красноволосый, переводя взгляд со смеющегося Сана на Юнхо. — Как ты себя чувствуешь? Ничего больше не болит?       На последних вопросах Сон хотел коснуться плеча водного, как делал это каждый день, пока Чон лежал без сознания, но танцор сразу же отшагнул назад, отводя взгляд в сторону. Ги лишь нахмурился на это, думая, что парню противны его прикосновения. Или сам он. Поэтому рука, на пару секунд зависшая в воздухе, отмирает и убирается в карман, за телефоном, чтобы проверить время. Уён и Сан лишь переглянулись друг с другом, смотря на эту картину, не решаясь вмешиваться. Хотя Уёну это очень хотелось, Чхве по взгляду это видел.       — Ровно неделю и три минуты назад мы с Саном нашли тебя в переулке избитого и отвезли в больницу. Даже простое «Спасибо» за это не скажешь? — Рэпер не хотел быть грубым, но слова сами вылетали из его рта, заставляя голубоволосого сжаться.       — Ги, ты ведь сам знаешь отношение огненных к вод-… — Сан даже не успел договорить то, что хотел, как его прерывают повышенным и недовольным тоном.       — Но я то не такой! И ты не такой! Если бы я был, как они, то убил бы его на месте, нахуй, как только нашёл! — Сон указывает рукой в сторону танцора, пока у самого зрачки краснеют от недовольства и гнева. Разве так общаются с теми, кто тебя спас? Почему он стал ему противен, даже не узнав нормально?       — Минги! Успокойся! — Всё же вмешался Уён, вставая перед Юнхо. — Его избили огненные! Понимаешь? Или ты у нас внезапно стал воздушным? Или, может быть, землёй? Как бы ты себя вёл на его месте?! — Ён также, как и Ги, перешёл на крик, пока голубоволосый до боли сжимал свою руку, стараясь пропускать слова мимо ушей. Однако это очень плохо выходило и парень просто решил сбежать.       — Ребята, что она вас нашло? Может перестанете орать друг на друга уже и посмотрите до чего вы докатились? — После добрых пяти минут ругани Минги и Уёна вмешался Сан, вставая между друзьями. — Юнхо сбежал от вас. Поздравляю, идиоты.       — Что? — Хором спросили парни, оглядываясь по сторонам в поисках пострадавшего, но того нигде не было. И правда сбежал.       — Блять… — Выругался Мин, сжимая переносицу.       — Молодцы. Теперь он и вовсе будет обходить вас стороной. Хотя на счёт Уёна не уверен, но вот тебя, Ги, он точно будет боятся. Не мог нормально с ним поговорить? Зачем надо было кричать на него?       — Не знаю… Я просто хотел…       — Не важно уже, что ты там хотел. Завтра найдешь его и извинишся, понял? И ты, Уён, тоже.       — Ес, сэр.