Для меня ты особенна

Тёмный коридор школы, запах пыли, старой мебели и дешевых духов. Два силуэта, прижатые к стене, казались нарисованными масляными красками на чистом холсте. Две лучшие подруги - Катя и Полина. Черноволосая голубоглазая девушка, ростом ниже рядом стоящей, что-то тихо и взволнованно говорила однокласснице. — Кать, вот мы с тобой давно дружим? — Морозова прижалась спиной к холодной, словно лёд, стене. Уши своевольно начинали краснеть, руки тряслись от мысли, что она всё-таки решилась рассказать о чувствах и думах, что тревожат Полину каждый день. — Уже восемь, а к чему вопрос? — Кате самой было не по себе, видя настолько настороженную подругу. Невольно сложив руки на груди, русоволосая изогнула бровь. — Ты ничего странного не замечала, при общении со мной за последние четыре года? — голос дрогнул на последних словах, одновременно приглушая их. — Нет. Говори же уже, что случилось?— Смирнова решила не выжидать момента, а сразу спросила причину её "вызова" после уроков. —В общем, — скрипачка набрала в лёгкие побольше воздуха, затем быстро выпалила— ты мне нравишься, не как подруга… — стук сердца отдавался в висках и запястьях неприятной пульсацией, горло мгновенно пересохло а щёки залелись алой, несмываемой краской. — Я.. Нравлюсь тебе? — испуганно, тихо-тихо, будто нерасслышавши, переспрашивает Катерина. На мгновение, для девушки выше, всё остановилось. Она уставилась на Морозову с изумлённым выражением лица. Полина же отвернулась в противоположную сторону, чтобы объект обожания не видел алого лица и глаз, залитыми слезами, от непонятного чувства вины. Перед кем? Перед собой? Перед Катей? Довольно сложный вопрос… Осознав, что ответа не будет, Смирнова взяла ситуацию в свои цепкие ручонки. Положив левую руку Полине на плечо, она одним движение повернула ту к себе. Всхлип. Солёная слеза скатилась по красноватой щеке. — Полин, ты чего? Из-за этого плакать? — Катя вытерла большим пальцем свободной руки каплю, кладя всю ладонь я горячую щёку. В ответ слабый кивок, ещё один всхлип и кроткий взгляд в изумрудные глаза. — Хочешь знать правду? Полина готовилась к худшему исходу, опустив голову и сжав кулаки. Запах духов Катерины на миг усилился, и… Горячее, обжигающее дыхание оказалось перед самыми носом скрипачки. Секунда, и первый поцелуй забран девушкой, лучшей подругой, объектом обожания.Нежность, неожиданность, робость, восторг и смущение — именно так можно было описать это действие. Рука Смирновой мягко поглаживала вновь вспыхнувшую румянцем щёку Полины. Сердце девушки ниже кольнуло, а через секунду в груди разлилось приятное чувство счастья, что так давно она не ощущала. Удивлённые, широко открытые глаза не давали хоть как-то расслабиться. Два сердца в унисон забились в бешеном танце. Катерина отпрянула. Лицо и уши невольно покраснели, от чего Полине она показалась чертовски привлекательной. — Э-это… — Морозова вышла из нашедшего транса и в замешательстве глянула на подругу. Хотя.. После этого поцелуя они уже точно не друзья, а что-то большее. — Можешь считать это за согласие на отношения, — русоволосая девушка мило улыбнулась. Сердце голубоглазой ёкнуло, от чувства неописуемого восторга и радости. Её не отвергли, её приняли! — теперь пойдём, а то мы сильно задержались. Смирнова взяла Полину за руку и повела к раздевалке. На вешалках класса остались только их куртки. Наспех одевши верхнюю одежду, два силуэта вышли из здания школы, взявшись за руки.