Новогодние печенье

      Зима. Новый Год вот-вот на носу. Оживлённый город мигает, светиться, шумит, вызывая у неподготовленного человека панику и растерянность. Эти огни слепят.       Торговые витрины блестят, повсюду ходят люди. В торговых центрах не протиснуться, на улицах ходят толпы людей в красных шапках с помпонами. Они счастливы. Буквально везде можно услышать радостный смех. В маленьких дворах от дворовых детишек, лепящих снежных человечков. В барах и пабах от пьяных людей, что веселились громче обычного в честь праздника, разумеется. В магазинах бродили люди, набирающих целые корзины продуктов, кассиры работали непокладая рук, пытаясь как можно быстрее обслужить огромные очереди. У них ведь тоже была семья, ждущая их дома.       Нынешняя зима очень тёплая. Люди ходят в осенних куртках и перчатках. Родители спокойно отпускают своих детей валяться в снегу, играть в снежки, в общем — веселиться, не боясь, что их чада заболеют. Как вообще можно умудриться заболеть в такую погоду? Обычные серые дворы унылой России этой зимой превратились в нечто... уютное. По всему городу повсеместно начали ремонтировать дороги, проводить освещение. Сказка. Жители домов ставят в центр детских площадок импровизированные ёлки, каждый привносил в нёё что-то своё. Дети — кривые, но сделанные с душой игрушки. Старики и люди чуть младше — старые советские игрушки, раритетные можно сказать. Им уже они не нужну, пусть лучше украшают ёлку, нежели будут так и пылиться в коробках. Более юное поколение предпочитало вешать потрепанные, но всё же целые ёлочные игрушки, пылившиеся где-то в коробках. Может, им просто жалко выбрасывать их, а может, на домашней ёлке не хватило более места.       Вокруг ёлки расположились полускамейки-полустолы, в основном сделанные для отдыха детей и родителей. Некоторые особо "умные" люди решали, что это отличное место для вечерних посиделок с друзьями за стопкой коньяка, но тут они прогадали. Такие застолья быстро прогоняли, то жители двора, то полиция.       По периметру площадки стояли много относительно новых, и что на удивление, целых детских построек. Много качель, лазелок, лабиринтов и ещё много чего, что действительно было бы интересно детям. Территорию двора хорошо освещали фонари, которые своим тёплым светом создавали ещё более приятную атмосферу, в купе с разноцветными гирляндами, которые так же развешаны по всему двору. Скамейки у подъездов украшены искусственными веточками ели, на которых красуется смородина.

Сейчас ранний вечер, семь часов.

      По одному из дворов носятся дети, которые только недавно пришли со школы (основная их масса действительно только закончили вторую четверть, другие же просто получали сладкие подарки). Где-то недалеко, в соседнем дворе слышится тихий вой собак, которые вышли погулять на спец. площадки вместе с хозяевами. Огни, доносящиеся из окон многоэтажек делают эту картину ещё ярче и светлей. На скамейках возле подъездов сидят пожилые пары, рядом такие же соседи и что-то обсуждают между собой. Некоторые из пенсионеров общаются с родителями на детской площадке, разговаривая в основном о делах в стране, да о детишках. Двор был очень оживлённым. Большинство людей в этой мирной и живой обстановке, наверное бы, чувствовали себя комфортно. А что ещё надо? По сравнению с тем, что творилось тут несколько лет назад, это очень хорошо. Но вот не всем по-душе такая сказка, по крайней мере, слишком яркая и шумная сказка.       На качелях ближе к дороге сидела и тихо-мирно качается девушка, на вид не старше двадцати пяти, из-за чёрной маски нельзя было определить точный возраст. Она сидит в одиночестве, с закрытыми глазами и поднятой вверх головой. Снежинки приятно падают ей на лицо, заставляя почувствовать нужный холод и спокойствие. Коричневые пряди время от времени лезут на лицо, но похоже, девушку это не очень беспокоило, до того момента, пока она не открывала глаза и снова заправляла волосы под чёрную шапку, которая была ей явно велика. Очки тоже приходится протирать, без этого никуда. Она уже привыкла к этому, поэтому в кармане осеннего пальто быстро нащупывается салфетка. Девушка со спокойствием надевает очки обратно, и продолжает качаться, слушая музыку в наушниках со сложенными руками. Рядом, на скамейке стоит чёрный рюкзак.       Всё идёт мирно. Девушка просто наслаждается тёплой и такой желанной зимой. На душе становится всё теплее от осознания, что в её жизни всё хорошо. Лицо расплывается в лёгкой улыбке за маской. Единственное что заставляло её тревожиться — люди вокруг. Шумные дети и такие же шумные родители, которые смеются настолько громко, что их голоса слышутся даже через наушники. Это бесило, но вспоминая себя и своё детство, злость понемногу угасала, но основная причина игнорирование этих людей — нежелание иметь проблемы.       Ближе к девяти вечера народ начал расходиться, это не могло не вызывать облегчение и радость. Стало наконец-то спокойно и тихо, а тревога спала на нет. Зимний плейлист, играющий на протяжении четырёх часов закончилась, и девушка с блаженным спокойствием выдыхает. Черный рюкзак быстро оказывается на усталых плечах. Поправив одежду, она не спеша направляется к себе в квартиру. Неожиданно, в наушниках заиграла мелодия звонка.       Девушка останавливается возле выхода с площадки и достаёт телефон, отвечая на звонок, даже не смотря на номер. Пару секунд идёт тишина, а после спокойный женский голос произносит: — "Обернись" — зловеще, но не для девушке. Она с улыбкой поворачивается и смотрит на силуэт, освещенный новогодними огнями в двадцати метрах от себя. Звонок сбрасывается и две фигуры быстро идут на встречу друг другу. С десяток секунд и девушки сцепляются в крепких объятиях, чуть ли не падая на не толстый слой снега. Они молчат, но им есть что сказать друг другу. Хочется расспросить обо всём за прошедшую неделю, о планах на будущее, о самочувствие. Но вместо этого они просто жмутся друг к другу ещё минут пять       Одна из них целует другую в щёку, медленно разрывая объятия. Они ещё недолго стоят так, думая как начать, пока одна из них не начинает. — Лиз, как ты себя чувствуешь? — девушка в чёрном пальто поправляет шапку и непослушные волосы другой, чувствуя слегка онемевшими пальцами их мягкость. Елизавета мило, как кажется девушке, жмуриться, а после снимает наушники. Она всё слышит и в них, но дополнительная слышимость не повредит, особенно ей. — Нормально, но я очень устала. На работе опять завал, посетители так и прут, даже не смотря на канун Нового Года (хотя, это кажется не должно быть удивительным), — вяло, но с улыбкой протянула Лиза. — А как поживает моя Катюша? — девушка ласкового растянула имя девушки, после беря за руку. — Плюс-минус хорошо. Особых осложнений нет, так что всё замечательно, — Катя не сильно потянула Лизу за руку к подъезду, продолжая расспрашивать любимую о всяком разном. Лиза коротко отвечала ей, иногда ускоряя шаг, пытаясь поспеть за высокой Катей. За все года совместного проживания это бесило их обеих, но ничего с этим не поделаешь.       Прошло не больше шести минут, как девушки стояли возле тяжёлой металлической двери, пока Лиза нашаривала в рюкзаке ключи, Катя рассматривала родной этаж. Вроде всего неделю не была тут, а кажется что целый год. Возле лифта, на стене кто-то успел накалякать тэг. Катя покосилась на стену, про себя матеря человека, который испортил вид почти идеально чистого подъезда. Это действительно очень огорчало, не в каждом доме России встретишь такие шикарные виды. Из своих мыслей Катю вывела Лиза, теребящая девушку за плечи. — Ты чего? Спать сильно хочешь? — с беспокойством спрашивает Лиза, отходя от Кати и заходя в помещение, держа в руках ключи с мини-дакимакурой. — Да-да, всё нормально. Просто это "искусство" возле лифта напрягает. Ну камон, только год назад весь комплекс отремонтировали и нормально покрасили, глаз не на радуешься, а тут это чудо! Гх, бесит свинское отношение людей в этой стране, — Катя ели сдерживалась чтобы не перейти на маты и не начать орать, не хватало потревожить соседей, особенно тётю Машу. Добрая женщина, понимающая, но с плохим здоровьем. Любой шум может вызвать у неё головные боли.       Лиза была полностью солидарна со своей девушкой, это действительно выводило, но ей сейчас было в основном всё равно, усталость преобладала. К тому же, не в первой такое происходит, завтра, послезавтра приедут уборщики, приберут подъезд, а заодно и смоют этот ужас.       Сняв с себя верхнюю одежду, Лиза направилась на кухню. Катя же в свою очередь, чуть успокоившись, закрыла дверь и прошла в глубь квартиры, оставляя сумку на комоде прихожей. Тут такой родной запах. Пахнет духами Лизы и вишней. Просто прекрасно! Постояв немного в просторной гостиной она всё же сняла ботинки и верхнюю одежду. Да, обе не брезговали ходить в обуви по дому, всё равно мытьё полов занимает от силы минут двадцать. Немного прибравшись на обувной стойке, Катя направилась в свою комнату. Было тепло и уютно, не то, что в квартире где ей по работе приходилось жить. Там холодно и мрачно, а их с Лизой хата яркая и тёплая. Немного прибрав рабочее место, которое она так и оставила когда отъезжала, Катя направилась в ванну, перед этим предупредив Лизу что она задержится до часов одиннадцати точно.       Тем временем, вымав руки и переодевшись, Лиза направилась в свою ванну, мыться сегодня не хотелось, так что она просто вымыла голову и высушилась.       С облегчением выдохнув, Лиза наконец-то расправилась с хвостом на голове и пошла есть. Ну, как сказать, на самом деле она пошла раскатывать тесто на печенье, которое хотела сделать ещё вчера, но не успела. Вообще, она думала отложить это дело на завтра, там и тридцать первое декабря будет, и свежее печенье к столу, но сегодня есть повод важнее — её девушка вернулась раньше срока. Надев любимый фартук с перцами чили, Лиза включила в наушниках музыку, доставая тесто из холодильника.       Двадцать минут и всё тесто уже было ровно раскатано и нарезано на разные формочки. Ещё пятнадцать минут, духовка нагревается до нужной температуры и первая партия идёт готовиться. Взглянув на наручные часы, глаза девушки невольно поползли вверх. Уже десять часов. Она что, полчаса возилась с тестом? Стареет, видимо. Лет восемь назад, в классе девятом, она справлялась куда быстрее. Эх, нужно было раньше ставить духовку, тогда быстрее было бы.       Лиза ещё мысленно покорила себя некоторое время, а потом забила на это, поняв, что ничего, кроме усталости её не останавливает, ни работа, на которую завтра не надо, ни ка какие-то дела. Благодать, да и только! Вон и девушка наконец-то рядом, а не где-нибудь на конце города, вся погруженная в работу, в чужой квартире. Чуть не заснув от таких сладких мыслей, Лиза поспешила достать первую партию печенья. Чуть не сгоревшую. — "Ладно, первый блин комом", — говорила про себя девушка, перекладывая партию в миску, а следом в печь отправляя вторую. Прикрыв печенье тканью, предварительно попробовав этот "кулинарный шедевр", Лиза быстро прибрала за собой и выключила музыку в наушниках, посчитав что на сегодня хватит. Наушники пошли заряжаться, включился телевизор. Любимый канал про мистику оказался очень кстати, девушка хоть и любила праздничную атмосферу вокруг (не считая людей), но она никогда не была против всякой мистики. Такие контрасты никак не портили ей настроение, а наоборот, только укрепляли в ней эту чарующую атмосферу Нового Года. Атмосферу чего-то необычного, необязательно добрую и светлую.       Так девушка и провела последний час, смотря новогодние мистические истории, каждые двадцать минут закидывая новую партию теста в духовку. Всё шло тихо-мирно, Лизе это нравилось. Наконец-то она сегодня отдохнёт, смотря всякое разное по телевизору, поедая печенье, рядом с девушкой. Прямо как в их самом первом году совместного проживания. Светлые воспоминания, чистые. Первый Новый Год без родителей, алкоголя, шумихи. Благодать. Они тогда с Катей сильно радовались и готовились к этому дню. Закупались бенгальскими огнями, украшали дом, готовили всё вместе, даже еду. Мало, как для новогоднего стола вышло, но девушкам было наплевать на это, они готовили как на обычный ужин, два салатики, картошка, мясо, сладкое.. Помнится Лизе, в тот раз именно Катя занималась приготовлением десерта, потому-что ей стало неожиданно плохо под вечер.       Что ж, можно сказать, в этот раз Лиза возвращает этакий долг перед Катей в виде десерта, в её случае печенья. В этот раз девушка посчитала, что обычное песочное печенье будет вполне достаточно, так что маяться над начинкой она не стала. Разве что купила клубничный джем и ещё что-то такое.       Неожиданно раздался писк духовки. Переложив последнюю партию печенья в миску, девушка вздохнула с облегчением. Использования пергаментная бумага ушла в мусорку, противень — остывать. Миска с печеньем мирно покоилась на кухонном столе, пока Лиза быстренько решила устроить небольшую уборку кухни. Ну как, небольшую... Работы тут часа на три, но девушка и не собиралась драить всю кухню, лишь ветерла пыль с полок (включая и полки внутри шкафов), подмела пол, да по-человечески расставила баночки с крупами, специями и прочую такую шнягу как надо. Сорок минут работы, а на душе так легче стало, и на кухне получше. После девушка блаженно упала на пуфик возле выхода из кухни, да сегодня определённо хороший день. Завтра никуда не надо, и тот факт что она досих пор не спит её мало волновал, усталость почти исчезла, оставив лишь спокойствие и некую заинтересованность в дальнейшем. На этот вечер она возлагала определённые надежды, но в то же время Лиза старалась не ждать чего-то сверхграндиозного, вдруг они просто посмотрят аниме, тихо, не разговаривая.       Часы показывали почти двенадцать часов ночи. Катя скоро должна выйти, по крайней мере Лизе так казалось. Поставив чайник кипятиться, она направилась к ванне Кате. Свет горит, значит там. Немного подождав возле двери чего-нибудь, девушка наконец-то осмелилась постучать в дверь. Ей почти сразу ответили. — Входи, — Катя в ванне сонным голосом пригласила девушку , или как она её иногда называет, Пельмешку внутрь. Дверь чуть отворилась, но заходить в тёплое помещение Лиза не стала, лишь заглянула внутрь. Катерина сидела за плотной занавеской с уточками. Шатенка почти уверена что если бы не её визит, то Катя бы уснула прямо там. А она уверена что Катя почти уснула. — Солнце, ты в порядке? Уже двенадцать часов ночи, — обеспокоенный голос Лизы заставил Катю выпасть из почти наступившего сна в реальность. Обе девушки начали волноваться, Лиза от резкого плюханья воды, Катя от того факта, что она чуть не уснула в ванне. Ещё немного помолчав, Катя наконец-то ответила, уже более громким, растерянным и тревожным голосом. — Я скоро выйду. Не беспокойся обо мне, я просто засиделась и чуть не уснула. Но, на всякий случай можешь рядом постоять? Боюсь, я могу опять уснуть, — девушке невпервой просить подобное, да и не в первой выполнять подобные просьбы Лизы. Например, как-то раз Пельмешка тоже очень сильно хотела спать, и попросила её время от времени щипать себя, чтобы не заснуть прямо посреди ужина. — Конечно, Крыса, — шатенка хихикнула и быстренько вошла внутрь помещения, устроившись на туалетном стульчике. Катя приглушённо посмеялась, вспомнив старые времена, а после начала вылазить из ванны. Параллельно тихо фырча себе под нос что-то про краску. Лиза это услышала, и когда увидела Катю знатно посмеялась. Плечи той были разукрашены чёрно-вишнёвыми разводами из-за краски для волос, а с её тела стекали блёклые, розово-чёрные капли воды. — Да ну ёкарный бабай, ну сколько можно-то, я только четыре дня назад покрасилась, а у меня уже вишня смылась в цвет "Боже, убей меня уже", а чёрный в цвет асфальта, ну что за параша?! — Катя пыталась как можно аккуратней вытереться, чтобы не запачкать всю белую ванную красками, но выходило это не очень удачно. Лиза на стуле сочувственно посмеялась и подала вещи девушке, а сама принялась быстренько отстирывать ванну от краски, нашарив в шкафчике под зеркалом чистящие средство, губку да перчатки. Катя не была особо против такой помощи, учитывая что краска быстро красит белые поверхности, да и к тому же чем быстрее они сделают все дела, тем быстрее лягут и начнут смотреть аниме, поедая вкусняшки и запивая всё это шоколадом, что она сегодня купила, главное не уснуть, хотя им вдвоём это не грозило. Ну, так казалось, всё может быть. Выдав тихое "спасибо", девушка с волосами "Боже, убей меня уже" и "асфальт" принялась сушиться, пока Пельмешка отстирывала ванну.       Обе управились за минут десять, и уже скоро обе с облегчением обнимку повалились на общую кровать в гостинной (часто они спят вместе в гостиной, но могут и в своих комнатах, всё зависит в ситуации и в зависимости от ситуации местом отдыха становится то гостиная, то их комнаты). Наручные часы показывали почти пол первого ночи. Девушки с неохотой отцепились друг от друга только через минут десять, Катя приготавливала аниме для просмотра и музыку, а Лиза делала им обоим лёгкий ужин в виде небольших бутербродов. Всё-таки, обе решили что перед печеньем надо да что-то поесть. Пока две кружки с горячим шоколадом, и миска с печеньем мирно стояли на подносе, Пельмешка быстренько резала то да сё. Катя же в это время приводила и так новогоднюю атмосферу в гостиной до идеала. Большая ёлка, стоящая где-то в углу гостиной, на фоне разноцветных герлянд смотрелись волшебно, прямо как в американских фильмах, дорого-богато, красиво. Подушки были взбиты, а новогодняя музыка на фоне тихо играла, создавая эффект полного погружения в этот чарующий праздник. Вскоре подошла и Лиза вместе с подносом.       Поставив кружки и тарелки с бутербродами на большие, выдвигающиеся подлокотники, парочка поправила свою одежду и улеглись рядышком друг с другом. Лиза нажала кнопку старта и аниме началось.       Прохошёл час, другой. Ближе к шести утра обе уже сладко спали в компании друг друга и мягких игрушек, которых девушки натащили из своих комнат.       На первой серии аниме они просто молча ели, пили горячий шоколад. Они не решались говорить, возможно потому что не знали как начать, возможно от усталости, которая скоро прошла. А возможно темы закончились. На второй дело оживилось, девушки то и дело ловили приступы, как они бы выразились раньше "кринжа". Фейсспалмов эта серия явно не жалела для своих зрителей, оставляя их не только с ощущениями стыда за героев и сюжета в целом, но и с определёнными вопросами, решая которые девушки и не заметили как пропустили почти всю следующую серию. Обе вошли во вкус, аниме было приостановлено, давая возможность им обоим вспомнить своё детство и молодость, скажем так, окунуться в свои кринжовые моменты.       Так проходили минуты, а там и три утра стукнуло. Половина печенюшек были съедены в порыве дискуссий и приступа ностальгии. Грязные кружки отправились в раковину, на их замену пошли энергетики, которая Лиза хранила на какой-то чёрный день, когда она их собралась использовать понятно только ей. Но сдаётся это на случаи, когда продавщицы начнут вымогать с неё паспорт, считая её несовершеннолетней. Случаи были, и её это выводило, паспорт она носила с собой редко, а каждый раз бегать туда сюда за ним не вариант, впрочем, как и держать его в сумке.       Где-то в районе четырёх утра обеим в головы стукнула идея — полыбызаться. Но это же идея обломилась с треском. Обе девушки были не совсем дееспособны чтобы занимать этим, вдобавок ко всему не готовы физически. Но окстились они только тогда, как обе остались без верхней одежды. Почти сразу после осознания девушки сделали фейсспалмы, чуть не сломав свои очки. Обе хотели провалиться под землю. Но если Лиза от непродуманности их действий, то Катя скорее от лёгкого стыда при виде голой партнёрши. Нет, она видела свою девушку голой, и не раз. Но сейчас, когда они чуть не вылюбились (пх, я не мог не переписать это предложение, после прослушивания одной песни), воспринимать адекватно, без легкого возбуждения грудь возлюбленной Катя не могла, хотя, что скрывать Лиза тоже. Секса у них не было. Но это не мешало ещё минут двадцать просто любить друг с другом, жжаться полуобнажёнными телами и всячески заботиться друг об друге.       Когда девушки, уже одетые, ближе к пяти утра, довольные просто лежали и вдупляли то в потолок, то в стены с полу закрытыми глазами, Лиза решила, что сходить сейчас в душ — хорошая идея. Предупредив Катю об этом, первая быстро собрала всё что нужно, некоторую уходовую косметику, сменное бельё и отправилась в душ. Тёплые капли успокаивали, заставляя впадать девушку в сон ещё больше, но она время от времени себя отдергивала, меняя температуру воды. Быстренько сходить в душ у неё не вышло. Вместо запланированных десяти минут она провела там аж сорок. Иногда так выходило, и это привычка, сидеть больше чем надо часто вставляли её в нелепые случаи. Хотя, в большинстве своём это страшные случаи. Опаздывать на встречи с друзьями, конечно, не очень, но вот опаздывать на работу — уже серьёзно. Ох да ах, но пока Лиза не научилась справляться со своей тягой к долгим посиделкам в душе. Что ж, ей следует следить за теченеем времени. Второй раз вымав голову (на этот раз из-за джема в волосах) и одевшись, Лиза сушиться, чуть ли не поломав фен. Наручные часы показывали время — "5:43". Пора ложиться. Предварительно из последних сил вымав всю посуду, и прибравшись в гостинной, Лиза накрыла одеялом Катю, обваленную её игрушками. Девушка по-доброму посмеялась, но решила тоже взять пару игрушек детства с собой в кровать. А почему бы собственно и нет.       Телевизор погас, музыка на фоне тоже. Девушка повалилась на кровать. Завернувшись в тёплое одеяло, Лиза уже на грани сознания слышала тихие взрывы фейерверков, почти не осознанно шепча себе под нос: "Вот уж люди, уже салюты пускают". С такими словами девушка погрузилась в глубокий сон, сквозь него чувствуя рядом с собой тепло. Человеческое. По-настоящему для неё родное тепло. Так и закончился этот рассказ. Рассказ о двух девушках — Кате и Лизе. Кто они и кем были — неизвестно, но важно ли это? Для них определённо нет, они есть друг у друга, и им хватает этого.

С прошедшим Новым Годом и Рождеством!!