I'm fine

Месяц.

Натаниэля не выпускали из комнаты на протяжении месяца.

И нет, это было необычно в Гнезде.

Натаниэля не выпускали из комнаты и давали еду через приоткрытую дверь, убедившись, что парень стоит на заметном расстоянии от двери. И из-за этого было много проблем. Даже дуло пистолета не пугало парня. Оно заводило Младшего. Веснински и не пытался вырваться на свободу. Ему нравилось сидеть в четырёх стенах... По крайней мере, под воздействием таблеток ему всё нравилось. Если он не принимал их вовремя, то накатывала истерика. Но он же принимает их вовремя! Верно же?... Жаль, что они вот-вот закончатся. Он же не сможет продержаться в комнате ещё месяц без таблеток. Или же сможет? Сейчас ему точно не до опытов над самим собой. Но мысль занятная. Единственное, что радовало парня, так это телефон, что остался с ним. Теперь он сможет связаться с Жаном или с Кевином. Возможно, попрощаться. Возможно, поговорить в последний раз. Может, Натаниэль даже извинится за то, что динамил их на протяжении двух месяцев. А ещё сможет связаться с Ичиро и сообщить о том, что всё идёт по плану. Надо будет ещё со Стюартом попрощаться. Ну, так. На всякий случай. Мало ли что может произойти... Сейчас, сидя на кровати, Натаниэль смотрел на свои дрожащие руки. Они настолько сильно тряслись, что парню становилось не по себе. Время от времени, он подрагивал от фантомных прикосновений. Их не было, но Натаниэль ощущал каждым участком своей кожи, что кто-то рядом и вот-вот нападёт. Эти фантомные руки... Они трогали его. Натаниэль чувствовал эти прикосновения по всему телу. Становилось противно от самого себя. Он настолько грязный. На нем столько рук. Противный. Кому он такой вообще нужен? Вновь передернув плечами, он обнял себя за ноги и облокотился о стену. Всё будет хорошо. Главное не сорваться. Главное оставаться на плаву. Главное пить таблетки. Иначе пуф! И всё. Он свершит самовыпил из этой истории. Рано еще для этого. Надо убить отца перед тем, чтобы самому сдохнуть... А как же Алиса? Как же она? Натаниэль лишь спрятал лицо в коленях, мелко дрожа. Он попрощался с ней. Но если он умрёт, то кто заберёт его из больницы? Там же люди Рико. Они точно что-то будут творить с Эндрю! Даже после того, как Becнински издевался над ним неделю. А если он весь этот месяц издевался над Эндрю? Натаниэль резко вскочил на ноги, спрыгивая на пол, но тут же упал и ударился подбородком об пол. Ноги отекли и совсем его не слушались. Что-то прошипев под нос, парень поднялся на четвереньки и схватил телефон со стола, сразу садясь возле него и прижимая ноги к груди. Один номер на быстром наборе и телефон уже возле уха. Натаниэль стал рисовать какие-то кружочки пальцем на полу, пока он слушал гудки. Но что-то переклинило и он стал рисовать лисьи лапки на полу, пока его рот начинал побаливать от чего-то. Странно, Вороны не играют с ним и не используют его рот в качестве минета для своих кривых членов. Почему же губы так болят? Пальцы медленно потянулись к губам. Но он вовремя убрал руку, продолжая рисовать кружочки на полу. Эндрю бы не оценил это. Лисьи лапки были такими красивыми для его взора. У Эндрю на шлеме были лисьи лапки. Интересно, а разрешил бы Эндрю нарисовать на его щеке лисью лапку? Жаль, что Натаниэль никогда не сможет это сделать... — Натаниэль?! — прокричал на том конце провода Стюарт. — Что ты натворил?! Тэцудзи позвонил твоему отцу во время переговоров и!.... Господи, дитя, что ты сделал? И почему не отвечал на мои звонки? Охренел?! Я, так-то, беспокоюсь за тебя! Мэри бы убила меня! Что ты!... — Лишил Рико ноги... — прошептал парень, пожимая плечами, словно кто-то мог его увидеть. Взгляд устремлён в пустоту. Как странно. Раньше он видел лисьи лапки на полу, а сейчас ничего... Может, он ослеп? Или всё это его сон? Где правда? А где ложь? Всё странно как-то. — Святые угодники, дитя... — взвыл Стюарт. — Истхейвен. — прошептал вновь Натаниэль. — Подожди, ребёнок, что ты говоришь? — спросил Стюарт. — Нет-нет. Не так. Подожди. Спрошу по-другому. Что ты хочешь, чтобы я сделал? Стюарт хорошо знает Натаниэля. Это хорошо. Просто отлично. Теперь дядя точно сделает то, что попросит Натаниэль. — Там Алиса. Забери её. — Натаниэль попытался расковырять пол. — А после отвези его куда-то подальше от этой больницы. Верни его в Пальметто и проследи за тем, чтобы никто не запихнул его в больницу или в тюрьму вновь. Он обязан быть как можно дальше оттуда. И проследи за тем, чтобы Рико ничего больше не смог сделать ни ему, ни кому-либо ещё. — Я это сделаю, но что ты натворил? Зачем ты... Черт. Подожди. Это Рико всё устроил? Что он ещё сделал? — Стюарт засыпал Натаниэля вопросами, пока парень пытался прийти в себя. — Он послал Дрейка к Алисе. — шипел парень, смотря в одну точку в полу. — Я хочу его убить. Мне не дали его убить. Меня заперли в комнате и не дают выйти! Не дают убить его! Не дают! Не дают! Не дают! Я хочу убить его! Убить! Убить! Убить! Вырвать глаза! Вырвать волосы! Выдернуть все зубы! Хочу повесить его на его же кишки! Вытащить их из его живота, пока тот ещё жив и повесить! — Тише-тише. — спокойно проговорил Стюарт. — Я могу приехать и забрать тебя... — НЕТ! — перебил Стюарта парень. — Нет-нет-нет... Ты должен забрать Алису... Обязан... — Хорошо. Давай поступим по-другому. По-твоему поступим. — согласился Стюарт. Натаниэль лишь скинул трубку и пополз в сторону своей кровати. На четвереньках полз к кровати. Как маленький. Со стороны это выглядело весьма странно, но ему было плевать. На него никто сейчас не смотрит. Можно хоть дрочить на кровати, никто слова поперёк не вставит. Залезть на кровать оказалось куда труднее, чем он ожидал на первый взгляд. Но он всё же залез на неё, забравшись под одеяло. Почти все Вороны уехали на неделю-две к родным, отмечать праздник. Остались лишь прихвостни Рико и он сам. Младший Морияма не мог ходить сам и ему нужна была поддержка, чтобы передвигать своими ногами. Тэцудзи не решался подходить к Натаниэлю ближе, чем на несколько метров, прекрасно зная, что тот сделал с его племянником. А ещё учитывая тот факт, что Кенго лёг в больницу и жизненные показатели постепенно падают, Тэцудзи и Рико тщательно старались избегать парня, который только-только совершил покушение на жизнь второго сына Мориямы. Этот парень слишком опасный. Даже для Воронов. Но Веснински знал, что Кенго лёг в больницу благодаря Ичиро. Ичиро отравил его. Из-за Ичиро Кенго медленно умирает. Из-за Ичиро Натаниэль всё ещё здесь. Но это ненадолго. Осталось всего пару часиков. И всё закончится. Жаль, что без боли никак. Натаниэль прикрыл глаза, желая немного поспать. Он не спал несколько дней. Не мог. Сейчас ему нужно собраться с силами, если он хотел убить отца. Ему потребуется много сил. Очень много...

***

— Малыш, я понимаю, что тебе очень сильно хочется спать, но вставай. Прошу тебя. Иначе мы опоздаем. Эндрю слышал чей-то голос сквозь сон. Он не хотел отвечать на этот зов к пробуждению. Если он хоть как-то выдаст себя и то, что он не спит, то Пруст придет и продолжит издеваться над Эндрю. Миньярд не хотел этого. Не хотел. Не хотел. Он хотел отдохнуть. Он хотел спать. Хотел остаться в одиночестве. Оставьте его в покое. Парень не знал: где он, как долго здесь находится, что с ним. Он мало что помнил из-за того, что Пруст то накачивал его таблетками, то и вовсе переставал кормить ими парня. Он подговорил врачей о том, что это нужно для лечения Эндрю. Он добился разрешения об ограничении свободы во время самого тяжёлого периода реабилитации. Сначала накачивал до забвения, а после запирал в комнате, откуда Эндрю пытался выбраться. Доводил парня до эмоций, до криков и истерик, полностью выводя его из собственного равновесия. Он хотел добиться самых разных реакций и ответов, снимая это всё на чертовую камеру. Эндрю несколько раз выхватывал её из рук мужчины и разбивал, на что тот смеялся и говорил, что есть другие камеры, которые спрятаны в этой комнате. От этих слов Эндрю стало вовсе не по себе. Пруст пользовался всем, чем душе угодно, чтобы вывести парня на самые разные эмоции. В такие моменты он заставлял Эндрю вспоминать все самые ужасные воспоминания. Все те приемные семьи. Джейкоб Мористью. Сэмюэль со своим противным шепотом над ухом ребенка. Джесси с руками на тонкой шее маленького Эндрю. Заставлял говорить "пожалуйста", напоминая Стивена. Обеспечивая собственную безопасность, он всякий раз, — когда проходил терапию с Эндрю, — накачивал парня таблетками, чтобы тот не мог ничего сделать. Миньярд всё ещё чувствовал его укусы на своих шрамах и каждый раз от этого упоминания, его всего трясло. Впервые за несколько лет он хотел сдохнуть. Его шрамы на руках, символ его свободы и выбора, теперь были грязными в его воспоминаниях. Эндрю хотел сорвать кожу с рук, лишь бы убрать все эти синие пятна. Он также знал о том, что Эндрю боится щекотки и то, как этим пользовался Дрейк. Мужчина пользовался этим знанием тогда, когда Эндрю был несговорчивым и не выходил на контакт. Он видел парня на грани панической атаки, и с какой яростью тот боролся, когда отступал от опасного края. Пруст пользовался им, пока тот был под лекарствами. Ведь под лекарствами Эндрю мог лишь туже затягивать ремни на своих руках, но никак не сопротивляться. Этот врач убивал его эмоционально, физически и психически. Он видел глаза Эндрю, когда нож вошел слишком глубоко, соединяя один психологический шрам с другими и стирая границу между ними. Но в последние дни, а может и недели, всё изменилось. Пруст накачивал его другими наркотиками. Теперь в лице Пруста он, Эндрю, видел Натаниэля. Миньярд кричал во всё горло. Он пытался помнить то, что Нил не трогал его там без разрешения. Но Пруст продолжал и Эндрю пытался сохранять рассудок, каждый раз крича:

«Ты - не он!»

Когда Натаниэль просил позвать его по имени, Эндрю называл его «уёбок в халате», за что получал пощёчину или более сильный укус на шрамах. Но Миньярд знал, что это не Натаниэль. Он знал, что Натаниэль не такой. Натаниэль уважает чужие личные границы и старается не переступать их раньше времени. Этот Натаниэль был не такой. Этот всячески пытался влезть в личное пространство Эндрю и потрогать его везде. Облапать. Эндрю всячески пытался убрать эти руки от себя, но никак не получалось. Сейчас Эндрю был трезв как никогда. Словно все наркотические вещества были выведены из организма. Парень почесал локоть и тут же открыл глаза, смотря на это место. Там была игла. Эндрю резко выдернул её из руки, отбрасывая в сторону. Точно. Тут кто-то ещё был. Но голос был незнакомым. Парень медленно сел в кровати и посмотрел на нового гостя. Перед ним на корточках сидел какой-то мужчина, из-за чего Эндрю дёрнулся и отпрыгнул от него, пытаясь найти свои ножи, которые Аарон забрал вместе с повязками. Парень прижал руки к животу, желая скрыть свои шрамы, к которым Пруст успел приложить руку. Точнее руку и зубы. Сам он был в одной футболке и спортивных штанах. Мужчина был чем-то похож на Ваймака, только его кожа была светлее и морщины уже стали заметнее, особенно на лбу. Видимо часто хмурится. Глаза были темно-серыми и этот оттенок напоминал Эндрю туман, который он часто наблюдал за окном детского дома. Но что-то было не так. В этих глазах была тревога. Он осмотрел парня. Кажется, тот заметил все эти синяки на теле парня. Тёмно-серые глаза сверкнули пониманием. Неужели этот мужчина не впервые видит такого побитого парня? — Привет. — тихо произнёс мужчина, не смея двигаться под пристальным взглядом карих глаз. Его голос был охрипшим, а под глазами виднелись синяки. Не спал. — Меня зовут Стюарт. Я дядя Натаниэля. И он попросил забрать тебя отсюда. — Нил... — прошептал Эндрю. В воспоминаниях мелькнула рыжая макушка, которая часто мелькала перед его лицом и вечно говорило что-то колкое. Голубые глаза, что больше напоминали летнее небо, чем ледники океана. Так же Эндрю вспомнил чёрную помаду на губах. На губах, которые целовал той ночью в клубе. Кусал, слизывал кровь. Это его Нил. Он точно не галлюцинация. Не могло всё это оказаться правдой. Нил бы точно не сделал с ним все эти вещи без разрешения. Эндрю оглянулся по сторонам. Но где же Нил? Разве он не здесь? Разве он не должен быть здесь? — Да, я от него. И если ты не хочешь увидеть его в гробу, то быстро надевай толстовку, ботинки и за мной. — Стюарт указал на стул, на спинке которого висела чёрная толстовка, а рядом с ним стояли кроссовки. Эндрю заметил какие-то странные красные полосы и знаки на толстовке. Миньярд посмотрел на мужчину, поднял одну бровь вверх. Стюарт шумно вздохнул. — Толстовка Натаниэля. Он однажды оставил её у меня в машине, так и не забрав. А на улице холодно и нам уже пора ехать! — строго произнёс он. Эндрю дёрнулся от этого тона, обнимая себя за живот. Стюарт шумно выдохнул. — Прошу... Я очень сильно хочу вернуть племянника. Хочу спасти его. Так что прошу: послушай меня и идем за мной. У нас мало времени. Эндрю не стал больше спорить и, встав на ватные ноги и игнорировав всю боль в теле, дошёл до стула, хватая чёрную ткань. Он быстро надел её и кроссовки на себя, наконец обернувшись к Стюарту. Толстовка немного свисала с него, особенно рукава. Эндрю пришлось немного закатать их, но те всё равно сползали вниз. Красная надпись с названием университета на левой стороне. А на спине фамилия «Веснински». Эндрю медленно поднёс воротник к носу. Мягкий запах сигарет и кофе остался на толстовке. Эндрю быстро надел капюшон на голову и спустил рукава. Так, оказывается, куда комфортнее. Так, он ощущает Натаниэля рядом с собой. — Что этот дебил опять натворил? — Эндрю попытался сказать как можно громче, но в горле першило и он мог лишь громко шептать. Слишком громко кричал. И голос сорвал. Очевидный финал долгих криков. Стюарт вышел в коридор и Эндрю шёл за ним. Мужчина пока не будет отвечать на его вопросы, что явно не нравилось парню. Если это касалось Натаниэля, то Эндрю хотел знать всё, что с идиотом случилось, и что он натворил. Возле двери в его палату лежал бессознательный Пруст. Эндрю замер, пока все его тело покрывалось мелкой дрожью. В некоторых местах на белом халате проступала кровь. Сам мужчина очень редко дышал, ещё чуть-чуть и умрёт, как казалось блондину. Парень сделал вдох и выдох. Этот мужчина больше не прикоснется к Эндрю. Больше никогда не коснётся его и пальцем. Миньярд пнул ногой по его лицу и побежал за мужчиной, явно довольный собой. Не упускать же этот момент. Но двое мужчин, что, оказывается, стояли в конце коридора, подошли к Прусту и куда-то его понесли. — Уверен, если Натаниэль выживет, то захочет с ним лично поговорить. — внезапно произнёс Стюарт и Эндрю обернулся к нему. Мужчина смотрел на него через плечо и тут же продолжил идти вперёд. Эндрю поспешил за ним, но ватные ноги не особо слушались его и он запинался каждые несколько метров. — Мои люди, конечно, позаботятся о нём, но Натаниэль мне не простит, если я его вот так просто отпущу. Когда они подошли к выходу из больницы, Эндрю впервые почувствовал некую радость, что он наконец выходит отсюда. Но в тоже время, ощущалась некая тревога. Если Натаниэль натворил что-то в порыве гнева, то вряд-ли это закончилось чем-то хорошим. Мог ли он узнать о том нападении в День Благодарения? Если он об этом узнал... Нет. Нет-нет-нет. Натаниэль же не глупец! Он не стал бы нападать на Рико из-за этого! Эндрю для него — никто... Ведь так? Так почему же Натаниэль так поступил? Это было слишком глупо! Он же должен понимать это.. Если только Рико сам не устроил это нападение... Блять. Если Рико приложил к этому руку, значит Натаниэль отыгрался на нём. — Навёл на себя весь гнев старшего Веснински. — сказал Стюарт, когда они вышли из больницы. — Каким-то образом он лишил Рико ноги. — Что, блять?! — прошипел Эндрю, но он тут же закашлял. Стюарт посмотрел на него оценивающим, но Эндрю продолжил: — Как?! Стюарт открыл машину и Эндрю тут же залез внутрь на заднее сиденье, пока Стюарт садился вперёд. Он открыл бардачок и, немного порывшись там, кинул Эндрю таблетки от горла. Миньярд фыркнул, но всё же убрал их в карман. Мужчина закатил глаза на это действие, заводя машину. — Я сам в шоке. — согласился мужчина, выезжая с парковки. — Но время и так поджимает и нам нужно как можно быстрее добраться до Вирджинии. Стюарт схватил с соседнего сиденья телефон и кинул его назад. Эндрю тут же поймал его. — По приезде в Вирджинию, попытайся дозвониться до него. — Стюарт набирал скорость, плевав на все возможные правила дорожного движения. — Если ответит, то старайся сделать всё возможное, чтобы он остался в живых. — Легко сказать. — пробурчал Эндрю, включая телефон. Без пароля. Отлично. В случае чего, можно будет позвонить Хиггинсу. Если этот «добрый дядя Натаниэля», окажется не тем, кем называется. — Не бурчи, а то останешься в общежитии. — Эндрю не стал отвечать на это высказывание, злобно смотря на мужчину. — Вот и отлично. Минут за двадцать, они доехали до аэропорта и сразу же направились в ангар. Эндрю всё это время смотрел в телефон, о чём-то задумавшись. Когда машина остановилась, Эндрю выскочил из неё первым и тут же замер, рассматривая самолёт. Сердце замерло, и дышать стало куда труднее. Эндрю дёрнул плечами, встряхивая голову. А как ещё он себе представлял путь в Вирджинию? На машине? Тогда они точно не успеют к Натаниэлю. Стюарт вышел за ним и пошёл к самолёту, вокруг которого стояло несколько людей, что-то обсуждая. Эндрю посмотрел на то, как ворота ангара стали открывать. Дорожка для взлёта самолёта мигом осветилась маленькими лампами. На полосу вышел один человек, со специальными фонарями в руках и с наушниками на голове. — Миньярд, — Эндрю обернулся. Стюарт позвал его и взглядом указал на самолёт, — Идём. Нам надо спешить. Миньярд лишь закатил глаза и обогнал мужчину, подходя ближе к лестнице, ведущей на борт самолёта. Некая охрана попыталась остановить его, но Стюарт махнул рукой: мол, не трогайте его. Перед лестницей, Эндрю шумно выдохнул и стал подниматься по ней. Натаниэль ради него чуть не убил Рико. Перелёт на самолёте без моральной подготовки — малое, что Эндрю мог сделать для него. Парень быстро забрался на борт и прошёл в глубь, садясь на одно из немногих кресел возле иллюминатора. Вдох-выдох. Он справится. Несколько жалких часов и пару минут в пути. Всё будет хорошо. Возможно. Наверно. Не факт. Стюарт сел в кресло напротив парня, с неким интересом разглядывая его. Ещё несколько людей прошли в салон и расселись кто куда. Самолёт начал тихо гудеть, а после двинулся вперёд. Эндрю стал смотреть в иллюминатор, разглядывая местность. Вот самолёт выезжает из ангара и начинает ехать по полосе. Набирая скорость, он медленно поднимался в воздух. Сердце Эндрю остановилось на несколько секунд и он забыл как дышать. Они в воздухе и руки парня мелко дрожат. Он часто задышал, пытаясь прийти в себя, но он даже толком не подготовился для этого! На этом самолёте есть виски? Эндрю дёрнулся, когда Стюарт что-то сделал в его сторону. Парень резко обернулся и увидел то, как Стюарт медленно протянул ему бутылку виски и стакан. Миньярд тут же отобрал это, открывая бутылку и наливая себе в стакан. — Знаешь, я всё никак понять не могу: что в тебе такого нашёл мой племяш? — спросил Стюарт. — Будто я в этом хоть что-то понимаю. — фыркнул Эндрю, залпом опрокинув стакан, тут же поморщившись. Но он тут же налил ещё. Только в этот раз он медленно пил его, удобнее устроившись в кресле. — Но он же назвал тебя своим парнем. И это явно не его шутки. — продолжил Стюарт. — Как давно вы встречаетесь? Какие планы у тебя на Натаниэля? Что ты хочешь с ним сделать? — Что это за допрос? — прошипел Эндрю, переводя взгляд на мужчину. Стюарт тяжело вздохнул. Он сжал переносицу, собираясь мыслями. Эндрю явно был не против подождать, пока у него в руках была бутылка и стакан с виски. — Просто... — Стюарт откинулся на спинку кресла. — После смерти Мэри, его матери, я всячески пытался забрать его оттуда, но никак не получалось. С каждым месяцем, проведённым там, он всё больше стал походить на своего отца. Стал всячески пытаться совершить суицид от осознания этого факта. Ему становилось противно от самого себя. И тут... — Стюарт слабо усмехнулся, — Появляешься ты. И его словно подменили. После той первой встречи в Колумбии ты знаешь, как он испугался? Он испугался от того, что не знал те ощущения, которые он испытывал. Я ему полдня объяснял, что это влюблённость, а он вечно бурчал и говорил, что быть такого не может, он ничего не чувствует и вообще он машина для убийств. Он следил за тобой и твоими братьями, пытаясь помочь вам всем тем, чем сможет. Представь его, когда он узнал, что ты все-таки согласился играть в экси. Он был до безумия счастлив. Натаниэль так сильно горел желанием сыграть против тебя на матче. И представь его радость, когда он узнал, что первый матч в сезоне против твоей команды. Хах... Он хотел быть счастливым до самой смерти. Да, Натаниэль собирался убить своего отца где-то в декабре, но это было бы на семейном ужине и в виде отравления. Ни в коем случае не сейчас. — он со всей своей серьёзностью посмотрел на парня. — Миньярд, он сорвался и позабыл о всех своих планах, когда узнал о том, что произошло с тобой. Что сделал с тобой Рико. Эндрю отвёл взгляд, смотря в иллюминатор. Самолёт уже парил над землёй, но страх из-за этого он не испытывал. Что-то другое вызывало у него дикий страх. Он медленно перевёл взгляд на телефон, рассматривая его экран. Но он видел лишь своё отражение. Все его тело сковало цепью. Он не мог пошевелиться. Эндрю задыхался, пока слова медленно доходили до его затуманенного разума. Натаниэль забыл о своих первоначальных планах из-за него. Из-за Эндрю. Он сделал это из-за того, что Рико устроил весь этот цирк. Из-за того, что на Эндрю напали. — Я ничего даже не делал для этого. — прошептал Эндрю. — Он начал все свои тупые и безрассудные поступки ещё до всего этого. Когда начали подкидывать деньги моему кузену, то я лишь гадал: кто это и как скоро он вернётся, чтобы потребовать всё вернуть. Буквально несколько месяцев назад я узнал об этом от него. По началу, мне казалось, что он просто издевается и насмехается надо мной. Играется мной, как вздумается. После это стало нашей игрой, в которой не было ни победителей, ни проигравших... — Эндрю на пару минут задумался. — Он всегда пытался выиграть, но никак не получалось. А в конце... Он... Он... — Просто знай: ты ему дорог, если он идёт на такое. — неопределённо махнул рукой Стюарт. Эндрю лишь фыркнул, смотря в иллюминатор. Лишь бы Натаниэль вновь не натворил глупостей и остался жив... Лишь бы...

***

Противный и надоедливый звонок бил в ушах парня. Натаниэль потянулся к телефону и наугад нажал на кнопку, приложив его к уху. Если повезёт, то он ответил на чей-то звонок. Если нет, то не повезло. Не судьба. Значит, что он мог продолжать смотреть свой сон, в котором существовал единорог-экси, с клюшкой экси, вместо обычного рога. Натаниэль с детской радостью катался на нем, а Эндрю стоял недалеко и смотрел на него, как на идиота. После они пошли гулять вдоль реки и Эндрю, подойдя ближе к реке, столкнул туда Натаниэля, громко смеясь. Натаниэль лишь засмеялся в ответ. Впервые Нат видел именно такой сон. Хотя со стороны выглядело как наркомания. — Я. — ответил парень. — Блять, Натаниэль! — воскликнул на том конце провода Ичиро, отчего рыжик тут же подскочил на месте, садясь в кровати. — Ты уже его убил? — спросил Нат. Парень сонно потер свои глаза, периодически зевая. — Мой давно скончался! Остался только твой. И он только что зашёл в Эвермор! — прокричал Ичиро. Натаниэль замер. Он медленно потянулся к ножам, что лежали возле него. Свет в комнате начал мигать. Игра Отца начинается. Натан хочет поиграть с сыном, прежде чем убить. Натаниэль наклонил голову набок, наблюдая за мигающими лампами. Интересно. — Я вижу. — прошептал парень. — Самолёт Стюарта приземлится только через час! А после он приедет максимум через три часа. Там огромные пробки. Твоя главная задача: выжить. — прошипел в трубку Морияма. — Будто в видеоигру решаю сыграть. В хоррор например. — Натаниэль медленно подошёл к двери, проверяя её на закрытость. — Точняк! В Резидент! Интересно, а на какую часть моя ситуация больше похожа? Нет, его дверь открыли и он мог выйти из комнаты. Нахмурившись, Натаниэль подошёл к шкафу, придерживая плечом трубку. Взяв несколько ремешков с ножнами, он прикрепил их к ногам настолько быстро, насколько было возможно в его ситуации. Обещал их больше никогда не использовать ещё в пятнадцать лет, а в итоге надевает на себя, готовясь к бою с отцом. Натаниэль мысленно извинился перед собой в прошлом, защелкивая ремешки. — Натан в любом случае сдохнет сегодня, но ты, пока что, моя инвестиция. И я запрещаю тебе подыхать. — Ичиро тут же отвлёкся и на фоне послышался разговор на японском. Натаниэль знал японский, но то, что там говорили, он не слышал. Голос был слишком тихим. А жаль, парень хотел бы подслушать перед смертью о том, как ведутся дела у якудзы. Значит не судьба ему узнать. — Ну, зная отца, я максимум ноги и руки потеряю, если останусь в живых. — повёл плечами Натаниэль. Он надел толстовку, оставаясь в своей экипировке. Если отец со своими прихвостнями, то нужно иметь что-то под рукой, чтобы отвлечь их. Парочку ножей он спрятал в рукавах толстовки. Ножей много не бывает — первое правило семьи Веснински. — Кроме тебя, Натана и его людей в Эверморе никого нет. Можешь делать всё, что хочешь. И запомни!... — Ичиро не успел договорить. Нат сбросил звонок. Ещё чего удумал Ичиро? Натаниэль не будет слушать советы от этого чудака. Сам разберётся. Уже не маленький. Слушать новую главу якудзы по способам убийства отца и советы по выживанию — херовая идея. Младший сам как-нибудь разберётся. Он жил бок о бок с этим чудовищем около десяти лет! Разве не он лучше всех знает привычки и всякие выходки своего отца? — Как же я обожаю тебя, папочка. — улыбнулся Натаниэль, убирая телефон в карман шорт. Стюарт скоро будет здесь. Он будет в Вирджинии. Интересно, а он спас Алису? Стюарт обязан спасти её. Он же обещал. Обещал же? Натаниэль не помнил. Таблетки, что он принимает, создают туман в мыслях и в воспоминаниях. Парень обернулся, смотря на белый бутылек таблеток, что стоял на столе. Алиса не зайдёт сюда, так что она даже не узнаёт про эти таблетки. Никогда не узнает об этих жалких таблетках, что Натаниэль принимает. Веснински подошёл к столу, беря эти таблетки в руки. Это стоит принять, если он не хочет последствий. Резкая паническая атака и всё! Он мигом труп. Вдох-выдох. Закинув таблетки в рот, он разжевал их и направился к выходу из комнаты. Он справится с этим, он сможет. Надо просто убить отца. Делов-то! Такое себе у него мышление. Но лучше такое, чем никакое от слова совсем. — Хочешь поиграть, папочка? — спросил Натаниэль, подходя к двери и вертя в руках два охотничьих ножа. — Давай поиграем. Парень приоткрыл дверь и прислушался. Ни шага, ни звука, ничего. Натаниэль медленно вышел из комнаты, мгновенно прикрывая за собой дверь. Вокруг тьма, одна лишь тьма. Натан выключил свет во всем стадионе. Где же он оставил свет? Куда же Натаниэль должен прийти в итоге? Ножи на готове, можно идти. Парень быстро, но тихо стал передвигаться по коридорам. Он помнит каждый коридор, каждый поворот на стадионе. Ему будет легко дойти до Натана. Или надо валить отсюда, как Ичиро приказал? Нет, так неинтересно. Он хотел убить своего отца. Он не отдаст это кому-то ещё. Это только его веселье. Натаниэль медленно и тихо шел вперёд, в сторону выхода. Ему сказали уйти. Он должен попытаться уйти. Парень просто собирался подойти к двери, а после развернуться и пойти искать отца. Ну, он же попытался уйти? Просто там какие-то дела случились и он не сумел выбежать на улицу. Хорошее оправдание и... Шорох слева сзади. Натаниэль резко оборачивается. Кто-то прыгает на него и парень отходит в сторону. Но человек не отстаёт и тут же вновь нападает на парня, пытаясь ударить, но никак не получалось. Натаниэль ловко уворачивался от его ударов. Парень тут же упал на колени и, уворачиваясь от ещё одного удара, воткнул нож в ногу по самую рукоять. Противник тихо зарычал, но Натаниэль уже выдернул нож и поднялся на ноги. Мужчина упал, держась за ногу и пытаясь подняться. Натаниэль с лёгкостью отбежал от его ударов, встав за его спиной. Он схватил нападавшего за волосы, оттянув на себя. После тут же перерезал шею, отчего кровь немного попала и на него. Кинув бездыханное тело на пол, он вытер каплю крови с щеки рукавом и направился дальше по коридору. Где-то здесь, должен быть выход. Он близко... — Младший! Сколько лет, сколько зим! — послышался другой голос, уже рядом с парнем. Слишком близко к парню. — Лола. — прошипел Натаниэль. — Мо-ло-дец. — гадко улыбнулась женщина. Где-то не далеко должен быть.... Уже поздно. Натаниэль упустил этот момент. Ромеро схватил Натаниэля и попытался вывернуть ему руки. Но парень извернулся и ранил этого человека. Был неглубокий порез, но это помогло парню вывернуться из хватки и отойти на пару шагов назад. Свет резко включился и это ослепило парня. Он прикрыл глаза и на секунду отвлёкся, что позволило его врагам одержать над ним верх. Резкий удар в живот и Натаниэль лежит на полу, получая множество пинков от Ромеро. — Тише, Роми, тише. — улыбнулась Лола, положив руку на плечо брата. — Натан разрешил мне избавить его от этой метки, так что, давайте быстрее к этому приступим. — Отцовская шлюшка. — тихо засмеялся Натаниэль. — Тебе так нравится то, как он тебя ебет... Х-ха-ха-а... — Сученыш! — прошипел Ромеро и вновь ударил парня в живот, заставляя того захлебнуться кровью. — Нам пора приступать к его подготовке. — Лола схватила парня за волосы и потащила в сторону комнат. Натаниэль тихо смеялся, даже не пытаясь сопротивляться. Он лишь схватился за руку Лолы, чтобы хоть как-то уменьшить вероятность выпадения волос. Может, он всё-таки выживет? Парень знал. Знал, что не вернётся к Алисе. Знал, что не выберется из Эвермора. Знал, что умрёт здесь. Но разве это не к лучшему? Для Алисы это не станет какой-то большой потерей. Лишь одним неудобством. Больше ничего. Всем будет только лучше от его смерти. Всем и так плевать на него, так чего же он ещё хотел? Его никто не любит. Никто не ждёт. Никому не нужен. Так зачем ему продолжать жить? Убьёт отца и себя. Всем будет только лучше. Лола открыла первую попавшуюся и завела внутрь. Натаниэля уложили на кровать, а его руки пристегнули наручниками к изголовью кровати. Натаниэль оглядел комнату. Какая же ирония. В этой же комнате он издевался над Рико. Лола выхватила откуда-то пачку сигарет и зажгла себе одну. — Приступим к твоему исправлению. — улыбнулась Лола, поднося горящую часть сигареты к лицу парня. — Боюсь, тут понадобится больше, чем одна жалкая сигаретка. — усмехнулся Натаниэль, но тут же дёрнулся, когда Лола приставила к его татуировке сигарету. — Не шевелись. — улыбнулась Лола. — Роми, придержи-ка его ноги, уж больно сильно он дёргается. Ромеро сел на ноги Натаниэля, зажигая ещё одну сигарету. Веснински прямо так и слышал, как хрустнули его ноги под тяжестью Ромеро. Кажется, тот ему ноги сломал своим весом. Надо будет убить его за это. — Может, тебе стоит сменить стиль? Например, парочку дырочек на кофте сделать. — Ромеро прижал сигарету к толстовке Натаниэля, прожигая там дырочки. — Или шрамирование сделать. Ромеро убрал сигарету от толстовки и прижал к ноге рыжеволосого, наблюдая за его мимикой. Но Натаниэль никак не отреагировал. Он лишь фыркнул, рассматривая потолок и то, как именно пристегнули его руки. — Ну что, ты так? — спросила у него Лола, выхватывая один из ножей у Натаниэля и протягивая его своему брату. — Надо в особенности подготовить его ножки. А то кто его знает. Сбежит ещё. Но ходить должен уметь. Я не хочу его вновь тащить. Натаниэль закатил глаза. С таким весом как у Ромеро, он вряд-ли сможет далеко убежать. Если вообще убежит или поднимется с кровати. — Я понял тебя, сестрица. — улыбнулся в ответ мужчина и начал выводить какие-то странные узоры на ногах рыжика. Натаниэль не мог кричать. Он не чувствовал всего этого. Поэтому просто закрыл глаза, стараясь не думать о том, что это его последние минуты в жизни. А может и часы. Он сбился со счета времени уже давно. Лола что-то выводила на его щеке. Порезы. Весьма глубокие, отчего парень дёрнулся, пытаясь увернуться, но женщина сдавила его подбородок, продолжая вырисовывать разные порезы. Два горизонтальных и один вертикальный. Так показалось парню по ощущениям. Но лицо горело так, что даже дышать через рот было очень тяжело и сложно. Ромеро прожог толстовку, оставляя круглые ожоги на теле Натаниэля. Комната уже полностью провоняла этими противными сигаретами. Сколько же раз они тушили сигареты о Натаниэля и зажигали новые? Сколько часов, а может и минут они здесь провели? Парню уже было тяжело дышать. Он не чувствовал свои кисти. Лола слишком туго затянула эти наручники, чтобы тот наверняка не выбрался. Ног, кстати, он тоже не чувствовал. Тяжеловесный Ромеро полностью отсидел их, и вряд-ли от них осталось хоть что-то. Натаниэль сильно зажмурил глаза, пытаясь собраться с мыслями. Вроде бы, Лола ещё и руки ему изуродовала ножами и сигаретами. Вроде бы, они своими сигаретами по несколько раз в одно и то же место тыкали, чтобы эффект был гораздо лучше. Но Натаниэль не чувствовал своё тело. Тем более боль. Он старался ни о чем не думать, но мысли вновь и вновь возвращались к Эндрю. Странно. Впервые за эти месяцы он назвал его по имени, а не по прозвищу. В мыслях стали мелькать его образы, которые Натаниэль старался откинуть от себя как можно дальше. Улыбка Эндрю. Карие глаза, что смотрели со злобой и скрытой тревогой. Руки которые так надёжно, но крепко удерживали Натаниэля от падения. Светлые волосы, которые под правильным углом напоминали расплавленное золото. Смех Эндрю. — Наш малыш плачет! Роми, ты только посмотри на это. — улыбнулась над лицом Натаниэля Лола. Натаниэль чувствовал, как что-то сырое попало на ожоги и он тихо зашипел. Открыв глаза, он смотрел на женщину, что вновь решила прижечь его скулу. — Сучка. — Натаниэль плюнул в лицо Лолы, заставив её отстраниться и собрав всю слюну парня со щеки пальцами, улыбнулась и облизнула эти пальцы. — Я уже говорила, что ты мне нравишься? — спросила Лола, ведя кончиком ножа по губе парня. — Совращение малолетних. Да, я помню как ты пыталась затащить меня в постель в пятнадцать. — закатил глаза Натаниэль, переводя взгляд на стену. Надо притвориться, что потерял сознание. Они не скоро закончат. Стоит попробовать. Может, у него получится и он сможет сбежать. Главное попробовать. Главное правильно притвориться. Главное не лохануться. Спустя минут двадцать, Натаниэль решил исполнить свой замысел. Он резко дёрнулся, пытаясь вдохнуть как можно больше кислорода, но тут же упал на кровать, полностью расслабившись и закрыв глаза, не забыв закатить их перед тем, как закрыть. Лола и Ромеро ещё пару минут поиздевались, прежде чем остановиться. Натаниэль старался дышать как можно реже и меньше. Это и заставило Лолу остановиться. — Подожди. — прервала Ромеро Лола, поднося два пальца к шее Натаниэля и проверяя пульс. — Что такое? — спросил он. — Сознание потерял. Переиграли, Роми. Переиграли... — печально вздохнула она, отстегивая руки Натаниэля от изголовья кровати и убирая наручники. — Тебе придётся нести его. — Этого следовало ожидать. — тяжело вздохнул Ромеро, поднимаясь с ног Натаниэля. Ноги приятно стали покрываться иголками, словно кто-то вонзал несколько сотен иголок в ноги парня. Но это к лучшему. Ещё немного и он сможет ходить сам. Надо лишь подождать. Минуту или две. Две минуты хватит Натаниэлю. — Ладно, понесли его Натану. — повела плечами Лола. Ромеро закинул тело Натаниэля на плечо и понёс к выходу из комнаты. Лола шла прямо позади них. Отлично. Это то, что нужно Натаниэлю. Осталось дождаться оживления ног. Когда невидимые иголки исчезли, он медленно пошевелил каждой мышцей, проверяя. Да, кровообращение в ногах продолжилось. Можно начинать. Натаниэль медленно потрясывает руками, словно это происходило не по его коварному плану, а потому, что это Ромеро так двигается. Ножи из-под рукавов мягко скользнули в руки парня. Он резко открыл глаза и сделал глубокий вдох. Один. Два. — Роми, он!... — Лола не успела договорить. Три. Натаниэль вставил ей в глаз один нож, а другой вставил в спину Ромеро, отчего тут же упал на пол. Ромеро лежал на боку, не двигаясь. Натаниэль точно не знал: убил ли он его до конца или нет. Но так лучше, чем никак. Лола же пыталась стоять ровно, но она пошатывалась из стороны в сторону, тихо смеясь. Один нож на бедре остался. Натаниэль резко выхватывает его и подбегает к Лоле, что выхватила свой пистолет и начала стрелять невпопад. Несколько пуль задело Натаниэля и одна попала в него. В его живот. Но он успел кинуть нож и попасть прямо в шею женщины, отчего та упала на пол, держась за нож, не желая его вынимать. Парень придерживался за живот, пытаясь остановить кровотечение, но никак не получалось. Натаниэль сначала подошёл к Ромеро, вытаскивая свой нож из его спины, а после подошёл к Лоле. Он резко вытащил нож из её глаза и вытер кровь об одежду женщины, после убирая его в один из многочисленных ножен. — Ну, же. Скажи, что гордишься мной. — подтолкнул её Натаниэль, приседая на корточки, кривясь от боли. Пуля не прошла на вылет. Натаниэль точно не знал: это хорошо или плохо. Но ему точно не стоило так двигаться. А он ещё не убил своего отца. Пожить немного придется. Лола слабо улыбнулась. — Ты явно повзрослел с нашей последней встречи, Младший... — прошептала она и сама себе вскрыла горло. Натаниэль зажмурился, когда кровь прыснула на него целым фонтаном. Когда крови стало меньше, Натаниэль взял нож из рук Лолы и стал проверять карманы. Пистолет. Интересно. Магазин полностью заряжен. Хорошо. Натаниэль убрал пистолет в карман толстовки. Он полез в карман шорт, как почувствовал телефон. Быстро достав его, он набрал номер человека, которому звонил пару часов назад. Медленно бредя по коридору в сторону стадиона, Натаниэль слушал гудки. Считал их, как и свои шаги. На третий гудок трубку сняли. — Блять, Стюарт, я просил забрать Эндрю, а не оставлять его там! Разве что-то было непонятно?! — шипел в трубку Натаниэль, время от времени, сплевывая кровь изо рта. — Я просил не находить приключений себе на задницу. — прошипел в ответ... О нет. Нет. Нет. Нет. — Эндрю?! — изумился Натаниэль. — Ты со Стюартом?! — Что с тобой? — задал вопрос Эндрю. — Тебе нельзя сюда ехать! Ты должен был вернуться в общежитие! — продолжил Натаниэль. Он резко наклонился вперёд, сблевывая всю кровь. Ему нужно спешить. У него осталось мало времени. — А ты должен был не находить проблем на задницу и быть на связи! — Эндрю шумно вздохнул. — Почему ты не отвечал на звонки? — Я хотел... Правда... — прошептал Натаниэль. — Но я не мог. Если бы я вновь с вами заговорил, то точно бы не решился на это. Эндрю отвлёкся. Ему что-то начали говорить, но Эндрю послал этого человека и вновь вернулся к разговору. — Мы будем через тридцать минут. — сказал Эндрю. — Обещай, что останешься в живых. — Эндрю... — прошептал Натаниэль, слабо улыбнувшись и ощущая, как в глазах начинает неприятно щипать. — Обещай! — прошипел в трубку Эндрю. — Ты, сученыш, обязан обещать, что останешься в живых. Натаниэль слабо усмехнулся. Он молчал в трубку, зная, что не может пообещать подобное. Натаниэль Веснински впервые не сдержит обещание, которое даст. Такую репутацию после смерти Натаниэль не хотел. — Не молчи. — прошипел Эндрю, прерывая тишину. Натаниэль шумно вздохнул. — Ты ненавидишь то, как окружающие нарушают обещания... — Натаниэль остановился напротив входа на стадион. Он отсюда видел, как его отец стоит там, в центре поля, что-то рассматривая и ожидая его. — Я не хочу, чтобы ты возненавидел меня ещё больше за это. Мне хватает той ненависти, что ты испытываешь ко мне сейчас. — Натаниэль, ты обязан остаться в живых. — появился в динамике голос Стюарта. Видимо, отобрал телефон у Эндрю, но тот уже вернул телефон обратно, судя по тихому голосу Стюарта и рычания Эндрю. — Я... Я ненавижу тебя, Эндрю. Ненавижу тебя так же, как ты ненавидишь меня. — прошептал Натаниэль, кусая свои губы. — Не смей это говорить сейчас! Не смей! — шипел Эндрю. — Прости меня за всё. Прости, что из-за моей невнимательности на тебя напал Дрейк... — продолжил Натаниэль. — Нил, — сердце рыжеволосого пропустило удар, а по щеке предательски побежала слеза. Натаниэль тут же убрал её рукавом, прикусив губу и наслаждаясь теплом, что разливалось по всей груди от этого голоса и от того, как Эндрю произносит его прозвище, — Не смей. Слышишь? Не смей, блять, заканчивать это гребанное предложение. — Натаниэль слышал то, как дрогнул голос на том конце трубки. Он слабо улыбнулся, покачивая головой из стороны в сторону. — Мы скоро приедем. Просто спрячься и жди нас. Мы совсем близко. Только не заканчивай это предложение. Я сделаю всё, что захочешь. Просто оставайся на линии и спрячься. Я не прошу у тебя многого. Это... Это моё желание! Ты проиграл мне желание! Помнишь?! Я желаю, чтобы ты остался жив! Остался в безопасности! Это не обсуждается! Слышишь?! Не!... — Прощай, моя Алиса. — Натаниэль сбросил звонок и кинул телефон в стенку. Тот вдребезги разбился. Отлично. Теперь Эндрю точно не сможет до него дозвониться. Младший шумно выдохнул, выпрямившись и посмотрев на свою рану. Ему нужно как можно быстрее убить отца. Иначе умрёт только он. Вдох. Выдох. Он готов ко всему. Натаниэль уверенно вышел на стадион, громко топая, чтобы мужчина услышал его. Натан лишь обернулся к сыну, покручивая в руках заострённый тесак. Натаниэль выхватил из кармана шорт свои ножи, прокручивал их в руках, пока удобно не ухватился за рукоять. Ногой он пнул дверь, что вела на поле, заходя внутрь. Пару минут и вот он, стоит напротив самого опасного маньяка за всю историю. Он стоял напротив своего отца. Бежать уже некуда. Бежать уже поздно. Ему надоело бежать. Натан с интересом оглядел своего сына, а после стал рассматривать стадион. Один глаз был скрыт под повязкой. Это тот глаз, который Натаниэль когда-то насадил на нож. Слепая зона. Но поможет ли она Младшему? Навряд ли. Натан уже освоился со своей повязкой и мог увидеть человека в слепой зоне. Как бы странно это не звучало. — И чем тебе не нравилась эта свободная жизнь? — спросил он, не смотря на сына. — У тебя было всё! И деньги, и слава, и свобода действий. Но ты решил, что тебе этого мало и поиграл с младшим сыном Кенго. — Подростковый максимализм. — повёл плечами Натаниэль. — Что тут скажешь? Знаешь, гормоны там играют. Подростковый период самый непростой и самый сложный в жизни каждого родителя. Но я тебя поздравляю! Ты сумел его пережить! К сожалению. — Я надеялся, что мы уже давно перешли эту черту. — усмехнулся Натан. Он оглянулся. — Кстати, что-то я не вижу Лолу и Ромеро. Куда же они подевались? Неужели решили уединиться без меня? Ах, как им не стыдно? — Твоя шлюшка и её брат в коридоре где-то валяются. Шлюшка даже сказала, что я вырос с последней встречи. — Натаниэль усмехнулся в ответ. — И я не особо подмечал за тобой повадки и любовь к групповухам. — Мало проводил со мной времени, чтобы это увидеть. А я этого, твоего взросления, всё никак не увижу. — Натан подкинул тесак и поймал его за рукоять. — Я даже тесак наточил для тебя, а ты всё никак не вырастешь. Не огорчай старика в последний раз. — Прости, батька, растишку мне никто в детстве не давал, вот и не вырос. Кстати, в этом твоя вина. В следующей жизни давай ребёнку побольше растишки и, возможно, он вырастет. — Натаниэль выставил руку вперёд указывая ножом на отца. — Мы начнём или так и продолжим трепаться языком, пока дядюшка сюда едет? Я не хочу, чтобы он испортил всё веселье, а ты? — Туше, сынок. — Натан опустил голову, а на его лице отразился оскал. — Я рад, что ты выбрал первый вариант. — Натаниэль шире улыбнулся, уже чувствуя кровь отца на своих губах. И пусть он завтра не проснётся. Не увидит вновь Эндрю или его улыбки, не сможет дальше играть в экси и никогда больше не увидит Жана и Кевина — он был счастлив. Странно, неправда ли? Он был счастлив вот так прожить свою жизнь. Свою короткую жизнь. Натан набросился на него куда резче, чем он ожидал. Натаниэлю пришлось отпрыгнуть в сторону, но он поскользнулся и упал, перекатываясь на другой бок и поднимаясь на ноги. Живот начал неприятно напоминать о том, что в нём все ещё находится пуля. Натан побежал за ним. Между двумя вариантами, Нат выбрал наилучший и принялся терпеть боль.

"В третьем резиденте, я такой же раненый убегал от немезиса. Наверно, моя ситуация схожа с этой частью. " — пронеслось в мыслях парня.

— Хэй, не так же быстро нападать! — недовольно воскликнул Натаниэль, резко разворачиваясь и замахиваясь. — Фору хоть бы дал! Я же, всё-таки, твой сыночек! Самый любимый и единственный! Натан ожидал отразить верхний удар сына, но второй резко упал на колени, прокатившись под отцом и отбежав на расстояние. — Да такому сыну, как ты и фора не поможет. — усмехнулся Старший Веснински. — Фу, как грубо. — сморщился Натаниэль, становясь в стойку. — Говорит сынок, что лишил меня хорошей шлюшки. — Натан вновь покрутил свой тесак в руке. — Ты хоть представляешь, как она стонала? Как она... — А вот это уже противно. — Натаниэль закатил глаза. — Я же о своих секс-партнёрах не говорю. — Я уже наслышан о том, что тебе нравятся мужики. — фыркнул Натан. — Подпортил всю репутацию семьи Веснински. — Мог бы убить меня раньше. — повёл плечами Натаниэль, оценивая своё положение. Если он сейчас нападет на Натана, то будет иметь явное преимущество. Надо дождаться того момента, когда мужчина начнёт говорить и нападать. — Знаешь, как я... — Натаниэль напал на мужчину, втыкая в его плечо нож и убегая на расстояние. Тесак упал на пол. Мужчина хрипло засмеялся, вынимая нож и держа его в руке. Другой рукой он попытался хоть как-то пошевелить, но всё было бесполезно. Натаниэль посчитал это хорошим моментом и, вновь подбежав к мужчине, занёс нож для удара в другой глаз, но ошибся. Натан резко ударил его рукой в рёбра и парень отлетел в сторону. Натаниэль пытался подняться, но скулил лишь как маленький щенок. Он видел как Натан поднял свой тесак и медленной походкой шёл к парню. Натаниэль шумно сглотнул. Он не уйдёт отсюда живым. — На чем я там остановился? — Натан  опустился на корточки и резко вонзил в ногу сына тесак до самой кости. Натаниэль непроизвольно закричал на весь стадион, а по его щекам текли слезы. — Ах да, точно, вспомнил. — Натан вытащил свой тесак и вновь ударил им по ноге сына, заставляя того кричать. — Я хотел тебя убить ещё задолго до этого, но Тэцудзи сказал, что ты хороший мальчик и хорошо себя ведешь. Благодаря ему ты остался в живых. — ещё один удар тесаком в ногу мальчишки. Ещё один пронзительный крик. Натану нравилось слушать то, как кричит его сын. Ему нравилось доставлять ему такую боль. Натаниэль смотрел на него сырыми глазами, но в этих глазах была самая чистая ярость, которая так нравилась Старшему. — А ты этого не ценишь, даже сумел сломать ногу Рико. Теперь ты точно умрёшь. А я так хотел сделать тебя своим наследником. Видимо не судьба... — Я не верю в судьбу. — прошипел парнишка. Его голос сорвался от криков. Они были настолько оглушительными, что даже у парня заложило уши. Натаниэль медленно убрал одну руку в карман толстовки, нащупав там пистолет. Он слабо усмехнулся. Осталось лишь ослабить бдительность Натана и он выиграет. Осталось совсем чуть-чуть. Он сможет. — А я один умру? Или ты со мной к матушке пойдёшь? — слабо усмехнулся Натаниэль, сквозь боль и слезы. — Она-то с тебя все объяснения требовать будет, не с меня. Я не особо горю желанием одному терпеть её. Давай хоть эту участь разделим пополам, папашка? — Передавай ей привет, тогда. — усмехнулся Натан. — Я умру не скоро. — А это уже вряд ли. — Натаниэль резко достаёт пистолет и приставляет его ко лбу Натана, что весьма удивлён такой выходкой сына. Один глаз смотрел на Натаниэля с некой гордостью в глубине. Парень часто задышал, наконец-таки замечая то, что он уже ходячий мертвец. Точнее, он уже труп. — Ты первый, не хочу слушать ваши споры и ссоры. Я попозже присоединюсь. Вы там, поговорите без меня, что ли. Долго вы не виделись. А я минут через двадцать присоединюсь и будем втроём орать друг на друга. — Сукин же ты сын, — прошипел Натан. — Удивил, Натаниэль. — Пока-пока, папашка. — улыбнулся Натаниэль и нажал на курок. Тело Натана упало прямо на него, что лишь усугубило ситуацию. Натаниэль скинул с себя его тело и отполз в сторону. От него тянулась тонкая струйка крови, а в ноге всё так же был вставлен тесак. Натаниэль не чувствовал свою ногу, словно её не было и вовсе. Но... Сколько же было крови... Натаниэль с ног до головы был в крови. Это его кровь? Кровь Лолы? Ромеро? Натана? Чья кровь на нём? В этой панике он даже не заметил этого. Поставив перед собой задачу, он принялся исполнять её. Оглядев поле, он резко выдохнул. Сколько же крови он потерял?... Черт. Он даже не заметил этого. Натаниэль лёг на спину, смеясь настолько громко, насколько мог. По его щекам текли слезы, а он всё смеялся и смеялся, утопая в собственной крови, что растекалась вокруг него. Сейчас он закроет глаза, а когда откроет, то увидит родителей. Как бы сказал Жан, то встретились бы они в аду. Семья Веснински вновь будет вместе. — Вновь соберёмся за одним столом, матушка... Теперь уже точно... — улыбнулся он, закрывая глаза, пока по щекам бежали слезы. — Прости, Эндрю... Прости... И он погрузился во мрак, учащенно дыша, пока не сделал последний глубокий вдох...