Нежелательный сожитель

      Торд сидел на своей кровати, как кто-то облизал его щеку. Резко отдёрнувшись с места, он посмотрел на довольного Тома.       — Ты чё творишь?!       – А ты знал, что облизыванием коты обозначают человека, как «своего»?       — Я тебе сейчас кастрировать буду, кошачья ты жопка!       Но чёрноглазого это не волновало, что помечено то подмечено. С пьяну кем только не бываешь, и котом, и дядей Геннадием...кхм, о чём это я? Всё-таки, коммунист не совсем хотел, чтобы его так помечали. Вряд-ли и кто-то хочет этого. Поэтому, из-за этого он снова стал кричать на него, но Томас выпив вторую с половиной бутылку, уже не понимал за что на него орут. Он как маленький ребенок начал плакать себе в ладони. Ларрсон заметил это и сильно поменялся в лице.       — Ты чего?       Том не поднимая головы говорил сквозь слезы:       — Я...я люблю тебя, сильно... — Всё ещё плача говорил алкаш.       Ларссон понимал, что Ридж просто пьян, поэтому отправлял его спать. Но тот не унимался.       — Я ненавижу тебя.. — произнося Ларссон обнял тома, что бы тот хоть как то успокоился, и это, кажется, помогло.       — Я влюбился в тебя как переехал..я это скрывал, как мог.. я думал, мне хватает просто того, что я живу с тобой..— всё ещё заплаканным голосом говорил Томас.       Торд никогда его таким не видел, да и в принципе никто не видел. Он никогда ни перед кем не плакал. А сейчас, он буквально на руках торда плачет в его плече.       — Ещё кто-то говорил, что я хуже фашиста..       Том на это лишь сильнее его обнял.