Предание о большой любви

В наушниках играет любимая Алёна Швец, ей всегда нравились её песни, они казались ей такими живыми и жизненными, за окном в несколько мельчайших секунд разнопородные деревья сменяют друг друга, голубые глаза наблюдают за заворяживающими пейзажами, раскинувшееся возле детского дома "Радуга" в который она благополучно прибыла со своей новой воспитательницой Татьяной Михайловной. Зайдя в здание, на первый взгляд девушке оно показалось милым и очень приветливым, похожим на какое то святилище, даже церковь, ведь везде были огромные окна, через которые просачивался яркий солнечный свет. Даже музыка в потрепанных наушниках не смогла перекрыть застывшего в стенах детского дома шума. Кто то бегал, кричал, бесился, вообще одним словом–дети, отбросы общества, которым суждено здесь сосуществовать и выживать, пока не станут взрослыми. Хотя взросление не измеряется цифрами, всё зависит от человека. Кто то неожиданно коснулся её худого плеча, от чего она оторопела и резко выдернула потрёпанные, склееные с одной строны скотчем, наушники из ушей. –Ты как? Готова к изменениям? Уверенна, тебе должно понравиться у нас.–голос у женщины был наполнен материнской заботой и такой же материнской любовью к "не своим" детям, "подброшенным щенкам" к дверям приюта. Почему то сироты у неё осациировались именно с такими же беспомощными и одинокими щенками. –Да, спасибо, Татьяна Михайловна.–а голос девочки словно начинал угасать, поэтому не зная, что она пережила можно подумать, что вся ситуация ей безразлична. К этому времени пока женщина завлекала новенькую разговорами, к ним подошёл парень высокого роста, правда весь свой рост он скрывал и портил зажатой и сгорбившееся позой, будто он кого то боялся или прятался, он нервно закусывал розовую нижнюю губу, а его светлые, как пшеница волосы переливались на свету. Когда он приблизился к ним, девичий взор обратился на его бегающие небесные глаза, которые пытались не всматриваться в такие же голубые глазки новенькой. Наверное также нервничал, как и она, только девушка уже давно научилась сдерживать эмоции, а парень видимо всё такой же живой. –Познокомься Лёша, это Василиса, наша новая сожительница. Василиса, это–Лёша, лучше него дом никто не знает. Если ты не против он проведёт для тебя экскурсию, заодно покажет твою комнату.–во время всей речи, женщина нежно, и ласково гладя по плечам, приобнимала девушку, что не ушло от её внимания. –Да, конечно.–лишь сказала Василиса. Она быстро отстранилась от их группы и устремилась уверенно вперёд. Можно подумать, что грубо и эгоистично, к ней со всей душой, а она...ее не за что обвинять, она не виновата. Через несколько секунд послышался быстрые скользящие звуки от подошв кед парня, который вскоре догнал её. Она остановилась и протянула свою ладонь. –Василиса Романова, рада знакомству. Он пожал её хрупкую и такую гладкую ладонь, своей немного шершавой рукой. –Алексей Макаров, тоже рад знакомству.–его щеки побагровели. Наверное не привык к женскому вниманию, ведь такие зажатые милашки обычно девушкам не нравяться, но Василису он всё таки чем то зацепил, она не знала пока чем, но знала что зацепил. Ходя по приюту, Лёша уже успел найти общий язык с девушкой, шутил, забавлял ее. Он понимал насколько поначалу тяжело попадать в такие места, поэтому он хотел немного скрасить первые дни и минуты прибывания Романовой. Она эта оценила. Они дошла до женского корпуса и остановились напротив двери. –Вот комната, там живут и другие девчонки, надеюсь ты с ними поладишь.–его руки были убраны за спину. Скованность и стеснение. –Спасибо, Лёша. Надеюсь ещё свидемся.–девушка легко улыбнулась и потянула ладошку к дверной ручке. Открыв комнату её глазу представились кровати, много одинаковых белых кроватей, рядом с каждой стояла небольшая тумбочка для всяких мелочей, шкафы, два шкафа прижатых к стенам, дальше элементарно: зеркало, вешалки, розетки, окна, на них шторы. Не богато, но чистенько и аккуратно. Жить можно. Найдя заправленную кровать, на которое не находилось никаких вещей, Василиса расположилась там. Вещей у неё не много, особо косметики тоже нет, поэтому расклад вещей обошелся в несколько минут. Упав на кровать, Романова решила немного вздремнуть, но как оказалось новые соседки по комнате решили разрушать её планы. Многочисленные распросы, кто она и откуда, почему она здесь, не обошли девушку стороной. О прошлом она хотела умолчать, а обо всём другом с натягом, но отвечала. Не освоилась она пока ещё, не всем доверяет, только Татьяне Михайловне и её чарующему голосу, который обо всех волнуется и, наверное, Леше ещё. На ужин девочки прошли мирно, беседуя о глупых, по мнению Василисы парнях, и о том что задали на завтра в школе. А что ещё могут обсуждать девочки в подростковом возрасте, когда тебе шестнадцать в тебе бушует молодая кровь, новые ощущения заманивают в свои омуты. Единственное чему поддалась, какому искушению отдалась в свои шестнадцать Василиса это–курение, хотя заниматься она этим начала намного раньше, лет в тринадцать. Жесть, Василиса сама от себя тоже не была в восторге. На ужин давали картофельное пюре и рыбьи котлеты. Романова с детства рыбу не переносила, поэтому когда её новая соседка задала вопрос, будет ли она котлеты, она с удовольствие сплавила еду, задающей этот вопрос девушке. Доедая последние ошмётки несчастной пюре, Василиса почувствовала на себе чей то пристальный взгляд, будто кто то выжигал её взглядом, пытался залезть в душу. Она осмотрелась–никого, внимательно ещё раз и заметила уже знакомые ей небесные глаза. Лёша, вот чей взгляд не давал покоя. Она тоже начала на него пристально смотреть, выжидая что он сделает, он лишь мило улыбнулся ей и помахал своей рукой. И как на такую милоту не ответить? Она также в ответ помахала ему и одарила нежной улыбкой. На телефон пришло оповещение, оповещение из социальной сети Vmeste. "Ну как тебе тут? Освоилась? Как соседки?)" А отправитель никто иной, как Алексей Макаров. Как он её так быстро нашёл? Василиса написала тут же ему ответ. "Мило тут, не до конца ещё освоилась, но спасибо за беспокойство. Соседки уж очень приставучие, но два года их потерпеть я готова.) " Тут же прилетело ещё одно смс "А меня?) Меня потерпишь два года?) " "Ты у меня не вызываешь таких тягостных эмоций, скорее милые и положительные, поэтому я была бы, наверное, только рада, если бы мы подружились.) " "Я рад) Я бы тоже хотел бы узнать тебя поближе и подружиться. Может свидемся как то в школе, мы всё равно учимся в одном классе. На уроках и поболтаем. " "Договорились) " Василиса оторвалась от стола, временно попращалась с девочками и ушла в сторону новой комнаты. Дойдя до своей кровати, девушка начала яро рыться в небольшой сумке. –Есть.–и следом за ним–Черт, последняя. Курить перед сном вечером, и когда проснулась утром, перед тяжёлым днём у Романовой уже вошло в уже привычку, ещё с самого начала этой тягостной идеи. –Тоже куришь? Я думала ты не такая.–резко обернувшись Василиса заприметила одну из своих сожительниц. И как она её не заметила, когда вошла? У девушки были очень короткие, еле доростающие до подбородка светлые, блондинистые волосы, карие, почти чёрные глаза. Она была достаточно высокая, и в хорошей спортивной форме. Неужели среди спортсменок тоже есть курящие? –С чего ты это решила?–с язвинкой спросила Василиса. –Не знаю, личико у тебя больно миловидное.–голос был нежным, мелодичным, но интонация очень грубая. –Ха, учту за комплимент, но как говориться внешность обманчива.–улыбки не уходили с лиц. Незнакомка запустила руку в задний карман и достала новую пачку сигарет. Избавив её от плёнки и открыв она протянула её Василисе. –Угощайся. Бери сколько нужно, как купишь себе новую, вернешь. –Спасибо, очень признательна.–Романова вытянула из пачки три сигареты и зажала в кулаке. Только одну из них поднеся к губам, её тут же остановили. –Не здесь. Пойдём в туалет, по вечерам воспитателей там нет, а дети нам не помеха.–собеседница ухмыльнулась. –Не помеха.–шёпотом повторила девушка. Зайдя в место назначения, обе девушки синхронно зажгли и закурили при открытой форточке. Диалог завязался не сразу. –Как тебя хоть зовут "о моя спасительница"?–в шутливой форме спросила Романова свою новую "подругу". –Алиса зовут меня, а тебя? –Василиса. –Ещё и Василиса.–Алиса усмехнулась. –Жесть. Милое личико, красивое личико, голубые глазки, рыжие волосы, ещё и Василиса. Почему же тебя не причислили к лику Святых? Ну или хотя бы не сделали ангелом? –Может сделают Великомученницой хотя бы когда нибудь, хоть и не люблю себя жалеть.–Василиса сделала втяжку. –Всё мы здесь мученники, поэтому не прибедняйся. Почему ты здесь?–вопрос заданный в лоб. Сначала он смутил девушку, но она почувствовала вдруг, что может ей доверять. –Мать умерла, когда мне было двеннадцать. Застрелилась в соседней комнате, когда я рисовала. А отец...последняя тварь, вот кто. Он однажды девочку, мою подругу, она младше меня была тогда, изнасиловал у нас во дворе. Она тоже потом повесилась, узнав что залетела. Он бухал, употреблял, меня периодически мутозил, когда я появлялась дома, пытался своим подружкам-проституткам отдать на "воспитание", чтобы деньги в дом ему на алкашку приносила. Я это терпела четыре с половиной года, и вот недавно пошла в полицию, а дальше обычная процедура: лишение родительских прав, его за решётку, а меня сюда. Вообщем как то так. А ты? –У меня гармония была, прекрасная жизнь, пока не узналось, что отец наркотой торговал тайно, он с этого деньги драл, а мы с мамой, ничего не зная, жили в шоколаде. Потом мама забеременела от отца, снова. Они на протяжении года пытались зачать ребёнка, да только не получалось, а тут два чуда, в виде отца- наркомана и беременности. Естественно ребёнка она потеряла, на этой почве у неё крыша поехала, оставила меня, не попращавшись ни с кем. Вскоре бабушка с дедушкой умерли, а этот хер...он любовницу в дом притащил, оказывается она у него давно была, уже на протяжении нескольких лет и в следствии на меня он тоже забил. Отказ и я тут. Василисе стало очень жалко свою собеседницу, такое пережить, хотя у неё тоже жизнь не сахар. Она лишь взглянула сочусвующе, выбросив до куриный окурок и зажгла новую. –Сожалею.–сказала, зная что это полный бред, говорить такое. Алиса лишь хмыкнула. –Мне сочуствовать нечему, также как и тебе. Только твою мать искренне жаль, а так...жизнь оторвала от нас лишний груз в виде козлов и тварей, поэтому это лучше, чем по улицам скитаться. Выйду отсюда, пойду покорять российский баскетбол. –Так вот чем ты занимаешься, по твоей форме я и подумала, что ты спортсменка, только не знала, чем занимаешься. Что тебя мотивировало? –Друг. У меня друг был, восходящая звезда баскетбола. Он мог бы стать известным, но черт...судьба порой не справедлива и лишает нас источника ублажения, чтобы сделать нас сильнее.–Алиса повернула свое лицо к Василисе.–Он умер. Сердце не выдержало. Прям на баскетбольной площадке во время матча. У меня на глазах.–в свете луны, Романова смогла разглядеть маленькую и еле видную, прозрачную слезу. –Я сюда прихожу не просто так. Я всегда сюда приходила из за того, что здесь отличный обзор на ночное небо. Как бы бредово это звучало, но я верю, что звезды–это души умерших любимых нами людьми. Я прихожу сюда и говорю с ним. Он здесь самая яркая звезда. Всё ради него. Жизнь, баскетбол, терпение. Я его любила и люблю до сих пор.–Алиса снова обратилась к девушке.–Ты приходи сюда почаще, особенно когда одна. Может и со своей мамой сможешь поговорить, ну или на крайняк со мной. Договорились? –Да, спасибо. Спасибо, что поговорила со мной, мне этого не хватало. –Я это увидела, поэтому и позвала. Я тоже не особо доверчива, но ты другая. Светлая какая то что ли. Ты мне нравишься. Думаю нам стоит держаться вместе. –Я тоже так думаю.–тихо ответила Романова, выкидывая второй и последний окурок. Алиса снова прервала тишину, закрывая форточку. –Я видела сегодня тебя с Лёшей. Вы были знакомы до детского дома? –Нет, только сегодня познакомились. Он мне показывал, как тут всё и довёл до комнаты. –Он хороший парень. Это тебе на заметку, если что, вдруг. Девушки вернулись назад в комнату, уставшая упадя в кровать, Василиса не переставала думать, хотя возможно и догадывалась, на какой случай Алиса отпустила комментарий по поводу Леши. А он и правда милый.