Как за каменной стеной

Молчание начало нагнетать. Сначала Антон предполагал, что они чего-то ждут, но ничего не происходило. Вдруг Рома громко выдохнул, приготовившись говорить. - Короче, Тох, есть одна вещь, которую я должен тебе сказать, - медленно начал он, пытаясь с каждым словом подавить свою тревожность. Получалось это плохо, что не скрылось от глаз Петрова. Столь непривычное поведение товарища, обычно уверенного в себе, как ни в чём другом, заставило Антона самого занервничать, но он не подавал виду, а лишь слушал и ждал, что будет дальше. Вновь тишина. Пятифану нужно было собраться с мыслями. Чего он действительно не умел, так это красиво говорить, поэтому, чтобы не сказать лишнего, требовалось сначала всё чётко произнести в голове. Но мысли путались, не складываясь в единое предложение. - Так что ты хотел сказать? – не выдержал Петров и задал прямой вопрос. - Люблю я тебя, вот что! – выпалил Ромка, устав от собственных мыслей. Сил оттягивать этот момент больше не было. Он боялся реакции друга на подобное заявление, но иного варианта узнать, взаимны ли его чувства, не было. Буря эмоций накрыла Антона в этот момент. Сначала он почувствовал некое облегчение, так как ожидал услышать что-то плохое. Но и предвидеть именно такой диалог тоже не мог. Удивление постепенно достигло своего пика. Парень ущипнул себя за руку, и, почувствовав неприятные ощущения в области запястья, удостоверился, что это не сон. Петров вглядывался в глаза Пятифанова, чтобы увидеть в них хоть намёк на шутку, но его там не было. Только серьёзность и покорное ожидание ответа. Теперь же на смену шоку приходили новые чувства. От них на душе становилось теплее, сердце начинало биться чаще, по телу пробежала стая приятных мурашек, а лицо медленно озарилось улыбкой. Антон даже и мечтать об этом не мог. Когда мысли о чём-то подобном посещали его, он старался их отогнать как можно быстрее. Но собственных от чувств убежать было невозможно. - Я тебя тоже люблю, - улыбаясь, проговорил Петров. Ромка не сразу понял смысл того, что прямо сейчас услышал. Он был готов к худшему. Но как только пришло осознание сказанных Антоном слов, Пятифанов больше не смог сдерживать чувства. Глаза заблестели, все страхи испарились, кровь стала быстрее циркулировать по организму, а на лице появилась ответная улыбка. Без лишних слов Рома сделал шаг вперёд и вмиг оказался очень близко к Петрову. Их лица были примерно на одном уровне и находились в паре сантиметров друг от друга. Ещё один миг и Антон почувствовал лёгкое прикосновение чужих губ к своим. Глаза сами закрылись, ограждая от реальности, перенося в мир, где нет никого, кроме них. Лишь прикосновение одних губ к другим. Нежное и обжигающее одновременно. Парни так давно этого ждали, не решаясь совершить столь серьёзный поступок, что сделало этот поцелуй ещё более желанным. Пятифанов взял инициативу на себя. Его руки мягко легли на талию Антона, прижимая их тела ближе друг к другу. Петров в свою очередь положил одну ладонь на плечо Ромки, а вторую - в область затылка парня. Нежное касание губ перерастало в всё более страстный поцелуй. Мир будто поставили на паузу. Ни единого звука вокруг. Ничего. Только два человека, так долго скрывавших свои чувства и теперь наслаждавшихся обществом друг друга. Кислорода становилось всё меньше, и, когда нехватка воздуха ощутилась парнями в полной мере, они отстранились друг от друга. Губы словно пылали огнём. Возвращаться в реальность не хотелось, но голоса окружающего мира постепенно нарастали, заполняя пространство вокруг. Дыхание было отрывистым, сердце билось, как после огромной физической нагрузки. Их взгляды вновь пересеклись. Теперь в глазах не читалось ничего, кроме счастья.