Перчатка

      Кэйя судорожно ухватился за руку винодела – аккуратно сжал пальцы, понимая, что отступать слишком поздно. Разумеется, за свои эгоистичные выходки, он, как всегда, получит лишь полный усталости и раздражения взгляд.       Но даже такой ценой...       Так и не решившись поднять взор на названного брата, Альберих, не чувствуя сопротивления, осторожно опустился на колено. Кожей – нет, всем нутром – ощущал на себе тяжёлый, внимательный алый взгляд.       – В этот раз я уйду. Обещаю. Только оттолкни – и ты больше никогда меня не увидишь... – рыцарь уловил лёгкую дрожь ладони Дилюка, и, улыбнувшись своей никчёмности, продолжил. – Не этого ли ты хотел?       Молчание со стороны магната выбивало весь воздух из лёгких – таким жалким Кэйя ещё никогда себя не ощущал. Даже то время, когда отец оставил его, ещё совсем ребёнка, одного, в мороз, у поместья в незнакомом регионе, когда тело онемело от холода, а живот рычал не тише волков в Вольфендоме – не шло ни в какое сравнение с тем, каким слабым капитан чувствовал себя сейчас. Вот он – юнец, ещё не осознающий груза своих плеч, но уже знающий, что в его жизни места счастью никогда не будет – а вот он – молодой мужчина, заложник собственных противоречивых чувств и долга, и каким бы со стороны он не выглядел в себе уверенным, всё ещё слабый, до ужаса напуганный, ребёнок.       Ноша оказалась непосильна.       По ощущениям, прошла целая вечность, прежде чем рыцарь вышел из оцепенения, однако рука Рагнвиндра всё ещё находилась в ладонях Альбериха. Хватка не была крепкой – да и если бы даже была, Дилюк без труда мог бы высвободиться из своеобразного плена.       Но по какой-то причине не сделал этого.       Переступая через себя и всё ещё боясь в очередной раз встретиться с ненавистью в алых глазах названного брата, капитан нерешительно поднял взгляд.       Однако тут же замер, пребывая в шоке.       Вместо ожидаемой неприязни, глаза винодела выражали лишь растерянность и робость, а на щеках расцветал обворожительный румянец, почти сливаясь с волосами.       Архонты, да ведь Дилюк выглядел очаровательно смущённым!       Не веря своим глазам, а если быть точнее, глазу, рыцарь тяжело выдохнул, твёрдо для себя решив, что больше он его не отведёт. Зачарованно рассматривая мужчину, Альберих медленно снял перчатку с его руки. Ткань, характерно зашуршав, упала Кэйе на колено. Помедлив буквально несколько секунд, рыцарь осторожно прижался к ладони щекой, внимательно наблюдая за любыми переменами в эмоциях магната. Тот тоже не отводил взгляда, со стыдом осознавая, что пытается запомнить каждый сантиметр капитана кавалерии сейчас. Каждое движение, каждую линию, каждый изящный изгиб, каждое невесомое прикосновение.       Неловкие поглаживания сменились аккуратными, нежными поцелуями. Рыцарь по-нескольку раз накрывал каждый маленький шрамик Рагнвиндра своими губами, пропуская удары собственного сердца. Слушал пульс в ушах, забывая как дышать.       Впрочем, Дилюк ощущал то же самое.       На небе начали сиять первые звёзды, когда дверь таверны легонько скрипнула, предвещая о позднем посетителе. Компания молодых рыцарей, посмеиваясь, завалилась в помещение, однако после увиденного в "Доле Ангелов" мгновенно воцарилась гробовая тишина.       Дилюк, поздно среагировав, вздрогнул, залившись краской, после чего выхватил свою руку из рук Альбериха. Кэйя же хмыкнул и, как ни в чём не бывало, улыбнулся:       – Мастер Дилюк, Вы, кажется, перчатку обронили?       Под взглядами молодых людей, лишившихся дара речи, Рагнвиндр нахмурился и отвернулся к стойке.       – Будьте добры, сэр Кэйя, передайте её мне. Я занят.       – О, ну разумеется. – усмехнулся капитан кавалерии, поднимая вещь со своего колена и медленно подходя к виноделу, вальяжно протягивая перчатку её хозяину. – В следующий раз будьте внимательнее и не теряйте её. – ухмыльнулся Альберих.       – Ни в коем случае. Если Вы закончили своë представление, то можете отправляться домой.       – Конечно, именно так я и сделаю. – хмыкнул капитан, покидая таверну. Дверь уже почти закрылась, как снаружи послышался насмешливый голос. – Заходите на чай, мастер Дилюк. Могу дать совет, как справляться с рассеянностью.       – Обойдусь. – буркнул магнат, про себя отмечая: "Зайду только на чай."