Любовь на вес чаши крови

— Соизволит ли принцесса украсить своим присутствием во время приёма? — Найджа говорил отстранённо и сильно растягивал слова, но мелодичный тембр его голоса отзывался противными мурашками по её позвоночнику. — Меня не очень радует перспектива быть проданной за бесценок. Более того, я не статуя и не ваза с цветами, чтобы украшать своим присутствием зал. Девушка, которую Найджа назвал принцессой, внешне не очень соответствовала этому титулу…хотя бы из-за одежды. Нет, на ней не было шикарного платья и её руки не были украшены обилием драгоценностей, но тем не менее, одета она была со вкусом, что очень даже хорошо, подчёркивало её достоинства: чёрные кожаные брюки, элегантный топ, скрытый под чёрной курткой и высокие чёрные сапоги с множеством серебряных пряжек. — За бесценок??! Да тебя оценили стоимостью всего королевства. Отец между прочим для всех старается. — Вот если ты за, то сам выходи замуж за монстра! — девушка, подавленная и разочарованная всем происходящим уже не знала куда себя деть, но от насмешек брата ей было ещё хуже. Найджа понимал это, но отец попросил его хоть как-то постараться убедить сестру в том, что всё будет в порядке. Он нежно коснулся её плеча и притянул к себе, заключив в крепкие объятия. — Сестрёнка, я знаю, что это ужасное испытание. Что ты этого не хочешь, но ты же понимаешь, что у отца нет выбора. Либо погибнут все. Я не хочу, чтобы ты вообще выходила замуж, но даже я ничего не смогу изменить. Девушка закрыла глаза и вздохнула. — Найджа, спасибо за попытку меня поддержать, но получилось не очень. Если честно. Иди к отцу. Скажи ему, что я скоро буду. — медленно поднявшись, принцесса направилась к замку, а Найджа так и сидел, пока та не скрылась за дверьми оранжереи. * * * В это время в тронном зале уже вовсю шептались советники короля, их жёны и даже стража, что стояла у каждой двери зала. Все ждали, когда же появятся принцесса и её будущий муж. Для всех вопрос о замужестве королевской дочери уже был решённым вопросом, который с одной стороны был верным, но с другой, девушку винили в том, что она так легко согласилась пойти в неволю тула, куда бы ни один отец не отправил бы свою дочь ни за какое королевство, хотя короля, естественно, никто не винил. И вот тяжёлые двери распахнулись и в зал ступил высокий, статный, довольно крепкого телосложения мужчина с довольно изящными чертами лица и единственное, что портило его вид это три шрама пересекавших его глаз, который вместе с тем был цел и невредим. Шрамы, насколько это было возможно, были прикрыты длинной белой чёлкой, волосы же платинового цвета были собраны в высокий хвост, остальные были распущены и ниспадали с его плеч словно реки из лунного света. И всю эту картину завершали глаза глубокого рубинового цвета, окаймлённые чёрным кантом. По всему залу прошёлся гул. Многие вспоминали легенды об этом человеке. О глазах, полных крови погибших от его рук людей, об этих руках, которые кроют в себе непомерную силу, и взгляде, способном убить любого и сжечь его дотла. Возможно, это было правдой, но короля это не интересовало, сейчас он лишь хотел понять, может ли он доверить этому человеку свою дочь. Единственную наследницу, оставшуюся когда-то без матери и выросшей в обществе мужчин, не зная истинной ласки. Он знал, что не смог дай своей дочери того, что должно, но надеялся, что тот, за кого ей было суждено выйти замуж смог бы дать ей это. Хотя, учитывая то, кем был тот, за кого он выдавал свою дочь то, то, на что он надеялся, это было маловероятно. Но надежда умирает последней. Тем временем, пройдя через расступившуюся толпу, юноша в сопровождении своих войнов подошёл к трону короля и вста в на одно колено, прелставился: — Страж Восточных Земель, Курай. Рад приветствовать Вас, Ваше Величество Риндел. Король поднялся с трона и протянул мужчине руку, призывая встать с колена. — Рад, что вы отозвались на наш зов. Прежде чем мы начнём пиршество в честь знакомства нашего народа с Вами, хотел бы познакомить Вас с той, ради которой Вы здесь…если желаете, прямо сейчас. — Риндел старался сохранять спокойствие, но всё же некоторые его слова были довольно неуверенно сказаны и Курай изумленно поднял на короля глаза. — Я думаю, стоит дать девушке возможность самой выйти к нам. — понизив тон голоса так, чтобы слышал только король, Курай добавил, — Она в очень непростом положении сейчас. Очень сомневаюсь, что она будет очень рада меня видеть. Король кивнул и все присутствующие направились в банкетный зал, в предвкушении прихода принцессы. Никто не знал, что будет происходить, но почему-то все ожидали, что всё пройдёт гладко. Да и у короля почему-то не было ощущения какой-либо опасности или беды. Он волновался, но страха не было. Внешность Курая произвела на короля сильное впечатление, но в тоже время довольно приятное и не разочаровывающее. Он очень надеялся, что его дочь также оценит мужчину по достоинству. Шли долгие минуты, женщины от скуки наблюдали за Кураем, мужчины начали обсуждать общегородские вопросы, а король начал нервничать. Не появлялись ни его сын, ни дочь, а это был нехороший знак. Но наконец, Курай, заметивший суету со стороны стражников, насторожился. Один из воинов королевской гвардии подошёл к королю и что-то шепнул на ухо, а безрадостный взгляд короля упал на тяжёлую дверь банкетного зала. Возможно виновно во всём было ожидание непривычное Кураю, но внезапно в его душе появилось странное чувство от которого тот едва не упал, это осталось незамеченным другими гостями, но сам он стал немного насторожен происходящим. Наконец, тяжёлые двери распахнулись, и в затихщий зал, ограничившись лишь наклоном головы в сторону отца, вошёл принц Найджа и повернувшись к дверям произнёс: — Принцесса Северных Земель, Наследница Королевского престола, дочь короля Риндела, Её Величество Ирен. Вошедшей в зал девушкей нельзя было не поклоняться. Её красота восхищала. Её взгляд обжигал холодом. Каждый шаг и жест скрывал в себе силу и грацию охотницы, готовой при любой опасности за долю секунду прыгнуть на своего противника. Тёмно-синяя мантия, расшитая серебряными нитями скрывала под собой открытый чёрный сет, изящно подчёркивающий красоту её тела, совершенно не изменяя направленность и цель её прихода сюда. Высокие сапоги, которые явно были неприемлемым атрибутом её внешнего вида, были на высоком тонком каблуке, что придавал её образу чёткость и строгость. Серебряные наручи, с инкрустированными сапфирами подчёркивали цвет её холодных, будто ледяных глаз, таких глубоких, как ледяные моря севера. В глазах короля горела гордость. Поднявшись, он медленно подошёл к дочери и взяв её за руку повёл её к трону. Второй же, справа от отцовского, уже занял Найджа. Когда принцесса заняла своё место, весь зал как по сигналу поклонился, показывая своё восхищение, преданность и уважение. Гости наконец успокоились, ведь уже хотя бы появление принцессы не принесло никаких бед, но следующим этапом было приветствие принцессы с гостем. Курай подошёл к трону принцессы, опустился на оба колена и поклонился. Мгновение спустя он уже поднялся на ноги и произнёс: — Рад приветствовать Вас, Принцесса. Очень надеюсь, что сегодняшний приём не заставил Вас оставить свои дела. — Празднество такого масштаба также входит в мои планы, особенно учитывая причину Вашего сюда приезда, поэтому от дел вы меня точно не отвлекли… Более того, — медленно добавила девушка, окинув мужчину цепким оцениваюшим взглядом, — моё присутствие здесь, вне зависимости от планов, было обязательным. — Благодарю Вас. — Курай поклонился, но если бы кто-то видел его лицо, то заметил бы ухмылку, что словно тень пронеслась и скрылась под его чёлкой. Резкость и холодность девушки позабавила его и разбудила невиданной ранее в данных делах азарт. Он решил, что если жена, то именно такая. Вскоре по залу полилась музыка и пары закружились в танце, пока юная принцесса присматривалась к гостю. Она не знала, что не так, но чувствовала, что то, что она видела, не было правдой. Но вскоре Курай, учтиво поклонившись девушке, пригласил её на танец. Мгновенно все пары расступились, пропуская вперёд Её Высочество. Медленный танец, под чистую словно небесную музыку, Курай чётко и уверенно вёл принцессу, та, в свою очередь, медленно, но верно начала доверять партнёру своё тело. Все как завороженные смотрели на эту пару, плавность движений, внутреннюю силу, и первые эмоции, которые редко кто видел на лице молодой парвительницы. Её глаза загорелись и спустя некоторое время, она наконец сняла свою накидку, показав окружающим свою спину с переливающимися яркими неоново-голубыми нитями. Редкое явление, некогда было источником силы владельца, ныне же мутация, настолько редкая, что начала пугать общество, а носителей стали называть монстрами. О принцессе было многое известно народу… Её боялись и потому не смело говорить ничего против. Но за глаза, в тишине ночи, тихонько друг другу на ухо они говорили о ней, о её вине в смерти матери, прежде любимой королевы. Все вокруг видели в ней проклятие рода и именно поэтому эта свадьба была желанной в народе, и никто не считался с эмоциями этой девушки. Но сейчас, видя её глаза и смотря на её движения, они застыли в восхищении. Она была прекрасна, роскошна, она была девушкой, настоящей принцессой, не войном и не монстром. Танец длился казалось вечно и Ирен стала всё больше и больше смотреть на Курая. Он замечал её взгляд, но почему-то от этого его руки грубели, он как будто не хотел, чтобы на него смотрели, он всё меньше улыбался. Ирен это замечала и ощущала на себе его эмоции. Она чувствовала интерес, лёгкую ауру тайного желания, но в то же время она ощущала необыкновенную силу, пробуждавшуюся в нём после каждого её взгляда, он прятал от неё глаза, но она успела заметить их неестественный цвет. Такой глубокий, скрывающий нечто страшное и дикое. Словно Курай пытался что-то сдержать в себе. Она вспомнила все истории о нём, о девушках, убитых им и его силой, но она не почувствовала страха, это было странное чувство, необычное, что заставило её вновь посмотреть на него, и вот на долю секунды он взглянул её, и словно яркой вспышкой её душу больно опалил его взгляд, она оступилась и начала падать, не в силах держаться на ногах, прямо на руки Курая. Ему ничего не оствалось кроме как поймать принцессу. Он мельком посмотрел на её лицо. В его душе началась борьба. Уходя от эмоций он не видел красоту женщин, он был жесток, история их любыми способами, но в тот миг, когда он заглянул в её душу он увидел в ней истинный страх и этот страх в сочетании нежной, но резкой красоты заставил его одуматься. Он впервые захотел защитить девушку, но это чувство перебило знание о внутреннем монстре, безжалостном и жадном. Ему стало страшно. Впервые монстр почувствовал себя загнанным в клетку. Он понял, что обещание, данное королю Ринделу он выполнит, но теперь будет бояться ей навредить. Он слышал про эту девушку: т, которая вышла на арену и безжалостно в одиночку убивала зверей, которых порой даже группа мужчин не могла одолеть, лишала жизни без раздумий…но сейчас на его руках была девушка, нежная, чуткая, умудрившаяся посмотреть в его глаза, заставить сомневаться в себе и собственной сущности. На все эти мысли у Курая ушло всего доля секунд, а Ирен начала приходить в себя, и едва она открыла глаза, Курай мягко опустился на одно колено, по прежнему держа девушку на руках и опустил голову к самой её шее, зарывшись в пушистые волосы, лишь бы никто не увидел его глаз. Король и его сын уже успели выскочить выскочить ноги и пойти в центр зала, но уже пришедшая в себя Ирен жестом остановила их вздохом руки. Весь зал застыл в молчании и томительном ожидании. Ирен поднялась на ноги и встала перед Кураем. Тот всё так же стоял на одном колене, не поднимая головы. Жестом Ирен попросила одного из слуг поднести ей мантию, и надев её, она укрыла мужчину от посторонних глаз. Увидев тень, он наконец поднял голову, и теперь его глаза не красные, но золотые светились благодарностью принцессе. Она без слов поняла его, но как бы то ни было, он продолжал бороться с собой, ведь она увидела его слабость, а для зверя такой человек становится следующей целью… и потому он отвернулся от неё. Ирен мгновенно стала серьёзной и не сказав ни слова прошла сквозь расступавшуюся перед ней толпу к трону. Больше она за весь вечер так и не покинула свой трон. А он даже не смотрел в её сторону. Бал шёл своим чередом, все были довольны исходом и уже решенным вопросом о замужестве принцесс. Лишь Найджа понял, что-то не так и что-то произошло во время танца. Он знал что просто так Ирен никогда не станет так вести себя, но спросить её, что не так, он не мог. Более того, ближе к полуночи к Кураю подошёл один из его воинов и что-то сказал ему на ухо. Лицо мужчины изменилось и он твёрдым шагом направился к королю. — Ваше Величество, прошу меня простить, но мой город в опасности, я должен быть там. — он учтиво поклонился Найдже и замешкался прежде чем подойти к принцессе, — Мне очень жаль, что я вынужден оставить Вас. Я понимаю, что теперь всё зависит от Вашего решения. Если Вы согласитесь принять моё предложение руки и сердца, мои войны завтра же привезут Вас ко мне… В целости и сохранности. Они отвечают за это головой и жизнью. — словно в подтверждение этих слов, войны за спиной Курая склонили головы, приложив руки к груди. — Мне жаль, — продолжил мужчина, — что я не смогу сопровождать Вас сам. Но если Вы захотите, то можете подождать, пока я разберусь со всеми делами в городе и приеду за Вами. Говоря всё это он так и не поднял голову. Но глаза Ирен заблестели и она сдержанно кивнула, сказав: — Я принимаю Ваше предложение, и если будет таково Ваше желание, могу отправится с Вами уже сейчас. Весь зал вздохнул с облегчением, когда услышал согласие и в шоке замер снова. Курай вздрогнул. Он ожидал чего угодно, но не такого исхода. Он не верил. Но тут же собравшись с мыслями поднялся на ноги и без раздумий поднялся к самому трону. Стража уже было бросилась к принцессе, но на этот раз их остановил король. Происходящее было сокрыто от возраста всех длинными волосами Курая. Всем было интересно, но никто не смело подойти ближе никто не смел даже двинуться с места. Зато Курай и Ирен видели всё. Нависнув над девушкой Курай осторожно, стараясь контролировать себя заглянул в глаза принцессы. Что он хотел найти там? Ложь ли, страх ли, ненависть? Он не увидел ничего из этого. Черты его лица стали мягче, цвет глаз стал похож на цвет песка укрытого морской волной, так чисто они отражались в глазах Ирен. Он прошептал: — Ты очень смела, раз согласилась на это… Я рад, что это так. Но не пожалеешь ли ты? — он снова склонил свою голову к её шее. Ирен почувствовала его дыхание и биение сердца, онапрониклась им, слегка склонила свою голову к его и так же тихо ответила: — Я слышала многое о тебе. Ноя не верю в сказки тех, кто даже в лицо тебя не видел. Но даже если и так, я не так слаба, как ты думаешь. Он поднял голову и снова посмотрел ей в глаза. Она не лгала, её взгляд был чист и ясен, а на лице появилась искренняя улыбка. Он впервые видел такой взгляд… и он потерял контроль. Глаза потемнели, смешав цвета золотого песка с кровью, зрачки голодного зверя сузились в тонкие щёлки, ногти сменились длинными когтями, у глаз появились тёмные вены. Теперь его лицо стало ещё страшнее, нежели чем с одними только шрамами. — Что ты скажешь теперь? — он поднял руку и провёл ею по её лицу и шее, оставляя жгучие совсем лёгкие царапины. Но она даже не шелохнулась. — Хочешь напугать меня? Тогда почему не давишь сильнее? Почему останавливаешь себя? Тебе же не составит труда перебить весь зал, тогда почему? Она подняла руку и совсем противоположным нежным движением коснулась его лица. Курай отступил. Он коснулся её лба своим: — Если сделала выбор — отговаривать не буду. Но если захочешь уйти — скажи мне, я отпущу тебя. Курай закрыл глаза и поднялся. Спустя пару секунд он повернулся и не смотря ни на кого направился к дверям. Король и принц хотели окликнуть его, но принцесса подошла и остановила их. Найджа оглянулся на сестру и увидел её улыбку, полную надежды и чего-то нового в ней, но такого знакомого, он оглянулся и посмотрел на огромный портрет родителей ещё до смерти матери и понял, чья это улыбка. Он тихонько толкнул локтем отца, заставив посмотреть на дочь и едва король это увидел, его глаза наполнитель слезами. В глазах короля была гордость, в глазах брата — радость, в глазах народа — облегчение, а войны Курая, почувствовавшие тёмную энергию господина, поняли, что принцесса не испугалась и теперь смотрели на неё с неподдельным восхищением. Вскоре после этого бал завершился, было решено отправляться в путь через день в самое утро, чтобы дать принцессе попрощаться с домом. Весь остаток ночи Ирен провела на балконе в своих покоях, стараясь хоть как-то разобраться в себе и понять, что же всё-таки произошло и кем является Курай? Она не боялась, но чувствовала, что будет сложно и хотела нырнуть в эту бездну, чтобы понять, кто она такая, и знала, что именно он покажет ей это. Она впервые заговорила с мамой. С душой самого близкого человека, пусть никогда её не видела и всегда винила себя в её смерти. Она, как и всегда, не желала никого видеть и снова провела всю ночь с любимым питомцем, пушистым огромным варгом, который всегда поддерживал хозяйку, да так, что та снова не заметила как уснула под его тихое рычание. * * * Курай же в это время уже нёсся верхом на своём саблезубом чёрном тигре в свой город. За ним следовали его войны, но не было их обычной брани и шуток, они молчали, стараясь не отвлекать господина от мыслей. Курай же впервые открыл в себе желание стать стеной для девушки. Он захотел ею овладеть. Его мысли были настолько сумбурны и откровенны, что он то и дело менял форму, не в состоянии держать себя в узде. Он хотел сейчас лишь одного: увидеть её в своём городе, в своём замке, в своих покоях…