Время минувшего

Гермиона бежала и буквально не чувствовала под собой ног. В лёгких уже горело, а в правом боку кололо от быстрого подъёма по лестнице. Она пулей влетела в комнату и упала на кровать, сотрясаясь в рыданиях. «Зачем он так? Что плохого я ему сделала? Просто пришла как к самому близкому здесь человеку, а он так со мной...» - щека ещё горела от прикосновения его пальцев. Эмоции переполняли, зашкаливали. Гермиона вскочила с кровати, плащ полетел в сторону. Хотелось что-то разбить, грохнуть, но подходящего ничего не было. - Ненавижу, ненавижу! Мерзкая, грязная тварь! Проучить он меня хотел! Да я его самого больше испугалась! - вслух выкрикивала Гермиона – кроме неё никого в комнате не было, – Мерзкий слизеринский гад, даже змеиный яд на него не подействовал! Дура, притащилась в Мунго - благодарить собралась. Фиал с воспоминаниями принесла. Фиал… а где он? Девушка подошла к плащу, что валялся у окна, потрогала и вытащила приворотное зелье. - Цел, слава Мерлину! – пробормотала она и обернулась к жаровне – та почти потухла. Гермиона вдруг застыла посреди комнаты. В голову пришла безрассудная мысль и настроение, тут же улучшилось. - Я отравлю твою жизнь, твоим же зельем, – улыбнулась она, снимая платье и ложась в постель. План в голове зрел и обрастал подробностями. Очень не хватало пергамента и пера, чтобы всё расписать по пунктам. План был не сложен, но и не прост в исполнении. Всего-то надо было добавить в приворот чуточку, например волос Снейпа и подлить в питьё одной из женщин или мужчин. «Нет, мужчине, пожалуй, не надо. Не известно, как тут относятся к мужчине влюблённому в мужчину. Половина верит в Бога, половина в Митру, но, кажется, что и те другие не приветствуют такие отношения. Значит – женщине. Какой, решу потом». Теперь надо было с нейтральной просьбой или проблемой обратиться к Снейпу и взять от него частичку волоса или ногтя. Подойти, вроде как ничего и не было сегодня между ними, завести разговор, улыбаться и соглашаться со всем, что он скажет. «И что мне это даст, да он сразу заметит подвох. И что мне делать? Осмотреть его постель – не найдётся ли там пара снейповских волос. Ерунда получается. Подкрасться сзади и дёрнуть за волосы?» – девушка рассмеялась и застыла, прислушиваясь. За дверью, на лестнице послышались шаги. Потом хлопнула дверь на верхнем этаже – там жили служанки. Гермиона расслабилась. «А вдруг опять прижмёт к стене? Хм, а хватка у него железная. И кто бы мог подумать? Хотя вроде он поправился немного? Или мне показалось, что он хотел поцеловать меня. Нет, надо идти днём, или ранним вечером, чтобы этого больше не повторилось». – Девушка и не заметила, что думать об Артуре совершенно перестала. Все её мысли в этот вечер, были посвящены ужасному и непредсказуемому Северусу Снейпу. ***** Снейп так и стоял ещё некоторое время, прислонившись к стене, и смотрел в тёмное небо, в котором казалось, ничего нет кроме зловещей луны. Он запутался. Пропал. Эта ведьма околдовала его свой магией женского обаяния. Когда–то давно для него существовала только одна девушка – Лили. За долгие годы она превратилась почти в божество. Тогда, когда Северус ещё был ребёнком, и впервые рассказывал ей о мире магов, она дала ему то, в чём нуждался он в то время – стал значимым для неё, нужным ей. Долгие годы она, затем образ её был самым прекрасным, женственным, лучшим, любимым – всё в превосходной степени. Сегодня же - её идеал был попран. Обычной живой девушкой, не красавицей, но такой… Он хотел понравиться ей, но что-то останавливало. Внешность его, конечно, была не привлекательна, но он считал себя вполне самодостаточной личностью. Останавливало нечто такое, глубинное, внутреннее, скорее на подсознательном уровне. Много вариантов развития могло произойти после сегодняшнего «свидания», но он как всегда всё испортил. Северус глубоко вдохнул, выдохнул, в последний раз взглянул на луну и скрылся за дверью их с Мерлином жилища. Мерлину не спалось – он бродил от полки к полке и что-то искал. - Тэрвел, у нас есть чего-нибудь для вдохновения? – старый маг почёсывал отросшую щетину, которую не брил уже пару дней. – Никак не могу сочинить песнь к приезду короля. - Есть, но не здесь. На кухне должно быть точно. – Снейп накинул на себя плащ и уже собрался идти за вином. - А она тебе нравится. – Ни с того, ни с сего заявил Мерлин. - Кто? - Марсия, конечно. Я же видел, как ты смотрел на неё. Она привлекательна, но не для тебя. Северус приподнял правую бровь. - Всего лишь положение в обществе. – Улыбнулся Мерлин и продолжил. – Можешь идти. «Сумасшедший». – Снейп даже не рассердился на него, потому что мысли его блуждали не здесь. Его тянуло пойти и проведать Грейнджер. Узнать, добралась ли до своих покоев и может быть извиниться. Хотя в последний раз, когда он извинялся, его не простили. Поэтому, он повернул в сторону кухни, но так и не дошёл до её дверей, обернулся и посмотрел на западную башню, где обитала колдунья. Света в её окне не было. Всё-таки он решил проведать гриффиндорку. В трапезном зале веселье давно стихло, и лишь раздавался пьяный храп. Снейп свернул на лестницу, которая, вела наверх, и поднялся к двери, где жила Грейнджер. Но вдруг, на верхнем этаже распахнулась дверь, и послышались шаги. Кто–то спускался. И только наличие волшебной палочки и применения дезиллюминационных чар, помогло ему скрыться от лишних вопросов. Северус ещё некоторое время провёл возле двери Гермионы, но так и не решился потревожить её покой. На кухне, куда он пришёл за вином, всё ещё кипела работа: пекари замешивали тесто на завтра, слуги наливали воду в котлы. «Странно, почему Грейнджер не провела с ними просветительскую работу о, их положении в обществе? – Снейп мысленно усмехнулся. – Завтра у неё и поинтересуюсь». Но следующим днём он ведьму так и не увидел. Она не вышивала с королевой и её фрейлинами в саду, хотя две тощие дамы, что были обычно при ней, присутствовали. Он наблюдал за ними в окно, что выходило в сад. Обычно они с Мерлином не ходили трапезничать в зал – им всё приносили слуги в их жилище, но сегодня Северус решил отужинать вместе со всеми. На помосте восседала, как всегда прекрасная, королева Гвиневера и искала глазами кого–то, среди присутствующих. Снейп тоже время даром не терял - прислушивался к болтовне тех, кто сидел поблизости, и искал глазами Грейнджер. В зале стояло три обеденных стола: для особой знати, чуть поменьше рангом и слуг. Зельевар находился среди слуг. Рядом с теми, кто был менее богат, сидели и две дамы, приставленные к Грейнджер, но её самой не было. Когда эти, тощие образцы женской прелести, встали из–за стола, то он хотел подойти и узнать о самочувствии Гермионы, но так и не решился. На следующий день он уже специально наблюдал в окно за садом. Грейнджер снова не было среди дам. На третий день он с поводом и без повода стал выходить в сад: то ему понадобились листья мяты, то плоды шиповника или просто подышать свежим воздухом – отдохнуть от котлов. Гермионы не было, но на него стали кидать заинтересованные взгляды фрейлины королевы, которые вышивали полотно и наслаждались последними солнечными деньками. На четвёртый день наблюдать в окно не было необходимости – весь день лил дождь и немного похолодало. Осень постепенно вступала в свои права. Он же маялся целый день и уже по–привычке смотрел в окно на сад. На пятый день она также не показывалась ни в трапезной, ни в саду. Северус уже начал опасаться за своё психическое здоровье. Почему он ждал её появления он и сам не знал. Постепенно, это превращалось в навязчивую идею – увидеть её, хоть издали. Но Гермиона не показывалась. Вечером он вышел в сад. Там под яблоней с опавшими листьями стояла каменная скамья. Он сел на неё и устремил свой взор на западную башню. Лучи заходящего солнца постепенно скользили по каменным стенам. День угасал и постепенно появлялся свет в окнах. Гермиона пришла этим золотым сентябрьским вечером. Сверху глядела полная призрачная луна, украдкой выползшая на небосклон, задолго до захода солнца. Она висела над ветвями яблони, точно большой затуманенный фонарь, и постепенно разгоралась, по мере того, как меркло вокруг неё золотисто - розовое небо. Северус, наверное, впал такое состояние, как будто он вроде и находился здесь и в то же время выпадал из реальности. Пахло целебными травами, а также яблоками и сливами, уложенными прямо в саду на поддонах для дозревания. Жужжали залётные осенние осы, завлечённая теплом поздняя бабочка распластала пёстрые крылышки на ограде. И вот теперь, девушка, чьё появление он ждал столько дней, стояла перед ним во плоти, дышала, улыбалась, на щеках розовел румянец, но ноги нерешительно переминались – она, словно не была уверена в радушном приёме. - Добрый вечер, Северус. – Голос Гермионы переливался словно колокольчик.