Я выбираю тебя

      С неба валили огромные пушистые хлопья снега, которые облепляли лицо и тело, но казалось, двум маленьким веселящимся мальчикам это только нравилось. Они бежали по неочищенной дорожке, кидаясь снежками и время от времени останавливаясь, чтобы слепить очередной снежный ком. На улице было не так холодно, отчего снег был очень липкий и лепка снежков не занимала много времени.       Мальчики бежали по Спрингвейлу, громко смеясь и изредка перегоняя друг друга, когда кто-то из них задерживался с тем, что слепить снежок. У одного из ребят получился огромный снежный ком — в тот же момент он полетел в другого, который тем временем был занят. Как только мальчик поднял голову, большой снежок пропечатался ему чуть ли не в лицо, сбив шапку и открыв синюю макушку. Он не удержал равновесие и полетел прямо в сугроб.       Сбившего его парня на пару секунд охватил страх — а если с его названным братом что-то случится и он заболеет? И от отца может неплохо так прилететь. Юноша вмиг пустился к синеволосому мальчику, безрезультатно пытавшемуся выбраться из сугроба и тут же прыгнул в снег рядом с ним. От скинул мокрые перчатки, и нащупав ледяные щеки брата в снегу, повернул его лицом к себе. Тот сильно раскашлялся и стал выплевывать снег, который каким-то образом попал даже в рот.       — Кэйя, ты меня до утрачки напугал! — воскликнул мальчик (однажды он услышал выражение «до усрачки» от отца и решил, что так говорят крутые взрослые. Но с произношением все же стоит поработать), осторожно вытирая горячими руками снег с лица брата. — ты зачем свалился в сугроб лицом вниз?       — Между прочим, это ты в меня большущий снежок кинул, — деловито заметил Кэйя, шмыгая носом. Вдруг он неожиданно обнаружил отсутствие головного убора: — Дилюк, а шапка…?       Юноша мгновенно огляделся по сторонам и заметил его шапку, которую почти завалило снегом.       — Возьми лучше мою, — благодушно выдал он, открывая взлохмаченные красные волосы, на которые приземлились первые хлопья снега, и протянул свою шапку Кэйе.       Тот принял это действие за извинения, и неаккуратно налепил на голову шапку брата, которая была на размер побольше в силу небольшой разницы в возрасте. Она упала на глаза, отчего Кэйя активно задвигал бровями, чтобы хоть как-то поднять её выше.       — Аха-ха-ха, ты сейчас выглядишь так по-дурацки! — залился смехом Дилюк, наблюдая за действиями мальчика.       — Сам ты дурацкий! — обиженно воскликнул Кэйя, и также хитро засмеявшись, столкнул брата в сугроб, для надёжности навалившись сверху.       Оба мальчика опять расхохотались, барахтаясь в снегу, пока их одежда насквозь не промокла. Устав, они улеглись рядом и молча устремили свой взгляд на черное-чёрное звёздное небо. Казалось, оно было настолько тёмным, что если приглядеться, то можно увидеть в нем собственное отражение. По крайней мере, так рассуждали маленькие юноши.       Пару минут они лежали молча, а в воздухе стоял пар от их тяжёлого дыхания из-за прошедшей игры. Кэйя придвинулся чуть ближе к Дилюку, глянув на него из-под снова упавшей на брови шапки, и приготовился подоставать его своими глупыми вопросами.       — Мы ведь всегда будем вместе, правда? — тихо шепнул он, словно боясь нарушить тишину.       — Конечно, — улыбнулся Дилюк — он любил такие неожиданные вопросы от брата, хоть иногда и делал вид, что недоволен.       — Пока смерть не разлучит нас?       — Ты дурак, так ведь говорят только на всяких тупых свадьбах! — мальчик тихо посмеялся над такой репликой брата. Где он вообще это услышал?       — А тогда давай может… Мы поженимся, когда станем взрослыми? — осторожно спросил Кэйя, словно в страхе снова показаться глупым. Он бросил короткий робкий взгляд на красную макушку рядом.       Но тот молчал, будто действительно обдумывал — снова посмеяться или же ответить серьезно. Спустя пару секунд он нарушил тишину:       — Мы обязательно должны пожениться, когда станем взрослыми, цветочек.       Кэйя тихо захихикал, утыкаясь холодным носом в плечо Дилюка.       — Ты же только что назвал свадьбы тупыми! — отметил он, хитро взглянув на брата.       — Наша свадьба не будет тупой и скучной, как все! — чуть обиженно выдал Дилюк, перебирая ногами в воздухе. — Будем валяться в снегу и смеяться! Никаких глупых гостей со своими штуками для душа в подарок не будет — только мы с тобой.       — Тётю Аделинду точно звать не будем! — подхватил Кэйя, вспоминая её подарки на каждый их день рождения.       — Да-а-а, а-то у неё сто пудов склад этих гелей для душа дома, — предположил красноволосый, посмеиваясь. Он присел на колени, изображая их служанку: «Хм, какой же взять на этот раз? Со вкусом протухшего яйца или переваренных макарон?»       Кэйя тут же расхохотался, складываясь от смеха и хватаясь за живот, а Дилюк также повалился рядом, утыкаясь лицом в его плечо. Это были не простые насмешки — средства для мытья, подаренные их служанкой всегда по какой-то причине были ужасны на запах.       — «Ой точно, кажется с запахом использованных подгузников ещё не было!» — продолжил синеволосый, от чего обоих братьев накрыло новой волной хохота.       Немного успокоившись, они все же решили направиться обратно к винокурне — отец будет беспокоиться их долгим отсутствием, ещё и в такую темень. Дилюк помог Кэйе подняться и отряхнуть от меха на капюшоне липкие комки снега, чтобы дома вокруг его куртки образовалась не столь большая лужа. После этого мальчик с хихиканьем убежал вперёд, оставив брата одного убирать снег с сапог.       — Эй-эй, Дилюк, подожди меня! — жалобно завыл Кэйя, как только поднял голову и заметил его уход.       Он как можно быстрее засеменил за старшим братом, спотыкаясь из-за проваливавшегося снега под ногами, так как одному находиться на полуосвещенной улице не находилось в его желаниях. Добежав, он крепче ухватился за его руку, чтобы тот больше даже не подумал от него убегать.       Уставшие, но очень довольные прогулкой, они неспеша побрели к винокурне, жёлтые огни в окнах которой уже вскоре показались перед ними где-то совсем близко.

***

      Сейчас они шли точно также, и почти в том же месте — только лет пятнадцать спустя.       С неба валили крупные мягкие хлопья снега, которые то и дело оседали на лице и одежде, но совсем не доставляли дискомфорта, так как ветра не наблюдалось. Кэйя каждые три секунды по-детски открывал рот, пытаясь словить очередную снежинку на язык, а потом сморщиться от холодного ощущения. Дилюк хихикал и наблюдал за ним, как за дурачком, но после повторял те же действия. Вдруг Альбериху пришла глупая идея в голову, которую он тут же и осуществил. Когда Дилюк в очередной раз высунул язык и зажмурился, Кэйя, хитро улыбнувшись, потряс снежную ветку, которая находилась как раз над парнем.       Огромные скопления снега, осевшие на этой ветке, мгновенно оказались на лице Рагнвиндра, отчего тот тут же возмущённо крикнул что-то неразборчивое под дикий хохот убегающего Кэйи, пытаясь протереть лицо. Как только у него это получилось, он тут же пустился вслед за своим парнем, находящимся всего лишь в паре метрах от него. По пути он слепил пару снежков и подобравшись достаточно близко, начал пускать ими в Альбериха, который в свою очередь тут же с протестом замахал руками. Словно маленькие дети, они кидались друг в друга снежками и весело смеялись, бегая по Спрингвейлу. Если бы сейчас тут кто-то проходил, то он бы явно подумал, что парни не в себе.       Но несмотря на все веселье, Дилюк был довольно обеспокоен. Решение, которое он хотел принять в ближайший час, могло изменить многое в его жизни. В их жизни с Кэйей. Остановившись на долю секунды, он дотронулся пальцами до маленькой шкатулки, которая лежала в его кармане. Стоит ли рискнуть?       Задумавшись об этом, он не заметил, как Альберих тем временем подобрался ближе, хитро улыбаясь с огромным снежком в руках. Резко прыгнув, он повалился на Дилюка, впечатывая этот снежный ком чуть ли не в его лицо, и тут же звонко рассмеялся. От неожиданности Рагнвиндр не удержался на ногах и вместе с парнем упал прямо в огромный сугроб, при этом придерживая его на себе, чтобы тот вдруг не ударился.       — Э-э-эй, так не честно, я не был готов! — через хохот начал возмущаться Дилюк, в шутку ударяя Кэйю по лицу мокрой перчаткой и делая попытки стряхнуть с себя снег.       — Ничего не знаю, я тебя подловил! — захихикал Альберих и свалился на снег рядом, стараясь подвинуться чуть ближе к парню и прижаться к его руке.       Щеки Дилюка коснулся промокший мех на капюшоне Кэйи, который он попытался отпихнуть подальше от лица. В обычном состоянии он был довольно приятный и мягкий на ощупь, но сейчас очень уж холодный от снега. Полежав в снегу таким образом ещё пару минут, Рагнвиндр понял, что за это время Кэйя скорее всего мог достаточно замёрзнуть. Поэтому оставив мокрый след от холодной перчатки на его лице, он снова засмеялся под возмущения парня и опасаясь его мести, побежал в сторону Мондштата.       Он предполагал, что в такое время на небольшом мосту, разделяющий город и Спрингвейл, откроется вид на яркий закат, который уже должен был загореться где-то вдалеке. Там он и собирался сделать то, что серьёзно обдумывал последние пару недель.       Смех Кэйи был слышен где-то позади, и через какие-то пару секунд парень схватился за руку Дилюка так, что теперь они бежали вместе. По пути попался уже загоревшийся фонарь, который парни не смогли пропустить и покрутились вокруг, после чего продолжаясь кружиться за руки под снегопадом. Большие хлопья снега так и не переставая падали вниз, слегка обжигая лицо холодом.       Пока парни веселились, прямо как в детстве, они и не заметили, что дошли до того самого моста. Кэйя уже хотел было пробежать мимо в город, но Рагнвиндр тут же остановил его, притягивая ближе к себе. Как и планировалось, ярко-жёлтый закат с элементами тонких розово-фиолетовых полосок уже горел где-то вдалеке, открывая замечательный вид. Дилюк притянул красное лицо Кэйи к себе, смахивая с его щёк снежинки, которые ещё не успели растаять. Тот мгновенно заулыбался и положил свои руки на руки парня, снимая их со своих щёк и переплетая их пальцы. Дилюк прекрасно знал, что Альберих всегда восхищается закатами, рассказывая теории о том, что на самом деле это последние работы умерших художников. К сожалению, зимой их можно увидеть не часто, но парень смог выбрать именно этот вечер.       — Эй, посмотри, — он с улыбкой кивнул на яркое заходящее солнце сбоку от них, стараясь отвлечь внимание Кэйи.       Это сработало — Альберих, словно заколдованный, устремил свой взгляд на закат, стараясь углядеть каждую его частичку и не пропустить ни одной яркой краски. Тем временем Дилюк, не теряя времени, осторожно присел на одно колено перед парнем и достал маленькую шкатулку из кармана.       — Вау-у-у, Дилюк, ты только посмо- — Кэйя запнулся от неожиданности и с огромным удивлением и непониманием посмотрел на парня. Сначала он даже не понял, что тот собирается сделать, но как только осознание происходящего ударило в голову, он едва заметно вздрогнул и судорожно сглотнул. Казалось, те самые бабочки в животе не просто летали, а устроили настоящую резню внутри. Стараясь унять дрожь в коленях, он ждал, что же будет дальше.       Рагнвиндр глубоко вздохнул и на одном дыхании произнёс:       — Уважаемый капитан отряда кавалерии рыцарей Ордо Фавониус Кэйя Альберих, согласны ли вы стать моим мужем?       По телу Кэйи словно прошёлся разряд. Даже шутливое обращение Дилюка толком не помогло справиться с волнением. Несколько секунд он стоял, словно оторванный от реального мира и смотрел лишь на одну вещь - изысканное золотое кольцо в маленькой шкатулке, которая лежала в руке Дилюка. Обручальное кольцо, которое может позже оказаться на его пальце, если он примет нужное решение. В его сердце бушевал ураган различных чувств и эмоций, которые парень был просто не способен разложить по полочкам и разобраться в данный момент. Он был совсем не готов к такому развитию событий во время их обычной прогулки и никак не мог сообразить, что нужно сказать. Да что там! От неожиданности он даже подвинуться не мог, не то, чтобы что-то произнести. При том, что ответ лежал на поверхности. Казалось, прошло не несколько секунд, а несколько часов, прежде чем сознание Кэйи наконец вернулось в реальный мир. Он издал то ли всхлип, то ли истеричный смешок, и опустившись на колени перед парнем, взял его свободную руку в свои, при этом с осторожностью поглаживая его пальцы. Они вместе поднялись на ноги под тихие радостные смешки, которые уже дали понять, каков будет ответ Кэйи.       — Уважаемый хозяин самой лучшей в мире винокурни «Рассвет», я, Кэйя Альберих, официально заявляю, что полностью согласен стать вашим мужем! — торжественно провозгласил Кэйя, отвечая парню в той же манере.       На секунду Дилюк почувствовал, что если бы Альберих не держал его за руку, то он тут же упал бы. Бескрайнее счастье полностью завладело им, его телом и разумом так, что парень тут же схватил Кэйю в свои объятия и радостно закружился с ним по всему мосту. При этом оба смеялись и выкрикивали безрассудные глупые фразы, что казалось весь Мондштат узнал о предстоящей свадьбе. Немного успокоившись, парни оставились около перил моста. Их пальцы переплелись, а безмятежные радостные лица потянулись друг к другу.       — Я знал, что ты выполнишь свое обещание, — хитро отметил Кэйя, вспоминая одну ситуацию из детства.       — Я ведь обещал, — самодовольно улыбнулся Дилюк, притягиваясь ближе и касаясь холодного носа парня своим. — цветочек.