Стася Поттер и тайная комната

В субботу Драко проснулся часов в пять утра и до начала завтрака тупо лежал в кровати, пытаясь успокоиться. Он попытался было что-нибудь почитать, однако уже через пару минут бросил это бесполезное занятие: от волнения парню никак не удавалось сосредоточить свое внимание на прочитанном: смысл текста ускользал. Наконец часа через полтора этой пытки ожиданием, слизеринец не выдержал и, тихо встав и собравшись, спустился в общую гостиную. Неожиданно там обнаружились Стася с Алиной: Лина, как всегда бодрая, сейчас что-то писала, а Тася, широко зевая, читала какую-то древнюю книгу, нервно теребя узкий кожаный браслет на правой руке. Пару минут Драко молча стоял, укрытый от подруг тенью, и внимательно смотрел на Настю. То, что случилось недавно… её Сила поражала. Во всех смыслах. В её Силе чувствовалась, например, явная магия Смерти и Крови. И у слизеринца был только один вопрос: откуда? Откуда у магглорожденной волшебницы такие силы, такой магический потенциал? Да и глаза… Драко не был дебилом или слепым. Он сразу заметил, что глаза его подруги сменили цвет, когда она успокоилась. А когда они встретились взглядами, на секунду глаза стоящей напротив девушки полыхнули серебром. Да и это столкновение взглядов, эти непонятно откуда взявшиеся собственнические инстинкты… Малфой-младший искренне не понимал, с чего вдруг ему тогда захотелось схватить в охапку стоящую напротив девушку и запереть её в Малфой-Мэноре… Чёрт, да даже сейчас его тянуло спрятать подругу в какой-нибудь заброшенной комнате в замке. И это внезапное влечение всерьёз пугало парня. Не то, чтобы Драко был сильно против…он никогда бы не отрицал, что Тася ему нравится, что она ему привлекательна. На самом деле девушка была очень красивой, изящной, гибкой, ловкой и… редкостной стервой. Её сарказм, её околочёрный юмор, её наглость всегда выводили Драко из себя. Больше это никому не удавалось. Но при любом столкновении с Настей маска ледяного аристократа летела в тартары и перед Тасей оказывался обычный парень с неимоверной тягой постоянно язвить и подкалывать всех подряд. Да, Настя всегда умудрялась разбивать любую его маску, какой бы крепкой она не была, и вытаскивать его живого наружу. Она заставляла его жить по своим правилам: нелепо, безумно, но от этого ещё более захватывающе. Когда они поссорились тогда, в начале сентября, Драко подумал было, что всё — их дружбе конец. Вот только он явно недооценил подругу: Настя сумела преступить себя. Заговорить с ним первой, забивая хуй на все свои внутренние установки. А он бы так не смог… А она вот смогла. Но не совсем. После этого она стала что-то скрывать от него. Даже Луна знала, хотя присоединилась к ним совсем недавно. И это недоверие выводило парня из себя, даже несмотря на то, что он частично был сам в этом виноват. Жутко хотелось схватить эту наглую слизеринку за плечи и вытрясти из той всё секреты… причём такое желание резко обострилось пару дней назад. Драко лишь оставалось молиться, чтобы сегодняшняя встреча с отцом прояснила всё, что происходит. — Насть, Алин, доброе утро, — наконец поприветствовал подруг Драко. — Доброе утро, — улыбнулась Алина. Настя молчала, полностью погруженная в чтение. Лина ткнула подругу в бок. Та, не отрывая взгляда красноречиво показала средний палец. — Тась, тебе Драко тут доброго утра пожелал, — попыталась «достучаться» до Стаси Алина — Ой, Лин, отъебись, пожалуйста, — наконец оторвалась от фолианта девушка и несколько расфокусированно посмотрела на лучшую подругу Стася. — Чего тебе? — Там Драко, — лаконично ответила Лина. — Где? — Настя повернулась и наконец заметила стоящего на лестнице парня. — Блять, Драко, ты откуда там взялся? — Я тут уже минут пять стою между прочим, успел пожелать тебе доброго утра — усмехнулся слизеринец. Тася удивленно расширела глаза, однако сумела совладать с собой. — Ну и пофиг. У тебя какие на сегодня планы? — Отец попросил зачем-то встретиться с ним, —практически честно ответил Драко. И, если бы он в этот момент так пристально не смотрел бы на свою собеседницу, он не заметил бы невольно вырвавшегося облегченного вздоха подруги. Однако голосом Стася не выдала волнения — Жаль. Ну ладно, идём тогда жрать. — У тебя, Насть, охуенная логика, — весело хмыкнул парень. — То есть мы сейчас идём на завтрак только потому что я сегодня встречаюсь с отцом? — Кретин, — беззлобно фыркнула Тася. — Мы идём жрать, потому что я хочу жрать. — А мы кто? Твоя свита? — хихикнула Алина. — Ага, — невозмутимо похлопала глазами Стася. — Вас что-то не устраивает? — Алин, как мы смогли проглядеть в нашей подруге диктаторские замашки? — громко прошептал слизеринец, делая страшные глаза. — Она просто поработила нас, подчинив себе нашу волю, — рассказала «страшную тайну» Лина. — Придурки, заткнитесь! — не сдержавшись расхохоталась Настя. — Правда, идём есть. Троица друзей, весело общаясь, вышла из гостиной. В Большом зале было практически пусто. Сев на привычные места, друзья принялись неспешно завтракать. Постепенно помещение заполнилось студентами. Профессор Снейп, пройдя мимо слизеринского стола, коротко кивнул крестнику, поймав его взгляд, и Драко поднялся из-за стола — Алин, Насть, я пойду — Удачи, — хором пожелали подруги, снова утыкаясь в книгу, которую мучила утром Тася. Драко недоуменно пожал плечами и пошёл к покоям декана, где по камину должен был переместиться домой.

***** Люциус с Нарциссой встретил сына прямо у камина. — Мам, пап, — обнял своих родителей юноша. — Драко, где твои манеры? — наигранно возмутился мужчина, однако глаза его светились радостью. Его жена так и вовсе так сильно сжала сына в объятиях, что тот невольно охнул — Мам, пусти, задушишь, — полузадушенно выдавил из себя парень. —Прости, — виновато улыбнулась Нарцисса, вся сияющая от счастья, и ослабила хватку (объятия). — Драко, Цисси, пошли в Малую гостиную. Там и поговорим, — предложил Лорд Малфой. — Идём, сынок, — вмиг посерьёзнела женщина. — Обещаю, мы тебе всё объясним. Ничего не понимая, Драко последовал за родителями в небольшую уютную гостиную, доступ к которой был только у его семьи и крёстного. — Ты сядь, Драко, — напряжённо проговорил мужчина, практически силком усаживая своего наследника в кресло около камина — Люциус…— предостерегающе начала Нарцисса. Её муж, не обращая на жену внимания, принялся нервно расхаживает по комнате. — Люциус — Пап Фразы прозвучали практически одновременно, однако лорд Малфой и их оставил без внимания. Подойдя к минибару, стоящему в углу комнаты, Люциус, чуть подумав, вытащил оттуда бутылку коньяка и налил себе сразу полстакана. Драко в шоке раскрыл глаза: его отец никогда не позволял себе выпивать при нём — Люциус, — не хуже кобры прошипела Нарцисса. Тот наконец-таки соизволил обратить внимание на свою жену. Посмотрев на женщину долгим глубокомысленным взглядом, её муж залпом выпил весь алкоголь из стакана и произнёс, косясь на бутылку: — Пиздец Драко шокированно молчал, совершенно не зная, как реагировать на такое поведение отца. Его мать открывала и закрывала рот, взбешенная поведением мужа. Наконец она собралась и заговорила: — Люц, какого черта? Тут между прочим наш сын. Вместо того, чтобы изображать при нём алкоголика, лучше объясни, зачем мы его попросили сегодня прийти сюда. — Прости, Цис, — покаянно проговорил мужчина и устало потёр лицо. Потом с сомнением покосился на бутылку и на сына, и наконец выдавил из себя — Драко, хочешь? — Люц, ты спятил? — обманчиво тихим голосом проговорила Нарцисса, пока охуевщий парень пялился на бутылку коньяка. — Ему же всего шестнадцать. — Почти семнадцать. Ладно, плевать, я молчу. Короче, Драко, тут такое дело. Есть такая вещь, как наследия. Ты знаешь что-нибудь о них? — Ну да. Если ты про наследия магических рас, то они довольно редки. Из наиболее известных берсеки, вейлы, ассуры, эльфы. — пожал плечами Драко и в недоумении уставился на отца. Его мать страдальчески закатила глаза — Сынок, не слушай папу. У него, кажется, старческий маразм начинается. Дело в том, что мы с твоим папой приняли эти наследия полностью. При ритуале мы провалились в Инферно, став при этом магиками. Я ассур, а Люц — вейла. И сейчас в тебе проснулось наследие. Вот только мы не знаем, какое именно. Взыгравшиеся собственнические инстинкты — абсолютно обычное явление для неинициированных вейл и ассуров. И эти чувства с каждым днём будут только крепнуть — Мам, а с этим можно что-то сделать? — с надеждой посмотрел парень на Нарциссу. Светловолосая ведьма с улыбкой кивнула своему сыну — Конечно. Именно поэтому мы сейчас отправимся в Гринготтс, где и проведем для тебя обряд принятия наследия. После обретения истинной сущности инстинкты несколько притупляются. — А когда можно идти? — неуверенно спросил слизеринец. — Да как только Люциус наконец сможет расстаться с бутылкой, — раздражённо фыркнула женщина и дала мужу шутливый подзатыльник — Люциус! Мы с Драко в Гринготтс. Ты с нами? — Стерва ты, Цисси, — с любовью отозвался мужчина и поморщился, выпивая Антипохмельное. — Ну! Чего встали? Идём Драко удивлённо наблюдал за своими родителями. Он редко видел из такими свободными, раскованными. Такими живыми. Непривычно нежно улыбнувшись, юноша подошёл к камину. Каждый член семьи Малфоев одновременно взял в руки горсть Летучего пороха, кинул эту горсть в камин, чётко проговорил адрес и решительно шагнул в зелёное пламя.

****** Настя неуверенно стояла у ворот. За ними возвышался огромный черный замок, вызывающий у девушки трепет одним своим внешним видом. Величественное строение, построенное много веков назад, казалось, практически не пострадало от времени. Лишь подвернулось всё толстым слоем пыли, да воцарился в некоторых помещениях запах затхлости и сырости. Да, Певерелл —кастл выглядел как…как… Невозможно было подобрать адекватное сравнение. Замок просто нельзя было сравнить хоть с чем-нибудь. Он был просто невероятен. Тяжело вздохнув, Тася поплотнее укуталась в теплую зимннюю мантию и порадовалась, что сумела уговорить Алину отпустить её одну. Лина жутко волновалась о Стасе, однако вынуждена была признать, что лучшая подруга права: в таком деле, которое затеяла Настя, другие ей могли просто помешать. Так что Алине оставалось лишь скрипнуть зубами от досады, крепко обнять подругу и прошептать: «Удачи», наблюдая, как Стася хватается за кожаный браслет на запястье и исчезает. Тряхнув головой, чтобы отогнать воспоминания, девушка настороженно приблизилась к массивным дверям и попыталась очень осторожно приоткрыть одну из. Неожиданно дверь легко поддалась и Тася невольно сделала шаг назад, испуганно вглядываясь в царящую в замке тьму. " Ну не может же мне навредить моё собственное поместье!» — в отчаянии подумала девушка, наконец, заходя внутрь. Тут же в помещении зажглись факелы, освящая внутреннее убранство, а входная дверь захлопнулась, перекрывая путь к бегству. Стася в панике обернулась к выходу, и в этот момент позади раздался характерный хлопок. Не особо осознавая, что делает, девушка развернулась, сжимая материализовавшийся в руке кинжал и, скалясь двумя удлиннившимися клыками, уставилась на домового эльфа. Достаточно старый домовик в страхе рухнул на колени и благоговейно произнёс: — Хозяйка невероятно сильна. Певерелл-кастл рад приветствовать в своих стенах такого сильного потомка Госпожи. Нужна ли новой хозяйке в чём-то помощь. — Эм, да…— опешила от неожиданности Стася и попыталась как можно миролюбивее улыбнуться. — Как тебя зовут? Вопрос произвёл на эльфа чересчур сильное впечатление: то, уже вставший было на ноги, вновь бухнулся на колени и восторженно завопил: — Хозяйка спросила у нерадивого Хагги, как его зовут. Хагги не понимает, чем сумел заслужить такую милость со стороны хозяйки. — Заткнись, Хагги, — не сдержавшись рявкнула Тася, морщась от начинающейся головной боли. Домовик тут же испуганно замолк, а девушка, с тоской вспоминая о своей спокойной, рассудительной Хилли, попыталась успокоиться. — Хагги, если будешь так вопить — вызову своего личного домовика, а тебя пошлю нахер. Вот не надо мне тут сцен обожания устраивать, ладно? Короче, ведёшь себя адекватно и отводить меня прямо сейчас в Главную Ритуальную Комнату к Родовому камню. — Хагги понял. Хагги сейчас доведёт хозяйку до входа. Но в саму комнату могут зайти только Певереллы по крови. — неожиданно спокойно ответил эльф. Стася с подозрением покосилась на ставшего внезапно адекватным домовика, а тот вдруг с непонятно откуда взявшейся хитрецой в голосе добавил: — Просто многим хозяевам Хагги нравилось такое отношение Хагги к ним. Поэтому сейчас Хагги решил вести себя с новой хозяйкой также, чтобы наверняка не ошибиться. Настя изумлённо приподняла брови, однако промолчала, лишь следуя за домовиком по извилистым и запутанным коридорам замка. Наконец они встали перед очередной дверью. Эльф почтительно поклонился, пропуская свою хозяйку вперёд. Тася неуверенно протянула на себя ручку двери. Та во скрипом отворилась, приветствуя новую главу рода Певерелл. Девушка обернулась, однако домовика позади уже не было. Вздохнув, Стася зашла внутрь и, прошептав «Lumos Maxima», взмахом руки отправила светящийся шар под потолок в центр помещения. Магический свет позволил девушке разглядеть огромный кусок камня неизвестной породы в центре несколько скамеек и тумбочек рядом со стенами, множество свечей, стеллаж с книгами, шкаф с запасом зелий и огромный слой пыли, покрывающий все эти богатства. Разумно решив начать с уборки, Стася пробормотала очищающее и небрежно махнула рукой. И в тот же миг вся стала идеально чистой. Как удивленно, но обрадованно заметила Тася, в Родовом Поместье её Магия наконец достигла предела своего потенциала и практически «устаканилась». Вытащив из ближайшей тумбочки кусок белого мела, Настя, матерясь себе под нос принялась вырисовывать кривую пентаграмму перед Родовым камне, раздражённо шипя себе под нос проклятия в адрес строителей такого неровного пола, создателей пентаграммы в целом и лично её предков, придумавших включить рисование в ритуал. В итоге, рисунок вышел каким-то кособоким, но девушку это уже не смущало. — Главное, это чем-то отдаленно напоминает пентаграмму, — устало вздохнула Стася, поднимаясь с колен и отряхиваясь от меловой пыли. Перерисовывать в третий раз не было ни сил, ни желания. Так что Тася решительно достала десять свечек и расставила из на полу, зажигая щелчком пальцев. Теперь оставалось самое трудное — подобрать правильный кинжал. Выдвинув ящик, Стася страдальчески посмотрела на штук пятнадцать одинаковых, по её мнению, ножей. Потому что, как она считала, к кинжалу можно было применить только три требования: чтобы то удобно сидел в руке, нормально резал и при желании колол. Всё остальное: зазубринки, украшения, цвет, длина и ширина лезвия — полнейшая хуйня. Но видимо создали этого блядского ритуала считали иначе, так что сейчас девушка, устало потирая глаза, в сотый раз пересчитывала количество серебряных завитков на рукояти очередного ножика. Вдруг она моргнула от неожиданности, не веря своему счастью — число, получившееся у нее сошлось с требуемым. Не дыша, она пересчитала ещё раз и застонала от облегчения: наконец-таки, пытка окончилась. Теперь оставалось немногое. Бросив ботинки у дверей, Тася переступила с ноги на ногу, пытаясь привыкнуть к холоду пола, а затем, взяв обычный стакан, подошла к Камню, стараясь при этом не наступать на на меловую пентаграмму. В полном молчании девушка надрезала свою ладонь и обильно полила кровью Родовой камень, а затем переместила руку к стакану, позволяя крови заполнить его практически наполовину. Влив в стакан со своей кровью нужное зелье, Стася залпом выпила получившийся коктейль и отошла в центр пентаграммы, садясь на колени. Пристально смотря на Камень она начала негромким речитативом: O, Hela Peverell, unum Magnum Sorores, progenitor de Peverell familia, rogo vos venire ad me, Anastasia Mariai Victoria Peverell Slytherin Gryffindor Volchak Potter Domina Peverell Domina Slytherin Domina Gryffindor Domina Volchak et adiuva me, vestri procul heiress et continuer tua Magna Familia, quia non opus auxilium, nunc nulla alia ego iam non eram in opus, et solum vos, Magna Domina, potest auxilium me. Главное на данном этапе было — все слова произносить ровно и чётко, иначе могло не получится. Договорив, Тася медленно закрыла глаза и села на свою пятки, до предела обостряя остальные органы чувств и, как оказалось, не зря. Сначала вокруг воцарился арктический холод, который тут же сменила жуткая жара. По комнатке вдруг пронесся ураган, накатило цунами, загрохотал гром… Стася стоически терпела всё это, старательно не разжимая глаз. Наконец буйство стихий утихло, и девушка решилась приоткрыть глаза…