***
Новый день. Новый рассвет. Но на обрыве стоит уже не мальчик, а взрослый мужчина, чьи угольные волосы развеваются при малейшем дуновении ветра. Его тёмные глаза вроде бы не потеряли своих ярких искорок, играющих там из-за любопытства, но чтобы их вновь добиться, нужно пробиться через толстый слой какой-то внутренней брони, будто титановой. Он одет в чёрный, атласный костюм, который красиво переливается из-за лучей восходящего солнца. Под пиджаком у него чёрная, как уголь, рубашка. Лаковые ботинки идеально вычищены. А в руках две белых лилии, пыльца в которых кажется золотисто-солнечной. Здесь с закатом, он похоронит свою веру в надежду. Или она уже давно лежит под двумя метрами земли? Мужчина стоит. Не только надежду тут хоронит, но и себя. Маленького мальчика, который ждал чуда, хотя бы маленькое, даже крохотное, о котором так много болтают и рассказывают. Он верил, что однажды и с ним это произойдёт. Однако, так и не дождался и, с заходом солнца, он, уходящий с обрыва, никогда не вернётся обратно к себе настоящему, навсегда***
Прошло много лет. Невозможно посчитать сколько, как невозможно посчитать капли дождя в льющий в таинственном лесу ливень. Тот обрыв уже не тот: заросший кустами непонятных растений, аж к краю уже не подобраться. Там и раньше были кусты, но на них мальчик не обращал внимания. И все же душа тянула его туда. Но когда он собрался с мыслями, чтобы вернуться на то роковое место, это был уже не мальчик и даже не мужчина, а пожилой человек. Он сильно изменился. Но было то, что в нём осталось навсегда. Душа маленького мальчика, чью веру в чудо разрушили так варварски ожиданием. И вот, вернувшись к обрыву, осматривая его, он вдруг понял: кусты тут были всегда. Но он не замечал их. Как и не замечал прекрасных мотыльков, скроющихся в тени листвы с первыми лучами. Не замечал красочных цветов с прекрасными, отдающими свежестью, ароматами. Он так был сконцентрирован на себе, что не замечал такого прекрасного. И мужчина ожил. Вера в волшебство в нём встрепенулась и встретила с ним уже новый день. День, когда заря стала не разочарованием, а поводом для возрождения своих мечт.