Лучик солнца в кромешной тьме.

– Э-э-э, мы знакомы? – Озадаченно поинтересовался Санрайз. – Не-а. Давай исправим, – незнакомец вдруг изменился в лице, уже выглядя более дружелюбно, похлопав в ладоши, – как тебя зовут? – Санрайз. – Приятно познакомиться, – он взял руку Сана, сделав вид, что её пожимает. – А ты..? – А у меня нет имени... ПОТОМУ ЧТО ТЫ ЕГО У МЕНЯ ЗАБРАЛ! – Неожиданная вспышка гнева нашла на этого человека, но в ту же секунду он быстро вернулся обратно в спокойное состояние, – но ничего страшного! Это уже неважно. Солнце смотрел на него и не понимал, что происходит. Почему этот тип так странно себя ведёт и что ему надо? Не то, чтобы он сейчас его пугал. Скорее удивлял. – И как мне тогда тебя звать? – Солнцестояние. Сойдёт? Конечно сойдёт, – Он подошёл к Санрайзу, приобняв того за плечи. – Так вот оно что. Меня никогда не перестанут здесь удивлять. – Жаль, что мы не поладим. – Какое интересное заявление, – Сан чувствовал себя некомфортно, учитывая как его прижимал к себе первый встречный. – Это факт! Ты забавный, но я не люблю добреньких и наивных идиотов, которые какого-то хуя лезут туда, куда им не надо, – Солнцестояние намекал, что Санрайза здесь и сейчас не должно быть, сжимая его плечо, – и я с радостью смогу доложить об этом. Но мы можем договориться. – И-и-и... Что тебе нужно? – Солнце не собирался выполнять просьбы какого-то непонятного человека, который возомнил себя таким важным, но из любопытства узнать хотелось бы. Тот демонстративно прошёлся вокруг Санрайза, оглядывая его. Это насторожило, но показаться сейчас пугливым перед ним было бы не самым хорошим вариантом. Он приблизился почти вплотную к Сану, смотря словно в саму душу довольно серьёзным взглядом. Но тут же Солнце почувствовал неожиданную боль от быстро проведённого лезвия по щеке. – Зачем ты это сделал?! – Возмутился Санрайз, отойдя от того. – Проверил реакцию. Как видишь, отпор я не получу, поэтому учту это, – крутя в руке лезвие, он хитро улыбнулся. Солнцестояние сделал это слегка, но немного крови было заметно на щеке рядом стоящего. И он был доволен своим небольшим действием. Кто знает, к чему именно ему нужно было это.. – Причинять физический вред людям - очень плохо. Что с тобой не так? – Солнце недовольно тыкал в грудь своему собеседнику, – нужно иметь хоть каплю совести! – Тц, проехали, – злобно произнёс Солнцестояние, – меня бесит, когда так говорят. – Ладно, – вздохнув, Сан продолжил, – вернёмся обратно к той теме. – Зефир. – Что? – Самая простая просьба. Что тебе непонятно? – То есть... Ты хочешь, чтобы я... Принёс тебе зефир? Серьёзно? – Да. За зефир хоть отдамся, – по интонации не было понятно, шутит ли он так или говорит серьёзно, – У меня сейчас нет возможности, чтобы баловать себя, ахуенного, поэтому побудь хорошим мальчиком, океюшки? – Да, конечно, – с сарказмом ответил Санрайз, разворачиваясь и идя обратно, откуда пришёл. – Буду ждать с нетерпением нашей следующей встречи! Не придёшь в ближайшее время - я сам тебя найду, – предупреждая, сказал тому вслед Солнцестояние, – и передай привет дорогому Луни-и-и. Последнее слово он буквально пропел бархатным голоском, словно влюблённый. Сан поспешил поскорее скрыться, не став даже ничего отвечать. Он зашёл за поворот, но остановился, услышав голос Ванессы там, где он только что находился. – Солстис! Хватит здесь дурака валять. – Уже иду-иду, мисс! – Солнцестояние поплёлся за охранницей, мило ей улыбаясь.

***

– Как это он не был у тебя?! – Сердито воскликнул Мундроп. – Мы даже не договаривались встретиться. Ты о чем? – Недоумевая, проговорила Чика. Был уже день, а Санрайза и след простыл. Его не было на месте и никто его не видел. Что Мун волнуется - это мягко сказано. В последнее время он стал относится к нему лучше. Но отрицать тот факт, что ему на самом деле очень даже нравится общительность и открытость напарника - Луна не перестал. Он всё ещё пытался оправдать это своим долгим одиночеством, что привело к таким последствиям. Ему всегда внушали быть холодным ко всему и идти по головам ради цели, а тут снова почувствовал приятное тепло рядом с другим человеком. "Он просто слишком добр ко мне. Вот мне и нравится. Ненавижу" – думал Мундроп, идя прямиком к Майку. Охранник же спокойно занимался своими делами. Выходной же. Он искал свой телефон, который часто где-нибудь закидывает в комнате, что приходится постоянно искать. Совершенно случайно Майк достал из старых вещей свою давнюю маску лиса Фокси. Ничто так его не злит, как остатки прошлого на глаза. И всё же... Он это хранит у себя, не пытаясь избавиться от некоторых вещей. Неразборчиво пробурчав, он наконец нашёл недалеко от маски заветный телефон. Майк еще тот любитель полюбоваться собой в зеркале, поднимая себе самооценку до небес. Да, он считает себя лучшим и всегда себе это внушает, но это самолюбие никогда не мешало окружающим. Может-быть, он их раздражает этим, но они отчасти понимают, что это лишь его высокомерные шутки. Можно привыкнуть к такому. Он - человек не особо гордый и может извиниться за свои слова или действия, а уж как он это сделает, искренне или нет, никогда не поймёшь. Даже сейчас он красовался у большого зеркала, фоткая себя через него. Это прекрасное мгновение прервал внезапно вошедший в помещение Мундроп. – Где этот золотой ублюдок? – С нотками злобы поинтересовался Мун. – Блять! Стучаться надо! – Недовольно воскликнул охранник, испугавшись неожиданного визита. – Что ты делаешь? – Недоумевая, спросил тот. – Провожу время с самим собой, – настраиваясь на разговор, Майк отошёл от своего зеркала на пару шагов, – я не ебу, где Голден. В последнее время его завалили обязанностями. А зачем тебе? – Нужно поговорить. И ещё Санрайза нет. Это странно, учитывая, что его всегда легко найти. – Да похуй. Одним солнцем меньше, – посмеялся Шмидт, – найдётся другой, как было до него. – Где гарантия, что другой будет нормальным? Мне хватило по горло предыдущего и упускать Санрайза я не стану. – Так и сказал бы, что любишь его, – охранник смотрел в телефон, совершенно не обращая внимания на смутившегося Муна. – Это прозвучало слишком бредово, даже для тебя. – Я же не уточнил в каком плане. Можно любить по-дружески, – Майк хитро ухмыльнулся, прислонившись спиной о стену, – в любом случае, один раз - не пидорас. – Как "остроумно".

***

– Ю-ху! Это было так классно, – свалившись устало на мягкий пуфик, проговорил Сан, посмеиваясь. – Да, я давно так не веселился. Спасибо, что уделил этому время, – мило отметил Бонни. Провести целую ночь с новым знакомым оказалось лучшим решением. Санрайз и не думал, что играя с приятным человеком в различные старые игры, вспоминая былые времена, будет настолько затягивающим. – У меня есть ещё много всего. Можно попробовать поиграть в крокодила. Очень забавная игра. – Да... – Солнце невольно вспомнил о встречи с Солнцестоянием и слегка озадачился, – а, Бонни... Солнцестояние ведь знаком с Муном, да? – Очень даже. Они работали вместе и хорошо ладили. Сначала, конечно, у них знакомство не задалось, хех. – А почему всё изменилось? – Оу... Я знаю лишь, что он ушёл со своей роли после того, как ему сказали, что теперь он должен быть добрым и милым Солнцем. Его это не устроило. – Но ведь Мундроп говорил мне, какой его напарник был ужасным... – Санрайз не понимал ситуации и что именно было правдой. – Увы, я не вмешивался в их отношения. Не знаю больше ничего. – Я... Наверное... Пойду, – Сан уже выглядел далеко не веселым, а наоборот. Его что-то задело и он не знает, что именно его заставило потерять весь оптимистичный настрой. Он хорошо провёл время с новым другом, но сейчас ему лучше побыть наедине с собой, чтобы обдумать и попытаться верно собрать имеющийся на данный момент пазл из информации.

***

Мундроп волновался. Правда волновался. В Пицца-Плексе много опасности и не знаешь, от кого и от чего именно ее ожидать. Это непредсказуемое место таит в себе что-то помимо отличного времяпровождения и запоминающихся концертов. Он давно привык ко всему, что может произойти с ним здесь. Сан может зайти слишком далеко со своим любопытством и стремлением всё узнать. Мун прекрасно знал, что его предыдущий напарник не ушёл из Пицца-Плекса, а просто занимается уже чем-то другим. Луна взял старую игрушку Солнцестояния, что завалялась в бесполезном барахле. Солстис был харизматичным и интересным, по-своему тянул к себе окружающих своим весёлым характером. После его ухода детсад стал другим. Не таким, как раньше. Мундроп часто стал слышать, как дети скучают по нему и его это раздражало ровно так же, как и бесило внимание детей, обращённое на Солнце, а не на него. Раньше была своя атмосфера и Солстис всегда находил ко всем индивидуальный подход, радуя окружающих его людей. Луна пришёл сюда работать позже, чем Солнцестояние. Тот же здесь уже очень давно. Смотря на плюшевую игрушку в своих руках, у Муна непроизвольно пролетели перед глазами воспоминания о тех временах, когда он, на этом же месте, в своей комнате, сжимал эту игрушку в своих руках, злясь на весь мир от безысходности. Это был тот день, когда он в последний раз плакал. Злоба и обида смешались тогда и он искренне хотел, чтобы Солстис навсегда исчез из его жизни. После того злополучного дня Мун сказал сам себе, что ни за что больше ни к кому не привяжется. Мундроп застыл и просто смотрел в пустоту. Он сожалел о многом. Даже сейчас. И всё же... Луна решил довериться своей интуиции и не отстраняться от Санрайза. Ведь, как такой милый и светлый человек сможет ему навредить? Мун сжал игрушку Солнцестояния и с силой отбросил её в сторону. Та ударилась об стену и просто упала на пол. Вспоминать прошлое иногда бывает слишком больно. Посмотрев на игрушечное Солнце, что так и сидело на его столе, Мундроп почувствовал потустороннее присутствие, что было привычным для него. Этот кто-то будто ждал чего-то. И Луна знает чего именно, но сейчас не время сосредотачиваться на одном, делая себе морально больно. Он хочет найти Санрайза, а не отчаиваться.