Огненное дыхание дракона

      На вокзал мы с ребятами дошли без происшествий, переместившись портключом. Добби за все это старался не появляться нам на глаза. Хотя Поттер пару раз рассказывал о странном домовике, который чуть не испортил его торт на день рождения. Это было в поместье Лонгботтомов, где ребята вместе праздновали свои дни рождения.       Родители Невилла просто решили интересоваться увлечениями своего сына, прекратив свои попытки сделать из него настоящего Гриффиндорца. И, кажется, они уже ожидали второго ребенка. Бабушка же Невилла смирилась с тем, что ее внук Пуффендуец, когда мы провели ритуал, и после этого очнулись Алиса с Фрэнком.       В поезде мы с ребятами разместились в одном купе, в котором уже сидела девочка с белокурыми волосами. Луна Лавгуд ребятам понравилась, а в Малфое сразу же проснулся исследовательский интерес, и он стал внимательно рассматривать ауру девочки. Мне она тоже показалась интересной, и, кажется, Луна просто плохо контролировала своё магическое зрение и свой дар. Невилл с Поттером не поняли нашего интереса, но тоже внимательно просматривались к девочке.  — Луна, а как ты развила свой дар? — спросил Малфой, не удержавшись, у девочки.  — Ты о мозгошмыгах? — спокойно проговорила девочка, — я их вижу с девяти лет. Кстати, они у вас дрессированные, не так, как у остальных.  — Мозгошмыги? — удивился Поттер, — а что это?  — Она видящая, — улыбнулся я, — у неё улучшенная версия магического зрения. И мозгошмыги у неё — это что-то вроде наших мыслей и переживаний.  — Это их родовой дар, — кивнул Невилл, — у Лавгудов своеобразное чувство юмора и свое определение обычных нам терминов.  — Поэтому тебе придётся вникнуть в это тихое сумасшествие, — усмехнулся я.  — Почему тихое? — спросил Малфой оторвавшись от рассмотрения ауры девочки.  — Ну, особенность дара, — пожал я плечами, — видящие редко выходят из себя. Они все время и в любой ситуации спокойные как удавы. Хотя Луна не совсем контролирует свой дар, поэтому она иногда может стать весьма рассеянной.  — Надеюсь, она может попасть к нам в Рэйвенкло, — как-то слишком радостно произнёс Малфой.       Кажется, Драко влюбился в Луну бесповоротно и на всю жизнь, хотя, пока ещё, безответно. Хотя это не мешает ему заключить помолвку с семейством Лавгуд. По дороге мы провели пару ритуалов для девочки, чтобы она лучше контролировала своё состояние. Девочка, правда, этого почти даже не заметила. От щедроты души мы также наложили защиту на все её вещи. В общем, ребята решили взять девочку под своё крыло.       Пару раз в наше купе заходила Грейнджер, которая без остановки болтала о том, что она успела прочитать за лето. По приезде в школу мы почти сразу же отправились в большой зал. Сааш же должен был проконтролировать перенос нашего багажа в комнаты. Хотя ничего ценного там все равно не было. Сова же Поттера летела своим ходом, поэтому мой кот, в основном, охранял жабу Невилла, с которой юноша не хотел расставаться.       Начало этого учебного года мне уже не понравилось, когда Гилдерой Локхарт почти сразу же начал раздавать всем подряд свою улыбку. Ещё одним большим потрясением оказалась истерика Джинни Уизли, которую она закатила, когда шляпа распределила её на Гриффиндор. Видимо у девочки не получилось попасть поближе к Поттеру, и из-за этого у неё случилась истерика. Её крик и плач ещё некоторое время звучало в ушах студентов.       Девочка была похуже некоторых истеричных маленьких детей, выпрашивавших себе любим игрушку. Джини успокоилась лишь тогда, когда её напоили успокоительным, и Перси усадил её рядом собой. Ужасная девочка, даже без какого либо вмешательства дневника Тома Реддла. Хорошо, что она не нашем факультете и не на Пуффендуе. Луна же, как и предполагалось, попала к нам в Рэйвенкло и Малфой почти сразу же усадил её между нами. Все же, Драко пропал навсегда.       К счастью, больше никаких происшествий на этот день не было. Мы с ребятами спокойно разошлись по своим комнатам. Правда, Сааша я попросил присмотреть за Луной. Надеюсь, он не перестарается с охраной, хотя он точно справится со своими обязанностями. Жаль, что у нас нет доступа к женской части, иначе бы мы уже поставили защиту на кровать девочки.       К себе же Луну мы часто приглашать не сможем, поэтому придётся поискать пустой кабинет и уже там устроить для нас учебный уголок, но это пока не к спеху. Сейчас же мы были заняты книгами. Кто, как я, изучал иностранные издания, а кто копировал книги из библиотеки. При этом мы все тренировались и не забрасывали свою медитацию, с упражнениями по контролю магии. Грейнджер все ещё подсаживалась к нам поближе в библиотеке и старалась брать те же книги, что и мы.       Кроме неё у Поттера ещё добавились поклонники в лице младшей Уизли, а так же мальчика Колина Криви, которые преследовали нас почти что по пятам. Отбиваться от них мы даже не пробовали, но вспышки фотокамеры изрядно нас уже достали. Мне даже захотелось предъявить ему статью о преследовании, но, к сожалению, мальчик ничего не понимал. Поэтому нам приходилось просто махать и улыбаться в камеру.       Кроме этих раздражителей, Поттера преследовали ещё и Локхарт с профессором Снейпом. Гилдерой все время нарывался дать совет Поттеру, а второй был везде, где мы появлялись. В общем, от всей этой суматохи у каждого из нас начала развиваться паранойя, поэтому вне стен своих комнат мы почти что не разговаривали. Лишь изредка перекидывались парочкой фраз.       Своего пика наша паранойя достигла на Хэллоуин, когда в стенах замка мы начали слышать шипящие звуки. Из-за проведённого нами ритуала, его слышали мы все, да и Сааша теперь ребята прекрасно понимали. Поттер хотел проследить за голосом и кого-то спасти. Все же, в нем гриффиндорец не полностью атрофировался. Но я их всех развернул на сто восемьдесят градусов, и мы двинулись в сторону комнаты Невилла с Гарри. Хотя изначально хотели посидеть у нас в башне Рэйвенкло. Хорошо хоть мы только выбрались из Большого зала, и поменять маршрут не составило труда.       Со стороны это выглядело, как будто мы передумали и решили пойти в ближайшую гостиную. Поэтому о случившемся с миссис Норрис мы узнали чуть позже. Кажется, дневник все же сохранил память прежнего хозяина и вынужденно этим делился с рыжей.  — Что это такое было? — спросил Гарри, как только за нами закрылась дверь в комнату.  — Кажется, змея, — вздохнул я, — и она ползает по трубам замка.  — А разве он шипел не так же, как твой Сааш? — удивился Невилл.  — Ну, мой фамильяр на самом деле магическая химера, — пожал я плечами, — какая-то помесь нунды, змея и чего-то ещё. В начале я его не понимал, но из-за нашей связи мы получили кое-какие способности друг у друга.  — А мы понимаем его из-за ритуала, — кивнул Малфой, — наверное, мы и русалок таким образом поймем.  — Но я и раньше понимал Сааш, — проговорил Поттер, присев рядом со мной.  — Не удивительно, — произнёс я, доставая книгу со списком всех родов, — Поттеры происходят от Певереллов и, по слухам, ещё и от Гриффиндора, а они не раз породнились с родом Слизерином и его потомками. Поэтому у твоего отца мог быть спящий кокон со способностью, который пробудился в тебе из-за детской травмы.  — Значит, он в спящем режиме мог быть у кого угодно, — проговорил Малфой, внимательно рассмотрев Поттера — даже и у нас?  — Вот у Блэков в роду были метаморфы, — улыбнулся я посмотрев на Гарри, который рассматривал древо своего рода, — так что у каждого может быть и эта способность. Просто она пробудилась только в Тонкс.  — А кто это? — удивился Поттер.  — Это наша кузина, её мать — Андромеда, в девичестве Блэк, — вздохнул Малфой показывая на древо Блэков, — а так же сестра наших с Габриэлем мам.  — Ого, — проговорил Поттер, рассматривая древо, — как много Блэков.  — Не так уж много, — вздохнул я, — из прямой ветви остался только Сириус, наш двоюродный дядя. А остальные уже давно считаются членами других родов.  — А что с вашим дядей? — удивился Поттер, — почему не он стал главой рода, а Габриэль?  — Он сидит в Азкабане, — скривился Малфой, — а до этого сбежал из дома и его выжгли с гобелена.  — Его почти что отсекли от рода, — вздохнул я, — лишь его дети могут считаться истинными Блэками. Наверное, лишь поэтому стоит его вытащить из тюрьмы, чтобы род смог получить наследников.  — А как же ты? — удивился Невилл.  — Оставлю себе род Певерелл, — пожал я плечами, — а остальные передам истинным наследникам. Конечно, кроме замка там ничего не осталось, но хотя бы будет где жить, а деньги как-нибудь заработаю. Только придётся проследить, чтобы у Лестрейнджей и Блэков было не менее двух наследников.  — Мы с Поттером вообще единственные наследники, — вздохнул Малфой, — так что нам никак от этого не избежать.  — Ну, я не хочу ничего избегать, — пожал я плечами, — просто Белла беременна и у меня скоро будут братья или сестрички. А я, прежде всего, Певерелл, как и мои будущие дети. Поэтому нужно подумать ещё о будущих Блэках.  — Логично — согласился Невилл.       Мы ещё недолго общались, но уже вскоре уснули на ковре, укрывшись пледами. Про происшествие мы узнали только с утра. Я даже спокойней вздохнул, после того, как мы решили не идти на звук. Ребята, кажется, придерживались того же мнения.       В библиотеке нас почти сразу же начала доставать Грейнджер, вслух размышляющая о неком наследнике Слизерина и его тайной комнаты. Мы же с ребятами не спешили вмешиваться, у нас у самих было полно дел. Хотя я попросил Сааша проследить за рыжеволосой девочкой и по возможности утащить у неё чёрную тетрадку. Неудивительно, что тетрадка вскоре оказалась у меня. Писать в неё я ничего не стал, но тут же провёл парочку очищающих ритуалов. Малфой с большим интересом наблюдал за моими манипуляциями.       Вскоре тетрадь оказалась простым хранилищем знаний Тома у которого мы с Малфоем с дипломатической точностью выпрашивали, что именно он знает. Правда, ничего особо интересного мы так и не узнали, разве что, кроме информации о тайной комнате. Стерев все интересные нам части, в частности и о тёмной магии, мы наложили на него чары конфиденциальности, после чего Сааш, который Барин, вернул тетрадь рыжеволосой Уизли. Кот справился и с тем, что стер память девочке обо всем, что связано с тайной комнатой. Поэтому больше покушений ни на кого не было.       Хотя нам пришлось все же спуститься в комнату Слизерина, чтобы успокоить его питомца. На большую удачу мы конечно не рассчитывали, и я в любой момент был готов перекинуться драконом. Василиск же оказался вполне вменяемым и он почти сразу же согласился стать фамильяром Поттера.       После ритуала я попросил змею наведаться в запретный лес и слегка усмирить акромантулов. Василиску это идея понравилась поэтому он уже вскоре гулял на природе. Мы же с ребятами искали потайные комнаты или, хотя бы, забытую лабораторию Слизерина. От нас ничего не могло скрыться, в особенности, под нашим магическим зрением, поэтому мы нашли не одну потайную комнату. В одной из них были книги, которые нельзя было вынести оттуда, поэтому мы стали их копировать там же.       Следующая комната оказалась все-таки лабораторией, где мы нашли дневники экспериментов по зельям. Другая комната оказалась кабинетом, в котором мы нашли личные записи всех четверых основателей и пару артефактов, которые мы, все же, не стали трогать. В ещё одной комнате были заготовки для артефактов с драгоценными камнями, но, как бы жадность нас не душила, их мы тоже трогать не стали.       Для себя же, кроме копий книг, мы взяли ещё по одной сброшенной шкурке, которые выглядели не такими древними, как у входа. В свои комнаты мы попали спокойно. Правда, пришлось несколько раз укрываться под мантией Поттера.       Кроме этих событий, больше ничего серьёзного в школе не происходило. Хотя Гилдерой Локхарт изрядно надоедал нашей компании. На рождество мы с ребятами, как и в прошлый раз, остались в школе, составляя компанию Поттеру. Слухи о тайной комнате к этому времени утихли, и для всех миссис Норрис пострадала от чей-то злой шутки. Многие считали, что в этом были виноваты близнецы Уизли, и обходили их каждый раз стороной.       Мы с ребятами к этому времени уже научились управляться водой в стакане, и нам оставалось лишь потренироваться на горшках с землёй. Горшки для нас решил достать Невилл, как и землю. К тому же, он был любимчиком Спраут, поэтому, думаем, уже на каникулах мы сможем начать тренировку. Так же мы изучили прикол с запоминанием аур и его примерки на другие вещи. Это, как бы, считалось трансфигурацией, но для нас было намного её легче.       Поэтому мы уже вскоре научились принимать чужой облик, хотя я старался больше задействовать свою способность метаморфа. В книгах Слизерина мы нашли много чего интересного, поэтому все каникулы мы почти что от них не отрывались. Хотя пару раз я все же вытащил ребят поиграть в снежки.       До конца года время у нас шло размеренно. И мы с ребятами все же полностью развили свою паранойю. За мной все время охотились близнецы. У Поттера от поклонников нельзя было спокойно вдохнуть. Малфой же удостоился внимания Паркинсон, которая считала себя чуть ли не невестой юноши. Невилл же шарахался от Грейнджер, которая, кажется, посчитала его более слабым звеном в нашей группе.       Ко всему этому нас всех все ещё преследовал Снейп, который считал, что мы что-то замышляем. Хотя мы ещё ни разу никому не попадались, но он почему-то, в этом был уверен. Василиск же за все это время переловил всех пауков, и он специально для нас притащил в тайную комнату несколько рулонов паутины, из которой можно было сделать отличный шелк. На каждого у нас получилось по паре рулонов, а в лесу больше ничего не напоминало о пауках и акромантулах. Правда, после этого змей решил лечь в спячку, пока не придётся защитить хозяина. Мы проследили, чтобы Василиск пролез в своё гнездо, и спокойно покинули тайную комнату.       На этот раз кубок школы получил Рэйвенкло, хотя мы и не особо старались. Директор снова радостно сверкал своими очками. Джинни выглядела слегка задумчивой. Но всеобщую тишину разрушил Локхарт, которому, похоже, подлили зелье болтливости. Конечно, вряд ли это сделал кто-то из учеников, но его признания были весьма шокирующим. Преподаватели его связали и, кажется, даже вызвали авроров.       Нас же всех проводили до поезда, и мы спокойно ехали домой. В нашем купе так же была Луна, которая на нас всех смотрела более осмысленно. Конечно, видеться с ней у нас почти что не оставалось времени, но мы с ней все же общались. В особенности Малфой, который разучивал вместе с Лавгуд новые заклинания. Мы же помогали ей лишь с контролем своего дара.