подводные камни

Ещё один прекрасный день в жизни Антона, парня, что упорно пытается бросить колоться, а также пытается перестать влюбляться в своего учителя английского всё сильнее с каждым днём. Ни одна из попыток подавить зарождающуюся зависимость не имеет особого успеха. Но если посмотреть на всё это под другим углом, первое приносит только большое облегчение, легкость и отвлеченность в сознании, благодаря чему Антон может хоть какое-то время не думать об Арсении Сергеевиче, но вот второе приносит только боль и душевные страдания, которые уж точно не помогут подготовиться к экзамену, а ведь до ЕГЭ осталось не больше года. Антон привстал на локтях в своей постели и посмотрел на циферблат часов, висящих прямо напротив кровати. Он обнаружил, что уже 7:30, а соответсвенно через час он должен как штык стоять у входа в школу. Только от осознания в Антоне просыпается дикое желание наплевать на всё и вновь вколоть очередную дозу, чтобы освободить себя от внутренних самотерзаний, но вовремя останавливается. Сегодня два английских, история, русский, алгебра и геометрия, то есть полный набор учителей, беспокоющихся о своих подопечных, которые точно докапаются, если увидят, что Антон выглядит нездоровым, а в состоянии эйфории он выглядит именно таким. Школьник нехотя поднялся с кровати, и сонно потирая глаза отправился на кухню. Первым, что бросилось Шастуну в глаза стал небольшой лист бумаги, исписанный красивым размашистым почерком, который принадлежал его опекуну. Подойдя ближе Антон прочёл: «Антош, прости, пожалуйста, сегодня не успел что-либо заказать или приготовить, поэтому можешь заскочить перед школой в старбакс или взять из ресторана на вынос, деньги ты знаешь где. Люблю, целую:)» Антон закатил глаза. Внимания приёмного отца ему катастрофически не хватало, хоть он и понимал, что тот очень занятой человек, но тем не менее, обижался на него. Школьник поплелся в гардеробную выбрать одежду на день, параллельно забирая деньги проходя рядом с комодом. Облачившись в серое зип-худи, футболку и джинсы, Антон натянул любимые конверсы, и накинув на плечо заренее собранный шоппер вышел из квартиры. По дороге в шарагу подросток забежал в Старбакс, где взял имбирно-пряничный латте и чизкейк на вынос. На ходу пожирая свой недо-завтрак, он устремился в сторону такого прекрасного заведения, как "ГБОУ Школа номер 11". Антон уже занёс руку, чтобы выкинуть пакет с остатками завтрака из кофейни, но из-за жгучей боли резко отдернул руку, ощущения, что кто-то потушил об него зажжённую спичку. Подавляя в себе невъебённое желание обматерить пидора, что сделал это, Шастун развернулся. Перед ним стоял никто иной, как Арсений Сергеевич Попов- его преподаватель английского языка, и по совместительству человек, от которого ноги школьника подкашивались, а сердце начинало биться быстрее. Антон с испугом поднял взгляд, смотря прямо в глаза преподавателю. Тот бегло обвел мальчика взглядом, останавливаясь на обожжённом сигаретой запястье. Школьник попытался скрыть ожог рукавом, но Арсений Сергеевич заметил это, и резким движением отдернул руку первого, параллельно закатил рукав, разглядывая небольшой участок молочной кожи. Антон, кажется, забыл как дышать, пока педагог рассматривал его руку, предварительно выкинув пакет из Старбакса, что забыл сделать школьник. Арсений посмотрел в глаза ученика виновато-взволнованным взглядом. -Прости. Пойдем обработаем, иначе болеть будет. -Арсений Сергеевич, ну, это ничего, само пройдет.- Антон вытянул свое запястье из рук учителя, и попытался опустить рукав, но тот не дал этого сделать. -Антон, идём обрабатывать. Точка. Я виноват и должен помочь тебе. Не обсуждается,- Преподаватель развернулся и потопал в сторону входа в школу, явно ожидая того же от ученика. Антон неохотно плёлся следом. Так они дошли до кабинета старшего, где Арсений достал бинт из аптечки, подошёл к раковине, развернулся и требовательно посмотрел на ученика. Младший потупил взгляд и всё же нехотя подошёл к преподавателю, протягивая руку. Учитель нежно притянул запястье к себе и включил воду комнатной температуры, дабы слегка остудить ожог на руке ученика. Тот слегка дернулся, на что преподаватель успокаивающе прошептал: -Ш-ш-ш-ш, Тош, тише, сейчас остудим место ожога и замотаем бинтом, правда, станет легче. Ласковое обращение приятно резало слух, а мягкие прикосновения успокаивали подростка, да так, что он и не заметил, что Арсений уже закончил процедуру. Он стоит и выжидающе смотрит на него. Мальчик смущенно убрал руку и поспешил ретироваться, даже не попрощавшись. Учитель умиленно ухмыльнулся поведению ученика и преступил к своим рабочим делам, а именно ему предстояло разобрать бумаги в кабинете.

***

Антон неспешно плёлся по коридорам школы, направляясь в свой класс на третий этаж. Первые два урока, как на зло, английский. Он одного урока спокойно просидеть не может, когда перед носом стоит предмет его обожания, а тут целых два часа, так ещё и Арсений Сергеевич уж точно спросит что-то по старой теме. Как только парень зашёл в класс, прозвенел звонок. Арсения Сергеевича, на удивление, ещё не было в классе, так что Антон не спеша прошёл в конец кабинета, и сел за последнюю парту. Арсения не было десять минут. Он еле успел забежать в класс, пока все ученики не разошлись по туалетам. Его волосы растрёпанные, а на рубашке не застегнуты две последних пуговицы, что просто сводило с ума школьника. - И так, дети, новая тема... После этой фразы Антон больше не слушал Арсения, лишь смотрел на него поглощающим взглядом. Из этого транса его выводил лишь изредка слышимый монотонный голос преподавателя. - Антон, пиши, давай. Но эти слова ничего не изменили, он лишь продолжал смотреть на Арса и водить ручкой по бумаге. После тридцати минут этих гляделок, в которых участвовал один Антон, раздался строгий голос. - Шастун! Рассказывай, что записал за урок? - Ааа...Ну я это... - Ну? Ты что, ничего не записывал? Я пять раз тебе сказал, списывать с доски! Два, Шастун, садись. - Его ничуть не расстроила плохая оценка, так как из уст Арсения Сергеевича эта новость прозвучала как приятная мелодия из каких-то мелодрам. Первый урок подошёл к концу, но впереди ещё точно такой же. Антон выпрыгнет в окно, если Арсений Сергеевич спросит его ещё раз, ведь впереди повторение старой и новой темы, которую они разобрали на первом уроке. Но писать он всё равно не собирался, его тетрадь по английскому пуста с момента, как Арсений устроился работать в их школу. Антон направился в школьный туалет, где он проводит почти все перемены куря в одиночестве, так как не может колоться, ведь его обязательно засекут. Перень провел бы всю перемену в школьном туалете, если бы не Арсений-блять-Сергеевич, который зашёл в уборную застав школьника курящим на подоконнике. Учитель быстро подошёл к мальчишке, отнял и выбросил в форточку недокуренную сигарету, схватил за руку и увел в свой кабинет. - Антон, ты же понимаешь, что это может грозить исключением?! - Ну Арсений Сергеевич, не рассказывайте никому, пожалуйста, отец убьет меня...- протяжно скулил школьник. - Я то никому не расскажу, это потом и на моей совести будет, но отныне, буду следить. Чтобы и окурка в рот не взял, понял меня?! - Да, понял я, понял... - Антон молча смотрел на Арсения виноватыми глазами, и между ними повисла минутная пауза, которую прервал звонок. -Так, пошли на урок.- Сказал строгим тоном Арсений. Такой его тон всегда вводил Антона в ступор. Сейчас он даже не моргал, просто шел за своим учителем, как голодный бездомный пёс на запах мяса. Они оба зашли в класс. Антон уж было хотел пройти за свою парту в углу класса, но прекрасный мучитель остановил его своей увесистой рукой. - Садись за первую парту, Антош.- С усмешкой сказал старший. Хоть и не желая того, он сел за первую парту, как на зло, прям перед учительским столом. Но это никак не помогло, вместо того чтобы слушать преподавателя, школьник чиркал что-то в своей тетради, пытаясь максимально закрыть свое художество рукавом, что совсем не помогло. - Шастун! - Вновь раздалось на весь класс.- Ну-ка, скажи мне, как переводится предложение "they are real"? - Ааа..Эмм..- И нет, не подумайте, что он настолько плох в английском, он знал ответ, просто голос Арсения Сергеевича прозвучал так нежданно громко и строго, что младший растерялся. - Они настоящие?...- Тихо протянул подросток. - Ладно, правильно, садись. Антон, довольный собой, сел на стул и продолжил что-то чиркать. Арсений заметил, что его ученик делает записи вовсе не по делу, тихо подошёл к подростку со спины, и резко выхватил тетрадь из рук. Там был изображён мужчина, удивительно схожий с Арсением. Учитель удивился такому исходу. - Антон, что это такое?! Но тот продолжал молчать, чувствуя, как начинают краснеть его щеки. - Разве я не говорил тебе записывать?! Два, Шастун, два. Ему стало невероятно стыдно, к тому же, это уже вторая двойка. Тем временем, Арсений вырвал листок с рисунком и положил на учительский стол. - Полежит у меня. Все оставшиеся двадцать минут от урока, Антон смотрел в стену, стараясь не сгореть от стыда. Как только прозвенел звонок, он быстро подбежал к учительскому столу, забрал свое художество, и выбежал из кабинета. Ещё один урок позора, Шастун, молодец, просто прекрасно!

***

Антон бежит. Просто бежит не оглядываясь. Через пять минут история на втором этаже. Он крайне не хочет идти туда. Его унизили перед всем классом. Он бы с лёгкостью пережил, если бы это был, к примеру, учитель математики, но его пристыдил Арсений Сергеевич. В тот момент ему хотелось под землю провалиться, лишь бы не смотреть в эти темно–голубые глаза. Антон забежал в туалет, достал упаковку Winston’а и закурил. Совсем недавно он, вроде как, пообещал Арсению не курить, и даже пригрозил исключением из школы, но Антону все равно. Исключат – он больше никогда не увидит этих голубых глаз, которые становятся на несколько тонов темнее, когда злиться их не менее прекрасный носитель. Меньше страданий! С другой стороны, его отцу придётся искать новую школу, и не факт, что Антона примут хоть куда-нибудь накануне ЕГЭ. Но он всё равно курит, уже, наверно, четвертую сигарету. Он не обращает внимания на время, на последующие уроки, и на то, что его опять может спалить Арс. Вспомни лучик... Арсений шёл на урок к пятому "в" классу. Какая удача, он на том же этаже, что и Антон. Попов почувствовал запах очень знакомых ему сигарет. Антон. - Твою мать, я убью тебя. – Сказал себе под нос Арсений и зашел в туалет. - Шастун сидел на подоконнике, впрочем, как и всегда. Арсения он заметил не сразу. - Шастун, а что ты тут забыл? Можно поинтересоваться? По расписанию, у тебя сейчас История, и на другом этаже. – спокойным тоном говорил преподаватель. Антон вздрогнул от испуга и чуть не упал с подоконника. Да уж, не думал он о том, что мысли могут быть материальны. - Я... - Не мог решиться на слова парень. - Что ты? Антон, я вроде тебя предупреждал насчет курения, разве нет? – Арсений сдерживался чтобы не взять его, как кота за шкирку, и отвести в свой кабинет. Антон молчит, ему стыдно. Опять. Опять стыдно перед ним. Опять эти глаза, которые невозможно не сравнить с океанами, смотрят Антону в душу. - Так, быстро встал, и пошел на Историю. После урока сразу ко мне, понял? – Даже не услышав ответ, Арсений ушел, стараясь не опоздать вновь. - Ну, ахуеть. Только и смог сказать Антон, перед тем как всё-таки пойти на Историю. На истории ничего не происходило. Антон ничего не писал, его волновало лишь то, что произойдет после этого урока, ведь ему наступит откровенный пиздец. Ученик сидел неподвижно весь урок, учителю, в принципе, было все равно, ведь он уже давно понял, история это не его. Антона вывел из этого состояния лишь звонок. Он не очень-то и горел желанием покидать класс, но пришлось. Арсений уже ждал его у кабинета. Как только Антон явился на порог, учитель схватил его за шкирку и потащил в кабинет. -Я же говорил тебе час назад, Шастун, не кури в школе, тебе совсем все равно на учёбу?! -П...Простите...- Это максимум, что смог выдавить из себя Шастун тихим писклявым голосом. - Сдались мне твои извинения! А знаешь... Не пойдешь больше на перемены сегодня, понял меня?! Будешь помогать мне бумаги разбирать. - Ладно. - Вот и хорошо, иди на оставшиеся уроки. Так прошел весь день. Шастун все перемены разбирал бумаги Арса, в которых он ничего не понимал, и так получилось, что после уроков они оба пошли по домам вместе. Арсений обычно уходил намного позже, но так как на этот раз у него был помощник, управились они быстрее. Хоть вместе они прошли не так много, Антон наслаждался этим моментом по полной, даже когда Арсений в очередной раз отчитывал его за курение. На улице уже темнело, в небе расплывался яркий закат, а Шастун расплывался в глубоко синих глазах Попова. Антону совсем не хотелось уходить домой, но пришлось, ведь учитель попрощался с ним уже раз пять. Как только Антон пропал с поля зрения Арсения, он всё-таки пошёл домой.