Загадка бестактного детектива

***

На первый взгляд гостиная 221Б казалась недостаточно просторной для приёма гостей; тем не менее, небольшого расстояния от кресла Джона до их рыдающей клиентки было достаточно, чтобы Джон молча проклял себя − не один раз, а дважды. Идиот, потому что не предвидел неприятного замечания Шерлока, как только тот открыл рот. Вдвойне идиот, потому что снова был застигнут врасплох. Он снабдил женщину коробкой бумажных салфеток − недавним дополнением к интерьеру и доказательством частоты, с которой происходил именно этот сценарий. Схватившись за подол платья, теперь смятого нервными пальцами, она приняла предложение с робким «Спасибо». На обратном пути к своему креслу Джон бросил сердитый взгляд на Шерлока, получив в ответ не столь видимую реакцию: только богу известно, осознал ли он вообще ситуацию. − Всё, что я хочу сказать, − Джон тщательно выговаривал слова в надежде прояснить свою мысль, − что не было необходимости упоминать о многочисленных любовницах её покойного мужа. Несмотря на усилия Джона успокоить её, клиентка ушла в расстроенных чувствах. − Джон, вряд ли я могу тратить своё время на светские тонкости. − Чертовски верно, ты можешь! − Джон слышал это оправдание слишком часто, и он начинал становиться немного более чем раздражённым. − Кто останется, чтобы собирать осколки после твоего... грубого рта? Он не знал, почему так выразился. Образ рта Шерлока почему-то выбивал его из колеи, но сейчас было неподходящее время зацикливаться на этой мысли. − Я! Вот кто! − ответил он на свой собственный риторический вопрос. − Я делаю это для тебя? О, Джон, ничто не слетает с моих грубых уст без причины. Как только её приступы плача пройдут, она полностью пересмотрит своё мнение о муже... что будет к лучшему, когда она узнает, как он безрассудно растратил их деньги. Он щеголял приводящей в бешенство ухмылкой. − Дело не в этом... правильно. Ты всегда прав, не так ли?! − Джон раздражённо встал с кресла. − Тогда не приходи ко мне, когда кто-то побьёт тебя вместо того, чтобы заплакать. Мне нужно подышать свежим воздухом. Он схватил свою куртку и выбежал, демонстративно не оглянувшись. В самодовольстве этого человека было что-то такое, что никогда не переставало выводить его из себя. Правда, к тому времени ему следовало бы знать его лучше. Это не было похоже на то, что чёртов Шерлок Холмс не мог прочитать ситуацию, и он определённо понимал на рациональном уровне, что такое такт. Джон видел, как он притворялся... по крайней мере, когда это было целесообразно; он действительно мог проявить большое обаяние, если бы захотел. Он просто не заботился о возможных последствиях, мерзавец. Позже на той неделе Джону почти представилась возможность проверить то, что предсказывало его воображение. Их вызвали в резиденцию мистера Ричарда Блэквелла, богатого финансиста, для того, что должно было быть неофициальной беседой. По правде говоря, от этого человека не требовалось строго отвечать на их вопросы, и он, конечно же, не ходил вокруг да около. − Послушайте, я делаю это просто из вежливости, так что давайте покороче, − сказал он, даже не потрудившись предложить им присесть. − Я не знаю, что вам сказала моя милая бывшая жена, но я не имею никакого отношения к её пропавшим драгоценностям... Как будто меня могли заинтересовать её безвкусные семейные реликвии. Шерлок едва слушал его, сосредоточившись на осмотре мужчины и комнаты в своей обычной манере. Нетронутый домашний офис с его дизайнерской мебелью и произведениями современного искусства, несомненно, демонстрировал накопленные богатства этого человека. Джон заговорил вместо него. − Вы были у неё дома всего за несколько дней до... переезда, хотя... − Я регулярно забираю нашего сына на футбольную тренировку, как поступил бы любой хороший отец. И да, её не было дома: честно говоря, мы стараемся избегать друг друга, насколько это возможно. Вы допрашивали горничную? Я не знаю, почему моя бывшая жена настаивает на том, чтобы закрывать на неё глаза, но... если вы ищете правдоподобный мотив для кражи... Шерлок резко оборвал его: − А «хорошие папы» тоже часто ездят в Таиланд для секс-туризма? За чем-то таким, что качает вашу лодку? Ледибоями?? Лицо мужчины приобрело тревожный оттенок красного. − Как?! − выпалил он и одновременно сделал угрожающий шаг навстречу детективу. Джон инстинктивно встал между ними, остановив его на полпути. − Нет-нет. Я так не думаю. − Чёрт возьми, Шерлок! Что это было?! − воскликнул Джон, как только они сели в кэб. Их бесцеремонно выпроводили из дома мистера Блэквелла, сопровождаемых чередой оскорблений, брошенных им вслед. − Это был человек с сомнительными пороками и − несмотря на все внешние признаки − финансовыми проблемами; человек, который только что избавился от довольно большой картины, судя по слегка обесцвеченному контуру на стене. Я уверен, что ценной, так как я уверен, что в его банковских записях будут некоторые несоответствия. Достаточно, чтобы вызвать его для дальнейшего расследования. Джон почувствовал, как улыбка и «Великолепно!» расцветают на его губах, прежде чем он вспомнил, что должен был злиться на выходку Шерлока. − Хотя, если бы нам удавалось избегать физических столкновений с этого момента, − он попытался взять себя в руки, − было бы неплохо. − Но ты предотвратил это своим великим присутствием духа, и всё хорошо. Джон злорадствовал − заметьте, очень короткое − мгновение. − И всё же... − О, да ладно тебе, Джон. Он сам напросился на это. Он настоящий придурок. − Да, это так, − признал Джон, его гнев угасал. Следующие недели подвергли терпение Джона серьёзному испытанию. Если Шерлок всегда был невнимательной задницей по обычным стандартам, то в последнее время он определённо повысил свою ставку. От безупречной няни, у которой случился нервный срыв из-за безжалостных обвинительных вопросов Шерлока, до подозреваемого, бросившегося его душить после того, как получил беспричинное оскорбление его мужественности, Джон начал терять счёт неловким ситуациям, в которые они попали (и он даже не принял во внимание обычные докапывания до Андерсона, которые, честно говоря, были просто забавными). Шерлок щедро рассеивал позор и оскорбления, пользуясь любой доступной возможностью, чтобы быть раздражающим придурком, и − что было самым ошеломляющим − он даже казался самодовольным при этом. Если Джону не мерещилось, Шерлок каждый раз следил за его реакцией: он поворачивался и смотрел на него своими светлыми глазами, почти ожидая выговора от Джона; его ангельские черты лица были совершенно обманчивы, его скулы были острее, чем его язык, его... − в любом случае, это было похоже на то, что он делал это нарочно, будто ему действительно нравилось злить его. Что делало это ещё более невыносимым. Никакие увещевания «Шерлок!» и «Немного нехорошо» не помогали, и Джон обнаружил, что слишком расстроен, чтобы снова вести тот же разговор об этом, иначе он просто даст ему пощечину. Настроение между ними и так было достаточно напряжённым. На самом деле, Шерлок в данный момент размышлял у окна, брезгливо пощипывая свою скрипку, в то время как Джон притворялся, что читает газету. − О-о-о! − объявила миссис Хадсон о себе в дверях. − Я ухожу, мальчики! Вам нужно что-нибудь в магазине? Джон собирался ответить вежливым «Нет, спасибо», но Шерлок опередил его, резко прекратив терзать скрипку и повернувшись лицом к даме. Пара рассчитанных шагов его длинных ног, и он оказался практически у неё перед лицом. Пристальный взгляд. Выводы. − Миссис Хадсон, − он прищурился на неё, − я вижу, вы встречались с мистером Чаттерджи за чаем. Он уже рассказал вам о своём новом увлечении в Ричмонде? − О, Шерлок!.. − Она шокировано поднесла руку ко рту. − Вам лучше быть осторожной, и пока вы этим занимаетесь, − он схватил её другую дрожащую руку, изучая её пальцы, − вам следует завязать со скретч-картами. Так-так, мерзкая привычка. Она выглядела так, словно вот-вот расплачется, и Джон больше не мог этого выносить. − Хватит! − крикнул он, бросая газету на пол. Он прошёлся по комнате, кипя от злости, сжимая кулаки, чтобы Шерлок не нервничал. − Ты. Невыносимый мудак. − Он ткнул пальцем в грудь Шерлока. − Прекрати это! И извинись! − Ах, я знаю суть, Джон. Вежливость и всё такое. − Шерлок усмехнулся, как будто находил эту мысль нелепой. − Ты бы предпочёл, чтобы миссис Хадсон оставалась в неведении? Потратила свои последние годы на изменяющего мужчину? Потеряла свои сбережения из-за ползучей зависимости от азартных игр? Миссис Хадсон потрясённо ахнула, выглядя ещё более растерянной. Незаслуженно облагодетельствованный дополнительными дюймами роста, Шерлок теперь возвышался над Джоном, совсем не выглядя угрожающим. − Ты бы предпочёл, чтобы я был милым и корректным, и сказал, что прошу прощения за то, что сказал только чистую правду?! − Ты не можешь, Шерлок! Ты не можешь оскорблять и унижать и не видеть, что твои слова причиняют боль! − Джон был потрясён и взбешен и просто хотел вбить немного здравого смысла в череп этого человека. − У людей есть чувства, чёрт возьми! − О, как здорово, − передразнил его Шерлок, − сказано человеком, который едва может выразить свои собственные чувства словами. Кстати, ты выглядишь очаровательно, когда ругаешь меня, будто ты моя мамочка. Джон развёл руками в ответ на непоследовательность. − Шерлок! − прошипел он сквозь стиснутые зубы: − Просто... просто... заткнись! − Ну, заставь меня! И вот тут, охваченный каким-то неясным импульсом, который у него наверняка будет время проанализировать позже, Джон приподнялся на цыпочки и... поцеловал его. Миссис Хадсон завизжала, как мышь, попавшая в мышеловку. Джон проклинал себя за идиотизм, поздравлял себя с тем, что он гений, прокручивал в уме последние пять минут и сомневался в собственном здравомыслии − и всё это в течение доли секунды. Шерлок, как ни странно, не отступил. − Видишь? Это было так просто, Джон, − сказал он с озорной улыбкой на лице, а затем повернулся к миссис Хадсон: − Отличная работа. Ваши актёрские способности впечатляют. Она ни в малейшей степени не выглядела шокированной, растерянной или ошеломлённой. Скорее... сияющей от радости. − Тогда я оставляю это вам, мальчики, − хихикнула она и ушла; не раньше, чем добавила: − И не забудь о своей части сделки, Шерлок! − Ты... мерзавец. − Джон начал собирать воедино то, что только что произошло, и обнаружил, что не может подобрать слов. Он не мог точно сказать, как именно, но его разыграли навсегда. Чёрт. Он ошеломлённо покачал головой. − Просто спрашиваю, − он указал на дверь, − что ты ей пообещал? − Целый месяц без грязных или опасных экспериментов, я полагаю, ты это тоже оценишь. Тогда Джон рассмеялся, не в силах сдержать волнующее чувство блаженства и удивления, которое расцветало в его груди и распространялось на всё его «я». Но есть ещё кое-что, о чём ему следует поразмыслить... попозже. − Ты понимаешь, что я не могу целовать тебя каждый раз, когда ты извергаешь какое-нибудь оскорбительное дерьмо? − Тогда, Джон, − ответил Шерлок, − нам лучше начать. Итак, они снова поцеловались. И, наконец, Шерлок заткнулся.