Братский мир

Выходка Мадары осталась бы скрытой от глаз Норио, если бы не внезапный визит Юски через два дня в дом альфы. — Привет… — растерялся Сэнтомару, открыв дверь. Даже он, будучи бетой, был поражен красотой омеги. Что уж говорить о местных альфах. И, конечно же, он не ожидал, что омега навестит их, скорее, ждал того альфу, которому досталось от Масуми. Скорее всего, юный гость и сам не понимал до конца насколько привлекателен в силу своей молодости и скромности. Но как же завораживали эти зеленые глаза, скромно опущенные в пол, обрамленные густыми светлыми ресницами. Он мысленно сравнил гостя и постояльца их дома, находя забавным тот факт, какими же они были разными, хоть и являлись представителями одного пола. Ну, просто диаметральные противоположности. Но дело было не только в контрастной внешности. — Здравствуй, Сэнтомару, — мягко произнес Юски, переминаясь с ноги на ногу. — Я хотел отблагодарить вас за… — но омега не успел закончить свою фразу, прерывая сам себя из-за странного жеста беты. Сэнтомару приложил указательный палец к своим губам, намекая, чтобы он не упоминал о том случае. Дед был не в курсе, во всяком случае столько времени прошло, а он ничего не спросил и не сказал на эту тему, и потому очень хотелось все сохранить в тайне. — А как быть? — омега намеревался угостить их яблочным пирогом, который сам испек в знак своей глубокой признательности. И еще принес цветы из своего сада. Это были последние цветы в этом сезоне, поскольку с утра уже начал идти мокрый снег, оповещая о приближающихся заморозках. Выходило как-то неудобно, не прогонять же гостя тем более с презентами. А потому, конечно же, Сэнтомару запустил его в дом, ведь он был хорошо воспитан. Тем более что за спиной он услышал шаги деда, который внезапно закончил очередной осмотр Мадары, чтобы узнать, куда провалился внук, ведь он уже три раза его окрикнул. — У нас гости? — удивился Норио. — Здравствуй, — поприветствовал он застенчивого омегу, который очень тихо представился. Альфа еще подумал, что кое-кому не помешало бы быть таким же кротким, а то с таким характером их подопечный никогда не выйдет замуж. И будет всю жизнь один воспитывать ребенка. — А как зовут вашего пациента? — поинтересовался полушепотом Юски, пытаясь понять, дома ли он вообще. Он два дня собирался с духом, чтобы наведаться в дом медика. Он не сколько так сильно хотел отблагодарить за то, что незнакомец отвадил от него навязчивого ухажера, сколько познакомиться поближе. Он сам не до конца верил в то, что именно омега смог дать отпор альфе. И Хисаги отказывался понимать, как такое вообще возможно, чтобы омега был сильнее альфы, когда услышал об этом из уст младшего брата. И потому Юски начал уговаривать навестить деда и внука вместе, чтобы собственными глазами увидеть их невероятного темноволосого гостя. Но старший брат отказался, предлагая это сделать ему одному. Если он хочет, то пусть к ним в гости приводит его. — Масуми. Он представился так. — Юски показалось, что Сэнтомару сомневается, что это настоящее имя их гостя. Бета проводил омегу на кухню, принимаясь накрывать на стол, доставая чашки, ложки, конфеты и печенье. Юски вызвался помочь ему, но Сэнтомару напомнил, что он гость. Хотя, предложил достать вазу с полки и набрать воды, нужно было оживить цветы, которые он принес. Омега хоть и укрыл их от ветра и мороза, завернув в бумагу, но путь до дома медика был дальним, а потому они немного завяли. — Привет, — поздоровался Мадара с омегой, которого накануне избавил от общества альфы. Его визит немного удивил, вернее, для него было странным, что Норио сказал, что у них гости и позвал его на кухню. До этого старик старался не показывать, что они живут втроем. Хотя, его поступок скоро и так разнесется по всей деревне. И, скорее всего, до альфы уже дошла эта информация. — Здравствуйте! — глаза юного омеги подозрительно заблестели, что привело Мадару в замешательство. Он что, восхищается им? Так же на него смотрели друзья Изуны, Санада и Юкио. Но Юски мгновенно поменялся в лице, подмечая интересное положение постояльца дома. — Вы беременный?! -одежда сидела по фигуре, и живот уже начал понемногу принимать округлые формы. — Вы же могли пострадать? — воскликнул омега, подскакивая с места от возмущений. Норио подозрительно хмыкнул, будто что-то подозревал или просто догадался. Или все же знал наверняка. Вообще-то альфа предположил, что их юный гость — друг Сэнтомару. Но картина вырисовывалась куда интереснее. — Дайте-ка предположу, — вмешался Норио, не давая ничего сказать на реплику Юски Мадаре. — Что вы там натворили, когда разносили лекарства? — Учиха бросил на старика взгляд, полный негодования. — Преподал уроки воспитания и обращения с омегами кое-каким ничтожествам, что зовутся альфами, — не теряя лица, высказался Учиха. — А на деле визжат как раненые ослы. — В ответ Норио лишь ухмыльнулся. — Не представляю, какой альфа в здравом уме будет терпеть твой норов, чтобы сделать тебя своим мужем. — Мадара хмыкнул, считая, что эта тема уже давно исчерпала себя за столько месяцев обмусоливания. Ну, какой ему муж?! Если теоретически предположить, что он бы составил пару с каким-нибудь селяниным, то как бы выглядело их совместное проживание?! Постоянная готовка, уборка, угождение мужу. Любое неверное слово, жест или интонация могли его спровоцировать просто покалечить альфу. Токсикоз хоть и прошел, но от подобных размышлений начинало подташнивать. У него в ближайших планах было намечено убийство Тобирамы Сенджу, некогда думать о мирском. — На самом деле, — продолжил старик, хотя видел порыв молодого гостя задать какой-то вопрос, — ты еще не видел плохих альф. Слышал про клан Ходзуки? — Ходзуки? — Мадара тщательно копался в своей памяти, пытаясь вспомнить хоть малейшее упоминание об этом клане. Но, видимо, Учиха были сосредоточены в основном на соседских кланах. И Ходзуки не были заявлены в особый статус. — Да, — печально подтвердил Норио, — мне приходилось как-то работать у них… — он тяжело вздохнул и бросил мимолетный взгляд на застывшего Юски, который явно что-то слышал о порядках и устройстве данного клана. — У них царит патриархат, омеги не имеют право голоса, вообще словно обезличены. Их роль состоит в том, чтобы обслуживать альф, ну ты понимаешь, — намекнул старик. — Они живут в гареме, где любой альфа может выбирать себе на ночь любого омегу. Браков у них нет. Зачастую даже неизвестно, от кого рождаются дети. — Никогда не слышал о столь дерьмовом месте, — заключил Учиха, чувствуя необычайную злость. — Я об этом не просто так заговорил, — подытожил альфа. — У главы клана Ходзуки, Гокудеры, есть младший брат. Его зовут Сюн. Его банда, напоминающая больше разбойников, чем организованный отряд шиноби, берет дань с этой деревни в обмен на то, чтобы не разорять ее. — Что за бред? — спросил Мадара. — Может, защищать?! — Ну, бред не бред. Вот такая договоренность старейшин с Ходзуки. Именно не разорять. Я в это не лезу, не мое дело, я сам наемник, как видишь. Так вот, его люди шныряют по всей округе. Кто-то живет в деревне, часть альф разбила лагерь в лесу неподалеку. А ты, в силу своей незаурядности, можешь привлечь их внимание. Чего очень бы не хотелось. И, — он резко повысил голос, обращаясь к внуку и гостю, — хочу, чтобы вы присмотрели за нашим прытким беременным пациентом. — Д-да, дед, — не своим голосом произнес Сэнтомару, оценивая реальный масштаб бедствия. И как же он сам раньше не подумал о Ходзуки. А ведь ему приходилось со стороны наблюдать, как эти наглые альфы домогались прямо на улице до одиноких омег и бет. — Ладно, молодежь, — его интонация изменилась на более ласковую, — вы пейте чай без меня. Не буду докучать вам своими старческими нравоучениями. Настроение у Мадары и так было не ахти почти круглосуточно, а от лишнего упоминания его состояния оно портилось еще сильнее. И зачем было мимолетно упоминать о каком-то там клане Ходзуки, о котором он и не слыхал никогда. Старик его недооценивает, потому что не знает его истинных возможностей. Если и произойдет встреча с представителями этого клана, то отпор он дать сможет всегда. Пусть сейчас ему и не доступны чакра и техники. Но ведь он Учиха. Гробовая тишина длилась уже несколько минут за распитием чая, пока Мадара не соизволил похвалить пирог, заботливо испеченный именно для него. И этот жест его несколько растрогал, что он разговорился, задавая тон всей беседе за столом. — Так у вас нет мужа? — осторожно поинтересовался Юски спустя время, в голове которого не укладывался этот факт. Мысленно он уже сочетал браком Масуми и своего брата. — Нет, — однозначно ответил Учиха, удивляя Сэнтомару своей сдержанностью. Обычно его подобные темы быстро заводят, и он становится агрессивным. Наверное, природная мягкость и обаяние гостя располагает к себе. — Это просто несправедливо. Вы такой невероятный, что в вас невозможно не влюбиться. — Мадара резко перевел взгляд от своей чашки на Юски, который смутился от этого жеста, но потом одарил его нежной улыбкой. И продолжил осыпать его комплиментами, озадачивая еще и Сэнтомару, который гостя знал получше некоторых заблуждающихся омег. — Этот альфа идиот, будет потом локти кусать, — разошелся гость, пытаясь поддержать Учиха, и ведь смог, Мадара даже искренне рассмеялся от заботы нового знакомого. Но настроение немного испортилось, когда Юски поинтересовался, какое имя он придумал для будущего ребенка, как он к нему обращается. Эта тема была еще неприятнее, чем обсуждение его брака, подходящего альфы и всего сопутствующего. Для Мадары было странно разговаривать с объектом, который он не видит, но уже ощущает, ребенок начал толкаться. И имя, конечно же, он не придумал, зачем? Ведь он не собирался его изначально рожать, оставлять себе. Юски списал такое хладнокровное объяснение на то, что омега держит обиду на альфу, который его бросил и уязвил, а потому еще не чувствует особой привязанности к малышу. Но зато он вызвался обязательно помогать с младенцем. А еще обещал сшить и связать ему приданое. — Вот каким ты должен быть, — обратился Норио к Мадаре, когда Сэнтомару отправился провожать Юски до дома, он украдкой слушал разговоры, прозвучавшие за столом. — Ему всего шестнадцать, он мечтателен и добр, хочет встретить большую любовь, выйти замуж и родить детей. Как истинный омега. А что с тобой не так?! — задал он риторический вопрос, рассчитывая достучаться до Учиха, наставить его на правильный путь в очередной раз. И думал, что общение с Юски этому сможет поспособствовать. Но Мадара был непоколебим в своем решении, после рождения младенца он собирался уйти, оставив его на милость старика альфы, который найдет ему новый дом, как и обещал, а сам же, восстановив свои силы, совершит возмездие. У Хаширамы по-прежнему есть любимый младший брат, нужно было сравнять счеты. А еще не покидала мысль, что кто-то из них двоих точно должен умереть. И раз уж он, Мадара, выжил при невероятных условиях, то смерть постигнет Сенджу. *** Через несколько дней Мадара и Сэнтомару отправились в гости к Юски и его брату Хисаги, Норио отказался идти, сославшись на занятость, к тому же что ему было делать среди молодежи. В глубине души он надеялся, что юный омега сможет поспособствовать близкому знакомству своего брата и его подопечного. И пусть Мадара плюется от союза с крестьянином, но тот союз ему виделся крайне удачным. Но дойти до дома семейства Симидзу без приключений не удалось. Мадара и Сэнтомару прошли уже центральную улицу и завернули за угол, направляясь к окраине деревни, как натолкнулись на почти уже привычную картину — двое альф и омега с бетой стояли на расстоянии нескольких метров от них на противоположной стороне. — Это Ходзуки, — почти шепотом произнес бета, хватая под локоть Мадару. Он уже знал наперед, что тот обязательно рванет на выручку беспомощным бете и омеге. А в том что она им нужна сомнений не было. Альфы домогались до юных жителей селения, настаивая пойти с ними в таверну. — Пойдем, — произнес Сэнтомару, чувствуя сопротивление. — Но им же нужна помощь, — произнес Мадара, осторожно высвобождая свой локоть из тисков подростка. Бета недоуменно развел руками, теряясь от того, как уверенно прошагал Учиха к той компании. Слов он не понимает, а ведь дед его предупреждал. А остановить его физически уж точно не представлялось возможным. Он тяжело вздохнул и закусил губу, оставаясь на своем месте, чтобы посмотреть, что произойдет. Мадара постарался придать своему лицу нарочито глупый вид, чтобы сойти за безмозглого омегу. Если эти альфы из клана Ходзуки хоть что-то из себя представляли как шиноби, то они могли понять, кто предстанет перед ними. Приблизившись вплотную, он широко улыбнулся, встречаясь взглядами со всеми четверыми, и радостно произнес, стараясь быть максимально приветливым: — Друзья! — обратился он к растерянным омеге и бете, — почему вы так задержались? Заставляете ждать вашего бедного и несчастного беременного друга. — Сэнтомару хотелось плакать и смеяться одновременно от этого спектакля. А он еще и так может?! Не только руки заламывать. Хорошо, что пара друзей быстро поняла замысел подошедшего к ним незнакомца, а потому быстро сориентировавшись, подыграли ему. А вот альфы были застигнуты врасплох, но зато все свое внимание перевели на обнаглевшего беременного омегу, который сорвал им все планы. — Извините, господа! — Мадара внимательно присматривался к шиноби, пытаясь понять, что же они из себя представляют, но не находил в них ничего особенного. Как зовут их главного? Ходзуки Сюн. — Нам срочно нужно идти, — омега и бета закивали, подтверждая его слова. — они провожают меня до врача. Знаете, беременность это так тяжело. Не могу передвигаться без сопровождения. То в глазах темнеет, начинаю падать в обмороки, то тошнота. Да что тошнота?! Рвота фонтаном, — он тут же театрально приложил руку ко рту, будто бы пытался сдержать именно этот неконтролируемый физиологический процесс. — Ой, пора-пора. Начинается, — альфы брезгливо отошли на пару шагов назад, и их замешательством воспользовались омега и бета, которые тут же улизнули на противоположную сторону, поворачивая за угол. Шиноби из клана Ходзуки перекинулись парой слов между собой и решили, что пойдут в другую сторону, оставляя без преследования этих чокнутых и больных. Учиха был горд собой, что смог сдержать физическую силу и отвадить неприятных альф других способом.