Часть 1
9 января 2022 г., 00:19
«— это напоминает мне наш первый совместный поход на край света. помнишь? мы познакомились на гулянье в гулете, и ты уговорил меня...
— это ты меня уговорил. тебе самому пришлось чесать из гулеты, потому как у девушки, которую ты трахнул под настилом для музыкантов, оказалось четверо рослых братьев. тебя искали по всему городу, грозились вывалять в соломе и опилках. потому ты ко мне тогда и пристал».
Анджей Сапковский, "Глас рассудка V"
1253 год.
май в этом году выдался тёплым. в гулете в это время всегда устраивались народные гуляния, шумные свадьбы и пляски вокруг костра. историки предполагали, что эти традиции были заимствованы у эльфов, прежде живших в этих краях, и хорошо прижились. геральт не обращал особого внимания на эти потехи, только изредка поглядывал на хорошеньких девиц в лёгких платьях, едва ли скрывающих их прелести, завёл радостно фыркающую плотву в конюшню и зашел в трактир. там было так же шумно, как и снаружи, отчётливо пахло дешёвым вином и потом. в центре, посреди собравшейся толпы, на столе крутился бард, избегая наспех сколоченной сцены и певуче повествуя о несчастной любви неизвестного князя и сирены. геральт потёр виски и устало подошёл к стойке. трактирщик боязливо взглянул на него. – что будете, милсдарь? – пиво, – геральт сел и огляделся. его внимание снова привлёк бард. стройный, миловидный – геральт даже мог назвать его красивым, – в изящном сливовом кафтанчике и в смешной шапочке того же цвета с прикреплённом к ней пером цапли. из-под шапочки спадали длинные светлые локоны, закрученные на железках по последней моде. певец поймал его взгляд и улыбнулся. геральт поспешно отвернулся и уткнулся глазами в ползающую на столе мушку. трактирщик принёс пиво и какую-то бурду, происхождение которой было трудно выяснить. бард закончил петь, и люди разразились громкими рукоплесканиями и восторженными возгласами. он раскланялся. – благодарю, дамы и господа! мне было крайне приятно выступать для столь почтейнейшей публики! а теперь позвольте отлучиться, – он ловко соскочил со стола, сунул лютню в сумку и шагом направился к стойке. – простите, милсдарь, – менестрель потеснил сидящего рядом с геральтом купца-низушка, недовольно проворчавшего что-то себе под нос. – хозяин, налей-ка твоей изумительной настойки! – как обычно, за счёт заведения, маэстро лютик? – трактирщик ухмыльнулся. – конечно, дорогой мой. я тебе народ собираю, ты мне – бесплатную выпивку, закуску и комнату в пол-цены. я уговор помню. – ладно вам, не заводитесь. всегда такой: ты ему слово – он тебе десять, – обратился хозяин к геральту. тот понимающе кивнул. лютик перевёл свое внимание на него. – о, позвольте! лютик, известный поэт и бард, – горделиво представился он. – я заметил, как вы наблюдали за мной во время выступления. вам пришлось по душе моё творчество? геральт снова вспомнил тот неловкий момент. – так вы тот самый знаменитый бард? ваши баллады разошлись по всему континенту. признаюсь, при всей моей нелюбви к поэзии, эта произвела на меня впечатление, – геральт слегка улыбнулся и отхлебнул пиво. лютик просиял, как начищенный дукат. – я польщён, милсдарь... ведьмак? – лютик потянулся было рукой к медальону с волчьей головой, спокойно висевшему на груди геральта, но осекся под суровым взглядом. – меня зовут геральт, – сухо произнёс тот. – знаменитый геральт из ривии? я наслышан о ваших подвигах. даже балладу хотел сложить, но не пошло, – лютик попытался ввести разговор в нужное русло, чутко почувствовав перемену в настроении ведьмака. –понимаете ли, для большего реализма и доверия людей к моей скромной персоне мне приходится присутствовать при всех мало-мальски важных событиях и видеть все своими глазами. это привносит некоторую остроту моим песням. – понимаю. и ценю ваш подход, – ведьмак неожиданно по-доброму взглянул на барда, и тот расплылся в смущенной улыбке. – послушай, геральт... – он внезапно перешёл на "ты". – если нужна комната, то можешь переночевать у меня. этот скряга-хозяин берет за ночь почти 30 монет. не думаю, что ведьмачий капитал позволяет так разоряться. геральт кивнул и поднялся вслед за лютиком, допив пиво одним глотком и кинув на стойку пять дукатов. хозяин благодарно пробормотал благословение мелитэле. лютик, икая и покачиваясь на лестнице – он выпил три кружки крепкой вишневой настойки, – упорно пытался донести какую-то мысль и постоянно сбивался. – да ну к черту! ик... опять забыл, что хотел сказать... ох...! – он опасно забалансировал на ступеньке, и геральт, обхватив его рукой за талию, помог дойти до комнаты. комнатушка, которую снял лютик, не вызвала у ведьмака особого удовольствия. маленькое окно под крышей, кровать, скрипящая и грозящая развалиться при малейшем движении, и тумба с огарком свечи в подсвечнике, наполовину заплывшем воском. – тут же одна кровать... – геральт недовольно взглянул на поэта. тот пьяно хихикнул, выкручиваясь из-под его руки. – обещаю, я не буду к тебе приставать! – и жемчужно рассмеялся. геральт устало вздохнул. – давай спать, лютик. – давай... быстро уснуть не удалось. лютик вздыхал, ворочался, толкался на узкой кровати, бормотал себе под нос отрывки из ещё не написанных поэм. геральт не выдержал. – слушай, ты когда-нибудь затыкаешься? – прости-прости! я, когда пьяный, всегда такой. радуйся, что хоть на лютне не играю. все-все, молчу! – под взглядом, сулящим мало хорошего, лютик наконец замолк и принялся тихо посапывать.* * *
– ах, черт! – утро не было добрым. над горизонтом только поднималась солнце, а лютик уже проснулся и не давал спать геральту. с грохотом упала лютня, жалобно звякнув струнами. – о, нет-нет-нет, прости, прости! – лютик подскочил и бережно прижал её к себе. – дьявол тебя дери, лютик! – геральт поднял голову. от хриплого спросонья голоса бард перепугался и вновь чуть не выронил драгоценную лютню. – какого черта ты так шумишь? – ох, геральт, напугал. у меня свидание с дочерью хозяина местного трактира. ах, видел бы ты её!.. ангел, прелесть... – лютик мечтательно прикрыл глаза. – я очень рад, что у тебя все хорошо с личной жизнью. но зачем так шуметь? – геральт проснулся окончательно. первые солнечные лучи пробивались сквозь оконце и слепили глаза. – я потерял свой гребень! как я пойду на свидание с первой красавицей гулеты в таком виде? – лютик взлохматил и без того взъерошенные волосы. – у тебя не найдётся гребня? – я что, похож на человека, который тщательно следит за собой? – съязвил геральт. – действительно. ты хоть иногда моешься? от тебя воняет, как от одного из тех чудищ, которых ты убиваешь. а твои волосы! когда-нибудь я насильно запихаю тебя в бадью и хорошенько отмою. негоже такую красоту держать в беспорядке. – и на что ты надеешься... – тихо пробормотал геральт. лютик услышал. – не забывай, что я певец и у меня отличный слух. о, гребень нашёл! увидимся, ведьмак! – лютик ушёл. геральт со стоном откинулся на тоненькую подушку, набитую гусиными перьями. спутанная белая прядь упала на лицо. "может и правда помыться?"* * *
в полдень геральт, после хорошего купания в огромной бадье, принесенной услужливым помощником, спустился в трактир и взял бараний окорок и любимую лютиком вишневую настойку. плотный обед придал сил, и ведьмак собрался уже покинуть этот гостеприимный городок, когда из-под настила для музыкантов испуганно выскочил лютик, одной рукой прижимая к груди сумку, а другой придерживая спадающие штаны. за ним вылезли здоровые парни и девушка, растрепанная и безуспешно пытающаяся прикрыться. увидев геральта, поэт с громким возгласом спрятался за его спину. – геральт! спасай! – пискнул он. – лютик... – ведьмак тяжело вздохнул. в его обязанности не входило выручать неудачливых бардов из любовных передряг. – пожалуйста! геральт прикрыл его спиной и повернулся к разъяренным парням. ведьмак многозначительно поправил рукоять меча, висевшего на бедре. – отойди-ка в сторону, чужак. и железкой своей не грози. дай нам самим разобраться с этим похотливым кобелем, – произнёс один из них, видимо, самый старший, кузнец, с мощными руками и в старом заляпанном фартуке. – сам такой! – обиженно отозвался лютик из-за геральтовой спины. тот тихо шикнул на него. – это братья марии. появились в самый сладостный момент и оттащили меня от нее за шкирку, как провинившегося кота, – прошептал бард. – и теперь грозятся разобраться со мной, вывалять в опилках и соломе. а я ничего такого и не сделал! – ты взял нашу сестру силой! ничего не сделал, как же! – воскликнул старший. – лютик? это правда, что он говорит? – геральт обернулся к поэту и серьёзно взглянул на него. тот в ужасе замотал головой. – я что, по-твоему, насильник какой? ни разу не принуждал девиц к соитию! всегда по обоюдному согласию. да она даже пьяной не была, сама на свидание меня позвала! клянусь, геральт, всеми богами! геральт заглянул в глаза лютика, искренние и честные, развернулся к оскорбленным братьям, желая закончить перепалку мирно и без лишней крови, и предложил наиболее выгодный вариант сделки: менестрель покинет город и в ближайшие несколько лет тут точно не появится. но те, похоже, были не в настроении отпускать свою добычу. ведьмак тяжело вздохнул и наполовину обнажил меч. при виде остро заточенного клинка бравые молодцы попятились. геральт чутко ощутил запах страха. да что и говорить: мирные жители гулеты были способны только зарезать свинью на ужин, да избить попавшегося вора всей толпой, но уж точно не противостоять закаленному в схватках ведьмаку. – ладно, ваша взяла, – буркнул кузнец. – но если однажды я тебя поймаю – всю шкуру спущу, – пригрозил он лютику. тот фыркнул, наконец показавшись из-за геральта, и попытался передразнить его, но вновь остановился, почувствовав затылком тяжёлый, прожигающий взгляд.* * *
– так, значит, уезжаешь? – лютик тихонько бренчал на лютне, пока геральт поправлял седло и выводил плотву из стойла. – уезжаю. мне здесь делать больше нечего. да я изначально сюда и не собирался. просто дуралей-крестьянин ночью услышал в своём подвале странные звуки и, конечно, подумал, что у него завелось опасное чудище. слух дошёл и до венгерберга, где я в тот момент находился. сулили хорошие деньги, ну а кто же в здравом уме от них откажется? – и ты приехал сюда? и что обнаружил? – представь себе, крыс. серых таких, противных. чуть большего размера, чем обычно, но сути не меняет, – геральт подтянул подпругу и скормил плотве яблоко. лютик засмеялся. – бедный ведьмак. и не отдохнул, и не заработал. зато меня встретил. – да-а, это с лихвой покрывает мои избытки, – по-доброму съязвил геральт и оседлал лошадь. – ну что ж, прощай, бард. и впредь постарайся избегать девушек, у которых в родне есть недружелюбно настроенные братья. – постой, так ты один уезжаешь? – а ты видишь здесь кого-то ещё? – возьми меня с собой! я всегда мечтал путешествовать вместе с ведьмаком. я сложу о тебе чудесные баллады, и весь мир будет знать славного геральта из ривии! – лютик умоляюще взглянул на ведьмака и заискивающе улыбнулся. – меня эта семейка сумасшедших прирежет сразу же, как ты скроешься за холмом. – ведьмак и бард... хорошенькая компания... ты без лошади? значит, пойдёшь пешком. не возмущайся, недолго.* * *
– куда мы теперь, геральт? – куда глаза глядят. на край света. спой что-нибудь. – а почему твою лошадь зовут плотвой? – о, это долгая история, мой друг.
