С фонарями и тревоги становятся невесомыми

Путешественница в очередной раз шла вдоль многолюдного порта Ли Юэ. Но сегодня в этом месте, да и во всём городе в целом, было нечто особенное. Приближался праздник морских фонарей. Всё было усыпано разнообразными украшениями, словно на озеро опали листья осеннего клёна. Жители очень радуются этому событию, ведь наступает время весёлых развлечений, интересных знакомств и праздничной суеты. Но на Люмин это оказало совершенно другое воздействие. Яркие лавочки с разнообразными товарами, шумные толпы людей, мелькающие вдалеке огни — всё это не имело для неё больше никакого значения. Девушка провалилась в пучину воспоминаний. С начала её путешествия прошло уже больше года, произошло много интересных, эмоциональных событий и встреч. Ей даже удалось застать прошлый праздник Морских фонарей, если честно, он имеет особое место в сердце Люмин. Такую тёплую, дружественную атмосферу ей более не удалось застать. В своих странствиях встретила она немало хороших людей, в какой бы регион не попала — везде встретятся ей те, кто готов выслушать и помочь. Но недавно закралась в голову девушки странная, противоречивая мысль: «А можно ли доверять всем этим людям?» Если говорить начистоту, она уже не раз задумывалась над этим. Все в Тейвате в какой-то степени пытаются обвинить друг друга. Когда ты находишься в абсолютно чужом мире, без возможности спросить совета, то тебя бывает очень легко обмануть. Приходится полагаться только на свои собственные чувства и инстинкты, но и они иногда ошибаются. Возможно всё это простая паранойя, но рано или поздно придётся выбрать одну из сторон. Даже собственный брат отправил девушку в свободное плавание, позволив самой познать этот мир. Ну и вот, спустя уже год, удалось путешественнице посетить целых три региона. У каждого свои нравы и порядки, новые и новые люди. А у тех, соответственно, огромное количество проблем. Она уже так от этого устала. Помог бы кто-то ей самой, хотя бы понять, что происходит в её голове. С самого детства Люмин привыкла доверять только своему брату — Итэру. Ну а сейчас, она, можно сказать, брошена на произвол судьбы. Он внезапно заявил, что собирается бороться с богами и небесным порядком, но… девушка никак не может поверить, что те самые архонты, с которыми она знакома, могут совершить что-то настолько ужасное. Все эти места и люди уже стали для неё родными. Даже если Итэр в конце позовёт её с собой, Люмин не уверена, что сможет просто так взять и бросить всех тех, с кем познакомилась. Она чувствует, что постепенно сходит сума. — Люми-ин. Эй! Люмин! — раздался недалеко голос Паймон — Мы наворачиваем уже который круг, с тобой всё хорошо? — А? Да, всё хорошо, просто немного задумалась — с опозданием ответила девушка. — Ты уже решила, где мы будем проводить праздник Морских фонарей в этом году? Прошлый раз мы были в компании Сяо, но Паймон не очень понравилась эта затея. — Хм, что? Тебе не нравится компания Сяо? — Он, ну как тебе сказать, такой грубый и неразговорчивый — промямлила недовольно Паймон — и ещё, его всегда приходится уговаривать! Почему он хоть раз не может пересилить себя и весело провести время? «Ох, кажется, она так и не поняла…» — с грустью подумала путешественница, параллельно вздохнув — «Иногда он выглядит так одиноко, хочется порадовать его интересными историями хотя бы на праздник. К тому же, я могу о многом с ним поговорить» — Послушай, Паймон, как на счёт того, чтобы посетить Сяо и в этот раз? — Эй! Ты чем слушала? Паймон же сказала, что хотела бы провести праздник Морских фонарей более интересным образом! — Мне нужно задать ему несколько вопросов, к тому же, я могу предложить тебе что-нибудь вкусное в виде компенсации. — Ладно, я не против, но с тебя целых три! Гм, нет, четыре! Порции медового мяса с морковкой.

***

— Ой, Верр Голдет! Мы так давно не виделись! —восторженно заявила Паймон. — Да это же путешественница и её маленький компаньон! Рада встрече. Что привело вас сюда на этот раз? — Доброго вам дня, хозяйка. Мы решили навестить старого друга, не подскажете, на месте ли он сейчас? — осторожно поинтересовалась Люмин. — Знаешь, мне так приятно, что вы не забываете о нём. Этот адепт, на самом деле, очень одинок — сказала хозяйка постоялого двора, грустно посмотрев на путешественницу — к слову, да, он должен быть на своём излюбленном месте. Желаю весело провести время! Если вам будет что-то нужно, или же вы захотите снять комнату и остаться, то смело обращайтесь. После слов Верр Голдет Паймон стала выглядеть немного странно, видимо, задумавшись о своей глупой речи до этого. У Сяо и правда трудный характер, но это тот адепт, стойкости и упорству которого можно только позавидовать. Каждый раз, когда очередной новый знакомый решает открыться девушке, ей на самом дело очень сложно всё это слышать. У большинства из них настолько тяжёлые судьбы, что ей кажется, ещё хоть одна такая история — и сама Люмин расколется на части. Ей приходится нести всё это в своей душе, обдумывать, анализировать, сопереживать. Она даже думает, что лучше было бы всё это никогда не слышать, ведь так стало бы намного легче и ей самой. Ну а самое страшное — путешественница ничего не может сделать. Всё это уже прошло, людям не помочь. От этого на душе становится ещё противнее. Разве она — не великая путешественница? Все и дальше будут обращаться к ней за помощью. У Люмин на руках уже умерло несколько человек. Это ужасное чувство. Поэтому, упорству Сяо и можно было только позавидовать. Если бы на его месте оказалась сама девушка, она не уверена, что смогла бы выдержать и половины его мук. Из этих мрачных мыслей её вывел голос хозяйки: — Ах да, забыла спросить, не хотите ли вы захватить с собой что-либо из еды или закусок? — Нет, спасибо — немного с запозданием ответила Люмин — на этот раз я решила приготовить всё собственноручно. Впоследствии пошли они прямиком на кухню постоялого двора.

***

Янь Сяо, к сожалению, на месте не было, поэтому компаньоны решили приготовить блюда из собственных ингредиентов, чтобы не усложнять жизнь повару постоялого двора. Люмин нравилась готовка, в её блюдах отражалась культура и особенности всех тех регионов, что она посетила. Когда готовишь для кого-то собственноручно, сразу же чувствуется небезразличие. Девушка по возможности старалась порадовать своими блюдами знакомых, ведь они всегда так радовались. Может, и в этот раз ей посчастливится удивить адепта кулинарными навыками? Разнообразность приготовленных ими блюд не была велика, всего лишь тарелочка миндального тофу и жареная рыба-тигр. Ссылаясь на прошлый опыт подбора еды для Сяо, Люмин решила не рисковать и пойти проверенным путём. Уже собираясь уходить, девушка и её маленький помощник решили оставить записку для повара, чьей кухней без спроса воспользовались. — Стой-стой! Дай Паймон самой подобрать слова, она мастер в этом деле! — отобрав листочек из рук Люмин, протараторила компаньон — хмм, что насчёт: «Привет Янь Сяо! Так как тебя на месте не было, мы решили воспользоваться кухней, надеюсь ты не против. Если хочешь прийти и навестить нас, мы пробудем на постоялом дворе ещё около дня. Паймон и Люмин». — Да, думаю получилось неплохо. Только дай мне приписать кое-что важное. Девушка забрала листок из рук Паймон, перевернула его на обратную сторону и вывела несколько строк. — Эй! А Паймон ты рассказать не хочешь, что решила добавить? Вдруг Янь Сяо подумает, что и это тоже написала Паймон? Мы уже целый год путешествуем вместе, а ты всё ещё не воспринимаешь её всерьёз. Пропустив слова Паймон мимо ушей, девушка с бесстрастным лицом положила листок на стол. — Что насчёт того, чтобы снять комнату и дождаться вечера? Вид тогда с террасы постоялого двора просто чудесный — сменила тему Люмин. — Да, Паймон тоже нравятся вечера в Ли Юэ! Они такие тёплые и звёздные. Пойдём скорее, а то все комнаты разберут!

***

На небосводе только что померк закат. Почему-то именно в Ли Юэ он выглядит так необычайно медово. При взоре на него путешественница всегда вспоминала глаза своего брата, ну а с этим, в голову приходил и отрешённый, такой холодный взгляд в последнюю встречу. Иногда Люмин задумывалась, почему же он так просто решил отказаться от неё в пользу собственных стремлений? Ведь она сама всегда старалась ставить его на первое место. С детства Итэр всегда был таким целеустремлённым, но почему же он не обсудил всё с ней, да даже и не предупредил? Может, всё это давно уже не имеет никакого значения? В последнее время, такого рода мысли часто закрадывались в голову путешественницы, постепенно съедая все силы и здравый смысл. С каждым разом она чувствовала всё большую бессмысленность происходящего. Почему же она решила, что брат ей что-то должен? У него есть свои желания и стремления, он тоже человек. Но в голове Люмин жило странное чувство зависимости. До разлуки, близнецы путешествовали и принимали решения исключительно вместе. Кажется, девушка потеряла какую-то часть себя, жизнь без которой сделалась невыносимой. А что бы на её месте решил брат? Что бы он подумал, если бы увидел её поступки? Это чувство неполноценности жило с ней постоянно. — Ого, да это же сама путешественница и её помощник! — раздался голос за их спинами — наконец-то я вас нашёл. Компаньоны как раз проходили главную террасу постоялого двора, когда внезапно услышали Янь Сяо. — Привет Янь Сяо! А мы с Люмин уже и не надеялись тебя встретить — удивилась Паймон — ты хотел о чём-то поговорить? — Ох, от тебя ничего не скроешь. Недавно я получил в руки новый необычный рецепт и его как раз нужно оценить. Не могли бы вы помочь мне с этим? — О, ты же знаешь, Паймон всегда за! — внезапно, она, кажется, что-то вспомнила — ургх… извини Янь Сяо, но у нас с путешественницей сейчас запланирована встреча, поэтому мы не сможем тебе помочь. — Стой, — прервала её извинения Люмин — как на счёт того, чтобы ты сходила на дегустацию сама? А Сяо я и в одиночку навестить в состоянии. — Всё точно будет нормально? — недоверчиво поинтересовалась Паймон — Да, конечно. Только давай договоримся о месте встречи. Беседа с Сяо может затянуться, поэтому жди меня в комнате, которую мы сняли. И да, желаю вам весело провести время! Обязательно расскажи о вкусе блюда позже. — Договорились! Можешь не торопиться, Паймон всегда есть о чём поговорить с Янь Сяо — маленький компаньон отдал все блюда в руки Люмин — только не оброни! Мы ведь так долго всё это готовили. Уже собираясь уходить, Янь Сяо незаметно подмигнул путешественнице, взамен получив лёгкий кивок. Если говорить вкратце, то девушка решила сделать беседу с адептом немного спокойнее, о чём и попросила Янь Сяо в записке: «Примечание. Не мог бы ты, пожалуйста, занять Паймон на некоторое время? Я хочу немного отдохнуть сегодня. Тебе удастся застать нас на главной террасе постоялого двора, примерно в семь часов вечера. Заранее благодарю, я у тебя в долгу :) Люмин» Девушка и в прошлый раз заметила, что Сяо не очень симпатизирует её летающая подруга. Скорее всего, та показалась ему слишком шумной, что, собственно, является правдой. Иногда даже самой Люмин она надоедает. Но всё же, это та персона, которая сопровождает путешественницу в её приключениях, а также является близкой подругой. Но недавно девушка услышала странную догадку в сторону той… да и в общем, порцию осуждения о своей излишней доверчивости. Тогда все сомнения и пришли Люмин в голову. От них уже невозможно избавится. Она копается в воспоминаниях всё больше и больше. В них возникают всё новые и новые сомнительные моменты. Доверять девушка не решается даже себе. Когда поток мыслей в её голове закончился, путешественница уже стояла перед входом на ту самую террасу. После небольшой подготовки, Люмин всё же решилась. Она подошла к перилам, поставила на них несколько тарелок с едой, а сама села недалеко, на те же самые перила. Свесив ноги, девушка подняла взгляд ввысь. «Да, звёздное небо и правда красивое. Но найдётся ли для меня когда-нибудь место в этом мире?» — подумала со вздохом Люмин, медленно закрыв глаза — Хм? Ты ещё долго собираешься просто стоять и смотреть? — Извини, не хотел тебе мешать — проговорил адепт, опираясь руками на деревянные перила — сегодня ты без своего… компаньона? — Её перехватил Янь Сяо по пути сюда, поэтому я и одна. — Есть какое-то дело ко мне? Обычно ты не приходишь просто так. — Сегодня же праздник морских фонарей! Я не могла просто так оставить тебя одного. Вот, смотри — путешественница протянула ему несколько блюд, стоящих рядом — и про праздничный стол тоже не забыла. — Ты же знаешь, у меня нет времени для таких глупых традиций — своим обычным недовольным тоном сказал он. — Ах да, я же хотела рассказать о своих приключениях в Инадзуме. За это время произошло столько всего необычного, думаю, это бы показалось бы тебе интересным. Ты не против? Он ответил ей молчаливым кивком. Сяо иногда правда была приятна хорошая компания, но её, к сожалению, составить могут не все. Он уже давно заключил, что нынешнее поколение смертных прогнило до основания. Слишком уж много жестокости, алчности видел он с их стороны. Но та, кто сидела рядом на перилах, беззаботно свесив ноги в пропасть, была другой. Кажется, если посмотреть в её глаза, то можно увидеть тысячелетнюю мудрость. И усталость, на удивление очень большую усталость. Такого не должно быть в глазах смертных. Он видел в путешественнице равную себе. Она — как будто его собственное отражение, такая же измученная и потерянная. Может быть, он сможет помочь хотя бы ей? Ведь собственный клубок мыслей давно запутался до точки невозврата. — … вот так мне и посчастливилось поучаствовать в необычном ритуале острова Ватацуми — закончила свой захватывающий рассказ Люмин. Девушка специально опускала все те моменты, которые сама предпочла бы забыть. Ей было неприятно делится этим со своими знакомыми, ведь им бы тоже пришлось размышлять над всеми разбитыми судьбами встреченных ею людей. Самой Люмин было всё так же больно вспоминать о них. От этого, к сожалению, уже никуда не деться. Кажется, только время может стереть плохое из её памяти. Стоящий рядом человек сверлил её взглядом. — Сяо? Что-то случилось? — неуверенно поинтересовалась девушка. — Нет, ничего серьёзного, просто с постоялого двора не видно фонарей. — Точно! Совсем скоро же их запуск. Как на счёт того, чтобы пойти на то самое место? Взглянув на перила возле себя, девушка отметила, что тарелки с едой уже давно опустели.

***

Спустя около десятка минут они уже сидели на небольшой каменной возвышенности. Отсюда открывался прекрасный вид на Облачное море и саму гавань Ли Юэ. — Знаешь, обмануть адепта не так просто, как ты думаешь — без конкретной на то причины выпалил Сяо. — Хм? О чём это ты? — Твоё наигранное спокойствие и улыбка может обмануть кого угодно, но не меня. Адепта, в чьей голове ежедневно раздаются страдальческие крики, мольбы о помощи и огромное количество проклятий. Слишком уж много за всю свою жизнь он услышал, чтобы просто не заметить такое состояние собеседницы. Путешественница одарила его озадаченным взглядом. Вот, о чём он, собственно, и говорил. Этот взгляд был с примесью надежды и усталости. Как-будто девушка цеплялась за последний спасительный крючок. Смертные и правда такие странные создания… — Не заставляй себя, если не хочешь — сказал он, глядя куда-то вдаль. Да, ей сразу стало понятно, о чём говорит адепт. Голова Люмин опустела. Обычно, в такие моменты она взвешивала все за и против, но сейчас, сил не было даже на это. Иногда, путешественнице хотелось просто рыдать, настолько на душе было тяжело. Впервые за долгое время, ей выдался шанс выговорится и по-человечески попросить совета. Её уже не волновали все возможные и невозможные последствия. Сердце рвалось кричать. Они сидели в тишине уже некоторое время. Смотря в пустые глаза девушки, адепту было интересно, обдумывает ли она его слова, или же просто удивляется их глупости. Первый раз он делает что-то настолько самоуверенное и бессмысленное. Может, это и правда сможет сделать её ситуацию хоть каплю лучше. Спустя ещё несколько долгих минут, Люмин начала свой до смеха нескладный рассказ. Дрожащим и срывающимся голосом она выкладывала всё больше и больше, а он сидел, внимательно слушал и не перебивал. Адепт знал, сейчас ей большего и не нужно. В душе он удивлялся, сколько всего накопилось на сердце у этой странной девушки. Её рассказ, скорее всего, был бы максимально неправдоподобным в глазах других, но он верил. Сяо уже давно понял, что его знакомая не простая смертная. Похоже, её жизненный опыт можно было сравнить даже с его собственным. Ещё больше его удивляли поступки путешественницы, такие наивные и добрые. Когда Люмин закончила свою странную речь, её почему-то трясло. Возможно, это просто все те эмоции, сдерживаемые ей до этого, хлынули наружу. Но лицо девушки по-прежнему было спокойным. Кажется, даже если повнимательнее присмотреться в её глаза, то можно заметить, что частичка той самой пустоты и отчаяния растворилась в отражении ночного неба. Да, смертные и правда странные создания. Даже от простого общения им становится легче. Взглянув внимательно на человека, сидящего рядом с собой, адепт всё-таки решился. — Теперь слушай меня внимательно, — уверенно начал тот — такого доброго и сердечного человека, как ты, сейчас с огнём не сыщешь. Но пожалуйста, не забывай и про себя. Бесконечная помощь другим и полная отдача определённо не приведёт ни к чему хорошему. Просто будь иногда более эгоистичной. Запомни: никто тебе ничего не должен, но и ты никому ничего не должна. Ты — писатель своей жизни, последнее слово всегда за тобой. Сомнения в людях это нормально, но если постоянно ими жить, то каков в этом смысл? Доверяй, кому считаешь нужным, прекрасные моменты встреч оставить в памяти лучше, чем постоянное, сводящее с ума подозрение — адепт тихо вздохнул — И да, даже боги могут устать. Не изводи себя так сильно. Девушка немигающими глазами смотрела на Сяо. Его слова попали в самое сердце, наконец-то заглушив ту невыносимую боль. После небольших раздумий, адепт неуверенно добавил: — Если тебе снова станет тяжело, то приходи, даже без видимой на то причины. Живи моментом и слушай только своё сердце. Сидевшая на каменном возвышении пара людей потеряла счёт времени. Внезапно, в небо начали подниматься сотни, нет, тысячи бумажных фонарей. Они словно составляли звёздам компанию. Внезапно, в голове Люмин промелькнула мысль: «Даже если моему созвездию нет места на небосводе, то обязательно найдутся люди, готовые составить его из прекрасных фонарей» Никаких больше сожалений. Волнений. Сомнений. С фонарями и тревоги путешественницы становятся невесомыми.