Во Всевластии Снов. На задворках мира.

      Дело затянулось. Он должен был окончить это намного раньше: видеть непонимание в их глазах, их страх, слышать звуки разрушений, получать адреналин от знания, что ты сам можешь попасться кошмару — кайф, которым он обожал питаться. Единственное, что оставляло его интерес с этим образом жизни. Быть происхождением рода хранителей гипер скучно и ограничено. А ведь сейчас, у него была возможность получить то, зачем он выбирается наружу, с каким-то хранителем на хвосте. Возможность была в теории...на деле же...       Ситуация была обыденной для Аркао: бегство от обитателей закуполья, перелазы по различным скалам и тропам, что хаотично располагаются в тëмном пространстве, так легко оступиться, и бирюзовоглазый это знал. Собственные двух цветы смотрели вниз, на чужое золото и древесный лист, что наполнялись надеждой и страхом. Руки Элета держались за скалу, опасно свисая вниз, можно упасть и сильно себя повредить, стоит только наступить на руку...Аркао нахмурился, и протянул руки, подтягивая меньшего парня к себе на плат неизвестной породы камня. Внутри копошилось что-то странное, юноша настолько наивен, что хотелось играть с ним намного дольше (но так только убеждал себя Аркао). — Ты так слаб, чтобы здесь передвигаться. Удивительно. – Словно ругая, произнёс Аркао. — Тогда зачем ты меня брал, а не поступил как другие? – Выпалил в ответ темноволосый, отряхивая свою толстовку. — ...       Аркао мог только промолчать на это замечание, натягивая чëрный капюшон на голову. Мысли отключились, лучше не задумываться сейчас, это достаточно новый маршрут, недавно в этом медленном районе были изменения, поэтому, лучше не отключать внимание от внешнего мира, ведь в прошлый раз это плохо кончилось, явный холод в плече служил хорошим напоминанием о своих глупостях. Шаги чëтко слышались за спиной, что было хорошим знаком: младший рядом. Их брождение становилось всë дольше, что может кончиться чем-то опасным, долго без подпитки, за пределами убежища, приводит к разрушениям, если Аркао всё равно, и весь его верх и так покрыт этими ужасными провалами, что заставляют чувствовать себя более пустым, то Элет более здоровый из них двоих в этом плане. — На этом маршруте мало полезного, пора возвращаться. – Существо остановилось слишком резко, из-за чего парень, что отвлекался на сияние далёких молний пустоши и дорогу под собой немного вошёл в спину Аркао, хмыкнув от столкновения. — Почему так рано? – Отступая от высокой фигуры проводника, спросил Элет. — Если хочешь, чтобы я превратился в какого-нибудь кошмара и сожрал тебя – можем остаться, или дождаться местных. Это пустая трата времени, лучше вернуться. – Бывший хранитель прошёл мимо мальца в толстовке, внутри закипало предчувствие какого-то явного дерьма, но, эти последние часы или минуты (время здесь, вещь слишком странная и не точная) ощущались изначально очень неуместно, а такое бывает редко. Младшему оставалось только последовать за подозрительной личностью перед ним, несмотря на небольшие слухи, он не видел в тëмной фигуре излишней опасности.

***

      Он знал, что что-то будет не так. Почему появление кошмаров сейчас заставляет чувствовать напряжение? Это были не такие разумные особи, судя по опыту наблюдений, и в целом, сейчас они были на приличном расстоянии. К несчастью, они были на их пути, а обходом служило перебраться по каменистой области вверх, а после, бег. Рука в тонкой перчатке без пальцев потянула младшего хранителя, обхватывая запястье. Тела пошли к ближайшей удобной неровной стене из камня и выступов. Кивок головы вверх показал, что хочет Аркао от существа рядом с ним. Удивительно, что в голове быстро всплывали возможные маршруты и переходы, это словно стало второй натурой, намного проще, чем разбираться в людях и хранителях. Верх был не так далеко, но материал поверхности становился всё более сыпучим, что было плохо и усложняло путь. Периодически, мужчина смотрел вниз, смотря на успехи в подъëме у Элета. Он до сих пор помнил имя. Пока всё было нормально. Так как он более подготовлен и привычен к такой деятельности, было неудивительно оказаться первее стоячим на более менее ровной поверхности. Аркао сразу повернулся, и наклонился, чтобы помочь парню вылезти с опасной зоны. Элет принял помощь, понимая, что лучше не глупить тут и довериться более опытному "исследователю" чужого пространства. Взгляд старшего прошёлся за плечо, покрытое зелëной тканью, увидев внизу сборище кошмаров, что успели переместиться, но не обращали внимание на них. Это было хорошо. Хорошо, пока не начал осыпаться край. Обладатель белых разрушений резко оттянул на себя "товарища", падая назад, но дальше от хрупкой части. Элет довольно быстро слез с него, пока Аркао остался лежать и смотреть на недосягаемые, скрытые высоты закуполья. «Зачем я это делаю?»– мысли, что закружились в голове. В ушах стоял звон, черноволосый что-то ему говорил, но он не слышал. — Я беру тебя с собой, потому что могу присматривать за тобой. Однажды, на убежище напали кошмары, минус двое ребят. Безопасности особо нет. – Ответ пришёл определённо поздно, но был неожиданным, даже для самого говорящего. «Я просто хочу сломать его сам».       Слова замерли в горле Элета. Это было странно, учитывая, что Аркао мало с кем общался. Может, те слухи, которые говорили о том, что те, кто пошёл с Аркао, не вернулись, были правдивы, но вина в действиях была не на мужчине, и ему было жаль тех событий?       Стоило отвлечься на мысли, как обзор на просторы темноты и вспышек, был перекрыт более высоким телом. Элет оказался прижат к одной из скал, два разных тона зелёного смотрели в его разноцветные глаза, лицо было так близко к нему самому, это напоминало прошлое, из-за которого он и оказался здесь, за Куполом. Но, мысли, похоже были ошибочны, так как чëрные губы слегка приоткрылись, произнося что-то про "безопасность", а затем, Аркао отстранился, уходя в сторону, на новую тропу.       Аркао почувствовал что-то новое, что-то, что ему не сильно нравилось: люди бы назвали это интересом и злостью, яростью. Первые мысли были о том, что весь этот образ жизни его бесит, но на самом деле, злость была направлена на себя, что отказывается принимать эти смешанные чувства и очевидные вещи.