Общая история

Был уже поздний вечер, когда машина остановилась возле знакомого дома. Не было какого-то чёткого плана, была лишь идея, мелькнувшая секундной вспышкой и впившейся в голову. Впрочем, это мало отличалось от того, как сейчас текла жизнь Ли — непрерывным потоком, полным поворотов и каменистого мелководья. Она не знала что говорить, просто надеялась, что идеи придут сами собой, подстегиваемые необходимостью ответов. Это было так глупо. Браун даже не знала, как подвязать это за ниточки так, чтобы не показаться совсем слетевшей с катушек. Слишком много подозрений было насчёт Сары, и заявляться к ней в дом с вопросами — план сомнительного качества, особенно учитывая, что ни ТК, ни Люси о её маленьком геройстве неизвестно. Да, мелькала фраза в разговоре, что получить ответы от Кинг было бы весьма кстати, но это явно не подразумевало сломя голову нестись к той сразу же. Гарантий нет, как и уверенности, но почему-то Ли казалось, будто Сара пусть и не с радостью, но с готовностью ответит на вопросы. В конце концов, практически всё происходящее завязано на неожиданностях и внезапностях. «Её легко продавить», — подумала Лилиан, выдохнув напряжение и выйдя из машины. У кого-то вроде Майер подобное не заняло бы и пары минут, как дело было бы сделано. Но Браун не Майер, и в этом есть определённый плюс. Не было ничего, кроме собственного чутья, что подсказало бы ей подходящий момент для визита, да и неизвестно, была ли Сара дома. Но, как и ранее за последнее время, удача оказалась на стороне Ли. Удивлённые зелёные глаза уставились на неё, стоило двери открыться, но, не думая ни секунды, девушка тут же отступила, пропуская нежданную гостью внутрь. Словно знала о чём-то, имеющем достаточный вес, чтобы не отказываться от разговора. Это было занимательно и осело на задворках сознания со всеми остальными мелкими играющими на руку фактами. — Привет. Нам нужно поговорить, — голос Лилиан зазвучал неуверенно, и пришлось прочистить горло. Слабина стала бы ошибкой. — Здравствуй, — шёпотом ответила Сара, забегав глазами по помещению, как если бы ища объяснений в любой маломальской детали. Думалось, Кинг увязла в этой истории не меньше, чем сама Ли. Сара отвела взгляд, замерев на пару мгновений, давая возможность разглядеть затянувшийся рубец на щеке. Он всё ещё выглядел жутко, но не так, как в моменте. По крайней мере, швы чистые. Ощутив взгляд Браун, Кинг быстро прикрыла щёку ладонью, будто и не было там ничего заслуживающего внимания. Словно это не попытка скрыть, а давно привычное движение. Лилиан, со всем воображением, было трудно представить, каково это — вставать по утрам и видеть на лице бугристый шрам. Страшную рану на чистом прекрасном лице. Определённо потребуется операция. — Случилось что-то ещё, — утверждая, Сара кивнула самой себе, проходя на кухню; Ли вошла следом за ней. Кинг выглядела потерянной. Больше обычного. Ли не очень хорошо её знала, но пары встреч стало достаточно для выводов. Например, чем больше волнение, тем дольше та пропадает в прострации, не обращая внимание ни на что вокруг. И даже сейчас, сев за стол, уставилась на точку в центре стены, сплетя пальцы рук. Лилиан почувствовала, как попросту издевается над ней — легко ощутить подобное, когда у самой земля уходит из-под ног, пусть Люси с Питером и назвали бы её редкостной дурой. — Мне… Да, это правда важно. Врать о том, что ей жаль, просто смешно: Ли уже положила Сару на алтарь своего любопытства. Сев напротив, девушка скрестила руки, стараясь выглядеть собранной, когда собственное же сердце бешено неслось галопом. Стоило быть предельно осторожной. Говорить Саре о всём происходящем — не самое разумное решение. В конце концов, если подозрения окажутся правдой и девушка на крючке у Роя, она может попросту выдать всю их компанию детективов-любителей ради… Но ради чего? — Уильямс ведь… У вас какие-то проблемы, да? Сара громко выдохнула, на пару секунд прикрыв лицо ладонями. — Да. Всё было в порядке, пока ты не приехала. Вопреки общему смыслу, в голосе не слышалось укора. Скорее смирение со своим положением. — Он заставил тебя что-то сделать? Это бы многое объяснило. Сара очевидно старалась держаться подальше от всего, но некая сила из раза в раз толкала прямо в гущу. Не так часто, как саму Ли, но не менее жестоко. Их обеих сжали в тиски. — А тебя? Под светом лампы глубокие тени под зелёными глазами виднелись лучше всего. Если приглядеться, многие мелкие детали говорили об общем состоянии: изгрызенные ногти, апатия и полное смирение, царапины на тыльных сторонах ладоней. Лилиан подавила очередной порыв жалости, напомнив себе, сколько злости на самом деле вызывала вся эта ситуация. Напоминать себе об этом приходилось часто, а ведь достаточно просто вспомнить собственный уставший взгляд, чтобы потерять к Саре всякую жалость. — Поэтому я здесь, — Ли чуть придвинулась вперёд, стараясь быть ближе, но даже этого хватило, чтобы тонкое тело Сары напряглось. — Боюсь, что, если я не пойду на поводу у Роя, он заставит тебя что-то сделать. Кинг кашлянула в кулак, выигрывая себе время на мысли. — Я стараюсь… Прости, я не хочу знать, что происходит, правда не хочу, — её голос надломился, выпуская истинные эмоции — неподдельную боль вперемешку со страхом. — Когда вы с ним связывались в последний раз? Насколько бы разбитой Сара ни выглядела, этого было недостаточно, дабы заставить Лилиан передумать. Она вцепилась в девушку как акула, с каждой минутой вонзая зубы всё глубже. Наверняка это не очень отличалось от поведения Уильямса. — О-он уже д-давно, — нижняя губа Кинг затряслась — Браун пришлось приложить усилия и не закатить глаза, — уже давно не связывался с-со мной. Последний раз был, когда я продала тебе дом. Я-я знаю, знаю, что он наверняка… Зелёные глаза уставились на Ли с застывшим напряжением. Может, Саре показалось, что наговорила лишнего или навела Ли на мысль, о которой не стоило задумываться. Как писатель, Браун тут же ухватилась за это развитие сюжета. — Не упустил бы возможность выяснить, узнала ли я что-то, да. Он не упустил, — казалось, спокойный — даже в некоторой степени жестокий, — серьёзный тон Лилиан наконец донёс до Кинг всю тяжесть их положения. — Он уверен, что я что-то нашла. — А ты нашла? Ли посмотрела на неё так внимательно, насколько только было возможно. Хотелось бы пробиться сквозь роговицу, пролезть через зрачок и проникнуть в голову, чтобы увидеть все тонкости до последней. Так надоело играть. — Только проблемы. Питер, он… — Браун сцепила пальцы, готовясь к неизвестной реакции его сестры. При таких разговорах ей едва ли удавалось угадать. — Он не хочет, чтобы я в это влезала, просит всё бросить и оставить в стороне, а ещё… — Что?! — Кинг её перебила, хлопая руками по столу. Такое поведение определённо не было тем, что следовало бы ожидать. — Прости, но… Нет, мне трудно в это поверить. Прости-прости, — она быстро замахала руками, словно пытаясь развеять последние секунды. — Питеру всегда было на всех насрать, понимаешь? Я предупреждала тебя. — Он не такой человек, — нахмурилась Браун, защищая его, даже прекрасно понимая чужую правоту. — Он такой человек, — твёрдо воспротивилась Сара. Ненависть к брату или искреннее возмущение, которое придавало сил, помогли ей, но на Ли теперь смотрел полностью уверенный в своих словах человек. Видеть её такой не доводилось прежде, и мерзкий червяк завозился где-то глубоко внутри Браун, почему-то довольный тем немногим, что удалось вытащить наружу. — Ему всегда было плевать на других, Лилиан, почему ты ему веришь?! Наконец до разума дошла простая истина: Сара понятия не имеет, что Питер способен на любовь. Эта мысль столь грустная, печальная, однако тот же самый червь заставил чувствовать некую гордость за себя. Делало ли это Ли особенной? Старая Ли стыдливо молчала, а вот новая гордо вскидывала голову. — Я не знаю того Питера, о котором ты говоришь. Сара взвыла, тщетно прикрывая рот рукой. — Я знаю ублюдка, который переспал с лучшей подругой сестры, чтобы ей насолить! — О… — Я знаю ублюдка, который бросил нас с матерью в самый тяжёлый момент, отгородился от семьи, вытирал о нас ноги. Не говори мне, что он вдруг стал способен на что-то хорошее! Лилиан подняла руки, стараясь успокоить Кинг. Для той этот жест был, видимо, знаком полного подчинения, и, выдохнув, она поправила волосы как героиня мелодрамы — резко и эффектно. Довольно забавный контраст. — Он с… Энн? Неожиданно. Однако это полностью объясняло молчание парня по этому поводу. Надо же, какие забавные перипетии судьбы. — Прошу, не упоминай об этом. А потом он сотворил с ней… — Сара! — повысила голос Лилиан. — Не надо. Не. Надо. Девушка выдохнула, выпуская накопившийся гнев. Как минимум она понимала, насколько шатка доказательная база для подобных слов, что бы ни говорило само правосудие. Вряд ли она замолчала ради Ли. — Не тебе это говорить после того, как продала мне дом с привидением. Кинг стыдливо отвела глаза, сминая рукава рубашки. — Я пыталась тебя предупредить… — Вот только поздно. — Всё должно было пройти не так. Ты не должна была там задержаться, я!.. — Но вышло именно так. А теперь Рой Уильямс прижал меня к стенке. Сара втянула носом воздух, вытирая с уголков глаз маленькие капли слёз. Очередной перерыв, чтобы выиграть время — Ли готова была поклясться, что видела, как мысли скакали у неё в голове. — … Что он сделал? — слабым голосом спросила девушка, явно понимая, насколько ужасна новая страница их общего сценария. — Ты слышала о недавнем происшествии в наше… моём доме? Лилиан чуть не оговорилась, но Сара, кажется, и не заметила этого, в прострации уставившись в центр стола. Оставалось только гадать, насколько та действительно понимала ситуацию. Хотя сцепившиеся вместе напряжённые пальцы выдавали внутренний кипящий страх. — Да… Слухи ходят, хотя статей в газетах ещё нет. В этом чётко прослеживался почерк Уильямса. Сложно поверить, что в таком маленьком городе журналисты проигнорировали столь вопиющий случай. Тем не менее, никто, в особенности столь охочие до сенсаций люди вроде Люси, не сделал даже попытки выяснить истинные обстоятельства. Сколько усилий Рой прикладывал, чтобы оставлять все карты в руках? — Я не могла не вызвать полицию, знаешь ведь, — почему-то оправдалась перед ней Лилиан. Рой Уильямс — волк в овечьей шкуре. Голова ходила кругом при одной мысли о том, насколько глубоко он запустил свои сети во всех окружающих людей. Теперь, зная это, Ли ни за что бы не набрала 911, послушалась бы Кинга и позволила ему… Нет. Смерти детей — слишком большая цена за то, чтобы не попасть в поле зрения Уильямса, стоило ли говорить о последствиях и опасностях. Так ведь?.. — Наверное, это его подстегнуло попытаться ещё раз. Я лишь догадываюсь, чего он добивается на самом деле, но мне нечего ему дать, что бы он ни думал, — развела руками девушка, смотря на собеседницу со скрытым опасением. Ей очень хотелось верить, что реакциям Сары можно доверять, что эти слёзы, крики, истерики — настоящие неподдельные чувства человека на грани. Хотелось верить, что Сарой всё ещё можно управлять в свою пользу. — Он кружит вокруг тебя, словно хищник, верно? — внезапно проявившаяся в голосе хрипотца сделала образ Кинг ещё более отчаявшимся. Будто что-то вспомнив, она обняла себя за озябшие плечи. — Верно… Они замолчали на какое-то время. Кинг явно порывалась что-то сказать, но каждый раз, едва открыв рот, закрывала обратно со сдавленным стоном. Не могла решиться переступить через что-то, давно лежащее на пути к освобождению. — Он угрожает, что если я не найду хоть что-то, то сделает меня виновной в происшествии с детьми. Подошьёт в дело что-то… ужасное, — всё же продолжила Ли, видя, как удачно каждое слово попадает точно в цель. — Да, он… он мог бы так сделать… — Он нашёл пистолет, Сара. Девушка тут же вскинула голову, во все глаза уставившись на гостью. Наверное, даже не до конца понимала смысл, но определённо услышала тонкий оттенок предупреждения. — Это… это плохо, да? — Поэтому я и здесь, — Лилиан сложила руки на столе, всем видом стараясь показать, насколько ей жаль. — На том пистолете только твои отпечатки. Глаза напротив испуганно округлились. — Я… Я не могу быть уверена, но боюсь, что он заставит тебя что-то сделать… Как минимум это сильный рычаг давления, и такому, как Рой, наверняка будет интересно, почему они… Сара? Кинг внезапно встала, почти вспрыгнула со своего места, заходив по комнате. Обошла стол, открыла пару ящиков в гарнитуре, опасно долго собираясь что-то из них достать, и, с шумом их закрыв, в конце концов, остановилась возле окна, закусив ноготь большого пальца. Сара всегда была на взводе. Даже если постараться, Ли не припомнит, была ли она хоть когда-нибудь спокойна. И то, что происходило сейчас, тоже было далеко от невозмутимости. Казалось, ещё чуть-чуть, и девушка упадёт на пол прямо здесь, на кухне, заходясь надрывными рыданиями. Поэтому Лилиан быстро покинула своё место, заключив плечи Кинг в свою несмелую хватку. — Сара, пожалуйста… Сара, пожалуйста, посмотри на меня! — Она потрясла девушку, заставляя ту поднять голову. Который раз эта ситуация повторялась, но этот раз немного отличался, заставив Ли на секунду пожелать отступить назад. В чужом взгляде читалась ярость. Жгучая, окатившая кипятком, какой Браун не видела ранее. Сара сама отошла на шаг, сжала кулаки и сомкнула веки, на мгновение став одним большим дрожащим комом, стараясь унять злость. Она была в отчаянии, она была на последней ступени обрывающейся лестницы. Что бы ни происходило, Браун не полагала, что Кинг могла разозлиться. Поэтому-то эмоции и окатили волной, пройдя разрядом аж до кончиков пальцев. Не зная, на кого именно направлен гнев, девушка решила просто отступить, беспомощно смотря на попытки Сары взять себя в руки. — Как же всё достало… Эта мразь!.. — взвыла Кинг. — Прости, прости, я сейчас… Мне нужно немного времени, прости… — Всё в порядке, — но слабый голос потонул в бормотании Кинг. — Сколько лет уже прошло… Т-ты уверена? Уверена, что он может это сделать?! — Сара вцепилась рукой в волосы, оттягивая. Догадки оправдались. Браун давно думалось, что этих двоих объединяет нечто более, чем общая ненависть. Какая-то давняя история, давшая толчок серии ужасных ситуаций, доводящих Сару до грани. Она на крючке. Сара громко задышала носом. Казалось, ещё чуть-чуть, и она потеряет сознание от гипервентиляции, но, указав Ли стоять на месте, уставилась в окно, постепенно успокаивая дыхание. Пара минут — всё совсем стихло. Кинг повернулась обратно к девушке — убитая, полностью раздавленная — вялым шагом возвращаясь обратно на место за столом. Лилиан не знала, настал ли момент, когда можно говорить — в такой атмосфере любой звук ощущался последней каплей в море. — Сара… — от неприятной мысли голос предательски дрогнул, — а откуда у полиции вообще твои отпечатки? Причина могла быть какой угодно на самом деле. Может, в какой-то момент сама Кинг стала подозреваемой, что вряд ли, но исключать нельзя, может, сдать отпечатки попросили всех просто на волне паники и попытки создания деятельности для СМИ и окружающий людей, а может… дело было вовсе не в этом. Вероятно, для Роя сестра подозреваемого была слишком лакомым кусочком — вот в это верилось куда больше. За спиной раздался очередной сдавленный стон. Когда Браун обернулась, голова девушки уже покоилась на раскрытых ладонях. Эта тайна не была важной в общем смысле, но как же чесались руки пробраться прямо в душу. — Ты не расскажешь никому? — слабо спросила Сара. — Ты и мне не обязана говорить. — Не хочу, чтобы ты… думала обо мне плохо. Хуже уже некуда, милая… Лилиан села напротив неё, скрещивая руки на груди. Пятка нервно прыгала вверх-вниз, говоря о нетерпении. Ли чувствовала себя подростком, долгие месяцы ожидающим подарок на день рождения. Сара поняла, что молчание — побуждение начать. Громко сглотнув, она открыла рот. — Это случилось давно из-за мам… точнее, из-за Питера. Он не давал нам денег, а мама сильно болела, и… — девушка взяла паузу перевести дыхание, — и я влезла в долги. Естественно. Нам нужны были деньги! — Зелёные глаза замерли, пытаясь поймать любую, даже мимолётную эмоции Браун, получая в ответ отстранённое выражение лица.— А п-потом… деньги закончились. Понадобилось ещё!.. А брать было больше неоткуда… Ли видела, как дыхание застревает в горле Кинг, с каким трудом даётся каждое слово. Будто в комнате прослушка и она наговаривает себе на долгий срок. То был страх немного иного типа: не скользкий, а холодный, пробирающий до костей, когда пальцы дрожат и зубы стучат, не попадая друг на друга. — Тогда я работала в страховой фирме. Некоторые люди совершенно не следят за документами, поэтому обманывать их на пару десятков долларов не было проблемой, особенно если сильно запутать бухгалтерию, — Кинг застучала большими пальцами друг о друга, как виновный на допросе. Она говорила быстро, почти неразборчиво, стараясь закончить неприятное признание как можно быстрее. — Но в один момент я… я переборщила. Это заметили. Начались проверки, а Уильямс был назначен следователем… Всё это было так не вовремя… — Это время, когда следствие по делу об убийствах уже вели? — Да, — с придыханием ответила та. — Очень, очень не вовремя… — И Питер уже был подозреваемым? Пусть Сара и сидела с виновным лицом, на секунду в глазах промелькнула укоризна. Даже сейчас, раскрывая душу и переживая боль заново, чувства топтали ради брата. Как поступала мать. Как поступала сейчас Ли. — Для него всё только начиналось, — оттенок злобы выдал Кинг, вбив в голове Браун очевидное осознание — переборщила. — Да… Боже, прости, я… Жалкие попытки. Сара простая, но вовсе не тупица. Если уж самой Ли не очевидна собственная одержимость, то для других она яснее неба. — Не стоит. Ты не знала маму… Ты знаешь только этого ублюдка, который почему-то… — сжав губы в тонкую линию, Сара тяжко выдохнула. — Наверное, ты заслуживаешь этого… Вам с ним видней. Грубые слова, сказанные с должной долей отстранённости. Что ж, заслуженно. Лилиан мысленно дала себе оплеуху. — Забудем об этом на время… — слабо отбилась Ли, получая в ответ задумчивый вязкий взгляд. Странное чувство. Впервые зелёные глаза смотрели так в упор, вскрывая кожу. И всё же есть у брата и сестры нечто общее… — Да… Всё не вовремя, — медленно повторила Кинг. — И тогда Рой вызвал меня на допрос. Отпираться было бесполезно. Я собиралась бороться ради мамы, но, когда все доказательства против тебя на столе, сложно держаться. Я уже так устала на тот момент… Поэтому у них мои отпечатки пальцев — мне пришлось сдать их как главной подозреваемой. Сара сцепила пальцы. — А потом Рой дал выбор. И я выбрала себя и маму. Вместе со взглядом, строгость пришла и в голос. Словно проходя через тот момент вновь, Сара не позволила себе быть слабой снова. — Какая тварь… — прошептала Ли, вторя ненависти Кинг. Они просидели какое-то время в тишине. Сколько раз это было, но только сейчас раздражающий звук тиканья часов из соседней комнаты дошёл до ушей, бередя нечто внутри, проворачивая ножом в открытой ране. Не могут же часы так делать, Ли, как глупо… — Осуждаешь? Сара подняла голову, смотря будто сквозь Лилиан. — Нет… Нет, — словно повторение могло заставить Сару ей поверить, Ли повторила это ещё несколько раз. — Наверное, я могу это понять? Не уверена, но, наверное, да. Что именно Рой заставил тебя сделать? — Дать показания против Питера, очевидно. Тогда Энн ещё не пропала, и мне было даже немного стыдно, — Кинг хмыкнула с ноткой истерики, — но потом он сделал это с ней, и я уже не сомневалась. Девушка вскинула рукой, подкрепляя слова. Рваные движения будто говорили о желании оттолкнуть, причинить боль, такую же, как причинили ей. — Ты давала выдуманные показания? Одно дело — давать их под давлением, но совсем другое — совершать подобное из чистой ненависти. — Только с Энн. И это не было ложью. Он убил её. Надрыв, и Сара вновь та же, что и была десять минут назад: разбитая, растерзанная в клочья, убитая усталостью и болью. Лилиан дала себе время на передышку. Поднявшаяся волна гнетущих чувств едва ли поддавалась приказам, но ей пришлось всё проглотить. Пусть думает что хочет. — А с остальными Уильямс мог поступить так же?.. — Да запросто! Не знаю точно, что там было, но в какой-то момент в прессе полилась волна информации об изменении показаний. Свидетелей было много, так что… наверное, нашли новую зацепку, за которую удалось ухватиться. — Зацепка из твоих слов, вероятно. Это было чертовски интересно. Настолько, что Ли едва сдерживала желание немедленно подняться и выбежать из дома под своды старого архива, зарывшись в пожелтевшие бумаги. Как минимум, столько догадок обретало форму. Фантастически. Волнительно. — Наверное… — неохотно согласилась Кинг. — Но что такого ты тогда сказала? — Я не помню! Много было сказано. Но я могла говорить только за Энн, а остальные… Может быть, что Рой и к ним нашёл подход. Её мнение купили. Нет, украли. Вытащили силой, но даже так отказываться от него она не собиралась. Удивительная верность своей ненависти. — Более чем уверена: полиция просто нашла новые улики. Наверняка Питер писал про убийства в своих дурацких историях или снимал всё на камеру, с которой вечно таскался! Такой изврат, как он, точно делал бы что-то такое… — Камера? Браун впервые слышала об этом. — Какая к чёрту камера? — Он был любителем, — уклончиво сказала Кинг, не понимая недовольства Ли. — Погоди, а её нашли? — от любопытства та даже чуть ли не легла на стол. — Нет. В этом и дело… — Сара отвела глаза. — Я пыталась её найти. Да все пытались. Полиция перерыла дом, я годами искала после, даже во время ремонта ни о каких находках арендаторы мне не говорили. Ли было вспылила, но тут же осеклась. Наверняка, если б была найдена камера с записями подобного рода, никто не стал бы молчать. — Возможно, она всё ещё в доме, а может, Питер выбросил её как улику куда подальше. — А что на этот счёт думает Рой? Кинг призадумалась, закинув ногу на ногу. — Уверен, что она ещё там, в доме, — и сочувственно посмотрела на Браун, осознавая причину начала кошмара. — Ли, я честно не знаю, где она и есть на ней хоть что-то важное. Правда, я… — Знает только Питер. Но никогда не скажет. Не после бесконечных просьб оставить это дело и её не менее упрямого вранья. — А ты… можешь?.. — Сара даже привстала с места, смотря на девушку в упор зажёгшимися надеждой глазами. — Он не скажет. — Должен хоть что-то! Если его отношение к тебе значит хоть что-то, то должен! — Да нет никаких отношений! — нелепо дёрнув головой, оскалилась Лилиан. — Но что-то происходит! Я знаю его всю жизнь! Он никогда не терпел кого-то рядом с собой. — Я не знаю, что тебе сказать, — вскинула руки Ли. И ведь признаться было так же сложно, как и врать. В этой ситуации не было единственно правильного решения. А может, она просто не хотела его видеть. — Смерть не меняет людей, — красивое лицо напротив испортило выражение презрения. — Будь иначе, он бы сказал, что сделал с Энн. Ты знаешь? Что он сделал в той сторожке? — Какой ещё сторожке? Ли осеклась. В погоне за истиной легко забыть одну простую правду: надо смотреть со всех сторон. Ей много стоило удерживать себя от дальнейших поисков в сети, но даже так, пару раз грешным делом посматривала информацию о расследовании. Известно до смешного мало. Стоило бы проверить и архивы, но тогда ТК точно о чём-то да догадались бы. Возможно, хорошо, что всё теперь иначе. Действующие лица играют вместе на сцене со сменными декорациями. Какой уже по счёту акт? — Там всё было в крови. Пол, потолок, мебель. Как вообще можно было сотворить такое в крохотном доме? — на этих словах отсвет ярости в глазах потух, сменившись печалью. — Даже боюсь представить, что там происходило… Голос Сары вновь надорвался. Пришлось дать ей время перевести дыхание. — Я знаю, что он это записал, чёрт, я уверена, Ли. Он делал записи, даже когда разъезжал по другим городам, делая вид, что ведёт собственное расследование. Тупоголовый кретин без капли чести! — сорвалась Кинг, ударив по столу. Лавина снова сходила с гор, засыпая всех внизу снежными комьями. По ощущениям, самый большом ком ударил Ли прямо в лицо. И вот, лёжа под слоем снега, наружу её звало только одно желание… — Ты знаешь, где это место? Лицо Кинг вытянулось в шоке. — Нет, нет, ты не сделаешь этого. Или сделает? Ли двигало иррациональное желание. Как и во многих вещах, в этом тоже не было смысла, но непреодолимая потребность увидеть собственными глазами прогрызла дыру в разум. И что с того, если она посмотрит? Почему-то казалось, что это даст какие-то ответы. Необходимые или совсем бесполезные — чёрт их знал. — А там точно была именно Энн? — не слыша протесты Кинг, спросила Браун. Бессмыслица в голове обрела некие очертания. Представить Питера виновным было сложно. В конце концов, не раз звучало, что Энн сама пыталась раскрыть дело и помочь ему. Принимал он эту помощь или нет — вопрос ненужный, ведь если это правда так, могла ли она знать что-то, чего не знали остальные? — Да… Да! — с заминкой, но подтвердила Кинг. Однако эта заминка заставила усмехнуться. — Некоторых девушек находили в местном лесу, так как ты можешь быть уверена? — Сторожку осматривали и раньше, очевидно. Но только после Энн… Там нашли её кровь… Упоминания подруги как потушенный пожар — ошмётки сгоревшего дерева тлеющими угольками танцуют на ветру во взоре Сары. Лилиан почти понимала её чувства. Грудь сжимает, дыхание сбивает, да, Сара? — А улики? — Не было, как и всегда. Но это было неподалёку от дома Питера. — Это ничего не доказывает. Две девушки были найдены в том лесу, и там тоже никаких улик, я верно понимаю? Сара расстроенно потупила взгляд. Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем она наконец ответила: — Я надеюсь, ты поймёшь, какой он. Манипулятор, лжец… И то, что вы стали друзьями… меня пугает. Красноречиво. Она могла не продолжать. Удивительным образом до Лилиан наконец дошло, что на фоне Питера совсем не выглядела лучше. Скорее… Сара косилась на неё, как на предателя. Могла ли она думать, что Ли и Питер?.. Нет, глупости. Глупости же?.. Заодно. Как Бонни и Клайд. Это заставило Браун рассмеяться. Совсем не к месту, нервно и немного жалко. Почти как сама Сара. Вполне возможно представить, как Питер вьёт свои сети. Обмотал вокруг шеи, рук и ног и вёл, согласно своему сценарию, передёргивая на разные сцены. Так искусно, мастерски, что глупенькая Ли и не замечала, что нити срослись с конечностями, а нарисованная улыбка стала настоящей. Если всё так, она поаплодирует стоя. За секунду до выстрела, который всё закончит. Но мы с тобою будем вместе, Как Сид и Нэнси, как Сид и Нэнси… — Знаешь, наверное, я должна сказать тебе спасибо, — разрушив тишину, прошептала Браун. Но с каждым словом голос становился всё сильнее. — Да, ты совершила ошибку, но пыталась её исправить. Спасти меня, едва знакомого тебе человека, от собственного брата-убийцы. Ты пыталась, а я тебя из раза в раз не слушала. И, пусть с твоей версией и не могу согласиться, я всё же благодарна. Спасибо. Если представить, что все твои слова правдивы, ты пыталась вытащить меня из петли, которую я добровольно затянула. — Не ты, а он! На лице Кинг было бессилие. Она устала, так чертовски устала, что руки мёртвым грузом остались на столе. — Если бы… — уклончивый ответ выбил из девушки удивлённый вздох. — Но, знаешь… Подыграй мне. Представь, что дело гораздо сложнее, а оно сложнее. Пистолет, отпечатки, улики, камера, допросы… Голова идёт кругом, да? Складывалось ощущение, будто за Браун говорил другой человек. Возможно та, новая, смелая и решительная, пробивная, как огромная фура. Звучала заправским детективом из популярных сериалов, заговаривая зубы. — Ведь ты же видишь. Уильямс играет только за себя. Никогда не задавалась вопросом, почему именно это расследование — дело его жизни? Я не хочу предполагать худшее, но здесь есть что-то ещё. Может, погибла его знакомая, может, на него сильно давят, а может, всё куда кошмарнее. Саре не понравилась эта мысль. Она быстро замотала готовой, пытаясь откреститься от этих слов, выкинуть из головы. — Что ты такое говоришь? Мой брат шестерых убил! Конечно, это дело… сложное и важное… — и всё же замялась. — Я попробую поиграть за другую лигу. Раз уж мы знаем разных Питеров, — Ли поймала взгляд Сары, держась твёрдо и упёрто. Ни на секунды не отпуская взор, продолжила, — и мне нужно знать всё и видеть всё. Поэтому, пожалуйста, скажи мне, где эта чёртова сторожка. Кинг сглотнула ком и отвернулась. Это немного остудило пыл. Ли снова, вновь и вновь, устраивала те самые качели, способные разбередить любые раны. Мягкость — жёсткость — нежность — власть. Катала на них и Сару, и себя. Опять проходилась подошвой по раздавленным чувствам истощённой девушки. Сестры человека, которого она, чёрт возьми… Неважно. Важны ответы. Сара втянула воздух с мокрым звуком. Протёрла нос. — Дай телефон. Я покажу тебе на карте.

***

Уже было сильно за полночь, когда Ли села в машину, хлопнув дверью. Посмотрела в зеркало заднего вида, взъерошила волосы и тяжело выдохнула. Трудно было узнать человека в отражении. Там была какая-то сумасшедшая, очередной раз вставшая на скользкую дорожку ради сомнительных идей, ожидания чего-то грандиозного на следующем этапе. — О, Боже… Девушка съехала на кресле ниже, уперев колени в руль. Дурная, совсем дурная. Весь этот марш-бросок сегодня стоил слишком многого для и без того пошатнувшегося состояния. Без плана, без поддержки, как солдат без каски кинулась в бой. И что об этом скажут Люси с ТК? Надо было обязательно сообщиться им, но Лилиан понятия не имела, как объяснить свой сегодняшний порыв, не получив за это оплеуху. Вполне заслуженную, надо сказать. Что об этом скажет… Питер? Ничего, потому что ему не следовало знать. Лилиан пришлось подавить жгучее желание прямо сейчас направиться по координатам, данным Сарой. Чуть дальше дома, на небольшой поляне, окружённой самыми раскидистыми деревьями, давно заброшенная сторожка, хранящая чужую смерть. Кто знает, может, и там есть привидения? Как сильно сожалела Энн перед смертью? Прикрыв лицо, Ли снова глубоко вздохнула. Не стоило сейчас об этом думать. В голове лишь свистел ветер, перенося обрывки связных мыслей. Она слишком устала за сегодня. Выведенный из беззвучного режима телефон зазвонил снова. Не глядя приняла звонок. Только один человек мог звонить в такое время. — Да, Питер? На том конце послышался вздох облегчения. И тем не менее, голос был строг. — Дорогая, ты обещала больше так не делать. Совесть кольнула в самое уязвимое место. — Да-да, я знаю, я… Прости, совсем устала. Несколько секунд звучали лишь песни насекомых за пределами фургона. — Стоит выйти из дома, как ты пропадаешь. Убегаешь от меня? Это должно было звучать как шутка, наверняка и было ею, но Браун, напряжённая до самого нутра, почти дёрнулась. Теперь казалось, словно за напускной шутливостью звучит огорчение. Это как кнут и пряник — вызывало диссонанс, который она скорее всего надумала себе сама. — Но всегда возвращаюсь, — попыталась посмеяться в ответ. Вышло жалко. — Я скоро буду, Пит. — Где ты? Архив давно закрыт. Ей показалось, что всё тело в мгновение вспотело. Не стоило отвечать… Нет, нет, стоило. Разговор с глазу на глаз не выдержала бы точно. — Просто гуляла. Не беспокойся, парк хорошо освещён. — Что-то случилось, верно? — он, как всегда, видел её насквозь. Оно и понятно, лгать ему Ли не могла совершенно. Это было совсем не то же, что с другими. Врать им в лицо никогда не было так стыдно, как человеку, разделившему с тобой жизнь до и после. Буквально. Человеку, разделившему с тобой не только постель, но и нечто более сокровенное. — Отец опять звонил? — с ноткой злости спросил Кинг. Кажется, Лилиан слишком долго молчала, чтобы он позволил себе выводы. — Отец, что?.. Ах да, отец… Как ни поменяй жизнь, а некоторые вещи так и останутся неизменными. Звонки, бесконечные звонки с новых номеров и старых. Для человека, неспособного выбросить мусор, завидное упорство. Смешно в ярких красках последних дней видеть это серое пятно. — А… нет, я даже и забыла об этом. Питер хмыкнул в трубку. Наверняка решал, сколько вранья на этот раз. — Переживаешь? Браун сглотнула. Опять в самую точку, вот только изворачиваться уже нет сил. — Конечно. Просто хотела проветрить голову. — Милая, я понимаю. Я тоже на взводе. Но лучше переживай в безопасном доме, пожалуйста. Этот голос, специально звучащий так, чтоб зацепить слух, тихий, с хрипотцой завладел её вниманием. Произнеси он что-то несуразное, и то бы не заметила, заслушавшись. — Ты слышишь меня? — Да, слышу, — Питер не мог видеть улыбку, но наверняка почувствовал. Как и всегда, он не мог не угадать. — Пожалуйста, возвращайся домой, — он берёт паузу, раздумывая над чем-то. Это молчание было неловким и как будто печальным. — Если… если тебе нужно пространство, я оставлю тебя на время… Конечно, это было бы тяжело, не только для него. Ли, раздавленная последними месяцами, не видела ни возможности, ни смысла без него. Теперь нет. — Не говори глупости. Я просто… — У меня ощущение, будто ты утекаешь из рук, стоит выйти за порог, — меланхолично усмехнулся Кинг. Слова, как крепко сжимающая рука, прижали её к сиденью. Единственные простые манипуляции, которые она позволяла с собой. По крайней мере, единственные, которые видела. Возможно, были и куда сложнее, которые её плывущее сознание попросту не видело, но то, что попадалось на глаза, ей нравилось. По-больному нравилось. — Моя вина. Я правда веду себя не совсем нормально, знаю. — Нормально? Это как? — Не ёрничай. Их смех перемешался. В один момент находиться на пустой слабо освещённой улице стало крайне неуютно. — Я скоро буду, правда. — Верю, — в голосе послышалась улыбка. — Тебе сделать чай? — Лучше кофе. — Ну надо же, наша леди-писательница намерена работать всю ночь? — И вам вместе с ней, мистер Ворчун. Ли надо было отвлечься, необходимо нырнуть в тот ворох идей и слов, который они создавали вместе. Пусть записывая на бумаге, да так, что рука болела; чтобы записи на диктофон помогали откинуть подальше тяжесть последних дней. Повернув ключ зажигания, она положила руки на руль, нажала на газ и уехала из этого мрачного места навстречу Питеру.