На до и после...

От лица Т/И… Я не смогла остаться с ним в ту ночь, как бы сильно мне этого не хотелось. Я ускользнула тихо, будто что-то украв, еще раз взглянув на спящего Джереми, чтобы запомнить, как он равномерно дышал в полумраке комнаты той гостиницы, а его крепкая рука мирно покоилась на груди. Было довольно темно, я не могла разглядеть четко, но я уверена, что он легко улыбался, сквозь свой спокойный сон. Мне хочется так думать. Что видела я именно это. По крайней мере, я все так и запомнила. А потом на меня навалилась работа. Чему я была несказанно рада, это помогало мне отвлечься от человека, который так крепко засел в моей голове и в моем сердце. И как я ни старалась, сосредоточиться было довольно трудно. Поджимали дедлайны, и мне пришлось собраться с силами, чтобы сдать в срок все статьи. Долгими ночами я часто возвращалась в ту небольшую гостиницу, то было выше моих сил, как бы высокопарно это ни звучало – та ночь разделила мою жизнь на две части – до и после. И если у меня кое-как получалось жить «до», то как это делать «после» я не имела совершенно никакого представления. Умом я понимала, что мы из разных миров и быть вместе, скорее всего, у нас не получится, но, боже, как все это истолковать своему сердцу?! Закончив с работой, я улетела в Нью-Йорк. Проведя несколько дней в Большом Яблоке, встретившись с друзьями – я поняла, что мне полегчало. Возможно, расстояние между нами тоже сыграло свою роль, потому что осознание того, что в Лос-Анджелесе мы дышим одним и тем же воздухом просто сводило меня с ума. Через несколько дней, казалось, все вошло в свое русло. Редактор подкинул мне пару интересных тем для работы, я снова начала ходить на пилатес и даже подумывала завести собаку (правда, все еще колебалась), как вдруг я увидела его сообщение в Инстаграм. И все началось заново – учащенное сердцебиение, легкое головокружение и дрожь где-то там, внизу живота. «Привет, Т/И! Нехорошо вот так исчезать. Сломал голову, думая над тем, как буду тебя разыскивать, но, хвала соцсетям и тому, что ты есть в инстаграм». Я прочитала это сообщение раз десять, не меньше, где-то в глубине души переживая, что это какой-то глюк или бот. Я обновила страницу несколько раз, вышла и заново вошла в свою учетную запись – ничего не менялось. Прочитав эти строки в последний раз я, немного подумав, казалось, выдала самый адекватный ответ: «Наверное, нам стоит поговорить», а следом отослала свой номер телефона. От лица автора… Джереми Реннер позвонил почти сразу же. Ты не знала, но с тех пор как он отправил то самое сообщение – он дневал и ночевал в плену этой злосчастной соцсети, то и дело обновляя сообщения. Он не стал тратить времени на пустые телефонные разговоры и уже через пару дней прилетел в Нью-Йорк, первым удобным рейсом. Твое сердце затрепетало, когда ты увидела его в аэропорту с небольшой багажной сумкой на колесах. Джереми почти сразу же заметил тебя и ускорил шаг. Утонув в его крепких объятиях – ты долго не могла прийти в себя, прижимаясь к нему все крепче и крепче, с каждым новым вздохом, боясь отпустить мужчину, будто бы освободившись из твоих объятий, он растворится в воздухе. Вас отвлекают вспышки фотокамер – папарацци не дремлют, впрочем, как и некоторые поклонники. Выругавшись, Джереми берет свою сумку, хватает тебя за руку и резко направляется к выходу из аэропорта, а ты ликуешь внутри от того, что сообразила попросить таксиста подождать вас – потому что сбежать отсюда поскорее – самая важная для вас задача. - Ты не против, если я остановлюсь у тебя? – спрашивает Джереми уже в такси, в то время, как ты утопаешь в его объятиях. - Не задавай глупых вопросов, - шепчешь мужчине, а затем легонько целуешь его в губы. Расплатившись с таксистом, Джереми следует за тобой. В твои скромные апартаменты. - Эта небольшая студия досталась мне от предыдущего копирайтера, - произносишь ты, наблюдая за Джереми, который с неподдельным любопытством рассматривает твое жилье. - Не сочти меня безумцем из-за того, что я сейчас скажу, - вдруг прерывает он тебя. – Когда ты ушла, после той нашей ночи, мне показалось, что я сойду с ума, если не переживу подобного снова, с тобой. Ты молчишь, потому что от услышанного к горлу подкатил ком. Ноги слегка подкашиваются. Джереми продолжает: - Я не хочу врать. Ты не первая, кто там был, у меня было много женщин – ты должна это знать. Но ты единственная, о потере которой я буду сожалеть до конца жизни. Поэтому я должен был приложить все усилия, чтобы найти тебя, и я это сделал. - Джереми, - ты приближаешься к нему на непослушных ногах, - ты даже представить себе не можешь, как я счастлива от того, что ты здесь. Ты обнимаешь его. Так крепко, что он слегка постанывает, а потом вы вместе хихикаете. Мужчина целует тебя, оторвавшись ненадолго, потому что вам обоим не хватает воздуха. - Раздевайся, - шепчет он с легкой хрипотцой в голосе, - я хочу тебя видеть. И тебе ничего не остается – только подчиниться.