Мама, я влюбился в панка

— Серьезно? Сейчас?! Нет! Пожалуйста… Ну почему вы решили приехать именно сейчас? Мне ведь негде вас поселить… Отцу не понравится в гостевой комнате общежития, вы же помните, что было в прошлый раз, мама… — Саша замолчал, и посильнее прижал телефон к уху, пытаясь расслышать ответ. Связь была достаточно плохой. — Мама, ну какой отель… Да послушайте меня! Нет… — Он снова молча выслушал поток возмущений. Мама Саши была довольно понимающим человеком, и практически всегда становилась на сторону сына, в любых семейных ссорах. Однако она все еще была твердой и непреклонной в любом своем решении, особенно если это решение убедил принять ее Сашин отец. Вот и сейчас его стараниями они должны были приехать в город на несколько дней. — Сашенька… — Женщина звучала одновременно как уставшей, так и раздраженной. — Твой папа согласился, чтобы ты доучился в своем университете только на одном условии. Если он приедет и посмотрит, как у тебя тут дела. Пойми, было бы хуже, если бы он приехал сам и без предупреждения, поэтому я еду с ним, и предупреждаю тебя заранее. Саша только молчал и снова принялся грызть свою и без того покалеченную, всю в ссадинах, руку. — Саша? Ну что ты молчишь? Почему ты не хочешь, чтобы мы ехали? Что-то случилось? — Ничего не случилось. — Что тогда? Если у тебя все в порядке, чего ты переживаешь, сынок? Я была бы рада с тобой увидеться… — Я знаю, мама, я тоже был бы рад вас увидеть. Но не отца. — Саша, ты мне сердце разбиваешь. Я знаю, что вы не ладите, но зачем же ты так говоришь? — Простите. — Мы приедем завтра. Как я и сказала. — Мама!.. Саша услышал в ухе только звук окончания звонка. Он с некоторой злостью посмотрел на свой телефон, и силой сжал его в руке. Пытаясь успокоится, он сделал пару глубоких вдохов. К нему на балкон постучался Миша. — Закончил говорить, Сань? Даже не поворачиваясь в его сторону, Саша только кивнул. — Ну, и как? Нервно постукивая пальцами по перилам балкона, парень все еще молчал, и смотрел куда-то вдаль. Миша подошел поближе и накинул ему на плечи куртку, после чего осторожно потрепал за плечо. — Сань? — Они завтра приедут. Я даже не смог отговорку придумать. Я не хочу его видеть, Миш, ты понимаешь? Даже рядом стоять не хочу… Миша не знал, что сказать, потому просто обнял парня за талию и притянул к себе, обнимая. — Я правда не хочу… Придется с ним разговаривать… — Продолжал Саша. — Ну… Он ведь твой отец? Думаю, всё-таки придется. — И что с того, что он мой отец? Я тебе ни разу не рассказывал, как он ко мне относился в детстве? — Рассказывал. — И ты хочешь, чтобы я с ним хорошо общался? Миша, мне любой прохожий на улице роднее будет, чем он. Я его боюсь уже просто… Давай придумаем причину, чтобы мне не пришлось встречаться с ним завтра, пожалуйста. — Сань, ну… Я не знаю… Может скажешь, что у вас в группе какая-нибудь экскурсия, или поездка, и тебя нет в городе? — Тогда он останется в городе дольше, вот и все… — Ну с чего ты это взял? — Потому что я знаю, о чем говорю, Миша. Если он что-то задумал, он всегда доводит дело до конца. — А чего ты боишься-то? Просто не будем видиться, пока он в городе, чтобы он чего не подумал. — Если бы проблема была только в этом… — А в чем еще? — Ярик, я же сказал! Я сказал, и не раз до этого говорил, я просто не хочу с ним общаться. Я не хочу его видеть. Он каждый раз так давит на меня… И этот его взгляд, я просто не могу больше его выдерживать… — Я понимаю, но раз уж ты говоришь, что будет так, как он задумал, просто подыграй, и покажи, что у тебя тут все отлично, ты учишься и думаешь только о том, как бы выпуститься с красным дипломом. Ты сможешь это сделать? Саша взвыл и опустил голову на плечо парню. — Наверное. Я не знаю. Видимо, придется. — Это будет всяко лучше, чем прятаться от него, поверь мне. — Угу… — Ну чего «угу»? Не унывай! Если будешь уверенно вешать лапшу, может он решит уехать пораньше! Ты сказал, что они приедут завтра, да? Пойдем, у тебя в комнате свинарник, надо убрать хоть немного. Давай, Сань, я понимаю что всё болит, но надо. Миша бережно повел парня внутрь комнаты. Вместе они сумели привести комнату в более менее опрятный вид. — А что скажешь по поводу синяков? Подрался? Как отец отреагирует? — Спросил Миша, протирая с книжной полки толстый слой пыли. От того что ею наполнился воздух вокруг, Миша громко чихнул. — Будь здоров. Да я сам не знаю, что говорить… Черт его разберешь, как и на что он отреагирует. — Всё-таки, стоит подумать заранее. — Ну тут ты прав, конечно… — Саша поднял футболку и в небольшом зеркале, что стояло на подоконнике, начал рассматривать свой живот. Гематомы были совершенно разных оттенков, от желтого до фиолетового, и украшали его кожу везде, куда падал взгляд. — Они и не болят то, чего все так ужасно выглядит… — Пробурчал Саша, тыкая пальцем в синяки. — Конечно под обезболом у тебя ничего не болит, ты, гений мысли… Не помнишь уже, как стоять не мог вчера вечером? — Ну, блин… Все-равно, как-то страшно выглядит… — Подожди, я совсем забыл, я же еще тебе взял Бадягу, дай намажу. Смотреть на тебя больно. Только Миша собрался намазать парню синяки по всему телу, дверь в комнату открылась, и на пороге остановился Толя, с немым вопросом. Он все еще молчал, и только переводил удивленный взгляд с Миши на Сашу, пытаясь понять, что вообще происходит. Когда он все же закрыл дверь и сел на стул перед парнями, Саша поспешно опустил футболку, а Миша убрал руки за спину. — Я не понял, мне чё, уже домой съездить нельзя? Меня ж всего два дня не было, че за хуйня, вы подрались тут что-ли? — Да ты ебнулся! Чтобы я, Мишеньку… — Саня блять, я сам тебе щас въебу… — Пригрозил Толя кулаком. — Ладно, ладно. Не дрались мы, это Даня, притащил двух лбов с собой, завели меня за универ, чтобы я «извинился» за то, что сделал Миша. — Бля, че ж ему на месте-то не сидиться… Долбоеб. В следующий раз если его увижу… — Плохая идея, Толь. Тут вон уже один защитник еле себя сдерживает. — Саша кивнул головой в Мишину сторону. — Мы только больше хуйни наворотим, если продолжим мутузить друг друга, не думаешь? — Ну, блять, если он сам въебать не может, то и сидел бы на жопе ровно, так нет, позвал себе ещё кого-то в помощь. У этого придурка вообще нет понятий. Трое на одного, это по-вашему честно? — Я тоже считаю, что не стоит лезть. — Подал голос Миша. — Итак уже вся группа знает, Толь, ты хочешь чтобы весь универ знал? — Да бля… — Толя махнул рукой. Он достал из рюкзака вещи и начал раскладывать их по полкам. — Пиздец. Ну пиздец же, нахуй… — Он еще какое-то время вслух возмущался, бродя по комнате. Потом он подошел к Саше, и сам задрал его футболку, рассматривая ссадины. — Пиздец, блять! — Заключил Толя. Он отпустил парня и вернулся к своим делам. — Ладно. Если не хотите, ничего не буду делать. Но я за себя не ручаюсь. А чего в комнате так чисто, умер кто-то? Поминки? -Нет, пока-что все живые, я вот завтра сдохну возможно. — Отозвался Саша. — А? Чего? — Родители приезжают на пару дней. — А. И что? — Ну что-что, Толь, ты каждый раз как в первый спрашиваешь… — А, ну да. Так мне съебать, или норм? — Да нормально, просто выкинь бутылки свои, пожалуйста. И нам надо очень хорошо проветрить комнату… Толя кивнул и взялся собирать бутылки из-под пива и водки, расставленные по всем углам комнаты. Несколько даже завалялось на его кровати. Когда ребята окончательно завершили уборку, на улице уже было темно. Саша провел своего парня до дома, и не торопясь двинулся в сторону общежития. Снова он хотел, чтобы время остановилось, и пытался максимально оттянуть наступление следующего дня. Просидев за ноутбуком, без особого интереса втупившись в какой-то фильм, до двух ночи, Саша все-же решил лечь спать. Однако даже будучи уставшим, ему все никак не удавалось заснуть. Действие таблеток уже прошло, и все ушибы на его теле заболели с новой силой. Парень попытался в темноте нащупать блистер с обезболивающим, однако быстро сдался, обессиленно откинув руку в сторону. Тупая, ноющая боль отдавала в голову. Даже не смотря на это, у него не было никакого желания или сил, чтобы встать и поискать таблетки. Несколько часов подряд он рассматривал причудливые узоры на стенке, около которой стояла кровать, пытаясь отогнать разного рода навязчивые мысли, что лезли ему в голову. Ему все еще казалось, что можно отсрочить наступление завтра, пусть он и понимал, что «завтра» итак уже наступило. Саша взглянул на время — 4 утра. «Бля. А будильник-то на 6.» — пронеслось у него в голове. Понимая, что толку засыпать уже нет, он поднялся с кровати, и все же принялся искать обезболивающее. — Останемся в гостевой. Меня все устраивает. — Сказал Сашин отец резко, и в какой-то степени даже грубо. Уже час как его родители приехали в город, и Саша сначала показал им общежитие, а потом и свою комнату. Мать все пыталась поговорить с отцом, однако тот только отмахивался и придирчиво осматривал каждый сантиметр помещения, будто пытаясь найти что-то неправильное, запрещенное. Параллельно он засыпал сына тонной вопросов о его успеваемости, о том, что он делает на досуге, как питается, когда ложится спать. Всем своим естеством Саша понимал, что отцу нет дела до всего этого, ведь за каждым вопросом стояла одна и та же самая цель: подловить его, заставить проколоться в словах, найти повод вынести приговор. Возможно кто-то бы подумал: да нет же, ведь все это — искренний интерес, верно? Толе, молча сидевшему все это время за своими конспектами, тоже так казалось. Он то и дело бросал на Сашу взгляды, будто говоря: «Ну, и чего ты боялся? Все же нормально.» Парень же изо всех сил старался игнорировать их, так как слепое неведение друга его попросту угнетало ещё больше. Он сдержанно и с кроткой улыбкой на лице отвечал на все вопросы, тщательно подбирая каждое слово. — Где же это твой друг, который к нам приезжал? Разве он не живет в общежитии? Саша занервничал, но не дал этому прорваться наружу. — Его нет в городе. Поехал к родителям. — Странно, он говорил, что живёт в соседнем доме. Мы бы вероятно пересеклись на улице, будь он там. — Так ведь он только этой ночью уехал, вы бы не встретились. — Ясно. Черт пойми что творится у тебя в комнате. — мужчина провел рукой по полке, стряхивая пыль, и ткнул носком обуви в бутылку, выкатившуюся из-под шкафа. Как бы ребята не старались вчера вычистить всю комнату, они не были застрахованы от своей забывчивости и невнимательности. — А, да эт моё. Забыл вынести. — Подал голос Толя. Он попытался таким образом выручить друга. Встав, чтобы забрать бутылку, он по привычке хотел было посмотреть на окружающих сверху вниз, чтобы самоутвердиться и припугнуть. Однако, он только покорно опустил голову, встретившись взглядом с отцом Саши. Мало того, что мужчина был выше, но и взгляд его заставил бы любого отвести глаза. Ему не было важно, кто попадет под его осуждение: исключением не стал и Толя. Он неловко прокашлялся и вышел за дверь, оставив друга наедине с родителями. — Кошмар. — Продолжил мужчина. — Ты мне врешь, да? Учится он. Откуда бутылки? Я не поверю, что твой сосед пьет один. Саша растерялся в очередной раз. Ведь Толя действительно пил один, в последние несколько недель у Саши не возникало и мысли о выпивке, видимо, Миша и его ЗОЖ оказали свое влияние. Только вот отец не поверит. Убеждать его в неправоте было заведомо безрезультатно. И что же сказать?.. — Молчишь. Значит я прав. Эх, ты… Снова этот взгляд. Полный разочарования. Что это, добавилось презрение, или Саше только показалось? — Я не пил. Это его выпивка, правда. — Выдавил из себя парень. — Как же. Можешь не оправдываться. Довольно, я увидел все, что хотел. Пошли, нужно позавтракать, и обсудить ещё раз твою учебу в этом университете. Саша послушно вышел за родителями из комнаты, и закрыл дверь на ключ.