Рыжик и блондинка

      Но не могут ведь пережитые трудности вместе и достигнутые общими усилиями успехи пропасть бесследно. Вечера, проведённые вместе, фильмы, просмотренные под одним пледом — всё это никак нельзя оставлять в прошлом.       Стеснение стеснением, но для их собственного счастья необходимо сломать оковы, ограничивающие их чувства.       И честно сказать, данная проблема очень распространена. Именно в подростковом возрасте чаще всего люди влюбляются. Но, к сожалению, у многих не хватает смелости не то что бы на признание, а даже на то, чтобы просто-напросто поговорить с тем самым человеком.       Многие хотят стать любимыми и делают для этого всё: меняют имидж, меняют манеру речи, меняют привычки. Но лишь малая часть из всей массы знает о том, что для этой цели не нужно менять абсолютно ничего, нужно оставаться собой и только тогда будет возможным познать настоящую любовь. Однако же, вернёмся к нашим героям.       Даже после значительного интервала между последней и сегодняшней тренировками, Хината показывает удивительные результаты. Только вот, он играет без того задора и без того стремления стать лучше. Парень играет, чтобы забыться. Забыться? Что же он хочет забыть? Неужели те самые моменты, которые были для него значимыми? Или же они таковыми не являлись?..       А может он хочет приглушить волнение? Если здраво рассуждать, то можно вынести небольшой такой вывод. Его суть такова, что лишь малая часть парней способна раскрыть свои чувства, правильно поняв их. И в эту малую часть Хината явно не входит. Парень боится сделать что-то не так, ведь даже сейчас он играет не как обычно. Нет в его игре такого энтузиазма как обычно, Шоё будто отвык от игры. Ну, это понять легко, ибо перелом не давал пареньку играть или вообще быть настолько активным, как обычно.              Но физическая сила чаще всего не решает абсолютно все проблемы. В спорте даже если противник сильнее, есть шанс выиграть, применяя логику. А вот сейчас Хината совсем не старается, огонька в его карих глазах не видно…       Эту странность в поведении Шоё подметила для себя Ячи. Для девушки это было весьма странно. Она поморщила свой небольшой лоб, покрытый светлыми и мягкими волосами, пытаясь поразмышлять об этой ситуации. Киёко обратила внимание на необычную для Хитоки манеру поведения. Старшекурсница решила подсесть поближе к нервной и озабоченной своими проблемами девушке. — С тобой всё хорошо? Ничего не болит? — словно встревоженная старшая сестра, проговорила Шимизу. — Болит? Болит… Не знаю, сердце болит или голова… — непривычно для себя высказалась, еле шевеля губами, блондинка.       Брюнетка обняла замученную собственными мыслями Хитоку, поглаживая её плечи и проговаривая: «Всё будет хорошо. Вот увидишь».       «Всё будет хорошо» — самая лживая фраза, которая даже не вселяет и грамма надежды. Ну честно, когда после этой фразы всё было хорошо? Если же кому-то этот совет помог, что очень даже маловероятно, то значит не всё потеряно? Надежда есть или нет — разницы абсолютно нет. Пустые надежды для слабаков, которым лишь бы успокоить себя. Хотя нельзя сказать наверняка…       И опять-таки, нет вывода! Это ведь мир так устроен, даже точные науки не совсем точны…       Однако сейчас, вся эта чепуха или философия ни к чему.       Видя свою подругу в таком нервном состоянии, Шимизу не знает, что нужно делать. И почему никто не учит школьников как поддерживать других? Формулы, нужные только для школы, видимо, важнее жизненно необходимых навыков…       Киёко решила больше не спрашивать ничего у Ячи, ведь ей казалось будто девушку нужно оставить наедине со своими мыслями. Как вдруг блондинка слегка повернула свою голову. — Он не такой как раньше. Он ведь не перестал меня любить? — поднимая свои карие и бездонные глаза, полушепотом сказала Хитока, — И любил ли он вообще? — Кто он? — ну тут уже Шимизу точно не понимала о ком идёт речь. — Хината…       Киеко была ошеломлена. «Любит? Я, конечно, замечала как они шли вместе домой, ждали друг друга, да и вообще часто были вдвоём. Так вот в чём дело», — её вдруг осенило. — Шимизу-сенпай! С Вами всё хорошо? Мы с Танакой-саном беспокоимся о Вас! — Нишиноя интересовался состоянием своей собственной богини, которую восхвалял вместе с Танакой. — Со мной всё хорошо, спасибо, — взглядом она указала на поле, тем самым как бы прогоняя Юу.       Парень недоверчиво поглядел на девушек и вернулся на площадку. И там либеро немного поговорил с Танакой, а их лица стали слегка серьезнее обычного.       Менеджеры волейбольного клуба так и не поговорили между собой. Они просто продолжали сидеть молча, думая о своём. Но вот и настало время идти домой. Брюнетка, попрощавшись со всеми, решила уйти быстрее остальных. Ей, конечно, хотелось как-нибудь помочь Ячи, но у неё всегда какие-то дела. Странно, не так ли? И никто ведь не знает, что она делает, когда уходит на «важные» дела.       Хитока тоже думала пойти за ней следом, но что-то не давало ей сделать этого. Что-то мешало ей встать с скамьи и хотя бы медленным шагом покинуть помещение. Будто она всё ещё ждала чуда, но какого?       Девушка смотрела на волейболистов, которые собирали мячи и наводили порядок в зале. Но к удивлению, там не было Хинаты. Куда же он ушёл? Неужели он даже не попрощался с ней? Черты её лица поникли от грусти. Душа разрывалась от ужасного и отвратительного чувства. С уголка её глаза потекла слеза, за ней последовала и вторая, а затем и третья. Хитока прикусила нижнюю губу, пытаясь заглушить непонятное для неё чувство, вызывавшее сильную боль.       Ячи заметила слегка напуганные взгляды мальчишек. От этого ей стало не по себе, и переборов свою лень, Хитока всё же встала со скамьи, направившись прямиком к выходу, где уже никто её не ждал. А ведь слёзы всё лились и лились. Покачиваясь с боку на бок, девушка шла к школьным воротам. Ячи смотрела вниз на свои ноги, поднять свой взгляд она никак не могла.       В то же время, Шоё уже шёл по пути к своему дому. Парень чувствовал тяжесть на своей душе и плечах. Ощущение недосказанности мучило его.       «Я же не могу вот так уйти и ничего не сказать? Это ведь глупо и по-детски делать вид, будто ничего не было!» — вдруг эта мысль пронеслась в голове Хинаты. Он решил вернуться и поговорить с Хитокой. Сказать ей о своих чувствах. Быстро развернувшись, паренёк побежал обратно в школу. Но тут он заметил свою медленно идущую пассию.       Её имя вдруг произнеслось на всю улицу, и не единожды, а с каждым разом всё громче и громче. Хитока не хотела даже знать, кто зовёт её, да и мало ли Хиток есть. Но кто-то тронул плечо девушки, что даже не испугало её, и вот это было максимально неожиданная реакция с её стороны. — Ячи! Постой, нам нужно поговорить! — запыхаясь, выговорил Шоё. — Ты?.. — она абсолютно точно не ожидала увидеть его здесь и сейчас. — Почему ты плачешь? — дрожь пробежала по его телу от одного лишь вида её слёз.       Она не ответила. Ей не хотелось отвечать ему. Ячи лишь вытерла рукавом свои слёзы. — Прости меня! Прости! Не плачь. И не думай, что я тебя обманывал. Это не так. — Но за что ты… — Хитока не успела пробормотать свою мысль. — Да, я люблю тебя! Я полюбил тебя с того самого дня как ты пришла. Ты выглядела растерянной и испуганной. Это было чертовски мило и мне хотелось тебя обнять покрепче и никогда не отпускать. Я полюбил твою неуклюжесть, твою невинность. Я всегда любовался тобой! Каждую тренировку я ждал твоего прихода. Твои прекрасные черты лица, будто творение известного и прославленного художника. Мне больно видеть твои слёзы, я не могу смотреть на грустную тебя! Может, я и глупый, но в своих чувствах я уверен полностью. Я готов каждый день повторять свои слова! Я люблю тебя, Хитока, — а лёгкие-то у него мощные, раз всё это было проговорено им на одном дыхании.       Эти слова Хинаты застали врасплох растерянную девушку. Она широко раскрыла свои глаза и взглянула прямо в его очи, заметив, что и его глаза были на мокром месте от искреннего и душевного признания. Парень ждал её ответных действий и глядел прямо на неё.       А Ячи не знала как ответить. Она была встревожена и ей больше ничего не взбрело в голову, кроме того, как просто подойти и обнять Шоё. Её нежные и худенькие руки обвили его спину, даря душевное тепло парнишке. А он крепко-крепко обнял её правой рукой, а левой поглаживал светлые волосы Хитоки Ячи. — Я тоже люблю тебя, Хината…       Эти слова согрели его переживающее сердце. Будто бы сладкий-пресладкий мёд. Объятия утешали чувство страха и неопределенности. Они поспособствовали зарождению новых, пока что не изведанных для ребят чувств. — Кхм-кхм! Голубки, я, конечно, понимаю, что у вас любовь и тому подобное, но может не надо это делать перед всеми? — любит же Цукишима всё портить. — Эй, Цукишима, хватит! — Ямагучи как обычно пытался сгладить ситуацию, но безуспешно.       Пойманные Хитока и Хината вмиг стали краснющими, и даже не найдётся такого оттенка красного, чтоб описать насколько им было неловко. Действительно, выяснять отношения на улице неподалёку от школы немного опрометчиво. Ну и пусть. Пусть. Шоё и Ячи сейчас плевать хотелось на всех.       Они предназначены друг для друга. Ведь даже их имена слишком уж похожи: Хитока и Хината — всего-то парочка букв отличаются. — Цукишима, будь добр хоть разок не издеваться над другими, — рыженького паренька уже достали эти упрёки, замечания и неуместные комментарии от Кея.       И парень в очках ухмыльнулся и отвёл свой взгляд, а после он потопал в противоположную сторону.       А вот «голубки», как выразился Кей, неловко встретились взглядами, а оторвать свой взор было трудно. Всё самое прекрасное проносилось в головушке Хитоки, её сердечко успокоилось. — Пожалуйста, прости! — быстро приговорил Шоё. Как вдруг его смущенное лицо приблизилось к ней. А затем и небольшие губы парнишки неумело потянулись к пухленьким губам, блестящим от солёных слёз, которые всего пару минут назад перестали течь из очаровательных глаз Ячи.       А она не успела среагировать и хоть как-то ответить. Но кто говорил, что ей это не нравилось? Верно, никто. Хитока лишь поднесла свою нежную руку к алой щеке волейболиста. Испугавшись этого вроде бы и милого жеста, он прервал ласковый и нежный, свой первый поцелуй.       Ему стало немного даже стыдно… Однако в глазах подруги Хината не увидел презрения или ненависти, что очень радовало паренька. — А за что ты извинялся? — уставившись в пол, сказала она. — Тебе не было противно? — Н-нет, — такой вопрос услышать после признания было максимально странно…       Хината Шоё улыбнулся и глаза засияли так сильно, как в жизни не блестели даже на матче, когда игра выходила сумасшедше удачной и увлекательной. Теперь уж волейбол уйдёт на второе место. А первое навсегда займёт Ячи Хитока. — Скажи, Хината, кто мы теперь друг для друга? — нарушив тишину, поинтересовалась она. — Мы? Ну, — нервный смешок проскользнул из его уст, — друзья? Самые лучшие друзья!       Вся лёгкая и прекрасная идиллия была разбита вдребезги. Какие друзья? Лучшие? Что за бред? И как Хината мог ответить таким образом? Нельзя же быть столь недалёким и теперь, как бы не хотелось Ячи, настроение у девушки упало ниже плинтуса. Блондинка взглянула на своего «лучшего друга» и разочарованно отошла подальше. — Прощай, лучший друг, я иду домой, — она сделала акцент именно на обращение.       И Ячи ушла, а он остался стоять там, при этом махая своей рукой.       И по пути домой девушка вспомнила про свою маму. Ей хотелось узнать, что же Мадока делала у директора...