Это точно не к добру

Бруно медленно чертил круг с помощью песка, пока Лина сидела, скрестив ноги, и внимательно наблюдала за дядей. Несмотря на то, что многие раньше считали его дар плохим, приходить никто не переставал. Даже Лина пару раз смотрела будущее. Ее неприятно передернуло. В ее будущем всегда был огонь. Он не был опасным, не рушил города или сжигал леса. Он просто был в том или ином виде, часто закрывая картинку, где находился ответ на основные вопросы девушки. Бруно всегда невнятно пытался объяснить, что это может значить, но Лина решила, что знать точное будущее ей и не обязательно. Комната, в которой они сейчас находились, была просто огромная. А с улицы так и не скажешь, что дом обладает таким пространством внутри. Здесь не было мебели, только ковёр, на котором и сидела Лина, и пару светильников на стенах. Все остальные предметы были учтиво убраны, потому что после использования дара Бруно, от них остались бы только цепки и осколки. Пророк закончил выводить круг, и буквально плюхнулся напротив племянницы. Он слегка размял руки, не забывая в конце потрясти ими в воздухе, чтобы скинуть всю негативную энергию, после чего протянул их Лине. Девушка замерла, подняв руки, и о чём-то задумавшись на пару секунд. Она смотрела на протянутые ладони не моргая. Сомнения не ускользнули от дяди, который тут же поспешил заверить: — Если ты боишься, нам не обязательно заглядывать в будущее, — его голос был тихим, но уверенным, — Я могу просто взять лошадь и поехать вместе с тобой на поиски Ками, — он протянул руку дальше, чтобы поднять голову Лины за подбородок. Зелёные глаза не горели, но слегка блестели, пока он встревоженно всматривался в лицо племянницы. Слова заставили сердце на секунду сжаться от любви к дяде. Он готов был поехать с ней на поиски брата, даже не умея сидеть в седле. Бруно даже назвал Камило детским прозвищем, данным тому ещё до церемонии дара… Девушка всегда знала,как он любит свою семью… Лина ещё пару секунд смотрела в глаза дяди, после чего решительно вздохнула, и протянула руки,показывая свою готовность. — И упрямая же ты выросла,— по-доброму усмехнулся Бруно, схватая ее за ладони. Прикрыв глаза, пророк запустил процесс. Через мгновение предсказание Бруно вспыхнуло вокруг зеленым цветом. Дрожь прошла по всему телу, заставляя сильнее сжать в руках чужие ладони. Лина видела все то же, что и дядя: цвета, свет, формы. Ветер громко гудел в ушах, образуя воронку из песка, полностью закрывая двоих, словно купол. Каталина терпеливо ждала появления чего-либо,всматриваясь в пространство. Волосы мешались, но убрать их было никак. — Смотри, — Бруно повернул голову, указывая носом на размытую картинку. Лина проследила за его взглядом. Она увидела себя. Каталина стояла перед дверью, а рука медленно тянулась к ручке, чтобы зайти. — Что…— девушка всматривалась в расплывчатый образ, пытаясь понять где она будет в будущем, и почему никого больше нет. — Подожди. — бросил дядя, полностью сосредоточенный на видении. Его глаза горели зелёным огнём слегка устрашающе, вселяя страх и мысли, что он видит все гораздо чётче. Картинка отъехала назад. На плечо Лины опустилась чья-то ладонь, слегка его сжимая. Девушка задержала дыхание. Почему видение не показывает человека за ней? Шум в ушах звенел, головная боль начинала все больше сжимать виски. Лина посмотрела на дядю. Бруно щурил глаза, все ещё вглядываясь в зелёное мерцание. Девушка знала, сколько сил он тратит на предсказания, и уже была готова попросить его остановиться, когда увидела яркое мерцание сбоку. Повернув голову, она увидела всю ту же картину- она тянется к ручке двери,на плече лежит чужая ладонь. Но появилось значительное отличие. Дверь была залита зелёным огнём, ярким и насыщенным, будто образуя портал в преисподнюю. Ракурс немного поменялся, показывая кусок зелёного пончо на незнакомце. — Бруно,это ты?— Лина цеплялась за малейшие детали, как вдруг видение померкло, а песок упал на пол, снова подчиняясь законам Всемирного тяготения. Девушка повернулась обратно к пророку. Бруно сидел, держа в руках зелёное стёклышко со статичной картинкой. Он продолжал разглядывать затейливы рисунок,слегка светящийся в полумраке комнаты - почти все светильники погасли. — Ты как? — Лина подползла к дяде, обхватывая рукой за плечи,— Нормально себя чувствуешь? — Да,buena,все хорошо.— голос чуть дрогнул, когда Бруно произнёс фразу, но затем мужчина быстро поднялся на ноги, и отряхнулся от песка. Лина последовала его примеру, старательно очищая брюки и блузку от мелких песчинок. Кое-как избавившись от них на одежде, девушка запустила руку в волосы. О нет. Тут поможет только ванна. — Что говорилось в видении, ты что-нибудь понял? Тфе…— в рот попал песок, неприятно скрепя на зубах. — Почему именно песок!? — А ты предпочла бы наглотаться стекла?— Бруно выразительно поднял бровь, возвращая взгляд на племянницу.— Скажи спасибо, что мои предсказания из стекла, которое, в свою очередь, из песка. А то летала бы вокруг крапива, превращаясь в бумагу, посмотрел бы я на тебя. — Ой ой ой,— Лина сделала гнусавый голос, закатывая глаза,— Тему то не переводи,тио,— она обошла Бруно со спины, чтобы ещё раз посмотреть видение. — Так что это за дверь и кто сзади меня? — Эээ,я не знаю,могу только предполагать,что это Камило. — Но пончо зелёное,как у тебя,— все становилось только запутаннее,— а дверь откуда? — Это… Дверь в Касите? Оба замолчали, обдумывая сказанное. Откуда в Касите дверь, пылающая огнём? Постояв так ещё пару минут, Бруно все же цокнул языком, поворачиваясь к девушке. — Подумаем об этом потом, а сейчас пошли есть, я ужасно голодный!— он замер, оглядывая взъерошенные волосы племянницы,— Оу,тебе не помешает окунуться в воду. — Да что ты говоришь…— Лина изобразила удивление. — Из тебя не очень хорошая актриса, если хочешь, могу позже тебя научить парочке приемов,— уже проходя мимо неё сказал мужчина,— А сейчас иди на речку, искупайся. Иди по главной дороге до второго поворота налево, увидишь сразу. — Почему на речку!? — мысль искупаться конечно нравилась, но уже темнело… — Потому что у меня сломался душ,— пожал плечами Бруно, и исчез за поворотом на кухню,— Давай давай, я пока приготовлю ужин. Делать было нечего. Лина схватила полотенце, которое бросил ей дядя, и вышла из дома. *** два дня назад Камило еле передвигал ноги. Что дернуло его уйти из Энканто парень сам не понимал. Мог бы остаться у Ника, в доме друга его все любят… Тепло, сухо, безопасно… Но нет, попремся через перевал,прекрасно! Лицедей не задумывался, куда бежать. Он просто бежал, пока ноги не стали отказывать от усталости, а сам он не начал задыхаться от нехватки кислорода. Когда все же пришлось остановиться, перевал был уже пройден. В голову сразу пришла единственная адекватная мысль. Хотя, насколько адекватной она была, Камило сам судить не мог. Приличное количество выпитого алкоголя пару часов назад уже не чувствовались, но продолжало отравлять разум и тело. А адреналин, злость и страх… Казалось, за сегодняшний вечер парень испытал весь спектр эмоций, доступных человеку. Камило передернуло от отвращения, но на этот раз не из-за противной рожи Энрике в доме Марты. Ему было противно от самого себя. Зачем надо было начинать эту идиотскую игру в актера? Почему он не прекратил, пока не стало поздно? — Господи,что я натворил…— парень упал на колени, пачкая темные брюки мокрой землей - за перевалом недавно прошёл дождь. — Зачем, зачем, зачем…— он закрыл лицо руками, пряча слёзы, едва появившиеся на глазах. Он не хотел, чтобы так вышло. Когда они только вернулись в Энканто, Камило только и думал о том, как должно быть изменились кузины. И если Луиза и Иса будучи уже достаточно взрослыми, поменялись совсем чуть-чуть, то Лину было не узнать. Детские щечки превратились в аккуратные скулы, глаза теперь делали большой акцент на лице. «Видимо,она красит ресницы»- подметил он у себя в мыслях, чему сразу же удивился. Год назад она убегала от каждой попытки Лори ее накрасить. Лина стала чуть выше, вытянулась и ее фигура, приобретая плавные линии, хорошо подчеркнутые юбкой с поясом… Тогда Камило даже подумать не мог, почему все так подмечает. Он продолжал рассматривать ее профиль и за семейным обедом, пока не поймал непонимающий взгляд, и не смог сдержать смешок от такой реакции. Парень поднялся на ноги, продолжая идти по не широкой дороге. Путь был всего один,а идти предстояло не мало, терять время было непростительно. После того, как Мира озвучила своё желание, стал виден и изменившийся характер девушки. Она никогда не была трусихой, но все же что-то поменялось, и Лина стала увереннее в себе. Камило потряс головой. Он судорожно искал ответ на вопрос- зачем дальше он превратился в Хавьера. Было понятно, что просто спор Лине не выиграть, найти за тот вечер новых людей не удалось даже Камило. Он первым погрузился в толпу, постоянно меняя облик в поисках новых лиц. Именно тогда он увидел, как Лина выбежала из дома. Ей, должно быть,было душно в такой толпе после алкоголя. Но сам пойти проверить ее он не решился. Пошёл Хавьер. От непонятного волнения Камило чуть пару раз не выдал сам себя, но в том состоянии девушка не заметила его глупых оговорок. Он не договорился о встречи, понимал, что делает это только для того, чтобы помочь кузине выиграть спор. Поэтому когда они подошли к Долорес с Мирой,он постарался как можно быстрее исчезнуть. К тому же, не хотелось спалиться перед старшей сестрой- она слишком хорошо его знала. Какого было его удивление, когда на следующий день эти трое пришли к нему за помощью. Смесь обиды и любопытства заставили согласиться на эту авантюру. Так все и начало. А потом… Камило видел,как она смотрит на него в другом облике. Каждый взгляд больно резал по сердцу, но почему? Разве ему не все равно на младшую невыносимую сестру, из-за которой в детстве он часто попадал в передряги и неприятности? Чего стоило только то, как лицедей прикрывал их с Долорес, когда те убегали на крышу. В тот вечер, после их второй встречи прогулки, он ушёл в город. Ходил по улицам, где час назад гулял с Линой, но под маской. Парень не пошёл на ужин. В голове уже возникали картины огромной тучи над головой матери, когда та не найдёт его в комнате. Но когда он вернулся в Каситу, к нему пришла вовсе не Пепа. Прокравшись к себе, Камило гипнотизировал потолок взглядом, в надежде разобраться в своих чувствах, когда в дверь постучали. Он показал ей свою комнату. Его личный ад в идеальном доме семьи Мадригаль. Эмоции на лице Лины говорили все сами за себя, но когда он почувствовал чужую руку у себя на спине… Дрожь прошлась по всему телу, заставляя задержать дыхание от непонятного чувства. Она его жалела. Ну нет, только не жалость, только не по отношению к нему. Пытаясь быстро перевести тему, Камило наступил на собственные грабли. И что только дернуло его задать этот вопрос? «— Он тебе нравится?— дыхание замерло,как и рука на спине. — Я….— Лина испуганно метала взгляд по комнате,натыкаясь все на новые и новые зеркала.» Что-то в грудной клетке рухнуло вниз. После ухода Лины, Камило не мог больше сидеть в доме, ему срочно надо было успокоиться. Кулаки нервно сжимались и разжимались, пока парень нёсся по улицам города, не разбирая дороги. Как же он ненавидел себя. Как можно было влюбить наивную девочку в такой образ за две прогулки? Просто как, черт возьми!? Хотелось ударить себя за такой никчемный поступок, разбить лицо так, чтобы не было сил больше перевоплощаться. Но остановиться не получилось. На следующий день они снова встретились. Камило боялся даже шевельнуться, пока Лина лежала у него в руках, тихо рассказывая про Энканто. Ее волосы были удивительно мягкие, хотелось прикасаться к ним снова и снова. И он пообещал ей прийти. Даже ляпнул про поцелуй. Убиться об стену после этого хотелось ещё сильнее. Суматоха в Касите перед праздником была очень на руку юноше. Он соврал маме о плохом самочувствии, отказываясь при этом есть печенья тетушки Джульетты, и оставался в комнате. Выход был только один- Хавьер должен исчезнуть. Но лицедей не смог сделать ничего, кроме как написать глупое письмо с извинениями и оправданиями. Единственной мыслью в голове была уверенность, что человек не может влюбиться и привязаться к другому человеку за 5 дней. Хотя кого он пытался убедить,если сам кажется… Ну нет, об этом и речи быть не могло. Лина все же его кузина, хоть и не родная. Тем более, она никогда не была заинтересованна в лицедее, и он всегда себе об этом напоминал. В день фиесты Камило не мог найти себе место. Лина была поникшей, это виднелось даже сквозь маску отрешенности и безразличия. Какая ирония, теперь не только у него в семье есть защитная стена. События смазано появлялись в голове, когда парень все же остановился возле реки. Ноги отказывали, действие адреналина прошло, из-за чего тело накрывала дикая усталость. Камило еле перетащил пару больших листьев, застилая влажную землю, и плюхнулся на них сверху, цепляясь глазами за ночное небо. Он хорошо помнил только пару вещей с вечера фиесты. Как Лина мило и неуклюже оглядывалась на сцене, разглядывая наряды семьи, как после стояла одна на краю площади, ища кого-то глазами. Огненная вода неприятно обожгла горло, когда Камило понял, кого именно. Описать свои чувства в тот момент он бы точно не смог. Но зато проклясть на испанском самого себя получилось. Предложение Ника накидаться до беспамятства ему в тот момент очень понравилось. Сколько прошло времени лицедей точно не знал, как и то, сколько бутылок успел выпить. Мира тоже была у Марты, но с другой компанией. Они, как всегда, сказали родителям левый адрес, спокойно наслаждаясь вечером— их вряд ли начали бы искать раньше полудня следующего дня. Проворачивать такую авантюру было в порядке вещей. Алкоголь быстро растворялся в организме юноши, поэтому трезвел он буквально каждые полчаса, если не выпивал сверху. Именно в таком непонятном состоянии, Камило рассказал другу все, даже поменял облик, чтобы показать Нику. Сам лицедей взял этот образ из дальних воспоминаний из Токедо. Николас не успел ничего ему сказать после перевоплощения, как они услышали крик. Дальше все как в тумане. Удивляло то,что под такими эмоциями, Камило не вернулся в свой облик ещё на той лестничкой площадке. Обычно, он не мог контролировать дар в таких ситуациях, но судьба играла злую шутку. Энрике был мерзавцем. Они подбежали к нему в тот момент,когда его рука перекрывала кислород Лине. Мозг буквально отключился, и по телу прошел электрический ток. Первый удар Эн получил в скулу. Бить надо было аккуратно, чтобы не задело кузину, что значительно уменьшало силу. Когда же он отшатнулся назад, Камило ударил ещё раз, с другой стороны. Четкие и продуманные действия заволакивали разум, и только увидев Энрике на полу, лицедей опомнился. Он едва успел кивнуть другу, надеясь на понимание, прежде чем ушёл с Линой на руках. Сколько крику было от Миры, когда та увидела сестру. Камило хотел было вернуться в свой облик, но… Что-то отогнало эту мысль. Нельзя было делать это сейчас, уже слишком поздно. Еле как уложив Мирабель, он остался у Лины. Спала она не так долго. Звёзды на небе становились все ярче, заставляя рябеть в глазах. Парень моргал, пытаясь не заснуть. Но тихая ночь убаюкивала, словно коконом закрывая с ног до головы, и последние мысли пришли на грани сна и реальности. Синие глаза напротив, нежные губы, грохот комода, испуганный взгляд… Боже… Что он натворил… Она никогда не простит его за это. Камило опять закрыл лицо руками, пряча уже мокрые от слез щеки. Он сбежал. Опять. От Лины, от разговора, от себя настоящего. Камило пытался прятаться под маской, как делал это всю сознательную жизнь. Иногда казалось,что никто не любит его самого. Каждый видел в лицедее маму или папу, своего ребёнка, друга, разве что в домашних животных он не превращался. Все любили ту оболочку, которую он им преподносил. Это было больно, просто до жути невыносимо, но приходилось с этим жить. Камило окончательно закрыл глаза, погружаясь в сон. Чёрные полоски перед глазами беспорядочно метались, пока сознание не переключила самый большой кошмар юноши на счастливое сновидение.