First and forever

Пошла уже неделя, как Чон в офисе сияет как пятак. А всё потому, что, хоть омега и отказался с ним съезжаться, так как ещё слишком рано, по мнению Чимина, но каждый вечер и ночь проводит у своего альфы, балуя его своими кулинарными шедеврами и постельными развлечениями. -Чонгук, ты чего здесь? – Тэ открыл дверь в кабинет директора, с порога повышая на него голос. – Ты время видел? Через 20 минут начало фестиваля, а ты тут бумаги свои роешь! Поехали быстрей! Чон взглянул на часы, замечая, что Тэ не шутил, альфа быстро подорвался со своего места, хватая телефон и ключи от машины. -Цветы забыл. – Тэ указал на букет в вазе, купленный альфой перед работой. -Точно. – Чон ухватил букет, пробегая мимо омеги. – Ну, чего копаешься там? Быстрей, мы опаздываем.

***

На открытой площадке собралась толпа детей и взрослых. Как от простых зрителей, так до профессиональных коллективов. Чимин выглянул из-за кулис, оценивая масштаб фестиваля в этом году, чтоб для самого себя понимать, как ему настроить свою команду на то, чтоб они не волновались. Преодолев небольшой коридор, Пак свернул в гримёрную своей команды, улыбаясь от того, что застал картину, как дети сами подбадривают друг друга и смеются над какими-то шутками. -Ну что, мои «Чёрные лебеди» готовы? Как настрой? Услышав голос наставника, дети отвлеклись от своих дел, подбегая к Чимину. -Учитель! Там людей много? -Это волнительно, но мы всех порвём! -А если мы победим, давайте купим торт и отпразднуем! Чимина умилял боевой настрой своей команды. Омега понял, что зря волновался всё это время, накручивая только себя. -Конечно! Мы обязательно отпразднуем. – кивнул Чимин собирая вокруг себя детей. – Помните, всё это даст вам колоссальный опыт. Вы у меня большие молодцы, до этого фестиваля доходят не все, что уже показывает, что ваш усердный труд приносит плоды. Я в вас верю! -ВПЕРЁД « BLACK SWAN»!!! – прокричали дети. Убедившись, что у команды хороший настрой, Чимин вернулся на площадку, замечая в толпе запыхавшихся Гука и Тэ, который махал Чимину рукой, а позади Хосока и Юнги. Помахав друзьям в ответ, Чимин занял своё место за столом жюри, находившимся напротив сцены. Музыка заиграла громче, и на сцене появился ведущий, оповещая о начале фестиваля. Как Чимин и предполагал, шоу было грандиозным. Организаторы хорошо постарались над световыми эффектами, чёткость звука, различные фейерверки, что очень порадовало Чимина, ведь для его команды это первый фестиваль такого масштаба и детям он явно запомнится. Выступления команд не могли не восхищать, все отлично подготовлены, в некоторых командах, Чимин находит стиль присущий его товарищам по танцам, а глядя на названия студий, лишний раз убеждался, что это тот или иной его старый товарищ по студии, что улыбало Чимина. Во время выступления своей команды, улыбка не покидала лица омеги. Он не мог не восхищаться тем, как выросли на сцене его дети, как они выкладываются куда больше, чем на репетициях. «Гордость» самое подходящее слово, которым можно описать эмоции наставника, когда выступление закончилось блистательно. По окончанию выступлений всех команд, Чимин расставил оценки каждому коллективу, передал бланк старшему жюри, сам убежал готовиться к закрытию фестиваля и выступлению наставников, перед объявлением результатов. -Ты большой молодец, мой моти. – послышался голос позади, когда омега поправлял волосы у зеркала в своей гримёрной. – твои дети очень хорошо выступили. -Спасибо, милый. – с улыбкой взглянув на альфу через зеркало, ответил омега. -Это тебе. – Чимин развернулся лицом к альфе, принимая протянутый букет, чмокая того в уголок губ. -Спасибо. – Чимин отложил букет на столик. – Возвращайся в зал, мне пора на сцену. -Удачи. Люблю тебя. – прошептал Чон, крепко обнимая омегу, чмокая висок. -Ну Гуки, мы же не навсегда прощаемся, я отойду на пару минут, потом объявят победителей, я поздравлю своих детей, может с победой, а может просто с шикарным выступлением и опытом и всё, и я в твоих объятиях на оставшееся время. -Это долго. – прохныкал по-детски старший. – Всё, беги на сцену, я буду смотреть на тебя из зала. Поцеловав альфу в губы, Чимин убежал за кулисы, готовясь выйти. Чон вернулся на своём место ровно в тот момент, когда заиграла мелодия, и на сцене появился его омега. А когда он начал двигаться, альфа и вовсе впал в состояние транса. Как прекрасно Чимин двигается, как чувственно передаёт заложенную в танец историю, что трогала альфу до глубины души, не позволяя отвести от омеги глаз. Вот омега пропадает в покрытой туманом сцене. Вот он воспаряет над ней, раскинув руки в стороны, прогибаясь в спине, левитируя над сценой, поднимаясь всё выше и выше. Вот он летит камнем вниз… Дети и женщины, что вблизи сцены, начинают кричать. Но Чон понимает, что всё пошло не по плану омеги, только когда туман на сцене растворяется, и он увидел лежащего на полу, в луже собственной крови, Чимина.

***

-Сколько можно? Уже прошло четыре месяца, что им всё не спокойно? – возмутился Тэ, выключая телевизор с новостями, в кабинете директора. -Всем же интересно жив он или умер…Люди всегда любили смотреть на страдания других, вот и роют в этой истории. – с безразличием ответил Чонгук, подперев голову рукой. – Их же не пускают к нему, вот они и сочиняют истории о том, что Пак Чимин на самом деле мёртв. -Я вижу, ты устал. -Не совсем…просто для кого-то это ещё одна история для обсуждения, а для меня это жизнь…Я не понимаю, Тэ. – проскулил Гук, опуская голову на стол, закрываясь ладонями. – Не понимаю… Я привёз лучших врачей, сменил их уже семь раз, сменил больницу, с ним работают лучшие специалисты… Тэ он же жив. – Чон поднял голову, провёл ладонями по лицу, посмотрел на друга. – Так почему он не приходит в себя? Что не так? -Чонгук, он повредил при падении голову, возможно, ещё не подействовало лечение, или ещё что. Я не медик, я не знаю, правда. – Тэ подошёл к альфе, опуская руку на плечо. – Но я, как и ты верю, что скоро он оправится. А вообще уже время, езжай домой, у тебя же сегодня встреча с семьёй Пак. -Да, мне уже пора. Как закончишь свои дела, тоже езжай, отдохни, мы много сделали за этот месяц. Последний рывок и всё будет отлично. – Чон встал с кресла, забирая с собой свои вещи. – Увидимся. «Фестиваль по танцам закончился трагедией. Ранее знаменитый танцор и не менее знаменитый ныне хореограф - Пак Чимин, во время своего выступления, сорвался с троса, с высоты двух метров. Что это? Случайность или чья-то зависть? Состояние танцора остаётся в тайне. В дом, где находится парень, не пускают никого. Родственники и друзья не распространяются о состоянии Пак Чимина. Тайна, покрытая мраком. Чего так боятся родные танцора? Или, возможно, его и вовсе уже нет в живых.» Чон выключил надоевшее радио в машине, сворачивая к дому Чимина. В столовой его уже ожидали родители омеги, и его мама. -Прошу прощения, задержался в компании. – Чон поклоном поприветствовал старших, и извинившись за опоздание, присел за стол. – Мама говорила, что Вы хотели меня видеть, господин Пак. -Да, Чонгук, я хотел с тобой поговорить. Мари и Суён уже всё знают, и это было их предложение поставить тебя в известность. – начал отец Чимина, покрутив в руке стакан воды. -Я Вас слушаю. – Гук внимательно наблюдал за поведением старших за столом, начиная понимать, о чём пойдёт речь. – Что-то с Чимином? Господин Пак, я нашёл лучшего врача в Германии, он скоро прибудет в Корею по моему запросу. Не волнуйтесь, в Германии лучшая медицина в мире, они быстро приведут Чимина в сознание. -Об этом я и хотел поговорить… тебе больше не нужно ничего делать. Забудь о Чимине, живи своей жизнью, сынок, Чимину помогут… -О чём Вы говорите?! – Чон вскочил из-за стола, хмуря брови, не понимая, что за чушь несёт отец омеги. -Правда в том, что падение Чимина не случайность…- начал старший, указывая Чону присесть на место. – Компания «Пак» сейчас находится в шатком состоянии, я год пытаюсь удержать её на плаву, но мелкий кризис сильно ударит по ней. – Пак поднял глаза на Чонгука, продолжил. – За месяц до фестиваля Чимина, ко мне в Японии приехали люди, представители клана Харудзюка, и собственно самой компании «Хару», ты, наверное, слышал о такой. – Чон кивнул в подтверждение, внимательно слушая старшего, не решаясь перебивать. – Они желали заполучить компанию «Пак», ведь мы с ними в одном направлении продвигаемся. Но они не могли, всё это время, выйти за пределы Японии, на другие рынки. Прознав, что компания «Пак» сейчас терпит трудные времена, они решили, что это их возможность. -И что они предложили? – подал голос Гук. -Они предложили объединить наши компании, тем самым сделать выгоду и им и нам. Им выход на зарубежные рынки, мне финансовая стабильность компании. -И каковы условия? – задумался Чон. – Зная компанию «Хару», я так же прекрасно знаю почему им запрещён выход на зарубежный рынок. Как они планировали объединение с Корейской компанией… - тут Чонгука осенило, и господин Пак это понял. -Да, Чонгук, самый законный способ… -Брак наследников. – договорил за старшего Чон. -Именно так…Я отказался, потому что жизнь Чимина мне важнее компании. Я не могу допустить, чтобы Чимин жил в принуждении, но всё изменилось…Не пойми меня не правильно, нет, я не борюсь сейчас за компанию, это всё ради Чимина. -Я не совсем Вас понимаю. -За пару дней до фестиваля, я получил от главы клана Харудзюку, что если я не соглашусь добровольно, они заставят меня подписать эти документы, и было приложено фото Чимина, мол они наблюдают за ним. Я посчитал, что это бред и они меня просто запугивают. – Пак замолчал, делая глоток воды, после продолжил. – Когда Чимин уже оказался в больнице, я попросил своих людей провести расследование. В тот день за кулисами и в стаффе организаторов было много новых людей. На фото я узнал некоторых из них, это были люди Харудзюка. Трос, на котором поднимали Чимина, был надрезан перед самим выступлением, если быть точнее, то во время выступления. От слов старшего, в ушах Чонгука зазвенело, а руки сами сжались в кулаки. Он сотни раз корил себя, что не проверил всё сам, что не остался за кулисами, а вернулся в зал, что вообще позволил Чимину эту безумную идею. Но всегда старался отогнать мысль о том, что его омеге навредили намеренно. -После трагедии, точнее в день фестиваля, после выступления Чимина, мне прислали видео, снятое за кулисами, как мой сын срывается с высоты и летит вниз. – продолжил Пак. – Это моя вина, если бы я согласился, то с ним бы не случилось всего этого. – закрыл глаза ладонями Пак. -Вы не виноваты, господин Пак… - низким голосом проговорил Чонгук, пытаясь подавить в себе злость. – Но я не понимаю, почему Вы говорите оставить Чимина, забыть о нём. -Потому что они всё ещё хотят объединения и грозят не только довести дело до конца, относительно Чимина, но и расправой над Суён. Мне присылали фото Чимина из больницы, поэтому он теперь находится дома. Чонгук, послушай, пойми меня, я не хочу терять ни жену ни сына. Как только Чимин придёт в себя, он выйдет за наследника Харудзюка…ведь так он останется жить. Замолчав на несколько минут, Чонгук переваривал в голове всю полученную им информацию. После, уверенным взглядом посмотрел на господина Пака. -Я сегодня подготовлю все бумаги, с завтрашнего дня я стану официальным инвестором компании «Пак», до прихода Чимина в себя, и ещё небольшой срок, а после компания «Пак» уйдёт под крыло компании «Чон», что позволит нам значительно расширить наши границы. – Чон встал из-за стола и направился к лестнице на второй этаж, чтоб навестить омегу. -Что ты задумал?! – крикнул господин Пак, так же вставая из-за стола. Чон остановился на первой ступеньке, обернувшись, обвёл взглядом удивлённых женщин и хмурого главу семейства Пак, альфа улыбнулся, обнажая зубы. -Считайте это моим свадебным подарком, отец. Я никому не отдам своего омегу. Хару не по зубам компания «Чон». Готовьте бумаги к завтрашнему дню. Оставив родителей в лёгком шоке, Чон поднялся в комнату к омеге. -Мари, что думаешь? – обратилась Суён, замечая улыбку подруги. -Думаю, как же он похож на своего отца. Я уверена, он знает, что делает, поэтому доверимся Чонгуку, подготовьте документы, что он просил. Тем более, разве это не лучший выход, Суён, мы с тобой давно пытались их свести.