Подарок для Гермионы Грейнджер

В последнее время происходило что-то странное. Джинни постоянно куда то пропадала, не договаривала чего-то. Конечно Гермиона предполагала, что младшая Уизли готовит ей вечеринку или подарок на день рождение, который к слову, уже сегодня. Но она бы обязательно задействовала Рона и Гарри. А с ними всё было нормально. Они проводят с ней столько времени, сколько и обычно. В их поведении не было ничего странного. А если бы они что-то скрывали, то обязательно бы выдали себя, Грейнджер слишком хорошо их знала, что бы не заметить этого. И ещё немного о странностях. Гермиона в последнее время стала замечать свою рыжеволосою подругу в компание Блейза Забини. Не то, что бы она была против, но Джинни должна была рассказать ей если между ними что-то есть. Сейчас Гермиона находилась на уроке зельеварения, который был совмещён со Слизерином. И профессор Слизнорт отмечал отсутствующих. — Малфой. — Послышался голос Пэнси Паркинсон, сообщающий, что Малфоя сегодня нет. Его так же не было на предыдущих совместных занятиях. Но это даже к лучшему. В последнее время они слишком часто сталкиваются. Однажды даже застряли вдвоём в одном кабинете. Тогда произошло кое-что интересное. Они последние выходили после урока трансифигурации и по какой-то причине у них не получалось открыть замок не одним заклинанием и от бессилия они уселись на пол облакатившись на стену. И как-то не сознательно, Гермиона положила голову на его плечо. Это получилось не специально, если бы она застряла с Роном или Гарри, поступила бы именно так. Но вспомнив, что она не со своими мальчиками, быстро подняла голову с плеча и залилась румянцем. А он вместо того, что бы как-то язвительно прокомментировать её действие, наколдовал себе подушку, положил её на колени Гермионы, а затем лёг. На вопрос что он делает, Драко лишь хмыкнул и сказал, что скорее всего, они застряли надолго. Или вот ещё одна ситуация. Гермиона сидела в библиотеке и писала эссе. Она нашла замечательную книгу, из которой брала почти всю информацию, как вдруг появился Малфой с Забини. Драко потребовал отдать книгу, потому что ему задали эссе на ту же тему. Грейнджер сказала, что когда брала книгу видела ещё два экземпляра и он мог бы взять их. Как оказалось, Малфой уже уточнял у мадам Пинс, но та сказала, что остальные копии разобрали. Удивительно, ведь два часа назад они ещё были на месте. Тогда начался жаркий спор. Но гениальный Забини помог его решить, предложил позаниматься по книге вместе, так они смогут уложиться в срок сдачи и не трепать друг другу нервы. Гермиона посчитала что они уже не дети и ничего такого не произойдëт, если они час посидят за одним столом. Как же она ошибалась. Когда Блейз ушёл и Малфой занял место рядом с ней, Гермионе тут же стало не комфортно, а если быть точнее, он постоянно кусал нижнюю губу и это выглядело так сексуально, что она не могла сосредоточиться и начала ёрзать на стуле. Малфой начал возмущаться что она ему мешает и пусть наконец посадит свою задницу хоть куда-нибудь. Ну она и посадила. На его колени. Малфой опешил, когда она встала со своего места и уселась на него. Гермиона сама не знала откуда такое безрассудство. Ну а вообще, он сам виноват. Нечего было кусать свою губу. Сначала Драко был в шоке, а после сам усадил её поудобнее и придвинул её пергамерт, и перо. Так они и писали эссе. И таких ситуаций было довольно много за последние время, наверное, это ещё одна странность. Сложно было сказать, что она чувствует к Малфою. Но её определённо тянуло к нему. Он симпатичный, хотя, кого она обманывает? Он невероятно красивый. В её вкусе. Серые глаза, высокий рост, платиновые волосы, немного квадратный подбородок. Он был до невозможности привлекательным. Она не из тех девушек, которые превращались в лужицу при виде его ухмылки, хотя признаться честно, очень хотелось. Да и когда они оставались наедине он был менее противным. Иногда даже милым, хотя это редкость. Нет, вы только представьте, Драко Малфой бывает милым! После войны, принципы по которым он жил стёрлись и теперь он был другим. Без влияния родителей он изменился. Не полностью конечно. Если бы от прежнего Драко Малфоя ничего не осталось, то нельзя было бы назвать его Драко Малфоем. Он всё ещё нахальный, самовлюблённый, умный и манерный блондин. А она всё та же Гермиона Грейнджер. Наверное та же. Она всё ещё самая выдающаяся ведьма столетия. Но теперь она не боится своих желаний и амбиций. Если она захотела сесть на колени Малфоя, то она села на колени Малфоя. Решительность. Вот что ещё появилось в ней. И теперь ей плевать на мнение людей. Пусть называют её грязнокровкой, пусть говорят, что она ничего не добьётся. Но потом они пожалеют о своих словах. Прозвенел звонок. Чёрт. Она пропустила весь урок. Не сделала ни одной записи. Кошмар. Позже надо будет подойти к кому-нибудь из однокурсников и попросить переписать конспект. Гермиона хотела подойти к Джинни, но её не было. Как и Блейза. Снова. Это надо будет обсудить. Но куда бы ей пойти? Перерыв длинный. В библиотеке сегодня хаос. Дин и Симус взорвали там питарду, за что их чуть не исключили из школы и с факультета сняли сто баллов. Мерлин, сто баллов! Это так много. Гарри и Рон весь день отбывают наказание у Хагрида. Точно. Сейчас же обед. Как можно было забыть? Правда, есть не очень хотелось, но может там она найдёт Джинни. Грейнджер села за стол гриффиндора рядом с Невилом, который увлечённо читал что-то про растения. Гриффиндорка взяла в руки мандарин и принялась его чистить. — Хэй, Грейнджер, чем занимаешься? Гермиона подпрыгнула на месте. Напротив неё сидел Теодор Нотт! Но это же стол гриффиндора, она на всякий случай огляделась, что бы выяснить не перепутала ли чего. Но нет, она действительно за столом своего факультета, а напротив сидит слизеринец. — Ну... ем? — от удивления её ответ прозвучал как вопрос. — Что ты тут делаешь? Это стол гриффиндора. Теодор, который никогда в жизни с ней не разговоривал посмотрел на неё как на ребёнка, которому нужно всё объяснять. — И что? Смотри, вон за столом Пуффендуя сидит Чанг, а за столом гриффиндора Лавгуд. Факультетские столы это лишь формальность. Любой ученик, может сесть за любой стол. Конечно, она об этом знала. Просто никогда, Мерлин, никогда слизеринцы не садились за стол гриффиндора. — Да, я в курсе. Но зачем ты сел сюда? Просто так? — Гермиона всё равно не понимала что он тут делает. — Нет, конечно, делать мне нечего, меня вон, — Он указал пальцем куда-то в сторону. — Пэнси ждёт. Да он, Мерлин его побери, объяснит нормально или нет? — Так вот, о чём это я? Ты меня отвлекла. Уизлета и Блейз просили передать — подождитека, он серьёзно? Она конечно подозревала что между ними что то есть, но то, что они оба просят ей что-то передать настораживает. — что бы ты не возвращалась в комнату до вечера. Что? Они что, решили что больше нет места что бы уединиться?! Её комната, Мерлин, серьёзно? Гриффиндорка скривилась. Нотт рассмеялся над выражением её лица. — Ладно, Золотая девочка, рад был составить компанию, но мне пора. Теодор Нотт пожелал Гермионе удачного дня и удалился в сторону выхода, где по всей видимости его ждала Пэнси. *** День подходил к концу, было восемь вечера. Гермиона подошла к портрету Полной Дамы. Интересно, она уже может вернуться к себе в комнату? Наверное да. Грейнджер весь день после занятий бродила по Хогвартсу. На ужине Джинни и Блейз так и не появились. Как и Малфой. Она не видела его весь день. Хотя кто знает, где он пропадает. Может заболел или отбывает наказание. Гермиона собралась с духом и назвала пароль. — Мерлиновы пантолоны. Портрет отъехал в сторону и Гермиона прошла в гостиную. Но в ней никого не оказалось. Это удивляло, обычно тут полно народу. Грейнджер подошла к комнате и прислушалась. Тишина. В этом году гриффиндорке выдали отдельную комнату, поскольку она стала старостой гриффиндора. Конечно Грейнджер предлагали занять должность старосты школы, она ведь лучшая ученица своего курса. Но Гермиона отказалась, она слишком устала что бы выполнять ещё какие-то обязанности. В этом году у главных префектов была максимальная загруженность. Постоянно приходилось организовывать какие-то мероприятия, что бы поднять дух школы. Так что, её вполне устраивало быть старостой гриффиндора. Потихоньку открыв дверь Грейнджер посмотрела на кровать. Там было пусто и заправлена она была ровно так же, как и с утра. Со спокойной душой гриффиндорка вошла в свою комнату и ахнула. В другой части комнаты стоял стул. А на стуле сидел ДРАКО МАЛФОЙ! Слизеринец был обмотан красной лентой с огромным бантом. И в ленту была вставлена маленькая записка. По всей видимости дополнение к «подарку». Она не могла поверить своим глазам. В её комнате сидел Драко Малфой. Точнее, Драко Малфой обмотаный подарочной лентой. — Долго будешь пялиться, Грейнджер? — Малфой явно был недоволен. Ну конечно, а кто будет доволен если его обмотают лентой и посадят на стул. — Развяжи меня наконец. Гермиона растерялась. Мерлин, неужели это сделали Джинни и Блейз? Лучшее из того, что она придумала, это подойти к Драко и достать записку. «Наслаждайся, дорогая. Нам стоило больших усилий проделать всё это. Но самый главный подарок тебя будет ждать в его штанах) P. S Джинни Уизли и Блейз Забини.» Сказать что Гермиона была в шоке, это ничего не сказать. Но ещё она заинтригованна. Что там за главный подарок? Они сняли с Драко трусы? Она была бы не против. — Грейнджер, что за задумчивое лицо? — интересно, а он будет против, если она хотя бы одним глазком глянет что там за подарок у него в штанах? — Ты же развяжешь меня? Гермиона усмехнулась. Вообще-то он её подарок и ей решать что с ним делать. — Ну, Малфой, вообще-то ты мой подарок, так что я сама решу когда тебя развязать. По крайней мере тебе придётся очень хорошо попросить. Мерлин, эта волшебница сводит его с ума. Не то, что бы он против «хорошо попросить», но ему для этого нужны хотя бы руки, которые на данный момент связаны лентой. Гермиона собрала всю свою храбрость в кулак и отложив записку подошла к своему подарку. Она сделала то, что хотела сделать. Перекинула одну ногу через его бедро и уселась к нему на колени. Драко действительно был в шоке, разве можно было ожидать от неё такого. Её губы манили его, и раз уж она вроде как была не против, он потянулся, что бы сорвать с этих самых губ сладкий поцелуй, но Грейнджер не позволила. Сегодня они играют по её правилам. — Что же ты творишь, Грейнджер? — В ответ ему была тишина. Гермиона запустила руки в волосы Драко. Как же давно она хотела это сделать. Они были такими мягкими и шелковистыми. Она дразняще провела языком по его губам и они тут же раскрылись, но у Гермионы Грейнджер не всё так просто. Она оторвала одну ладонь от его волос и двинула ей ниже, сжимая сквозь ткань брюк его член, который был довольно напряжён. И к привеликому сожалению, трусы кажется, всё-таки были на нём. Малфой застонал от её действий. Он и не представлял, что она может быть такой. Как бы ему хотелось снять с неё рубашку и сжать грудь. Но она кажется и не думала прислушиваться к его желаниям. Сегодня он даст ей такую власть над ним. Сегодня её день. Её губы всё-таки накрыли его в жарком поцелуе. Он приоткрыл рот и она углубила поцелуй скользнув языком внутрь. Она чувствовала что его член напрягается всё сильнее. Драко даже позабыл, что он всё ещё связан. Он оторвался от поцелуя и губы скользнули к ее горлу, выцеловывая нежную кожу шеи, в то время как её руки сжимали тонкую ткань его рубашки. Одежда мешала, но Малфой целовал всë, до чего мог дотянуться. Она уже потянулась к пуговицам на его рубашки, но её лицо резко озарила хитрая усмешка. — Что ты задумала? Она не ответила и потянула за бант на его спине, лента развязалась и упала. — Сиди на месте. — её приказной тон не оставлял ему выбора. Да он и не собирался куда то уходить. Она встала с него и достала палочку. Грейнджер произнесла знакомое заклинание и от ленты отделился кусок, которым впринципе можно было связать руки, но она простым движением палочки положила кусок шёлковой ленты на прикроватную тумбочку. — Ложись на кровать. — приказала Гермиона Малфой хотел воспротивиться, но вспомнил, что сегодня её день и безмолвно лёг на подушки. Всего через пару секунд она оказалась на нём и начала целовать его шею и посасывать мочку уха. — Грейнджер. — это был то-ли стон, то-ли мольба. Она растёгивала его рубашку и параллельно целовала каждый открывающийся участок тела. Гермиона провела языком вниз от его шее до пряжки ремня. Драко почувствовал, как член дёрнулся в брюках, а дыхание стало рваным. Он провёл руками по девичей талии начал растёгивала блузку. Она была идеальной. Восхитительной. Нереальной. Его рубашка и её блузка полетели на пол. Член, казалось, был уже на грани едва сдерживаемого желания, но Грейнджер не торопилась стягивать с него брюки. Откинув в сторону лиф, Гермиона начала расстёгивать молнию на юбке. В итоге она осталась в одних чулках и обычных бежевых трусах. Малфой же ощутил как сходит с ума при виде её напряжённый сосков. Он склонился к её груди, начиная посасывать и покусывать чувствительные бугорки. Его язык кружил вокруг её сосков. Гермиона сладко стонала от его действий. Грейнджер схватила его за волосы и сильнее прижала к груди. Он почувствовал её запах. Она пахла яблоком и корицей. Запах сводил с ума. Но кажется у Гермионы в планах были более интересные игры. — Встань на колени у кровати. — Её голос сочился желанием. Он выполнил её просьбу, или скорее приказ. Она же подвинулась ближе и раздвинула ноги. Что бы её промежность была ровно перед его лицом. Малфой стянул ненужное бельё и обхватил её бёдра руками, подвигая ещё ближе, проводя языком по клитору. Гриффиндорка ахнула. Драко провёл подушечками пальцев вокруг клитора двигаясь ко входу. Он ласкал её и наблюдал за тем, как она извивается. Он вылизывал чувствительную кожу иногда входя в неё пальцами. Слизеринец втянул в рот клитор и начал интенсивно посасывать, наблюдая как Грейнджер ласкает свою грудь и замечая как громко она стонет. Он вошёл пальцами и двигал ими в такт посасыванию клитора. Комнату наполнил громкие стоны и звук его имени, срывающиеся с её губ. И наконец своим языком он довёл её до яркого оргазма. И пока она приходила в себя он забрался к ней на кровать и оставил сладкий поцелуй на губах. — Божественно. — Заключила Гермиона. — Божественно? — Не до конца понял Драко. — Это было божественно. — Пояснила девушка. Придя в себя она схватила ленточку, подняла руки Драко над головой и связала их. Грейнджер планировала узнать что же всё-таки за подарок ожидает её в его штанах. Потому что то, что она пережила сейчас с помощью языка и пальцев Драко уже было огромным подарком. — И что ты собираешься делать, Грейнджер? — Собираюсь посмотреть что у тебя в штанах. — Хотя она подозревала, что он и сам не знал, потому что выглядел Малфой немного непонимающе. Она опустилась поцелуями до пряжки его ремня и принялась её расстёгивать. Сейчас Гермона наконец узнает, что за тайна скрывается под брюками Драко Малфоя. Она стянула с него брюки закрытыми глазами, что бы не увидеть ничего раньше времени. — Драко Малфой, я знала, что ты безума от меня, но не думала что настолько, что бы носить трусы с моим изображением. — Эти идиоты напялили на него белые трусы с её фото и назвали это «Главным подарком». Что ж, они ошиблись. Главный подарок был обмотан красной лентой, а после сидел перед ней на коленях. Драко широко раскрыл глаза и рассмеялся вместе с ней. Так Гермиона Грейнджер и провела остаток своего дня рождения. В объятиях самого дорого и полезного подарка в её жизни.