Так близко, но недостижимо.

Мы с ним дружили с пятого класса. С того момента, как он пришел в нашу школу.

      Меня зовут Виктор Орлов. Я не особо как-то отличаюсь от других людей внешне, ибо у меня обычные карие глаза и русые волосы. Но мой лучший друг Кирилл Громов вечно говорил, что я какой-то особенный и других как я нету, но я никогда его не слушал. Наоборот, этот парень имел просто необычайно красивую внешность: рыжие волосы, голубые глаза и куча веснушек, что усеивали все его лицо. Каждый раз, как разговор заходил о моей внешности, я сразу же пытался сменить тему и заговорить о чем-нибудь другом. Не сказать, сколько раз после таких ситуаций я смотрел на Кирилла, надеясь, что он не начнет опять говорить о том, какой же я красивый и необычный.       Но в последние моменты я начал смотреть на этого говнюка без каких-либо причин. Меня в нем притягивало абсолютно все: от его белоснежной улыбки до ногтей, которые были обкусаны из-за недавно прошедших экзаменов. Пару дней назад я стал замечать, что этот《морковный парень》(так его называли из-за схожести его цвета волос с морковным соком) стал и сам задерживать на мне свой взгляд. Раньше если мне это казалось просто детским интересом и особо не обращал внимания, то сейчас я покрывался легким румянцем и пытался скрыться от его васильковых глаз. Я сам толком не понял, когда мое юношеское сердце пронзила любовь к этому гиперактивному и шумному парню, но единственное, о чем я думал в тот момент, было то, что надо скорее разобраться в самом себе.

Я обязательно должен с ним поговорить. Но пока я не готов.

      На улице был обычный летний денек. Июльское солнышко, легкий ветерок и стакан домашнего лимонада в руке. Ничего не могло испортить эту приятную атмосферу. В данный момент я находился на даче, в частном доме моей семьи, куда мы ездили каждое лето, дабы привести в порядок огород и просто хорошенько отдохнуть. Кирилл же часто ездил с нами, ибо был уже как член нашей семьи (шесть лет мы с ним не разлей вода, да и родные относятся к нему как к своему). Вот и в этот год он присоединился к нам. Сразу после приезда мы побежали занимать спальные места и раскладывать свои вещи. Затем мы с радостью пошли помогать в огород моей бабушке, которая в этот раз приехала на месяц раньше нас и уже начала работать на грядках.       Сегодня мы выполнили свои обязанности без труда и почти мигом после посадки огурцов решили искупаться в реке, что проходила всего в нескольких шагах от нашего небольшого домика. Сняв футболки и летние шорты, мы с Кириллом остались лишь в одних трусах, из-за чего я слегка смутился, но тут же отбросил все свои странные мысли и первым побежал в эту теплую водичку, дабы наконец освежиться и вымыть всю грязь с своего тела. Порезвившись в водоеме полчаса, мы сели на деревянный мостик у берега, оставив ноги отмокать в речке. Все было прекрасно и спокойно, ничего не предвещало беды, но тут раздался голос:       — Меня приняли в Хабаровский университет. В августе я должен буду уехать, чтобы вспомнить родные места. — Резко выдал Кирилл, не поворачивая головы в мою сторону.       — Хабаровск? Ты чем думаешь?! Мы живем в Санкт-Петербурге! Город искусств и возможностей! Почему ты не можешь здесь поискать что-нибудь и остаться? — Начал как на автомате выдавать я, ибо такая новость была слишком неожиданном, да и крайне необдуманной со стороны этого парня. — Громов, ты хуйню эту не неси. Ты серьезно хочешь просто взять и резко уехать на несколько тысяч километров отсюда?       — Да, я серьезно решил уехать туда. Ты же сам знаешь, что я из Хабаровска и вынужден был переехать сюда из-за разборок моих родителей. Но все давно в норме и я решил вернуться домой, чтобы быть рядом с мамой и папой.       — Домой? Ты серьезно сейчас сказал, что это место не твой дом, несмотря на то, через что мы прошли? — Меня начала переполнять ярость из-за этих глупых слов Кирилла, поэтому я встал и начал довольно сильно размахивать руками из-за нахлынувших эмоций, что явно встревожило рыжеволосого. — Мы с тобой прошли через огонь и воду, а ты говоришь, что твой дом — это место, откуда ты свалили кучу лет назад? Я влюбился в тебя как дурак, а ты просто хочешь свалить отсюда?! — Я прекрасно понимал, что сейчас выложил свое сердце на блюдечке, совершенно ничего не скрывая.       — Я влюбил тебя? Да это ты заставил меня просто пылать от желания быть рядом! А сам вечно гулял с девчонками, совершенно не замечая меня! — Тоже встал Громов и начал приближаться все ближе и ближе.       В данный момент в моей голове просто что-то щелкнуло и я взял парня за его розовые веснушчатые щеки и притянул к себе, аккуратно дотрагиваясь своими губами до его губ. Он же просто стоял, широко раскрыв глаза от удивления, совершенно никак не реагируя на мои действия. Спустя пару секунд я его отпустил и отошел всего на один шаг, смотря прямо в его изумленные глаза. Кирилл же, осознав всю ситуацию, резко сократил дистанцию и повторил мои действия точь-в-точь, только приоткрывая мои губы и напирая чуть сильнее. Я, недолго думая, положил руки на плечи своего, наверное, еще друга и начал отвечать взаимностью на его действия, прикрыв глаза. Наш первый поцелуй был таким неумелым, но очень теплым и искренним. Громов аккуратно сминал мои губы своими, стараясь не принести мне неприятных ощущений, а я иногда большим пальцем поглаживал его острые скулы, снова повторяя в голове этот прекрасный портрет молодого человека, что прямо сейчас был передо мной. Секунд десять продолжали мы показывать друг другу наши чувства, пока я снова не отошел на шаг назад, стараясь перевести дух и хоть как-то отойти от небольшого шока. Я снова присел на мостик, набрав речную воду в свои ладони и умывшись, дабы приобрести ясность ума. Я слышал как Кирилл тяжело дышал сзади, как стучало его сердце и как он подошел ко мне. Но, не дав ему и слова вымолвить, я взял свои сухие вещи и просто отправился один в дом, обдумывая свои дальнейшие действия.

Он испытывал ко мне такие же чувства. Так почему молчал и не пытался поговорить?

      Все дальнейшее время я избегал Кирилла, ибо не знал, чего я все же хочу от него. Чего же я хочу делать дальше? Может я заблуждаюсь и это всего-лишь мимолетная влюбленность? Громов пытался со мной заговорить о произошедшем на реке, но каждый раз я либо уходил от темы, либо смущался и просто убегал прочь от того места, пытаясь не заплакать прямо на месте из-за переизбытка эмоций.

Но уже наступил день его отъезда.

      Вся моя семья мельтешила по дому, собирая его сумки и несколько раз в минуту желая ему удачной поездки и хорошего настроения в поезде. Я же заперся у себя в комнате, укутавшись в тонкий плед и закрыв уши руками, ибо его голос неоднократно повторял мое имя, спрашивая, все ли со мной хорошо, раз я не выхожу из комнаты. Но я просто лежал и плакал, понимая, что он, скорее всего, уедет навсегда и забудет меня через короткий срок, найдя себе красивого партнера и заведя с ним прекрасные и крепкие отношения. Несколько раз я пытался выйти из комнаты и поговорить с ним, но мой зареванный внешний вид оставлял желать лучшего. И, вот так собираясь с мыслями, я не успел. Он спустился с крыльца с сумками и сел в машину моего отца, предварительно попрощавшись со всеми и кинув на меня взгляд через окно, в которое я сейчас смотрел, наблюдая, как он с улыбкой покидает дом, который хранил так много счастливых воспоминаний.

Вот, он сидит на вокзале и ждет свой поезд, который должен приехать в течение часа.

      Грустный взгляд, который устремлен в телефон, ожидая какого-то чуда в виде звонка или сообщения от любимого человека. Ничего. Экран ни разу не загорелся, сообщение так и не пришло. Голос в громкоговорителе обозначил, что поезд подъезжает и до отправки осталось всего сорок минут. Как только Кирилл собирается пройти к транспорту, он чувствует вибрацию в кармане. Быстро взяв в руки телефон, парень видит короткое сообщения от того желаемого абонента: 《Встань》. Громов, конечно же, выполняет указание и начинает слышать громкий бег с левой стороны. Когда он повернулся, я резко набросился на него и обхватил руками за шею, уткнувшись лицом ему в грудь и вдыхая запах его парфюма, крепко сжимая этого молодого человека в своих объятиях.       Я принес ему столько извинений, сколько не приносил никому и никогда, после чего его теплые и большие ладони начали поглаживать меня по волосам, словно я ничего и не натворил. Я поднимаю голову и аккуратно трепетно касаюсь манящих и столь желанных губ своими, стараясь не спугнуть, ибо думал, что он после всех моих проступков просто оттолкнет меня, отказавшись от такой затеи. Но язык Кирилла, напротив, так нежно проник в мой рот и, поддавшись его напору, я все же старался отвечать на его страстный поцелуй, который мы оба так ждали. Когда воздуха стало не хватать, мы оторвались друг от друга. Алый румянец залил наши щеки, ибо такой совместный опыт был у нас впервые.       Но нашу идиллию прервал все тот же голос в громкоговорителе, который обозначил, что до отправления поезда осталось полчаса. Я снова крепко обнял Громова, передавая ему все свое тепло, что копилось последние месяцы. Простояв так пару минут, я все же пихнул его в плечо, сказав о том, чтобы он готовился к отправлению в Хабаровск. Еще несколько раз выслушав все быстрые объяснения ситуации от Кирилла, я все же заставил его пойти в транспорт и готовиться к длительному пути. Парень быстро забежал в свое купе и открыл окно, высунувшись оттуда по плечи.       — Мой дом — это там, где ты. Куда бы мы не отправились, мой дом всегда будет с тобой. — С улыбкой сказал Громов и слегка поцеловал меня в губы, оставив легкое ощущение теплоты.       — Я обязательно приеду к тебе когда-нибудь. Неважно, как далеко ты будешь. — Успел сказать я, пока кондукторша не закрыла окно и не оъявила нам вдвоем об отправке поезда, ибо мы настолько были увлечены друг другом, что даже не услышали об этом.       Поезд отъехал и я бежал за окном Кирилла, маша ему рукой, пока транспорт не отъехал настолько далеко, что я даже не смог видеть окна, в которых тоже ехали люди и махали своим близким, которые их провожали в тот день.

Это маленькая история об одной паре, чувства которых были непонятны даже им самим, но они нашли свое счастье и познали себя.