Что тебе подсыпали?

Сегодня для команды Димы Масленникова выдался очень тяжкий день. Все еле-еле передвигали ногами, но на их губах была видна слабая улыбка. Ведь почему не улыбаться, когда начальник объявил неделю выходных? — Удачно добраться до дома! — крикнул из-за барной стойки Дмитрий, протирая грязные стаканы. — Ага! — в ответ так же прокричал Даник, выходящий самым последним из офиса. Выйдя из подъезда Даник достал телефон и набрал знакомый номер. — Ну как? — взволнованно ответил голос в трубке. — Вроде всё должно пройти относительно хорошо. Затянутое молчание. — Мне всё ещё это кажется полным безумием. — Отозвался Сударь. — Мне тоже, но это единственный способ их примирить. — Нет, Даник! — Хорошо, это один из радикальных способов их примирения. — Вот так лучше. Но я всё равно переживаю! — Завтра, когда ты увидишь их воркующих друг с другом в сторис, уже переживать не будешь. — Хорошо, ладно, давай. Положив трубку, Даник шумно выдохнул. — Надеюсь всё получится. — После этих слов, Даник положил телефон в карман и отправился домой по снежной Москве.

***

— А ребята уже ушли? — проходя в зал, спросил Эмиль. — Да, только что Даник вышел. Он просил передать тебе сок, который ты просил. — Ответил Дима и протянул младшему коробку апельсинового сока. — Ясно, спасибо. — коротко ответил Эмиль. Они общаются так уже почти неделю. Всего лишь короткие и дежурные фразы. После них, обычно настаёт неловкое молчание. А с чего же всё это началось?

***

Вот Дима и Эмиль наконец остаются один на один. Они так друг по другу соскучились, что до сих пор не могут насытиться их родными и нежными объятиями. — Как же я скучал. — Томно проговорил Дима усаживая Эмиля на барную стойку. — Я сильнее. — Целуя, проговорил Иманов. Эмиль сидит на барной стойке опираясь на руки. Но Масленников уже через чур раскрепостился. — Дим, стой. — А если я не хочу? — ухмыльнулся Дмитрий смотря на мальчика затуманенным от возбуждения взором. Руки Иманова уже скользили по поверхности стойки. Он пытался держать опору, но его левая рука всё же задевает один оставшийся стакан с недопитым кофе. Слышится громкий треск стекла. Разорвав поцелуй Дима уставился на разбитое стекло, под которым во всю красуется кофейная жидкость. — Черт. Посиди здесь! — сказал мужчина и отправился за веником, а так же шваброй, чтобы вытереть пятно на полу. Но Эмиль не послушал. Он спрыгнул на пол и протянул руки к битому стеклу. Порез правой руки. — Эмиль! Раздался грозный голос Масленникова. — Я же просил тебя не трогать! Просто сидеть на стойке! — кричал мужчина смотря на руки Эмиля, с которых по каплям стекает кровь. — Но я хотел… — Не успев договорить, его уже схватили сильные руки за запястья. — Мало чего ты хотел! А если бы стекло насквозь прошло?! Знаешь как долго до больницы с нашими пробками ехать?! А обо мне ты подумал? Я, возможно, всё же волнуюсь?! — Кричал Масленников, глядя в карие глаза, которые наполняются слезами, толи от боли в руке, толи от криков мужчины. — Всё, хватит с меня, иди в ванну и обработай руку. Заодно успокоишься. — Я планировал тебе помочь! — Помог. Просто «all inclusivе»! — Да ты..! — Что Я? Ох, уж эти перепалки в отношениях… Они никогда не контролируются. И всё это превращается в огромную цепочку из упрёков и гневных воспоминаний. А уже воспоминания обвивают руки, плечи, тело и разум красной пеленой. Ты не контролируешь свои действия, свои слова. Каждый друг друга обвинял, что виноват именно он. — Мы просто устали… Да ведь? — Думал младший, обрабатывая руку в ванне. Но чёрт на левом плече шептал все гадости которые были сказаны во время спора. Это всё больше угнетало Эмиля. Поэтому, не сговариваясь, они приняли некий бойкот друг другу. И когда ложились по разным комнатам, оба долго не могли уснуть, виня то себя, то другого.

***

Эмиль взял протёртый стакан и налил туда апельсинного сока, решив допить его в другой комнате. Всё же ему не хочется оставаться здесь и неловко молчать, бросая взгляды в сторону Димы. Извиниться бы, но гордость — сука ещё та… Зайдя в комнату и садясь на кровать, он решает посмотреть фильм, установив свой выбор на «Пираты Карибского моря». Эмильен распивает сок из стакана, но вдруг, становится что-то не так. Лёгкое головокружение настигает Эмиля. Затем, в комнате становится резко душно. Зрачки в глазах расширяются, а чувства обостряются в несколько раз. Внизу живота приятно тянет. Непонятный ком в горле, который не может уйти побуждает закашлять Эмиля. И этот кашель как то через чур дерёт горло. — Эмиль, кхм, я услышал кашель. Всё в порядке? Это же не а… — взглянув на Эмиля, Дима его не узнаёт. Весь скрючившийся, глубоко дышит, а эти расширенные зрачки (не)много пугают. Услышав знакомый голос, парень поднял голову уставившись на Диму. Незамедлительно он встаёт с кровати и всё ближе подходит к Масленникову. — Эмиль? Тот не отвечает, а лишь хватает мужчину за ворот серой футболки и впивается в тёплые губы. Дима лишь стоит в ступоре. Но пока он медлит, юркий язык Иманова уже проникает в его рот, оставляя цитрусовый вкус. Масленников начинает отвечать. Их языки сплетаются в страстной борьбе. Жар всё больше распространяется по молодым телам. Пока борьба продолжается, Эмиль тянет партнёра на себя. Упав на мягкую кровать, Дима разрывает поцелуй и переходит на загорелую шею. Вдруг, того оглушает тягучий стон. Диме сносит крышу. — Ди~им. — Это ласкает слух Масленникова, он не может остановиться. Когда вспотевшие руки Эмиля прикасаться к его разгорячённой коже на шее, мужчину обдаёт холодом, после которого на спине, самой шее и загривке появились мурашки. — Пожалуйста, я так тебя хочу! Благодаря брошенному взгляду в сторону, на глаза попадается стакан с недопитым соком. Всё же оторвавшись от шеи такого разгорячённого юноши, Диме удаётся разглядеть странный осадок. — Дим, продолжай! Я уже не могу! — Не чувствуя желанных действий прохныкал парень. Взглянув Эмилю в глаза, Дима снова увидел расширенные зрачки. — Чёрт. — сквозь зубы прошипел он. Уже хотев отстраниться, как талию обвивают изящные ноги. — Эмиль, отпусти. — А если я не хочу? — прижимаясь всё ближе, заплетающимся языком проговорил Иманов. — Тебе что-то подсыпали в сок! Знаешь, мне будет как то не прикольно проснуться завтра и понять, что ты ничего не помнишь. И это всё после нашего недельного игнора. — Ну Димочка! Ты возбуждён… И это подтверждает твой стояк упирающийся мне в бедро… И раз уж мы здесь, я хочу тебе помочь, а ты потом поможешь мне. — ухмыльнувшись сказал Эмиль. Фразы уже разбирать приходится с трудом. А всё из-за препарата в соке, который сейчас всё больше обволакивает разум парня. За этот стыдливый монолог Диме удаётся прижать руки Эмильена к кровати и чуть ослабить хватку ног. Он пытался придумать как отрезвить своё похотливое чудо и, о чудо! Привычка Эмиля оставлять стакан с ледяной водой перед сном на тумбочке пришлась как кстати. Секунда, и упругие капли воды полились с головы Эмильки. Это сработало, и его ввело в некий ступор. Наконец, полностью освободившись, Дима подхватывает Эмиля на руки и несёт на заснеженный балкон.

***

Они стоят так уже час. Ну как… Дима стоит, а Эмильен сидит в снегу, как нахохлившийся воробушек. Щёки у обоих красные, на волосах снежинки с извивающимися узорами. — Наверное нам обоим стоит извиниться. — Ага. — Только как извиняться, когда один до сих пор немного не понимает ситуации из-за помутневшего сознания. Другой же, так же не выкупает, как у первого в соке оказалась какая-то штука, из-за которой теперь они на балконе слушают гул автомобилей, громкие басы музыки и крики прохожих. Поэтому… — Но сделаем мы это с тобой завтра когда прояснится твоё сознание. Да и я отойду от… Всего этого. В ответ тишина. Наш Эмиль заснул, прислонившись к небольшой тумбочке, которую перенесли на балкон, Бог знает когда. Выдохнув, Дима позволил себе улыбку умиления, поднял парнишку на руки, и унёс его в спальню где ещё долго будет любоваться этой замечательной мордашке, и больше не позволит себе на неё кричать, того хуже, держать обиду. Даниро🔥 02:17 Надеюсь, у вас сейчас всё хорошо)