Они полные противоположности.

первое, что Катя подметила, так ещё и недовольно, было время на настенных часах около кровати - пять утра. хоть она и была отличницей, просыпающейся и бодрствующей утром, но пять утра - слишком рано. Катя не решилась полежать ещё, ведь по закону подлости она может полежать не десять минут, а час. сегодня был важный день, выпускной, опаздывать и падать лицом в грязь перед всеми никак было нельзя. — вставай, Катя, давай, — сама себе бубнила девушка, стягивая медленно массивное одеяло с головы и жмурясь от солнца, чьи лучи просачивались уже сквозь тонкие светлые шторы в комнату, — вставай! — уже громче поговаривает Катя, но так, чтоб не разбудить матушку. наконец, она полностью стянула одеяло и приняла сидячее положение, сразу потягиваясь до хруста в костях. нет, Катя оттягивала момент подъёма не потому, что была ленивой, например, она сама причины не знала. Рома же не собирался вставать в принципе. ему было плевать на этот выпускной, напиться он мог спокойно дома, а на одноклассников посмотреть на фото, но идти надо было, хотя бы потому, чтоб увидеть Полину. да, кажется, она была единственной причиной его похода на выпускной. — блять, нахуя я проснулся так рано… — Рома недовольно бубнит в подушку и еле отрывает голову от неё, чтоб посмотреть на часы. вчера Полина сказала ему, что им нужно поговорить, а о чём - даже не мог подумать. «Следи внимательно за Полиной, она стала всё чаще отшиваться вокруг ботаника-извращенца». Рома никогда не сомневался в Полине и в своих «чувствах», но вот в неё сомневаться начал недавно. с появлением этого очкарика Антона девушка начала от него отстраняться, ругаться чаще, да и вообще не проводить с ним время. не то, чтобы Рому это настолько сильно напрягало, но настораживало. — надо хоть умыться пойти, что ли. — Пятифан оторвал лицо от мягкой подушки, разлепил глаза, пытаясь ещё полусонным разглядеть, сколько же времени. половина десятого. Полина должна была придти с минуты на минуту, поэтому парень чуть ли не свалился с кровати, чтоб оказаться сразу в ванной комнате. — Ром, давай открывай. я не хочу стоять здесь полтора часа, — Полина недовольно проговаривает и давит указательным пальцем на кнопку звонка уже раз, наверно, седьмой, — Рома! — Полина уже чуть ли не кричит и бьёт несильно, чтоб не болело потом, носком ботинка по массивной двери, хмурясь. — не долбись блять, иду я, иду, — парень старался не кричать, чтоб соседи не услышали, но и не говорить тихо, потому что Полина не услышит. — чё тебе надо так рано-то? — заспаный Рома открывает дверь, пытается сфокусировать свой взгляд на черноволосую, улыбаясь слегка, — соскучилась по мне? Полина вскинула вопросительно тёмную бровь, оглядела с ног до головы сонного Ромку, который улыбался ей, но она не улыбалась ему в ответ, как раньше. Рому это насторожило. — В общем, я пришла поговорить. я знаю, что вы с Антоном друзья, всё такое, но сам он немного тебя побаивается, поэтому я это сделаю. мы расстаёмся, Ром. — холодно отчеканила Полина, теперь уже улыбнувшись на этих словах, и развернулась, уходя. Рома не понимал. его сейчас бросили? ради… этого очкарика? он делал для неё всё: цветы с клумб воровал, защищал от всяких жирных ублюдков, что к ней приставали, а она просто так ушла? мысли его прервала Катя, что поднялась на лестничную площадку почти сразу, как ушла Полина. она бы съязвила, как и всегда это делает, но немного потерянная физиономия Ромы её выбила из колеи. — никогда не видела у тебя такого потерянного выражения лица, Пятифан. с Полиной уже поругаться успел? — а нет, всё таки съязвила. — умолкни. чё ты припёрлась вообще?! — нет, нельзя ей показывать, что что-то с Полиной произошло. — да я кофту тебе принесла… ты тогда так быстро ушёл, что я не успела отдать, — Катя протягивает руку, в которой она сжимала кофту Ромы, что пропахла вся сигаретами, что у него в каждом кармане, так ещё там теперь остался цветочный запах Катиных духов. Рома отчётливо его слышал, - и это ещё не всё, что я хотела.