It's Christmas!

Когда Лора приветливо обнимает Кейт, она ошеломленно стоит, не зная, что делать, куда деть руки. В её взгляде, направленном на Клинта, читается радостное удивление, а тот только ухмыляется. Стоит Лоре отпустить Бишоп и отойти на несколько шагов, чтобы как следует рассмотреть девушку, входная дверь вновь открывается, и на пороге стоит не очень высокая блондинка в зелёном пальто, держа небольшую дорожную сумку в руках. –Это Елена,– представляет гостью своей жене Клинт. Она знает, что Елена– сестра Наташи, вдова, которую послали убить Бартона, а потому, сжав губы, с плохо скрываемым непониманием глядит на Клинта, всем видом показывая, что, кажется, она не совсем в курсе последних событий и ей требуется объяснение того, что у них в доме делает эта девушка,– и она… больше не пытается меня убить,– отвечает Бартон на незаданный вслух вопрос. –Здрасьте,– немного смущённо, что, вообще, не свойственно ей (хотя будто ей свойственно отмечать рождество со своей бывшей целью), сказала Белова, проходя в дом. Дети шуршали обёрточной бумагой, открывая подарки, и шумно радовались им, хвастаясь друг другу, пока Кейт, сидя в кресле возле камина, пила горячий кофе, сделанный Еленой, которая сидела рядом на подлокотнике этого же кресла, изящно закинув ногу на ногу. Мистер и Миссис Бартоны сидели за столом неподалёку, улыбаясь, тихонько обсуждали что-то, смотря на Елену, которая наигранно (а что ещё делать в такой ситуации?) восторженно хвалила игрушечный пистолет, подаренный Натаниэлю. –Кейт, поможешь мне кое с чем?– спросил Клинт. Кейт кивнула, сказав что-то вроде "да, конечно" и встала, кинув беглый взгляд на Елену. Когда оба лучника скрылись, то блондинка скатилась с неудобного подлокотника на мягкое кресло и довольно раскинулась. –Елена, а где ты работаешь?– обратилась к ней Лайла. Вдова тяжело вздохнула, и внутренне напряглась – не может же она сказать «Я работаю наёмной убийцей» ребёнку. Благо положение спасла Лора, позвавшая детей помочь ей принести блюда на стол (Елена была просто уверена, что женщина подслушала разговор. Впрочем, спасибо ей за это). После вопроса и следующих за ним мыслительных процессов она поникла. Вернувшись, Клинт и Кейт обнаружили уже заставленный тарелками обеденный стол. Такая семейная, уютная и непринуждённая атмосфера праздника ярко напоминала Елене то самое «задание» в Огайо, но тогда всё не было настоящим. А сейчас это на самом деле. Она в кругу хоть и не своей семьи сидит за столом, где все счастливо и искренне общаются между собой, в украшенном во всех рождественских традициях доме, празднует Рождество. Где-то в горле появился ком, грудь сдавило, а глаза заслезились. –Ты в порядке?– Кейт, сидящая рядом с Еленой, заметила какую-то отрешённость девушки от происходящего и глубокую печаль в глазах,– Елена… – повторно позвала она. –Да, да, всё хорошо,– улыбнулась Белова, незаметно смаргивая появившиеся слёзы.

***

Елена растянулась на диване, положив голову на колени Кейт, и перекинула ноги через подлокотник дивана, согнувшись чуть ли не в прямой угол. Губы рядом сидящего Клинта дрогнули в быстрой тёплой улыбке, когда он взглянул на них. Лора, положившая голову ему на плечо, уже дремала, а потому он то и дело шикал на детей, устроившихся перед диваном и хихикающих громче, чем какая-то рождественская комедия, которую они все вместе смотрели прямо сейчас. Лаки растянулся прямо перед камином, греясь. Белова по-прежнему была немного удивлена происходящим, не совсем принимая реальность за чистую монету. И при этом счастлива, словно это был сон, насколько правдивый и точный, после которого жалеешь, что проснулся. Внезапно пришедшая в голову мысль, о том, как было бы замечательно, будь здесь Наташа, больно кольнула в сердце. Она прикрыла глаза, тяжело сглотнув. Кейт тут же заметила напряжение девушки и резкие перемены в её выражение лица, не в силах понять, что конкретно гложет Елену, она начала перебирать светлые волосы, пытаясь как-то показать, что всё в порядке, она в безопасности. Белова открыла глаза и взглянула на Клинта и, казалось, он думал о том же, тоже скучал. Елена медленно успокаивалась, понимая, что она не одна. По крайней мере, не в это Рождество.