Ничто не разбивается так, как сердце

- За ошибки следует платить. - тихо подытожил тот Её руки неутомимо дрожали. "Но не такой ценой, мой Лорд" - про себя говорила она, но совсем скоро дорогой для неё человек будет убит, вновь. Она шла будто бы по гвоздям. На ногах оставлялись следы и она шла. Время её лишь царапало своими часовыми стрелками. В глазах потемнело, она упала на колени. - Ты должна убить... - командовал он, выберая жертв одна за одной. А юные Пожератели Смерти, словно собачки, которые поддаются его единственной команде "Фас". Волан-де-Морт разбрасывался командами на право и на лево, а потом исчезал. Так и произошло в небольшом особняке Паркинсон. И вот он скрылся, оставив её с новой задачей наедине. Девушка в миг вспоминала про письмо, доставленное совой утром. "Она выбрала свою сторону. Всё. Забудь ты её" - шептал голос в голове Девушка взяла в руки ещё не раскрытый конверт. Очередная весточка от Грейнджер. "Не открывай. Тебе не нужно знать как у неё обстоят дела. " - шептал голос Но Пэнси всё равно развернула конверт. "Дорогая Пэнси, Чего ты мне не пишешь? Я же за тебя волнуюсь. Как твои дела? Как жизнь? - Паршиво. Одиноко. Ужасно. - подытожила та Прошу, если ты опять всё держишь в себе не бойся высказаться. Я могу приехать. Хочешь? Мне не составит труда. - Даже не смей. Ты сделаешь мне вновь больно. Вдвойне больно. У нас с Малфоем жизнь налаживается. Скорпиус подрастает. Жаль, что он тебя видел лишь на фотографиях. Ты ведь помнишь, что завтра за день? День рождения твоей подруги, если так ещё принято считать - Я... Я не знаю. Прими хотя бы одно приглашение. Я не прошу многого, но буду рада если ты сможешь прийти. С нетерпением жду тебя завтра, Гермиона. И полились чёртовы слезы. Пэнси Паркинсон заплакала. - Как глупая девченка. - прошептала про саму себя та. Она сжала письмо, так крепко будто это что-то важное для неё, хотя это было действительно так. Но нет. Точно не сейчас. Она Пожератель и теперь у неё нет слабостей. А все делает её слабой она должна уничтожить. Навсегда. Захлебываясь в потоке эмоций она разорвала письмо. "Молодец. Лорд будет гордиться тобой" - шептал дурацкий голос. Настолько противный, который хотелось задушить. Пятница, Хогвартс 1995 год - Мы же сохраним нашу дружбу? - спросила Гермиона, глядя на подругу. Её взгляд будто бы видел душу насквозь. - Ну что за вопросы! Разумеется, Герми! - Даже если будем воевать на разных сторонах? Пэнси, облакотившись ей на плече, приподнялась. Было видно, что девушка была в замешательстве. - Что? - переспросила она - Что если кто-то из нас встанет на сторону Пожирателей, а кто-то на сторону Ордена? - На что ты намекаешь? - Паркинсон была встревожена вопросом лучшей подруги. А ведь они общались не столь долго. В этом году они стали ещё дружнее. У Пэнси никогда не было настоящей дружбы. Совсем недавно она даже не догадывалась об этом, а сейчас так не хотела её потерять. Самого искреннего человека, мудрого советчика и просто прекрасного человека. Всё это умещалось в Гермионе. Но на отличительной почве они и сошлись, как лёд и пламень. - Мы настолько разные, - спокойно продолжала гриффиндорка, - но что будет с нами после? - Давай не засорять мысли будущим. Как бы ты не искала ответа, понятно что общаться нам остаётся не долго. - Не говори так! - Ты останешься с ним, Малфоем. И слепому понятно, что он тебя не бросит и будет бороться до последнего. Мне бы его смелость. - Давай поклянемся. - задорно пронесла девушка. Её карие глаза оживились - А что если я нарушу эту клятву? - Не нарушишь. Я знаю наверняка. Протяни руку. - Что? - вновь переспросила слизеринка Тогда гриффиндорка порезала свою ладонь. Потекла красная жидкость и... - Герми, что ты творишь?! - Клятва на крови. - спокойно промолвила та, насмотревшись магловских фильмов. Паркинсон выпучила глаза. - Ты предлагаешь мне излиться кровью? Да ещё и смотреть как ты своими же руками причиняешь себе боль?! - но вскоре Паркинсон успокоилась и проделала ту же махинацию. - Навеки подруги? - сказала Гермиона, протягивая руку - Навеки. - Паркинсон положила свою ладонь сверху и они сплели руки воедино. Казалось, будто они почувствовали прилив крови, сестренской крови. Казалось бы - только недавно они клялись в верности, а сейчас Пэнси вынуждена её предать. Предать свою единственную, пусть даже не биологическую, но сестру. Она приподнялась. Ноги будто бы не хотели двигаться. Застряли на месте. "Ты должна убить Поттера и его паршивую свиту. Начни с той девчонки, чтобы та за ранее не догадалась" - Я тебя по прежнему люблю как сестру, Герми. Но так было нужно. - в слух сказала она В четырнадцати летнем возрасте она сказала бы:"Дружба и сестричество важнее всего на свете, хоть спалите меня на огне, но наши тайны умрут лишь со мной!" А сейчас она не знала чего хотела на самом деле. Мысли смешались в одну сплошную массу, сквозь которую пробраться было невозможно. Пока другие Пожиратели работали над планом возмездия, она трансгрессировала на море. Бушевали волны и, казалось будто бы шторм поднялся из-за неё. Девушка уселась на холодный песок. Суббота, 6 июля 2000 года Впервые после выпуска Гермиона решила собрать бывших сокурсников Гриффиндора и Слизерина. Многие из учеников отказались, но у Слизеринского квартета и Золотого трио были причины принять приглашение девушки. Не так уж давно прошла война за Хогвартс - события, вспоминать которые не хотел никто. Но Гермиона хотела сделать хотя бы одно их общее воспоминание о чем-то светлом и добром. И вот все собрались на небольшом пляже Красные и зелёные солдаты на один день решили закопать топор войны. Малфой и Поттер пожали руки. - Только на сегодняшний день. - сказал Гарри - Разумеется. - тихо пробубнел Малфой И все разбежались кто куда. По началу каждый был на привычном фронте, но вскоре по немногу начали общаться с бывшими противниками и находить что-то общее. - Как думаешь кто-то сможет поладить также, как и мы когда-то? - Герми, нам было по 14. Мы ещё малявками были. Девушки засмеялись, а Паркинсон потерла едва оставшийся на руке шрам. Каждый разбежался кто куда. Гарри и Тео, подумать только! Начали молчаливо строить замок. А Блэйз и Рон в воде поочередно перекидывали мяч. Чувствовались отголоски былых насмешек, но не было той враждебности. Все её убрали, как и договорились, ровно на 24 часа. Дальше все вернутся в привычные жизни. У кого семья, дети, а кто-то один. И вот подруги сидели под зонтом на лежаках. Девушка переворачивала страничку книги, а Пэнси закрыв глаза получала лучи солнца. Как вдруг парень кинул мяч, песком попав в Паркинсон - Прости.. - начал было он, но девушка поднялась. Она была красной от гнева. Секунда и она бы сказала пару ласковых своему "временному приятелю", но рука Гермионы остановила её от резкой напасти. - Чего ты хотел, Рон? - Да, чего тебя надо парши... - она хотела сказать "паршивый мальчишка", но она помедлила, выдавив лишь, - Уизли. - Не хотите с нами поиграть? - Нет! - отрезала Пэнси Но Грейнджер - заучка, которая никогда особо не любила веселиться в этот день словно ожила. Ей хотелось сблизить друзей, по этому девушка решила по максимуму получить ярких впечатлений. - Мы только за! - Что? - удивлённо переспросила Паркинсон - Ну давай, Пэнс! - доносился умоляющий голос Тео - Ну пожалуйста! - пролепетала Грейнджер - Пенси, убери свою кислую мину и присоединяйся. - продолжал кричать Нотт - Ладно. Девушка в черном купальнике встала и дошла до уже прочерченной территории. Лаванда осталась считать баллы. Делиться долго не пришлось - Гриффиндор против Слизерина. - Но вы же обещали не враждовать! - обиженно сказала Грейнджер - Это мы ещё посмотрим! - сварливо проговорила Пэнси, включая себя из прошлого и кидая мяч на сторону противников. - Эй! Так не честно. - возразил Рон - Так же как и то, что нужно попросту ловить мяч. - подхватил Малфой - Драко, я думала ты на моей стороне. - Сама хотела вспомнить былое. - белобрысый парень пожал плечами, а вскоре отбил подачу противников. Через некоторое время Лаванда объявила счёт: - Ничья. Обе команды набрали по десять очков. - Что? Да быть такого не может! - начал возмущаться Забини - Согласна с Блэйзом. Это какая-то ошибка. - подхватила Джинни, принемающая также активное участие в данной игре Лаванда попросту пожала плечами и уставилась в свой модненький журнальчик. А позже все выпускники пошли купаться в океане. Они слышали чаек. Видели как садится солнце и вскоре начали расходиться. - Пэнс, ты так ничего о себе и не рассказала. - Да в моей жизни ничего и не происходит. - А как же тот юноша? - А... Не срослось. - Но ты пыталась его узнать хотя бы? Поближе познакомиться? Паркинсон закусила губу, вспоминая как он хотел показать ей красоты Лондона, ведь она жила за городом и редко его посещала. А на вместо этого написала в письме что-то вроде:"Извините, моё сердце занято икристым, да и только." А следующее его письмо попросту порвала. - Пэнс, так ведь? - Ладно. Нет, не пыталась я с ним говорить дальше. - Но ты же не хочешь остаться одна, так ведь? Для Паркинсон это была больная тема, по этому она вспылила: - А что если мне нравится быть одной? - Ты ставишь рамки даже в самом укромном саду. - тихо сказала Грейнджер После этого Пэнси встала и, даже не попрощавшись, ушла. Как бы ей не было хорошо в компании Гермионы она была вынуждена уйти. День уже заканчивался, а она понимала что как только проснется - вновь будет Пожерателем, а Гермиона на стороне Ордена. То, о чем она так не хотела думать в далёком детстве, сбывалось. Она крепко сжимала песок, который так же как и потерянное время ускользал у неё из рук. Четверг, 3 сентября 1998 Её руки неутомимо тряслись. На глазах недавно была черная тушь, а взгляд - уверенный, твердый голос. Но девушка закатала рукав, на руке красовалась недавно полученная метка. На Астрономическую башню пришел Теодор Нотт. - Чего тебе? - сказала Паркинсон, услышав его шаги, которые за много лет она могла определить - Ты теперь тоже... - он тяжело вздохнул, явно не собираясь договаривать последнее слово - Уходи. Я хочу побыть одна. - отрезала она, не желая продолжать разговор - Сейчас три утра, а я всё стараюсь с тобой поговорить. - Не стоило тебе приходить. - У нас общая проблема, но ты пытаешься от неё избавиться, а я нет. - И что ты собираешься делать? - пробубнела она, даже не поворачиваясь Вместо этого он зажёг очередную магловскую сигарету. - Вот что. - он закурил. Пэнси в первый раз повернулась. - Неужели тебе плевать, Тео?! - кричала она. Но крик успел смешаться со злостью, истерикой и нервными всхлипываниями. - Ёй. Пэнс... Ты... - хотел закончить он, пытаясь подобрать нужные слова - Да, Салазар его побери! - Ты плачешь... - всё таки промолвил он - Да, я плачу, Тео! - Ого... - он был правда удивлён, потому что Пэнси всегда была для него каменной, но каждого из нас что-то может сломить. Её глаза были пустыми, потерянными. Было видно, что она старается не кричать. - Теперь я должна быть как они... - Как кто? - удивлённо переспросил он - Как мои родители! - А они разве не... - Да, Тео, они умерли! Научись заканчивать предложения!!! - Людям свойственно покидать нас. - Да как ты можешь быть таким непоколебимым. Разве тебя не беспокоит, что Метка это очередная идея твоего отца?! - Я пойду за огневиски. - Нет уж. Ты сядешь сюда и мы... - Поговорим? - Э... Да. Именно. - она рукавом мантии вытерла потекшую тушь Через время юноша спросил: - Пэнс, да что у тебя в голове!? - Пустота, да и только. - Я тебя понимаю. - Да как у вас всех только духа хватает, чтобы сказать что вы меня понимаете. Тео, я сама себя не понимаю! "А понимаю ли я себя теперь? Я должна её убить. Разве не этого хотели мои родители?" Понедельник, 4 января, 1991 год Первые каникулы Паркинсон провела дома, а после незадолгих праздников родители за ранее начали обучать её различным заклинаниям. Им было важно, чтобы их дочь умела за себя постоять и в случае необходимости защититься. По этому недалеко возле поместья они тренеровались. Сегодня решили разучить Непростительные заклятия. Делать это решили на летучих мышах. - Прийми позицию. - скомандовал отец - Ты будешь лучшей. - лепетала мать, поправляя её боевую стойку и разположение палочки в руках - Особенно, когда присоединишься в наши круги. - шептал, улыбаясь, отец - Попробуй насладиться местью. - голос матери шипел, превращаясь в змею-искусителя - К... Круцио! - прищурившись тихо сказала девочка. Из палочки вылетела маленькая струя магии, которая в момент вспыхнула и погасла. - Попробуй ещё раз. У тебя должно получиться на этот раз, моя дорогая. - продолжала миссис Паркинсон - Круцио! - уже уверенней закричала та , но изменений не произошло - Этого мало. Для того чтобы заклятие действовало в полной силе не достаточно того, чтобы направить его на жертву. Нужно ещё и насладиться болью жертвы. - Но... Это же всего лишь летучая мышка! - грустно подытожила маленькая девочка - У тебя не должно быть чувства жалости. - Представь как это гадкое создание истекает кровью, как неутомимо зовёт на помощь и в муках падает на землю. - Месть сладка, моя дорогая. Ощути её. - Круцио! - вновь закричала первокурсница. Летучая мышь остановилась, но никакой боли она не ощутила. Отец покачал головой. По нему было понятно, что этого мало. - Но я делаю всё, что в моих силах! - закричала она - Ты делаешь недостаточно! - крикнул он в ответ. Девочка, будто бы проглатила язык. - Смотри и учись. Круцио! - закричал мистер Паркинсон Маленькая летучая мышка начала визжать от ощутимой боли. Пэнси нервно сглотнула. - А теперь... - начала было мать, потирая свою волшебную палочку. - Моё любимое заклинание. Авада Кедавра! Мышь упала на землю. Паркинсон от страха закрыла себе рот, чтобы удержать чувства в себе. - Тебе ещё учится и учится дорогая. - подытожила мать, а позже оба родителя скрылись в саду. Паркинсон подбежала к лежащему на земле созданию и взяла на руки. Зверёк уже не дышал. Он даже не испустил последнее дыхание. Девочка держала в руках обездвиженное тело и прижимала к себе, понимая что через много лет она должна стать такой же чертствой как и родители. И вот теперь это должна быть не летучая мышка, а её подруга - Гермиона Грейнджер. Про себя она подытожила, что обязана явиться на День рождение подруги. - Отличная возможность для ферзевого гамбита. - в слух произнесла та. И вновь взяла оставшиеся силы в кулак. Трансгрессировала домой. Умылась. Вытерла слезы и переоделась в темно-зеленое атласное платье. Подароком купила в магловском ювелирном серебряную подвеску в виде маленькой звёзды. - Ты будешь жить вечно. - сказала про себя она. Как ей было легко заглушить кричащий голос внутри себя. Как теперь легко выбирать кому стоит жить. Девушка нажала на звонок. Послышались шаги. Небольшой светлый домик был украшен светло-желтой гирляндой, которая даже в сентябре делала на душе легкое новогодние настроение. И вот дверь отворилась, а за ней стоял юноша, совсем не похожий на того школьника, образ которого так ярко запомнился. Паркинсон подумала бы, что ошиблась домом, если бы не взглянула в его глаза. Серые, покрытые туманом, глаза. Да, это определенно был Драко Малфой, её старый друг и молодой человек подруги. - Привет, Малфой. - Ничего себе! - воскликнул он - Кто там? - послышался едва доходящий женский голос - Тот, за кого ты волнуешься, временами больше, чем за меня. - Ах! - послышался крик. После звуки какого-то разбившегося предмета, а после был виден силуэт. - Пэнси! - закричала Гермиона и буквально таки кинулась обнимать подругу, которая и по сей день осталась для неё родной сестрой. "Ты сильная и не поддашься эмоциям. Есть долг и обязанность. Ты знаешь свой. Уничтожить свою слабость раз и навсегда" - шептал голос в голове. Руки даже не собирались приобнять её в ответ, они словно приклеенные оставались по швам. И лишь лицо налилось цветом спелого граната. А Грейнджер и не собиралась её отпускать. - Ну ладно, ладно всё. - первой отстранилась Паркинсон. - Я тебе столько писала! Спрашивала, волновалась, а ты... - Я была занята, Герми. - тяжело сказала она, помрачнев - Но как же так! Не пришла даже и вообще. Она могла долго злится, но Малфой взял её за руку и покачал головой, пробубнев: - Она была занята. Неловкая пауза повисла между былыми подругами. Первой её нарушила Грэйнджер: - Ой! Где же мои манеры! Проходи в дом. - девушка ласково жестом предложила зайти. Паркинсон молчаливо зашла. Куртку отдала Малфою, который вежливо повесил верхнюю одежду на крючок. Девушка заметила пустующую кухню. - Ты пришла первой. "И первой и уйдешь" - шептал голос - Пойду проверю малыша Скорпи. - А сколько ему? - Этой зимой будет три. - весело промолвила Гермиона "Не велика будет потеря" - шептал голос, который буквально таки уничтожил понятие правильности и сожаления. – Не хочешь с ним познакомится? - Давай не сегодня, Герми. Послышались шаги по лестнице. Малфой ушел, оставив девушек наедине. - Ну что? Так и будешь молчать? - спросила радостно Гермиона. Но посмотрев на подругу она поняла, что что-то явно не так. - Пэнс? Девушка вытянула из рукава палочку. - Прости, Гермиона. - Та ничего страшного, Пэнс, я уже не злюсь. Или ты не это хотела сказать? - Мы живём и умираем из-за красивой лжи. - прошептала она, практически захлебываясь в собственных слезах. - Я... я не понимаю Пэнси. - Авада Кедавра! Яркая зеленая вспышка осветила комнату. Закрывается дверь. "Прощай." - прошептала она про себя Этот мир может причинить тебе боль, Он наносит глубокие раны и оставляет шрамы. Всё разбивается, но ничто не разбивается так, как сердце, И ничто не разбивается так, как сердце. Спустя десять минут спустился Драко. - Гермиона, не поверишь! Скорпиус сказал твоё имя. Его первое слово, Герми! - радостно кричал Малфой. Мир его был полон счастья за минуту до того как он увидел на полу кухни молчаливую жену, которая принесла в свой последний день боли родным, которые вот вот прийдут. Теперь он ещё долгое время будет винить себя в её смерти и что он тогда ушел, в день когда Гермиона Грейнджер испустила свой последний вздох.