«Часики тик-так, тик-так, тик-так,»
Время идёт, а Кириллу всё ещё плохо. Его не понимают. Он лишь хотел делать то, что ему нравится! А сейчас он уже не хочет делать ничего. Сидя на полу, Бледный смотрит в телефон — комментарии под своим постом. Как и всегда, одно и то же. «Дед вкинулся.», «Дед, ты чего?», «Дед, верни нам старого Кирюшу!», «Дед…» — Ну почему именно дед!? — Нервы Кирилла уже на пределе.«Сигарета в бензобак, бензобак не виноват.»
Ещё одна сигарета в руках Тимошенко. Он знает, это вредно, это может его убить… Но он уже не может жить без сигарет. Кириллу всё хуже и хуже. Зелёные, со вчерашнего дня, волосы падают «рокеру» на глаза. Да, он снова решил покрасить волосы. И сам не понимая, зачем, Бледный вернул себе тот цвет волос, который был у него в две тысячи восемнадцатом. Он же не хотел выглядеть, как подросток! Парню уже двадцать четыре, но все всё ещё считают, что он тот же Бледный, которым был четыре года назад. Нет, Кирилл изменился. До неузнаваемости.«Я уснул в тачке с сердцем в обнимку, это было стильно…»
Всё, что парень бы сейчас ни делал — почти все посчитают хуйнёй. Он всегда делал то, что ему нравится. Ему словно всё равно на чужое мнение. Он считает свои новые песни классными, не это ли главное? Как же обидно становится Кириллу, когда он читает одно и то же — хейт. Все вокруг говорят, что он скатился. Кажется, что тех, кому нравится его творчество почти не осталось! Хочется кричать о помощи. С каждым новым релизом Кирилл убеждает себя, что получилась отличная песня.«Или нет?…»
В очередной раз посмотрев на комментарии, Бледный убеждается в обратном.«Ну почему я падаю вниз!?..»
Слёзы накатываются на глаза, но парни не плачут. Кирилл один, в пустой комнате, никто его не спасёт и не поможет ему, он не знает, куда деваться, хочет спрятаться от всего мира! Он не понимает причину хейта. Разве то, что у человека меняются вкусы — ненормально? Парень словно падает вниз… Он убеждает себя в том, что нужно смириться, жить дальше, что со временем люди привыкнут, но… Остаётся только ждать.«И аллилуйя-я..»
Глаза Кирилла уже как стеклянные, в них любой человек мог бы увидеть своё отражение, но рядом нет ни души. — Всё определённо станет лучше. — Уже дрожащим голосом, но с какой-то уверенностью произносит Тимошенко. Холодный ветер подул из приоткрытого окна. Кирилл вздрогнул, посмотрев на окно.«А-а-а!…»
— И никаких мыслей о суициде, дед, — Кирилл улыбнулся.