Пятна

Кабинет был похож жалкие остатки дома на колесах, в котором последние несколько недель обитали бездомные, а потом на него упала бомба. По полу валялись смятые комки бумаги, недоброшенные до мусорной корзины, обертки от злаковых батончиков, стаканчики со следами недопитого кофе, сломанные карандаши. Среди всего этого были слегка расчищенные дорожки, свидетельствовавшие о передвижениях Малдера. "Господи Иисусе, хорошо ещё что туалетной бумаги нет, - отметила про себя Скалли, стоя в открывшихся с большим трудом дверях и оглядывая живописную картину с привычным выражением легкой брезгливости. - Но то, что она здесь не присутствует - факт не подтвержденный." Осторожно действуя носком туфли как снегоуборочным плугом, она расчищала себе тропинку к столу. На столе громоздились кипы бумаг, разъезжавшиеся вкривь и вкось, Скалли боялась слишком сильно выдохнуть проходя мимо - это грозило превратиться в бумажную лавину, разгребать которую предстояло кому-то одному. Обогнув стол, она замерла, не рискуя шевельнуться - на балансировавшем на задних ножках стуле, запрокинув голову назад спал с открытым ртом Малдер. Укрытый мятым и попахивающим пиджаком, он храпел. Можно было пересчитать все его жевательные зубы, настолько широко он распахнул рот. Скалли пробыла в отпуске всего неделю - ездила к матери, высыпалась в мягкой кровати, пила вкусный чай по утрам, принимала ванну и читала интереснейшие книги, в то время как Малдер обрастал грязью, ленясь встать и отнести свой зад домой. Каждый её отпуск заканчивался подобной картиной, привычной и уже не бесившей. В одном из шкафчиков в углу у нее был припрятан антисептический спрей, чистящее средство, упаковка перчаток, бессовестно унесенных из прозекторской, пакеты для мусора и небольшая метла - она была прагматичной женщиной, дважды на одни и те же грабли не наступавшей. Пару лет назад она по возвращении из отпуска в Новой Англии застигла кабинет в наивысшей степени засорения; пыхтя и пытаясь не использовать крепкие словечки, надежно усвоенные от отца-моряка, она сосредоточенно отскребала от стола присохший кетчуп, чайные пакетики в нежно-бирюзовой плесени и растаявшие лакричные леденцы. Малдер в это время вдохновенно вещал о попавшем к нему новом и чрезвычайно любопытном деле, взяться за которое было их священным долгом. Скалли, вполуха слышавшая его самозабвенную болтовню, в тот момент окончательно потеряла терпение, запустив в напарника тем, что держала в руке. Получив в лицо грязной тряпкой с хлопьями плесени, Малдер хохотнул и попросил Скалли придержать внутреннюю домохозяйку. С того момента Скалли приняла суровое решение - уборку в кабинете делать будет только один человек, и это будет определенно не она. Неслышно она пробралась в угол со стратегическим запасом "набора домохозяйки", взяла перчатки и вернулась к храпящему Малдеру. С полминуты она просто смотрела на него, предвкушая момент пробуждения и сладкую расплату за превращенный в помойку кабинет, затем негромко кашлянула. Реакции не было. Тогда она бросила перчатки Малдеру на грудь, надеясь, что он вскочит, выкатит глаза, удивится. Но и тут ей пришлось разочароваться - он продолжал похрапывать, уронив руку вниз и не заметив этого. Скалли не удержалась - губы скривились, расползаясь в усмешке. Но возмездие требовалось несмотря ни на что. Она выпрямилась, подняла ногу и дотронулась носком до кончика ножки стула, слегка колеблясь, но секундой позже всё же толкнула. Отчаянно всхрапнув и нелепо взмахнув руками, Малдер полетел на пол, выкрикивая несвязные ругательства. Перчатки с груди приземлились на испуганное лицо, Малдер, пытаясь сдернуть их скатился на бок, угодил локтем в разлитый позавчера кофе, ставший липким пятном среди других пятен, о происхождении которых Скалли даже думать не хотела, подскочил, ударился затылком об крышку стола. Скалли молча смотрела на него сверху вниз, скрестив руки на груди. Выражение её лица было нечитаемым, но внутри она разве что не взрывалась от смеха. Поделом получивший Малдер выбрался из-под стола, отряхиваясь от шелухи семян подсолнуха, щедро усыпавшей пол. - Клянусь, Скалли, это не моё, - он поднял ладони, будто защищаясь. На них было несколько налипших скорлупок. - Я знаю, - холодно ответила она, поворачиваясь в сторону - самообладание покидало её, скрывать улыбку становилось сложновато. - А ещё я знаю, что убирать здесь будешь ты, иначе я сообщу в санитарную службу и они... - Нет уж, увольте, - Малдер наклонился и поднял перчатки. - Я справлюсь и без них. Не хочу давать лишний повод выдворить меня на улицу. Потягиваясь и взлохмачивая волосы, он закрыл глаза и не видел, как Скалли искоса наблюдает за ним. "Однажды я заставлю его расплачиваться по-другому, без перчаток, но с латексом." Малдер поплелся к шкафчику с "набором домохозяйки" за щеткой. - Как отпуск, Скалли? - Прекрасно. Ничто так не освежает как целая неделя безделья. Советую попробовать, Малдер. - Интересный совет от человека, одобряющего рабство, - проворчал он, конечно, имея ввиду себя, взмахнул пакетом для мусора. Помедлив, он расправил пакет и уставился на неё со странным выражением лица. - Что? - не выдержала она, рассмеявшись и тут же прикрыв рот рукой. - Скалли, не сочти меня бессовестным нарушителем договора, но может быть, я принесу больше пользы делая что-то помимо уборки после твоего отпуска? - Например? - Скалли внешне не изменилась, но фейерверк из различных фантазий, включавших в себя Малдера, выполняющего все её приказы разрастался до неприличных размеров. В кабинете сразу стало жарко, она даже расстегнула верхнюю пуговку блузки в попытке немного остудиться. Малдер, глядевший на неё с видом, говорящим" это не мои кассеты, клянусь", всё ещё держал в руках пустой пакет. - Проси чего хочешь, - он многообещающе ухмыльнулся. Скалли выгнула бровь, притворно раздумывая, получая физическое удовольствие от его ментальных мучений. Секунд тридцать Малдер искренне надеялся на бескровное разрешение конфликта, но она ответила: - В другой раз, Малдер. Он разочарованно выдохнул и снова расправил пакет, сгребая с пола ворох мусора. Скалли с удовольствием наблюдала за кряхтящим и старательно подметавшим пол напарником, почитывая газету. К концу дня, когда осталось только протереть стол от липких пятен, она вдруг сказала: - Что входит в твоё предложение, Малдер? Хотелось бы конкретики и деталей. Он оторвал сосредоточенный взгляд от стола и увидел ухмылку. - Скажем так: если это не связано с уборкой, я весь в твоем распоряжении. В пределах разумного, конечно. Но так или иначе это было связано с уборкой, пусть и косвенно, потому что пятен на столе стало определённо больше. З. Ы. Вот такой незатейливый и простой драббл однажды пришел мне на ум и был немедленно залит на всеобщее обозрение.