Любить по-другому

У Серёжи — россыпь веснушек. Бледных, кусанных серым питерским солнцем и зацелованных суховатыми губами. Горячими, как песок в Сирии. У Серёжи — россыпь веснушек и маленькая горка таблеток. Уже традиционно — нормотимик, чтобы настроение перестало скакать (не то чтобы помогает, но можно хотя бы сделать вид), антидепрессант, который борется с налетами типичной русской тоски, и нейролептик, потому что иначе спать не выходит. Эта горка таблеток выпивается исключительно утром, потому что растягивать всё на три приёма в день не хватает терпения. У Серёжи — россыпь веснушек, маленькая горка таблеток и ещё проблемы в постели. Буквально. Проблемы начинаются ляпистыми кошмарами, перетекают в бессознательное бормотание и заканчиваются вместе с либидо, которое трещит по швам уже которую неделю. Просто не хочется. А если хочется, то не всегда можется. Следом обязательно налетает стыд (нелепая попытка убедить самого себя, что это нормально), разочарование (горькое, как противно жёлтая но-шпа) и разбитая апатия, которая твердит: теперь так будет всегда. До конца жизни. И сразу хочется уточнить, как скоро этот самый конец планирует быть? Может, есть расписание? Ну чтобы бутылку шампанского подготовить. И пиджак фиолетовый. А ещё у Серёжи есть Олег. А у Олега — пять прошитых ран, болезненные вдохи и птср. У Олега — терпения на шестерых, чуткая тревога и крепкие руки. И, кажется, Олега всё устраивает, потому что у них обоих любить, как положено, ну просто не получается. Не получается, как пишут, по шесть раз на дню — дай бог, если раз в неделю и без потерь. Не получается, чтобы вспыхнуло моментально: если вспыхивает, то обязательно нужно поймать момент и умудриться растянуть. Поцелуями, хваткой, касаниями. Ему — больно, Серёже — может перехотеться в любой момент. Или просто-напросто затопит обоих чувством вины за собственную недееспособность. Поэтому они любят по-другому. Любят касаниями. Сжать ладонь, переплести пальцы перед сном, притянуть этот «замок» к грудине, чтобы поближе к сердцу. Прикоснуться к щеке, очерчивая скулу. Задеть щетину губами, смешливо целуя. Куснуть за нос. Лизнуть. По-звериному ненормально и по-своему правильно. Любят действиями. Подогреть чай. Сделать ужин. Погладить по голове, прогоняя спать. Обнять, когда тело рядом вздрагивает от кошмаров. Утешить, когда секс затягивается, только-только оттолкнувшись от начальной точки. Показать, что даже так – нравится. Что необязательно – как в книгах и фильмах. Можно иначе. Любят словами. «Ты ел?». «Не забудь пристегнуться». «Я жду тебя дома». «Хочешь сладкого?». «Давай проведём вместе вечер, посмотрим что-нибудь». «Я скучаю по тебе». «Что купить в магазине?». «Я помою посуду, не парься». «Я люблю тебя». Потому что они оба — ломанные. Потому что они оба уравновешивают друг друга и держат, убеждая, что даже ломанными быть нормально.