Потеря памяти и другие странности.

      Тусклое освещение нескольких свечей едва ли наполняло комнату в башне. На полу был собран непонятный этюд из высушенной травы тмина и полыни, бережно собранных в одну кучку. Рядом с ней лежали приготовленные спички. Хозяин комнаты нервно метался из угла в угол, причитая себе под нос различные заговоры от всех бед, постукивая по деревянному столу. Вокруг него уже был просыпан песок в форме круга, всё было готово, однако, что-то внутри ему всё-таки не давало начать свой ритуал.       Последние произошедшие с ним события, не давали Бруно думать ни о чем другом, кроме недавно прибывшей гостьи в дом семейства Мадригаль. Прошло ведь всего пара недель, однако, Агнесс уже сумела стать неотъемлемым членом семьи, благодаря своей сговорчивости со всеми и доброте. С одной стороны это радовало, но с другой... Бруно уже не представлял своей жизни без ее присутствия, без ее объятий и тех нечастых ночей, когда они спали вместе и даже целовались! И от этого ему становилось страшно.       "Почему она такая...?"       Когда она находится с ним в одной комнате, он концентрируется только на ней, так что становится весьма рассеянным в каких-то обычных делах, которые раньше он выполнял спокойно, рядом с ней он становится уязвимым, но вместе с тем же ощущает невероятный прилив энергии. Однако, он очень плохо понимал, с чем это связано. Конечно, догадки у него были... Но, к счастью или к сожалению, за все двадцать пять лет у него ни разу ничего подобного не было. Все те люди, с которыми он когда-либо был знаком никогда не вызывали у него подобных чувств и эмоций. Страшно? Страшно.       Однако, еще больше пугает тот факт, что и сама Агнесс не поднимает эту тему. Хотя, может она сама так же боится?       Бруно делает глубокий вдох и бросает взгляд на приготовленное для ритуала место, напоминающее ему о том, что он начал. Нельзя просто так оставить дело незаконченным. Может быть, видение даст ему какой-то ответ на его вопросы, и он, наконец, поймет, как ему нужно действовать.       Парень неловко приближается к песочному кругу и заходит в него, по привычке садясь в позу лотоса. Он делает еще один глубокий вдох и разминает пальцы.       - Всё будет хорошо... - шепчет он себе под нос, поджигая горку травы.       В какой-то момент, комната наполнилась необузданной энергетикой и перемешавшимися ароматами тмина и полыни. Эта энергия расползалась по стенам и по полу, между каменных плит, проникала вглубь комнаты, текла по венам ее хозяина, открывая перед ним новые границы и расширяя пространство. Вихрь энергии вздымает собой песок, который образует купол над головой провидца. Комната наполняется ярко-зеленым светом. Таким же зеленым, как и глаза Бруно сейчас, которые неустанно высматривают изображения, появляющиеся в стене из песка.       Сейчас они слабые и едва ли различимые, но уже через несколько секунд образуют собой единую, хоть и невнятную картину.       Он видит перед собой образ обнаженной девушки. Через несколько секунд он уже различает в этом образе Агнесс. Бруно в эту же секунду хочет прекратить, однако что-то внутри останавливает его, заставляя продолжать начатое.       " Это неправильно..." - чувство вины липко протекает между складками разума, однако столь чарующее видение всё же заставляет Бруно не отворачиваться.       Фигура Агнесс становится более отчетливее, она приближается к другой фигуре, до боли знакомой парню. Очевидно, это он сам.       Казалось, что сердце уже готовится выпрыгнуть из груди, но Бруно не прекращал, уставившись в видение как завороженный. Он осторожно встает на ноги и продвигается по куполу, обходя две ярко-зеленые фигуры. Они сближаются, прикасаясь друг к другу. Бруно видит, как их лица располагаются неприлично близко, и это пугает его, отчего он закрывает глаза руками.       " Господи, господи, господи..." - всего несколько секунд и купол из песка рушится, падая вниз, а в руках Бруно оказывается картина с изображением из зеленого стекла.       Парень с опаской открывает глаза и набирается смелости посмотреть на своей видение еще раз. Отчего-то вся эта ситуация кажется ему теперь еще более неправильной, чем была до этого. Что-то внутри подсказывало, что он себя не простит, если продолжит смотреть на изображение двух целующихся людей, один из которых вызывает в нем неизведанные ранее чувства, а другой - он сам.       В мыслях проскользнула некая догадка, что, возможно, всё, что было между ними до этого - не пройдет зря. Видения никогда не врут, а значит, им еще предстоит разобраться в своих чувствах. Незаметно для себя, Бруно улыбнулся.       В груди постепенно разгорается огонь, отчего мысли в голове путаются. Бруно казалось, что то, что он продолжает смотреть на свое же видение, было до ужаса неправильным и невыносимым, но он действительно не мог оторвать глаз по большей часть именно от самой Агнесс и ее тела. Огонь разгорается во всем теле и кульминирует где-то внизу живота, отзываясь сладкой тягучей болью. Дыхание становится прерывистым, отчего Бруно на секунду становится тревожно. С ним точно всё в порядке?       Чувствуя вялость в ногах, он усаживается в деревянное кресло, которое очень кстати оказалось неподалеку. Он всё еще не отводит глаз от картины, рассматривая каждый изгиб женского тела. Рука сама собой ползет вниз под пончо, ложась на натянутую ткань брюк.       На секунду разум проясняется, и Бруно одергивает руку в отвращении глядя на самого себя.       - Отвратительно! Какого чёрта я делаю? - тихо выругался он себе под нос, однако проклятие самого себя не вытащило парня из сложившейся ситуации, оставляя его наедине со стояком.       Бруно чувствовал, что мысли об Агнесс, возникающие в голове и долго не покидающие ее, не могут быть правильными. Как бы она смотрела на него, если бы узнала о том, что он делает? Наверняка бы она чувствовала отвращение и нежелание общаться с ним когда-либо еще.       " Ужасно..." - Бруно проводит пальцем по изображению девушки, мысленно ругая себя за свои желания по отношению к ней и за невозможность прекратить это из-за своей слабости.       Он повторяет попытку потрогать себя, на этот раз проскальзывая рукой под ткань брюк, предварительно расстегнув их. Рука медленно соприкасается с плотью, отчего по телу проходят множество импульсов, заставляющих спину выгибаться. Каждое движение выбивает из легких воздух. Опьяненный страстью взгляд уже внаглую продолжает скользить по телу, изображенному на стекле.       Как бы Бруно не хотел остановить это, но в его голове активно рождались пошлые образы в различных проявлениях, которые сводили его с ума, заставляя удовлетворять себя интенсивнее. Он кончает, стараясь сдерживать стоны, будто боясь, что кто-то может его услышать, даже учитывая то, что он находится вдалеке от людских ушей и глаз. Он судорожно выгибает спину и вскоре оседает на стуле, расслабленно опустив руки на подлокотники. Перед глазами всё плывет, а ноги, кажется, стали еще более ватными. Вместе с удовлетворением в голове расплывается липкой жидкостью коварное чувство вины за то, что он сделал сейчас.       Через несколько минут оклемавшийся Бруно встает с кресла, оставив остекленевшее видение на столе в углу комнаты. Он бросает взгляд на будильник, который подсказывает ему, что давно бы пора спуститься на ужин. Одна лишь мысль о том, что ему придется в таком состоянии пересечься с Агнесс, пугала и смущала его.       " Спокойно... Главное, что она не знает об этом!" - успокаивал себя парень, делая глубокий вдох и выдох. Однако, параноидальное чувство, что его раскроют, не отпускало его.       Может, ему стоит поговорить с Агнесс?       Через пятнадцать минут он уже был на кухне, где вымыл руки от греха подальше. Здесь уже собрались все родственники, и теперь за столом было место еще для одного человека, ведь Пепа с тех пор, как познакомилась с парнем, начала активно строить с ним отношения. И, кажется, семья его прекрасно приняла, особенно Альма. Феликс действительно был очень веселым и славным парнем, что вызывало эмпатию абсолютно у всех.       Бруно молча занял место рядом с Агнесс. Едва ли ему хватало смелости смотреть в ее сторону после того, что он видел в видении. Но зато сама девушка, поскольку не была в курсе, чем только что занимался Бруно, желала поболтать с ним в своей привычной расслабленной манере. Иногда Бруно поражался тому, как девушка легко справляется с проблемами, продолжая жить дальше, несмотря на то, что ее проблемы действительно были серьезными. Ее легкость воодушевляла его так же, как и порой пугала.       - Чем ты занимался? - спокойно поинтересовалась девушка, и этот вопрос прозвучал для Бруно как выстрел в висок, как будто он делал что-то противозаконное. - Я хотела тебя проведать, но, как только я вспомнила про лестницу, мне стало лениво, хех...       В этот момент Бруно впервые за двадцать лет поблагодарил Каситу за подаренную ему комнату, в которую ни одна живая душа в здравом уме не решится зайти.       - Эм.. Да знаешь, я доделывал незаконченные работы из глины и всего-то... - парень чувствовал, как его лицо предательски краснеет, выдавая его смущение и явную ложь.       - Да? - Агнесс прищурила глаза с недоверием глядя на Бруно.       " Всё понятно! Ну конечно, она всё поняла! Она всегда чувствует мою неуверенность!" - глаза Бруно забегали по углам, предательски выдавая его внутреннюю панику.       Агнесс усмехнулась и повернулась к своей тарелке с едой.       " Боже, надеюсь, что она не подумала ничего плохого..." - Бруно тихо выдохнул и сам, также, приступил к еде, пытаясь заглушить тревожность.       За едой Бруно пытался уговорить себя на разговор с Агнесс, приводя себе в доводы различные плюсы, в число которых входило то, что, возможно, он перестанет тревожиться при виде той, которая вызывала в нем непонятные чувства.       Но что будет, если он поговорит с ней? А вдруг она отреагирует агрессией? Но тогда к чему были все эти поцелуи? Или все те разы за них двоих действовал алкоголь...       Бруно сделал глубокий вдох, после чего отхлебнул кофе. Едва ли он сможет смотреть на Агнесс, как прежде, до того, как он увидел то видение.