Тысяча и одна деталь

      Они не разговаривали уже почти неделю. Весь лазарет содрогался, когда им приходилось сойтись по какому-то рабочему вопросу.       - Доктор, - официозно обратилась девушка. - С инженерного поступили с облучением. Начали терапию. Необходим ваш осмотр.       Ни одного лишнего слова и взгляда. В ответ МакКой только хмыкнул. Минимальная реакция. И так всю неделю.       Никто не мог даже предположить из-за чего все произошло. А дело лишь в разбитой чашке.       Хорошо, то была не совсем простая чашка. Ее доктору подарила дочь, на одной из увольнительных. На обычной белой кружке, был очаровательный рисунок и подпись, сделанный самой Джоанной. И по чьей-то вине она уже не послужит по назначению. Тот вечер был весьма шумным. Уставший со смены доктор неожиданно для самого себя разозлился, как никогда.       Для не менее уставшей Несси это было шоком, очень неприятным шоком. После которого она объявила доктору бойкот. Больше не появляясь в его каюте, и не говоря ему ни слова сверх рабочего минимума, она ждала, когда он придет извинятся.       Для МакКоя это стало делом принципа. Возможно, тогда он переборщил, сказал много лишнего, но все равно говорить первым он не собирался. Он надеялся, что вся эта молчанка рассосется сама собой.       И таким образом, на уши встал весь лазарет. Слухи быстро расползаются по кораблю и к началу смены все медсестры знали, о ссоре между двумя врачами, но не могли принять ничью сторону. Оба врача были и правы, и не правы. Оставалось надеяться, что их не заставят выбирать сторону, или что они не попадут под горячую руку обиженных докторов.       - Мостик медотсеку, - раздался сигнал общей связи. - Десант возвращается на корабль. По заявлению лейтенанта Мори, все прошло не так удачно, как мы хотели, принимайте раненых.       - Принято, капитан, - хором отозвались Леонард и Несс.       Кинув друг на друга раздражённые взгляды, они разошлись готовить койки для пациентов.       Говоря о раненых, капитан видимо забыл упомянуть, что трем офицерам была необходима срочная операция. Пришлось вызывать третьего врача, в его законный выходной.       Раны были серьезные. Никто не умер к счастью, что являлось божественным чудом и никак иначе.       Заняв все подходящие для операций помещения врачи скрылись в них на несколько часов.       Корабль покинул враждебную планету, и через несколько минут варпа уже болтался на орбите космической станции звездного флота. Несмотря на ранения офицеров, десанту удалось выполнить поставленное задание, и достать какой-то неведомый артефакт из туземских пещер.       МакКоя посреди операции догнала мысль. Она должна была быть в этом десанте. Это была ее группа высадки. Ее там не оказалось, элементарно из-за самочувствия. Последнее время у нее часто кружилась голова. Леонард настоял перед капитаном, чтобы она какое-то время не высаживалась на планеты.       А потом они поругались.       Сейчас стоя, в крови, над телом человека, который чудом не умер, он понял, что мог ее потерять. А последние его слова это " Можешь уходить. Здесь едва ли что-то измениться без тебя"       Самое время понять, что был не прав. Изменилось бы. Изменилось бы в нем самом. Вряд ли он смог продолжать летать. Слишком сильно он привык во время взлета сжимать ее ладонь.       К черту принципы и гордость. Операция заканчивается, и даже если она не пустит его в каюту, он простоит у двери пока она его не простит.       Стоит ли сказать, что она уже простила. Она и не обижалась толком. Но опять-таки делом гордости было дождаться извинений. И она дождалась.       Едва покинув опер блок, она встретилась с ним взглядом. И только сейчас заметила залегшие под глазами синяки.       Каштановые волосы были так забавно взлохмаченные из-за медицинской шапочки.       Он резко отвел взгляд и покинул лазарет.       " Ну конечно», -подумала она.       Это начинало надоедать. Вернее сказать, это уже надоело, еще пару дней назад.       Оба уперлись в свои принципы.       Устало вздохнув Несси, стянула с себя операционный халат. Запах средств для дезинфекции ввинчивался в ноздри, разъедая рецепторы. От этих запахов снова закружилась голова. Дорога до каюты была как никогда долгой. Пред глазами все еще стоял его взгляд. Какой-то просящий, жалобный такой как у щенка. Его глаза вообще за частую могли сказать больше, чем смел озвучить мужчина. Но этот взгляд она не смогла разобрать. Ну и черт с ним. Противный доктор.       Очень хотелось его обнять.       Дверь в каюту закрылась с глухим жужжанием. В комнате царил полу мрак. Раньше он всегда казался уютным. Сейчас же он словно таил в себе все ее страхи и опасения. Остро не хватало чего-то. Кого-то.       Горячий душ и мягкое полотенце. Не утруждая себя переодеванием, Несси просто свернулась под одеялом, в ожидании, когда сон настигнет ее.       Из-за двери раздался тихий стук. Вставать отчаянно не хотелось. Ну и черт с ним, кто бы там не был. Как ни странно, второго стука не последовало. Вместо него был высокий писк, в комнате мигнула красная лампочка. Дверь тихо отъехала в сторону, пропуская в комнату стерильный белый свет, выделяющий темный силуэт.       Тень шагнула в комнату.       -Какого черта? – возмутилась девушка.       У двери стоял доктор, уже без формы звездного флота, но в их же футболке и в каких-то штанах, на вид старых как мир.       - Компьютер, свет шестьдесят процентов.       Леонард выглядел потерянным и каким-то пожеванным. Влажные волосы торчали в разные стороны, словно его правда только, что кто-то выплюнул.        - Нам надо поговорить.       - Правда? Надо? – она ликовала от того, что он все-таки пришел первым, и буквально ненавидела себя за то, что продолжала гнуть свою линию.       Устало вздохнув, мужчина присел на край кровати. Несси тоже села, подбирая под себя ноги, оборачиваясь в одеяло. Просящий взгляд пронзительных женских глаз устремился на мужчину. Прочистив горло МакКой уж, было, начал говорить. Слова не находились. Мысли носились в голове сталкивались друг с другом, не желая формироваться во что-то цельное.       - Мне жаль, - вопреки своей напускной обиды сказала девушка. – Я понимаю, что для тебя значила та кружка. Я не должна была говорить все то, что сказала. Прости.       С плеч словно свалилась гора. Мужчина длительно выдохнул, покачивая головой.       - Я не должен был все это говорить. Те слова. Я на самом деле так не считаю. Мне очень не хватало тебя все это время.       Леонард посмотрел ей в глаза, читая облегчение.       Ничего не говоря, мужчина пододвинулся на кровати, увлекая теплый сверток одеяла, в который замуровалась Несси, в медвежьи объятия.       Наконец то все снова стало как надо.