Настоящий пионер

Детство кончится когда-то, Ведь оно не навсегда. Станут взрослыми ребята, Разлетятся кто-куда

Тряска в автобусах по неровным дорогам наконец-то кончилась, и оттуда выскочили хохочущие дети, сразу принявшиеся что-то исследовать. Большинство приехавших отдыхали в "Ласточке" не впервые, некоторые – вторую смену подряд. Но всё равно почти каждый считал своим долгом рассмотреть территорию, рассчитывая увидеть что-нибудь новое за пару дней отсутствия. Вожатые суетились вокруг, спешно собирая свои отряды и по головам пересчитывая детей, а особо шустрых хватали за руки и удерживали на месте. Чижиков стоял возле белого автобуса, крепко сжимая в подрагивающих пальцах ручки спортивной сумки, и наблюдал за творившимся на площадке перед входом на территорию лагеря бардаком. Конечно, никто не мог ему запретить бродить по площадке, отыскивая свой отряд, но почему-то Чижиков хотел просто посмотреть на детей, оценить их поведение и потом искать друзей. - Ты чего тут один киснешь, а, Рыжиков? На плечо Чижикова опустилась ладонь. Он хотел в очередной раз напомнить, что не Рыжиков, но слушать Гусев точно бы не стал. А Чижиков не стал в очередной раз наступать на те же грабли. - Давай-давай, шуруй к своим, а то тебя потеряли, небось! Рядом с Чижиковым присел на корточки Сыроежкин, улыбаясь во все свои двадцать семь зубов – один ему на днях выбили в драке. Но ничего, Сергей нисколько не расстроился. "Подумаешь, зуб выбили: мелочь какая! И не такое случалось", - всем говорил он, страшно гордый своей победой в той потасовке за главенство над целым двором. - А вы чего всё ещё не со своим отрядом? – спросил Чижиков, оборачиваясь к Гусеву. - Ты, это, стрелки не переводи, - беззлобно набычился Макар, взлохмачивая волосы Чижикова. - Мы тебя проведать решили, а то мало ли: утащат тебя девчонки к себе – не отбрешешься ведь! – мгновенно нашёлся Сыроежкин с ответом, незаметно подмигивая Гусеву. - Да-а-а, ты знаешь, какими девчонки коварными стали? Это они взрослеют. Если твои сверстницы так поступить могут, то что уж говорить о наших! Как подумаю – в дрожь бросает. Чижиков слушал друзей с интересом, ловя каждое слово. - Учись у нас, Рыжиков, пока можешь, мы тебе плохого никогда не посоветуем, запомни это. Мы ж старше всё-таки. - Да, и опыта у нас больше, - Гусев ойкнул, получив тычок под рёбра от Сыроежкина, и добавил, потирая ушибленное место: - жизненного, имею в виду. Где-то за спинами мальчишек вожатые стали собирать отряды активнее, чтобы не опоздать на открытие второй смены. Сергея кто-то подёргал за футболку, призывая поторопиться. Он вздохнул и кивком указал Гусеву на место сбора их отряда. Когда Макар забрал свою сумку и ушёл, Сыроежкин поправил Чижикову пионерский галстук, как старший брат, а после встал на ноги. Чижиков даже на секунду засомневался: не Электроник ли перед ним. - Не скучай, Рыжиков! – а, нет, всё-таки Сыроежкин. Конечно, они пересекутся на линейке и в течение дня будут видеться, но всё выглядело так, будто Чижиков расстаётся с Гусевым и Сыроежкиным на три недели. Вскоре взлохмаченные макушки старших затерялись в толпе соотрядников, и Чижиков вновь почувствовал лёгкое одиночество. Пока он разговаривал с друзьями, его несколько раз толкали снующие туда-сюда вожатые, пионеры и октябрята, девчонки и мальчишки. Если бы не Гусев, Чижиков давно свалился бы на асфальт. Но сейчас он остался возле автобуса один, сжимая дорожную сумку в руках, и взглядом выискивал свою вожатую Зою. Его снова толкнули – в этот раз довольно ощутимо, - и от неожиданности Чижиков выронил сумку из занемевших пальцев. Чьё-то совершенно не раскаивающееся извинение пронеслось мимо слуха, а Чижиков удивлённо смотрел вслед лавирующей между пионерами фигуре. На площади и так много людей, зачем наводить лишние беспорядки своей беготнёй? Странно, что никто, кроме него, не обратил внимания на шустрого ребёнка. - О-ой, аккулатно! – раздался звонкий визг где-то возле уха. Об упавшую сумку Чижикова споткнулся мальчишка, принявшийся неловко махать руками для поиска равновесия, но таким образом он только зацепился за футболку Чижикова, потянув за собой. Падать на кого-то оказалось совсем не больно – больно было проехаться голым коленом и локтем по асфальту. А ещё Чижиков, кажется, ударился носом о чужой лоб. Хорошо, если не разбил: в первые минуты после приезда не хотелось оказаться в медпункте. Сразу стало удивительно тихо и спокойно, будто внешняя суета внезапно замерла, Чижиков оказался в деревне у бабушки, на берегу речки, и всё хорошо. Ладони ощущают нагретый песок, ступни щекочут прохладные волны, а лицо обдувает тёплый ветер. Откуда-то тянет ароматом пирожков с повидлом. Яблочным. Чижиков всегда различал запах начинок для выпечки, будь то картошка или смородиновое варенье. Красота… - Извини, пожалуйста! – пропищал всё тот же звонкий голос, отвлекая от заманчивых грёз. – С Пчёлкиным ни минуты покоя нет – даже в пелвый день смены умудляется чудить. Чижиков распахнул глаза, вспоминая, что не на песке лежит. Снова вернулись звуки: разговоры девчонок, хохот мальчишек и крики вожатых, у которых так и не получилось собрать отряды воедино. Под ним почувствовалось шевеление, и Чижиков наконец-то посмотрел на мальчика. Ну, мальчик и мальчик, нисколько не примечательный. Да такие как он в каждой школе найдутся без проблем! Так что Чижиков даже не стал изучать внешность незнакомца, поднимаясь на ноги. Осмотрел саднящее колено: разодрал кожу так, что кровь выступила на ране, покрывая ту маленькими красными капельками. Та же участь ждала и локоть. Ну, пластырь-то можно и в дорожной аптечке найти и им заклеить ссадины. Хорошо, что шорты не порвал, а то они у Чижикова самые любимые, с нашивкой на заднем кармане. Мальчик поднялся следом, отряхивая футболку от асфальтной пыли. Оглянулся по сторонам – в поисках Пчёлкина, наверно, - а после – уставился на Чижикова с хитрым прищуром больших глаз. Утёр нос кулачком, потряс головой, чем только сильнее растрепал волосы, и протянул ладошку. - Олег Лылеев, - важно изрёк он, - Пятый отляд. Такое взрослое поведение мальчика никак не вязялось с его взъерошенным внешним видом и картавостью, отчего Чижиков чуть не захихикал. Но всё-таки, если он хочет познакомиться с кем-то из ребят, придётся сдерживать неуместный смех. Хотя бы первые два дня. - Чижиков, - в тон Олежке представился он и ответил на рукопожатие. – Четвёртый отряд. - О-о-о, так мы с тобой в одном колпусе жить будем, почти что лядом! Будешь плиходить к нам на стлашилки? - Страшилки? – переспросил Чижиков, усаживаясь на валяющуюся сумку. Олежка сел на свою. - Ага. Нам Володя с Юлой их в плошлой смене плидумывали. Надеюсь, в этой тоже, хотя Юла говолил, что больше не плиедет, потому что он вылос. - А Володя? Он приехал? Олежка пожал плечами и посмотрел на выстроенных в ровные ряды детей. - Слушай, - наконец-то сказал он, - не поможешь мне стать настоящим пионелом, как Володя и Маша? Чижиков глянул на голую шею Олежки, немного скептически улыбнувшись. - Так ты ж не пионер. Рано тебе ещё. Олежка яростно замотал головой, не согласный со словами Чижикова. Обижаться он не собирался, что радовало. Да и вообще, каждый советский ребёнок мечтал однажды стать пионером – это даже не мечта, а цель. Цель, достижение которой прокладывало дороги во взрослую жизнь. Поэтому неудивительно, что Олежка так рьяно пытался стать "настоящим" пионером: таким, которым можно будет гордиться. - А вот и не лано! Меня осенью посвящать будут, вот так вот. Если ты мне поможешь сейчас, то посвятят самым пелвым в классе, честно-плечетсно! - Прямо-таки самым первым в классе? – Чижиков сделал вид, что усердно размышляет над обещанием Олежки, хотя сам давно всё для себя решил. Он был более чем уверен, что на протяжении всей смены будет маяться от скуки и мечтать о возвращении домой, к друзьям и родителям. Общественно-полезные работы никому и никогда не нравились, а торчать на кружках надоест в первую неделю. Олежка что-то прощебетал про театральный кружок. Можно, конечно, попробовать – что он теряет? – но Чижикова больше интересовал кибернетический, который он всё равно посещать собирался от силы раз в пару-тройку дней. Так что эта своеобразная сделка от Олежки обещала принести с собой незабываемое приключение. - Что надо делать? Улыбку, расплывшуюся на лице Олежки, надо было видеть и запоминать. Чижиков видел, но в конце смены вспомнить уже не мог. Олежка встал на носочки, чтобы стать с Чижиковым одного роста хотя бы приблизительно, и зашептал ему на ухо, словно сказанные слова – большой секрет: - Помоги мне поймать Пчёлкина, чтобы я потом мог выведать все-все его стлашные тайны. - Ты уверен, что Пчёлкин что-то скрывает? – недоверчиво спросил Чижиков, отодвигаясь от лица Олежки. - Етсе… есес… естественно! – с трудом выговорил он, принимая максимально серьёзный вид. – Видел бы ты его в плошлой смене – у-ух! Мне плиходилось следить за ним почти каждый день, чтобы Пчёлкин ничего не натволил. - А что, по-твоему, Пчёлкин может натворить такого, что это приходится утаивать от других, а? Олежка призадумался, наверняка накидывая варианты у себя в мыслях. Ничего путного не приходило – это было понятно по его кислому лицу. Но Чижиков не торопил Олежку – ждал, пока какая-нибудь приемлемая идея придёт в голову. Спустя какое-то время мальчишка отрицательно покачал головой, и весь азарт внезапно ушёл из глаз. - Не знаю, - честно признался Олежка, и Чижиков обрадовался его честности, - вдлуг он нашёл заблошенную космическую станцию? Или алмазную пещелу? О, или кости мамонта! - Стой-стой-стой, Олежка, - Чижиков попытался утихомирить разбушевавшуюся фантазию мальчика, но и ему в голову лезли самые невероятные идеи. Выдвинуть свои догадки уже не удалось – одна из вожатых заметила их, отделившихся от коллектива, и немедленно привела в свои отряды, передав из рук в руки. Чижиков оказался рядом с Зоей, которая, безмолвно негодуя, шла на шаг впереди и почти что тащила его за собой. В принципе, то же самое произошло и с Олежкой, хотя это стало ошибкой: мальчик вертелся под ногами вожатой и, бурно жестикулируя, доказывал ей, что: "Пчёлкин отыскал машину влемени и тепель хочет изменить ход истолии, Лена!" Весь пятый отряд смеялся, а Пчёлкин – громче всех, трепля насупившегося Олежку по взлохмаченным вихрам.

***

Тем же вечером Олежка догнал Чижикова после ужина, предложив прогуляться до ближайшей скамейки. Сыроежкин и Гусев, которые обсуждали с Чижиковым, какая малина вкуснее: домашняя или соседская, ворованная, - тоже были приглашены на обсуждение плана по захвату Пчёлкина. Ребята выслушали Олежку, не перебивая чисто из-за нежелания обидеть его, но к концу всё-таки не выдержали и загоготали, хватаясь за животы. - Я надеюсь, ты это не всерьёз, - между смехом выдавил из себя Сыроежкин. - Такую ересь я ещё не слышал никогда. - Ересь - не ересь, - забавно закатил глаза Чижиков, будто совсем по-взрослому, - не так важно. Главное, чтобы всё сработало как надо. Вы помочь хотите или нет? Гусев и Сыроежкин переглянулись и через десяток секунд снова расхохотались. Мимо проходили дети, пробегали вожатые, один раз даже Ольга Леонидовна показалась в поле зрения, и все как один с недоумением поглядывали на веселящихся парней. Наверное, со стороны они выглядели действительно нелепо, но перестать смеяться при одном взгляде на донельзя серьёзного Олежку не могли. - Нет, мы всё понимаем, - утирая выступившие на глазах слёзы, просипел Гусев, - Олежка - ребёнок ещё, ему до пионера несколько месяцев топать, но ты, Рыжиков, ты... Ты нас удивил, конечно. - Надеюсь, приятно? - пробурчал нахмуренный Чижиков, жуя выданный за ужином пряник. - Само собой, - хмыкнул Сыроежкин, пытаясь успокоиться. - Мы-то думали, что тебя насильно надо в детство возвращать: в песочнице с тобой копаться, в прятки играть... Ан нет, ты ещё, оказывается, самостоятельно можешь в какую-нибудь передрягу залезть. Чижиков махнул на шутников рукой и побрёл в сторону детского корпуса, захватив с собой Олежку. Мальчик не сопротивлялся, только семенил ногами, чтоб поспевать за Чижиковым. - Рыжиков, постой, ну! - крикнул ему вслед Гусев. - Мы ж пошутили! Эй, ты что, взаправду обиделся на нас? - Я не Рыжиков, я Чижиков, - вот и был весь ответ. - Да будем мы участвовать, не кабенься! Олежка скосил взгляд на Чижикова и увидел в ответ задорное подмигивание и красноречивую улыбку. - Ну ты и хитлюга: так пловести пионелов! - восторжённо шепнул Олежка, подтолкнув Чижикова локтем в бок.

***

Гусев никогда не был идейным гением в плане наименования команд, отрядов и сочинений, и поэтому их маленькая компания стала зваться "Пасечники". Никто, кроме самого Макара, не был согласен на такое "имя", но ничего сделать уже не смогли: название прочно засело в головах и на языках каждого. - Ну в самом деле, не зваться же нам, к примеру, "Жужжалками" или "Омедовые ребята", - оправдывался Гусев. - Кто-нибудь может сделать так, чтобы его рот слипся наконец? - простонал Сыроежкин, озвучивая общую мысль. - И плавда, Макал, кто тебя ужалил сегодня? - спросил Олежка и на миг выглянул из-под кепки, сразу же сморщившись от яркого солнца. Гусев пожал плечами и, лёжа на песке, перевернулся со спины на живот. На протяжении недели "Пасечники" продумывали план до незначительных деталей, украдкой изучали поведение и образ жизни Пчёлкина и вообще чувствовали себя настоящими шпионами. Олежка продолжал гоняться за Петей, чтобы не только не упускать из виду, но и вести себя по-обычному: так, как в первой смене. Чижиков даже слышал - не подслушал! - как Лена говорила Зое, что безумно скучает по всегда собранному Володе, способному угомонить малышню в считаные минуты. Но это, конечно, был огромный секрет. Сыроежкин каким-то образом выведал у Ольги Леонидовны, по каким дням проходит дискотека и в какое время объявляется отбой младшим отрядам. Сияя как начищенный пятак, Сергей проинформировал остальных членов команды, и план пришёл в исполнение.

***

Было ветрено. Чижиков поёжился от особо ощутимого порыва и плотнее закутался в олимпийку. Где-то неподалёку курил Гусев - сигаретный дым долетал до Чижикова и заставлял того морщиться от неприятного запаха. Вот надо было вызываться стоять на стрёме в такой ветрище. Знал бы, что никотиновый дым так воняет, ни за что не согласился. Сыроежкин умотал на дискотеку выпендриваться перед девчонками, не забывая высматривать Пчёлкина. Олежка тоже должен был наблюдать за Петей и крутиться вокруг, чтобы не вызывать подозрений. "Пасечники" знали, что перед медлякамм объявлялся отбой для младших, и им следовало перехватить Пчёлкина несколько ранее. Раньше, со слов Олежки, пятый отряд вообще не пускали на дискотеки, но Володя в прошлой смене уговорил Ольгу Леонидовну разрешить танцевать детям хотя бы полчаса. Чтобы спать ложились угомонившимися. - Сколько можно выманивать Пчёлкина? - проворчал Чижиков, когда Гусев пристроился рядом с ним на бордюре и фыркнул. - Ты что-о, - Макар намеренно протянул "о", чтобы показать всё своё отношение к вопросу Чижикова, - Пчёлкин - он ж как Сыроежкин: крутятся вокруг них девчонки, а они и рады. Никто из этих двоих не уйдёт с дискотеки, пока силком не выставят с танцплощадки. - Но вокруг Пчёлкина днём только Олежка крутится, настолько мне известно, ни о каких девочках речи не идёт. - Понимаешь, Пчёлкин мелкий пока что. У него в голове только "войнушка" и "салки". Но я-то вижу его поведение: Пете внимание нужно, и он способен его привлечь в таком объёме, в каком хочет он сам. Чижиков подтянул колени ближе к телу и уложил на них подбородок, в задумчивости обводя взглядом территорию лагеря. За деревьями мелькали разноцветные гирлянды, рассеивая темноту танцплощадки, и оттуда же Ротару пела про луну и цветы. - Что делать будем? - А что мы можем сделать? Только прийти на дискотеку самим и вытащить всех троих. Надеюсь, сил хватит, - Гусев зевнул и поднялся с бордюра. Перед ними, в кустах, послышались неясная возня и шипение. Кто-то переругивался, шуршал и вообще вёл себя довольно громко, если пытался скрыться. Гусев замолчал, напрягся и мельком переглянулся с замершим Чижиковым, жестами призывая не двигаться. Макар, стараясь не привлечь лишнего внимания, наклонился и бесшумно поднял с асфальта первый попавшийся камень. На цыпочках продвигаясь к кустам, махнул рукой, наказывая Чижикову следовать за ним. "Наверно, шпионы так и репетируют свои операции", - думал Чижиков, прислушиваясь к происходящему. В кустах зашевелились активнее. Гусев подобрался совсем близко, остановился и уже был готов бросить снаряд в неприятеля... - Эй-эй-эй, Гусев! Это мы! С дуба рухнул?! - вскрикнул Сыроежкин. Макар расслабился и отвесил подзатыльник Сергею, мол, нечего так пугать. Чижиков тоже выдохнул и заглянул за спину Олежке. Тёмный силуэт, скорее всего, детский. Пчёлкин? - А кто у вас за спиной стоит? - Это у нас Пчёлкин, - объявил Олежка, хлопнув Петю по плечу. - Попался-таки. - Не лопни от важности, - осадил мальчика Гусев и обвёл взглядом "Пасечников". - Ну, куда его поведём? - Есть у меня одна идейка... - Куда?! Кричал Олежка. Чижиков резко обернулся, но увидел только скрывающуюся в ночной мгле фигуру Пчёлкина. Не успел он ничего сообразить, как Олежка стартанул вслед за беглецом, ловко огибая ямки и камни. Остальные бросились вдогонку. Мальчишка знал, что, пока идёт дискотека, у него есть возможность лишний раз наступить на ветку или позвать Петю - никто не услышит. Но совсем скоро музыка затихнет, а гирлянды потухнут, и будет поздно ловить Пчёлкина. Чижиков готов был поспорить, что Петя больше не дал бы застать себя врасплох и так бездумно попасться. Так что Олежка, выжимая из себя все силы, старался нагнать Пчёлкина. Сыроежкин и Гусев кивнули друг другу, перекинулись несколькими жестами - скорее всего, это был их тайный язык - и разбежались в противоположные стороны. Пока Олежка преследовал Петю, эти двое договорились окружить сбежавшего. Чижиков был в восторге: он никогда не видел, как работают преследователи и проходят военные операции, но что-то твердило, что именно так всё и бывает. Ночь, погоня, сбившееся дыхание и бурлящий азарт внутри. Чижиков представлял "Пасечников" всесильными, ничто не могло остановить их. Поймать Пчёлкина казалось плёвым делом: раз-два, и готово! Ни Ольга Леонидовна, ни Зоя, ни Володя не могли их остановить, потому что восхищались. А того, кто по случайности наткнётся на команду, сдует ветром их бега. Конечно, они творили исключительно добрые поступки, спасая этот лагерь от зла и несправедливости. Вот, какими казались "Пасечники" Чижикову. Петя мчался к недостроенному корпусу и, видимо, не понимал, насколько облегчил задачу команде. Надо было найти такое место, которое мало кто посещает: что-то труднодоступное, заброшенное или строящееся. Такое здание как раз было на территории лагеря и возвышалось над всеми постройками "Ласточки". А в темноте пугало своими размерами впечатлительного Чижикова. Вообразить, что недострой поглотит не только Пчёлкина, но и "Пасечников", забирая их годы и воспоминания, оказалось вовсе не сложно. Чижиков тормознул прямо перед входом, глядя на брыкающегося Петю, которого схватили и держали под локти Сыроежкин и Гусев. Рядом расхаживал Олежка, сцепив за спиной руки в замок. - Пчёлкин, плизнаюсь, не такого позолного бегства я ждал от тебя. Я лазочалован, но не бойся: ты сможешь велнуть свой авро.. авотли... - Авторитет, - услужливо подсказал Пчёлкин. - Да, именно. Так вот, ты его велнёшь, если поведаешь секлеты. А пока, уведите его внутль. Пусть подумает над своим поведением. - А глаза мне завязать не хотите? - насмешливо спросил Петя, когда Макар начал подталкивать его внутрь здания. - А то мало ли, вдруг дорогу запомню, отвлеку вас и сбегу. Может, потом ещё Лене расскажу, чем мы тут занимаетесь. Олежка смерил его прищуренным взглядом, почесал подбородок и стянул с шеи Чижикова пионерский галстук. После подошёл со спины к спокойному на вид Пчёлкину и закрыл тканью глаза. - Это холошо, что ты сам хочешь иглать по плавилам, Петь. Мне нлавятся честные октяблята: из них потом получаются настоящие пионелы, - прошептал Олежка на ухо Пчёлкину, завязывая на затылке узел. Сыроежкин закатил глаза и намеренно громко цокнул, привлекая внимание. - Может, хватит уже нянчиться с потенциальным врагом? Олеж, ты вроде хотел его заводить уже. - Да, сейчас. Ужекает он мне тут, - буркнул Олежка, за плечи разворачивая Пчёлкина к недострою. - Ну, чувствуй себя как дома.

***

Голые каменные стены, глаза-окна без стёкол и заунывная песня ветра в пустом коридоре - всё, что запомнил Чижиков по дороге. Кое-где валялись газетные листы, и только они были видны в темноте. Возможно, по ним можно было найти обратный путь. Это так, на случай побега. Но Чижиков потерялся на восьмом-девятом повороте, так что идея с газетами откладывалась до лучших времён. Интересно, как себя ощущает Пчёлкин, которого не только притащили и ведут неизвестно куда, так ещё и глаза завязали? Хотя, если быть честным, Чижиков тоже почти ничего не видел. - Долго ещё? Первым не выдержал Гусев. Он тормознул, и все, кто следовали за ним, столкнулись и едва не попадали, словно домино. - Плояви телпение, мы почти на месте, - сообщил Олежка, заметно недовольный остановкой компании. Тяжёлый выдох Макара эхом покатился по помещению, но на него уже никто не отреагировал. Движение продолжилось. Спустя ещё с десяток поворотов Олежка наконец замер, и шествие прекратилось. Пчёлкина посадили на, видимо, заранее приготовленный стул и развязали глаза. Было неясно, почему Петю не зафиксировали по ногам и рукам, но Чижиков решил не заострять на этом внимание. К тому же, со всех сторон Пчёлкина окружили "Пасечники", что было довольно символичным, если вдуматься. Но времени на подумать никому из команды не выделили, потому что Олежка, небрежно стянув с "пленника" галстук, начал свой допрос. - Даже не вздумай бежать, Петя. Дологу ты явно не запомнил; глаза у тебя были завязаны; к тому же, мы находимся уж точно не на пелвом этаже, так что не советую плыгать из окна. Лагелю не нужны тлагедии, а тебе - тлавмы. - Где он так говорить-то научился? - изумлённо шепнул на ухо Чижикову Сыроежкин. - Семь лет пацану, неужели фильмов военных насмотрелся? Чижиков только пожал плечами, не в силах что-нибудь сказать: сам был удивлен не меньше. Очевидно, Олежка пытался сначала запугать Пчёлкина, а только потом начать выуживать тайны. Тактика сама по себе многообещающая, только вот оказалась бесполезной в отношении Пети. Его пустой болтовнёй пробить не получилось. - Слушай, Олеж, - через минуту молчания произнёс Пчёлкин, - ты открываешься мне с новых сторон: всё это время прикидывался дурачком, а вот ты какой на самом деле... не ожидал, честное пионерское. Олежка остановился перед Петей, недобро сощурился, скрестив руки на груди. Вдалеке всё ещё играла музыка, поэтому повисшая тишина не удручала и не пугала. Пчёлкин стойко держался, задрав подбородок. - Ты ещё не пионел, чтобы так говолить. - Так ты тоже, между прочим. Чего тогда раскомандовался? Пусть твои друзья меня допрашивают. Гусев даже улыбнулся и замечтал, в предвкушении потирая ладони. Возможно, он бы и придумал что-нибудь стоящее, но отрезвляющий подзатыльник от Чижикова мигом развеял все мысли Макара. - Если ты не замолчишь, я... - Ты - что? Покалечишь меня? - Пчёлкин бесстрашно хохотнул, с вызовом глядя на Олежку. - Не-а, не верю. Как ты там сказал? Лагерю не нужны трагедии, а мне - травмы, да? Так что ты это, обещание своё держи давай. - Пчёлкин, ты... Наверно, Олежка бы набросился с кулаками на беззащитного Петю, запросто повалив того на бетон, если бы не вовремя вмешавшийся Сыроежкин. - Стоп-стоп, ребята, остыли! Он прав: нам драки ни к чему. Олежка, - Сергей оттащил нахохлившегося мальчика подальше, - играй свою роль, мы - свою. Не надо лишних действий добавлять, ясно? Олежка выпятил нижнюю губу, прожигая обиженным взглядом Сыроежина. - Пледатель, - выдал в конце концов он и снова подошёл к расслабленному Пчёлкину. - Так что ты хотел спросить-то, Олеж? Олежка, уловив издёвку в голосе, нахмурился и спрятал кулаки в карманы. Чижиков будто бы невзначай придвинулся ближе к другу, для перестраховки вклинившись между мальчишками. Позволить Олежке проводить допрос оказалось ошибкой, и Чижиков это осознал у входа в недострой. - Да вот, - издалека начал Олежка, поворачиваясь спиной, - я заметил в плошлой смене, как ты постоянно пытался что-нибудь натволить или сломать. - Ничего я не пытался сделать, это ты неправильно всё понял, - возразил Пчёлкин, расправляя плечи. Олежка притащил из конца комнаты дополнительный стул, поудобнее уселся, аккурат напротив Пети, и сцепил руки в замок. Кто-то притопывал ногой, отсчитывая секунды. Каждый удар отскакивал от стен, разлетался по комнате и постепенно начинал действовать на нервы. Чижиков забегал взглядом, цепляясь за всё, что выхватывали глаза. Сыроежкин начал заламывать пальцы, и некоторые из них неприятно похрустывали; кажется, Сергей тоже был не в состоянии долго терпеть топот. Гусев беззаботно уставился в одну точку и вёл себя так, словно не раз оказывался в подобных ситуациях, и это рождало некоторые вопросы у Чижикова. Интерес подогревало и напряжение между Олежкой и Пчёлкиным, становившееся почти осязаемым. Забавно: эти двое знакомы всего полтора месяца, но так остро реагировали друг на друга. Возможно, если бы не их соперничество, они могли бы стать лучшими друзьями. - Звучит как оплавдание, - подметил Олежка, - но я не об этом. Ты что-то склываешь, и я хочу узнать, что именно. Пчёлкин сначала фыркнул, а после – рассмеялся так, что Чижикову пришлось закрыть уши: слишком звонко и слишком громко. - Что? Ты только ради этого всё это устроил? Мог просто так спросить, я б тебе ответил! - Ага, конечно. Я у тебя сплашивал, вообще-то. - Жалобами Лене и погонями за мной? Странный способ ты выбрал. Олежка вскочил со стула – тот жалобно заскрипел – то ли от негодования, то ли от предвкушения. Заходить взад-вперёд ему не позволили: Сыроежкин намекнул, что времени до отбоя осталось не так много. Олежка от него отмахнулся и снова уселся на стул. Тот опять заскрипел. - Я слушаю, Пчёлкин, - как можно более сдержанно сказал Олежка, но радость в голосе скрыть не удалось. - Так, ну… я… - замешкался Петя, подбирая правильные слова (или придумывая правдоподобную ложь), – я ненавижу мёд и поэтому часто бегаю в одно место, где у меня лежат конфеты, потому что сладкоежка. Если не веришь, могу показать мой тайник. Может, Чижикову привиделось, но он заметил, как у Олежки задёргался правый глаз и что скорость топота немного ускорилась. Как бы он ни хотел себя убедить, что ничего не изменилось в атмосфере разговора, это было не так. По крайней мере, тихое хихиканье Сергея Чижиков распознал сразу. - А мальчишка-то не промах, слышь, - шепнул он Гусеву куда-то в плечо и получил в ответ нечто утвердительное. А вот Олежке было не до веселья. - Издеваешься, да? А я-то тебя по-холошему хотел вывести на чистую воду. - Да ну тебя, Олеж, - улыбался Пчёлкин. – Про мёд правду я сказал. И про конфеты тоже. Что не так? Прежде чем Олежка снова накинулся на Петю, ситуацию под контроль взял Чижиков. - Олежка хотел узнать, для чего ты от него убегаешь постоянно? Может, следовало один раз остановиться и поговорить? - А-а-а, - протянул Пчёлкин, поняв всю суть "похищения". – Ну, а с чего бы от Олежки не побегать? Весело же. Воцарилась такая тишина, что даже Гусев притопывать ногой перестал. Дискотека до сих пор не закончилась – Чижиков даже оценил пунктуальность команды, - и изумление "Пасечников" разбавляла поющая Пугачёва. Петя, воспользовавшись моментом, встал и размялся, подошёл к проёму для окна, прикинул этаж. Посмотрел вдаль, на бесконечные поля, на звёздное безоблачное небо, на расстилающийся внизу лагерь, понаблюдал за мигающими на танцплощадке гирляндами. Пока первое удивление ребят не прошло, он продолжил, не отрываясь от созерцания пейзажа: - А как вы хотели? В первую смену было скучно, а я хотел веселиться. Олежка мне понравился, и, наверное, мы даже подружились за это время. Чтобы привлечь его внимание, я начал от него убегать – он всегда бежал за мной. Но я ж не знал, что Олежка – ябеда. - Я не ябеда! – оскорблённо откликнулся Олежка. - Ну да, - легко согласился Пчёлкин. – Вот и вся история. Простая и короткая. А теперь идём: дискотека кончается.

***

Олимпийка от ветра уже не спасала: это Чижиков понял, когда вышел из корпуса на улицу. Остальные этого даже не заметили, будучи погружёнными в рассказ Пчёлкина. Тяжелее всего было Олежке: он шёл, глядя себе под ноги и спотыкаясь почти на каждом шагу. Петя маячил впереди, бодрый духом, и искал яблоню. Конечно, яблоки в начале июля довольно невкусные: кислые и маленькие – но это лучше, чем до утра проходить голодными. Сыроежкин слегка боднул плечом плечо Олежки, привлекая его внимание. - Эй, ты как? – он продолжил говорить, не получив ответа от Олежки, - бывает, что не всё, придуманное нами, оказывается правдой или происходит по задуманному сценарию. - Но я же не спас лагель от козней Пети, не стал "настоящим" пионелом, - хлюпнул носом Олежка. - Неважно, станешь ты "настоящим" пионером или нет, не в этом смысл. - А в чём тогда смысл? - Смысл в том, сможешь ли ты в погоне за правдой остаться настоящим человеком и ребёнком. Ведь все мы, - Сыроежкин обвёл взглядом территорию лагеря, - на самом деле дети, просто некоторые заключены в тела взрослых. Каждому хочется найти кости мамонта и стать космонавтом. От этого никуда не деться. - Тогда что же мне делать, Селёжа? - Просто посмотри на это под другим углом, Олеж! Ты знаешь, как Петя ненавидит мёд, верно? Можешь попросить на кухне пару ложек мёда и подлить его в кашу или на хлеб Пчёлкина. Только подумай, как он будет зол. Подумал же? Очевидно, подумал и даже немного развил сюжет в своей голове, судя по расплывающимся в шаловливой улыбке губам Олежки. Он посмотрел на довольного собой Сергея, коротко его обнял и побежал за Пчёлкиным, стараясь быстрее него залезть на обнаруженную яблоню. Сыроежкин подмигнул Олежке, хотя мальчик этого не знал. - Петя, меня подожди! Гусев и Сыроежкин рассмеялись и внезапно повалили Чижикова на мокрую от росы траву, щекоча. Он брыкался, хотел сбросить друзей с себя, да разве таких богатырей победишь? Вскоре Чижиков не выдержал атаки с двух сторон и расхохотался, сорвал несколько травинок и закинул их за шиворот сначала Макару, потом Сергею. Парни сами откатились от Чижикова и заелозили по земле, желая избавиться от травы в одежде. А Чижиков, слушая шуточную ругань и возню Пчёлкина и Олежки в яблочной листве, глядя на ползающих по зелени Гусева и Сыроежкина, понял, что не хочет окончания лагерной смены. Потому что в лагере можно позволить себе быть вечным ребёнком.

А пока мы только дети, Нам расти еще расти. Только небо, Только ветер, Только радость впереди.