Жить заново

      Фамильное поместье семьи Луман располагалось на самой вершине Чёртовой горы. Отсюда открывался чудесный вид на весь Эрнствулл — старинный город магов. Все уважаемые волшебники мира проживали именно здесь, а вот малоизвестные семьи не имели возможности даже просто взглянуть на город, а о жизни здесь и мечтать не могли.       Часы пробили ровно полдень, когда Маркус Луман задумчиво прохаживался по гостиной. Выражение его лица было очень хмурым и полностью соответствовало погоде за окном. Капли дождя уныло стучали по краю подоконника, насыщая воздух прохладой. Ветер растерянно блуждал по комнатам особняка, казалось, если заглянуть в душу самого Маркуса можно было обнаружить то же самое чувство.       Аманда, молча сидевшая в кресле, наблюдала за движениями Марка, ожидая ответа на свой вопрос. Даже при таком мрачном освещении женщина выглядела просто великолепно: белоснежные локоны еле касались ее груди, а худое бледное, словно фарфоровое, лицо придавало своей хозяйке вид беззащитного ребенка. Хоть Аманда и не была такой хрупкой, как могло показаться, но свою силу при мужчинах она не проявляла никогда, даже при родном брате.       — Маркус, милый, поделись своими переживаниями, что же тебя так беспокоит? — робко повторила она.       — Ты прекрасно знаешь, Аманда. Это абсурд! Мы не сможем незаметно выкрасть девчонку из мира людей. Ты только представь как тяжело будет стереть все воспоминания связанные с ней у низших? А если об этом узнает Всевышний Суд? Нашу семью просто исключат из города, лишат всех званий и почестей! И все из-за бредней старухи? Я на такое не готов…       Марк начал еще быстрее измерять комнату шагами, пока не обратил внимание на дрова, что мирно догорали в камине. Одним щелчком пальцев он заставил их гореть ярче, будто в огонь добавили еще целую охапку древесины.       — Прошу тебя, успокойся, мы придумаем как забрать малышку, она ведь одна из нас, она — Луман. Если матушка сочла важным проживание девочки тут, значит это имеет важную роль. Ты же знаешь, она была мудрой женщиной, тем более это ее последняя воля.       — Она могла попросить что угодно, но почему именно девчонка?! Сейчас ей где-то 17 лет, разве она сама захочет куда-то уезжать? Тем более она не законнорожденная, таким нет места в нашем фамильном доме. А что еще не мало важно, за все 17 лет у нее ни разу не проявились способности к магии, может, она вообще не волшебница и вовсе не Луман?       Аманда лишь томно вздохнула, смерив брата придирчивым взглядом. В ней больше не было терпения уговаривать его, пора браться за дело самой. Она резко встала с бархатного кресла и направилась к выходу.       — Куда ты?       — Я займусь этим сама, раз мой трусливый братец не в состоянии даже выкрасть обычную девчонку.       — Боже, Ами, мне просто нужно вре…       Но договорить он не успел, входная дверь захлопнулась с резким оглушающим треском. Вспыльчивость Аманды иногда раздражала Маркуса, но то, что она была решительнее него, он не мог отрицать. Чаще он называл это скорее слабоумием, чем отвагой, но разве он прав? Ответ на этот вопрос найти было трудно.

***

      Яркие лучи солнца пробивались сквозь старые доски, намереваясь осветить давно забытый ветхий домик на окраине Флориды. Это место давно стало пристанищем для местной молодежи. Ребята часто собирались здесь, чтобы поиграть в карты, обсудить последние события и просто расслабиться. В округе их компанию называли отбросами. К сожалению, жизнь сложилась так, что каждый из друзей остался без отца или матери, а кто-то и вовсе сирота. Они нашли утешение друг в друге и считали себя одной семьёй. Да, пусть у них нет модной одежды и дорогих смартфонов, они не учатся в крутой школе и не летают отдыхать за границу, зато они знают, что дружнее них нет никого на свете.       Вот и сегодня ребята собрались в своём убежище, чтобы поиграть в новую настольную игру, которую Джаспер удачно обменял в антикварной лавке. Хозяин лавки — Мистер Вилсон, был очень добрым человеком и часто давал ребятам что-то интересное из своего магазина.       — Хей, народ, смотрите, что я принес! — крикнул Джаспер, забегая в комнату.       — Круто, это похоже на карточную игру, где еще выдумывать надо и угадывать картинки, — восхитилась Кэт.       Беатриса лишь лениво глянула в сторону коробки с картинками, ей порядком надоели настольные игры, хотелось чего-то нового. Энди, который сидел рядом с Бэт, заметил перемены в настроении подруги и протянул ей сигарету:       — Покурим?       — А ты знаешь как меня порадовать, — улыбаясь сказала девушка.       Любовь к табаку Бэт получила из сериалов. Её завораживало наблюдать за красивыми актрисами, которые медленно выпускали дым и с томным взглядом рассуждали о жизни. В возрасте четырнадцати лет Беатриса поняла, что быть милой и доброй опасно, а вот к злобной напыщенной девчонке никто даже подходить не станет, а значит и не обидит. Пусть она и не была такой на самом деле, но казаться такой было полезно, а иногда даже необходимо. Мама девочки не была против таких перемен, а если быть точнее, она даже не знала о них. Жизнь дочери ее не интересовала совершенно. Вечер с бутылкой виски был дороже, чем детство родного ребенка. Отец девочки погиб в автокатастрофе, когда та еще даже не родилась. Она часто представляла каким он был: красивый ли, высокий? Мать всегда держала эту тему под запретом, а однажды даже ударила Беатрис по щеке, когда девочка во время ссоры пыталась выудить информацию про папу. После этого конфликта отношения между ними испортились совершенно. Беатрис стала реже появляться дома, старалась ночевать у друзей, даже хотела сбежать из города, но не знала куда. Родственников у девочки больше не было, по маминой линии точно.       — Беатрис, может расскажешь, что у тебя случилось? Ты как-то отдалилась от нас, стала замкнутой, — аккуратно спросил Джаспер.       — Всё хорошо, Джас, я просто устала от пьяных выходок матери, устала видеть её такой. Я хочу другой жизни. Вы никогда не задумывались, за что нам это? Почему мы не можем быть нормальными подростками?       — Мы нормальные, просто родились в необычных семьях, — ответила Кэт.       — То есть ты считаешь нормальным жить с бабушкой и двенадцатью кошками на крошечную пенсию где-то на окраине заброшенного штата?       — Зачем ты так? Не важно где мы живем, главное кто мы есть.       — Боже, Джаспер, не говори, что ты счастлив работать с утра до ночи, чтобы прокормить младшую сестру и скрываться от органов опеки, чтобы её не забрали? Все мы бедные, никому не нужные, вынужденные коротать свою жизнь в этом забытом богом месте. Хватит делать вид, что всё хорошо!       — Бэт, ты сегодня правда какая-то агрессивная, давай не будем ссориться. Мы вместе, а значит выберемся и будем жить, как все.       — Нет, Энди, не выберемся. Я собираюсь завтра же бежать отсюда.       — Куда? У тебя даже нет денег на первое время, чтобы прокормить себя, — ответил Джаспер.       — Я придумаю куда, найду лучшую жизнь и вас заберу, как только все наладится.       С этими словами девушка вышла из домика. Ребята не стали её догонять, в такие моменты Беатрис нужно было побыть одной. Они знали, что она вспыльчивая и бывает грубой. Кэт собирала карточки от настольной игры, желание повеселиться полностью пропало после колких слов подруги. Ребята решили сыграть в другой раз, когда Бэт будет в хорошем настроении.